Заборы для приватности, возможно, были хороши для приватности, поскольку обеспечивали символический хлипкий визуальный барьер, чтобы люди могли загорать топлес или купаться голышом с правдоподобным отрицанием. Однако они были полным дерьмом для безопасности; панели можно было поднять и сдвинуть с минимальными усилиями, чтобы создать импровизированные ворота.

Что Джанет и сделала, за считанные секунды попав на задний двор пустующего дома. Она пошла первой, за ней следовала Мардж, а Дорис замыкала шествие - словно по негласному соглашению, что кто-то должен был следить, чтобы Мардж не облажалась. Они обошли спущенный бассейн и закрытую джакузи, повторили процесс с забором с другой стороны и обнаружили, что смотрят на тенистый сад Иззи Ригби с извилистыми дорожками, декоративными скульптурами, зеркальными шарами для наблюдения и изрядным количеством нетипичных для этого региона растений среди цинний, гибискусов и райских птиц.

- Как думаешь, что-нибудь из этого дерьма ядовито? - поинтересовалась Дорис. - Болиголов или что-то в этом роде?

- Она выращивает собственную кошачью мяту, - сказала Мардж. - Я слышала, как она говорила Лоис Паркер.

- Держу пари, это не все, что она выращивает сама, - сказала Джанет, разглядывая маленькую теплицу.

- Кошачья мята, - усмехнулась Дорис. - Этот ее кот - гребаный монстр. Что мы будем делать, если наткнемся на него?

- Ударь его током, - небрежно предложила Джанет, оглядывая темные окна.

- О, нет, не котенка, мы не можем ударить котенка!

- Мардж, пожалуйста, - сказала Дорис. - Не будь такой зефиркой. Чертов скотина разорвал мне руку в клочья! Мне чуть не пришлось ехать в отделение неотложной помощи.

- Забудь о коте, ладно? - Джанет взвалила рюкзак на плечи. - Я пойду первой. Считай до пяти, потом Мардж, потом еще пять, а потом ты, Дорис. Понятно?

Не дожидаясь подтверждения, она рванула во двор, быстро побежала и присела.

- Это только мне кажется, - пробормотала Мардж, - или ей это немного нравится?

- Заткнись и иди, - Дорис подтолкнула ее.

К тому времени, как они присоединились к Джанет на заднем дворике, который был покрыт тентом с фазами луны и созвездиями, имел такие же мягкие шезлонги и действительно хороший газовый камин, она уже взломала защелку на раздвижной стеклянной двери, как будто проделывала это уже сотню раз.

- И сигнализации нет, - прошептала она. - Глупая шлюха.

- Может, она использует свою магию, - сказала Дорис, жутко помахивая пальцами.

- Прекрати, - взмолилась Мардж. - Я знаю, что ведьмины штуки - это большая хрень, но они все равно меня пугают.

Внутри, что неудивительно, планировка перекликалась с планировкой их собственных домов, и у них не возникло никаких проблем с тем, чтобы сориентироваться, несмотря на выбор Иззи в декоре в стиле "Семейки Аддамс". Большие черные часы, гобелены и настенные украшения, канделябры, шкафы с редкостями, скрывающиеся в темных углах, и прочая таинственная всячина; она держала внешний вид в соответствии с общественными правилами, но внутри было другое дело.

Мардж вздрогнула. Дорис закатила глаза. Джанет проигнорировала атмосферу особняка с привидениями, делая тихие, но целенаправленные шаги к тому месту, где, как они все знали, будет располагаться роскошная главная спальня.

Она пахла, как и ожидалось, ладаном, старыми книгами и экзотическими специями... но поверх этих запахов накладывался нелепый аромат попкорна с маслом, как будто Иззи приготовила в микроволновке пачку на ночь, после тяжелого дня, когда она трахалась с чужими мужьями до бесчувственной вялости.

Кроме приглушенного тиканья часов, украдкой перистого шуршания из накрытой тряпкой клетки для птиц и их собственного поверхностного дыхания, в доме было почти сверхъестественно тихо. Они больше не слышали шуршания разбрызгивателей или чего-либо еще.

- Нам не следует здесь находиться, - прошептала Мардж, держа фонарик под подбородком, как это делают дети, рассказывающие страшные истории.

Это было не очень хорошо для нее, серьезно подчеркивая ее пухлые щеки и подчеркивая более чем намек на то, что было на пути к тому, чтобы стать двойным подбородком, но ни Дорис, ни Джанет не осмелились сказать ей это в тот момент. Джанет просто махнула ей жестом "хватит", и она снова выключила фонарик.

Они прошли по короткому коридору на цыпочках, Дорис особенно ожидала, что этот чертов кот выскочит из ниоткуда в классическом пугающем прыжке. Она, вероятно, намочит штаны, если это произойдет, ожидая этого или нет.

Но кот, очевидно, был выше таких банальных маневров. Не встретив сопротивления, они добрались до места назначения, где дверь была частично приоткрыта.

Спальня, каким-то образом, оказалась еще более темной и тихой, чем остальная часть дома, что, честно говоря, казалось невозможным. Как будто свет и звук просто поглощались и подчинялись. Затемняющие шторы от пола до потолка закрывали окна, толстый плюшевый ковер покрывал пол. Ему удалось одновременно передать впечатление сплошной непрозрачности и полной пустоты... как будто шаг через дверной проем приведет либо к сокрушительному столкновению с каменной стеной, либо к вечному падению в беззвездное пустое пространство.

Что по сути является окольным путем сказать, что в комнате было темно как в дерьме, темно, что не видно руку перед собой. Темнее темного. Темно, как в черной дыре Калькутты темно-о-о-о. Темнее, чем в темной заднице Сатаны. Выберите свою метафору. Там было чертовски темно.

Чертовски темно и чертовски тихо.

Достаточно тихо, чтобы вызвать мурашки по коже у трех бесстрашных полуночных незваных гостей, заставив их колебаться и сомневаться. Была ли эта сука Ригби вообще дома? Они не видели, как уехала ее машина, и, поспорим, весь вечер держали глаза открытыми, а также проверяли блаженно храпящих и дремлющих изменщиков-мудаков, за которых они вышли замуж. Но она точно не храпела. Или, если она вообще была там, дышала достаточно тяжело, чтобы ее было слышно.

Затем, как псих из рассказа По, Джанет щелкнула фонариком, чтобы получить самый слабый, тончайший луч, медленно направляя его в темноту. И, снова как в рассказе По, он упал прямо на свою цель.

Только целью было не какое-то жуткое старое ублюдочное глазное яблоко с катарактой. Оно освещало Изобель Ригби, лежащую на спине и крепко спящую посреди большой двуспальной кровати. Полностью непокрытую, полностью раздетую и - как уже было сказано ранее, "ту еще гребаную горячую штучку".

На фоне обсидианового блеска черных атласных простыней ее длинные полуночные волосы были почти невидимы, но ее лунно-бледная кожа почти светилась собственным перламутровым светом. Она спала на спине, вытянув одну гибкую ногу и согнув другую в колене, что давало им возможность ясно видеть ее гладко выбритый лобок и мягкие складки ее половых губ. Ее полные, упругие груди с большими сливовыми сосками покоились величественно. Ее невыразительный живот опускался в гибкую впадину, прежде чем набухнуть в роскошной колыбели ее бедер и таза. Ее левая рука лежала вдоль ее бока, ладонью вверх, пальцы свободно согнуты. Ее правая была наполовину засунута под подушку, теряясь в беспорядочных мотках ее волос.

Видение. Скульптурная богиня. Сказочная принцесса а-ля Тим Бертон, если бы Тим Бертон делал готическую эротику.

Или, другими словами, помните голую космическую вампиршу из "Жизненной силы"? Что-то вроде этого, только еще больше.

"Та еще гребаная горячая штучка" определенно.

В течение бесконечного, завороженного момента они могли только смотреть.

Затем Дорис закричала:

- Украла моего мужа, да, сука? - и прыгнула на нее.

И все началось.

* * *

Джанет, к тому времени находившаяся в режиме шпионского боевика, остановила бы ее или дала бы ей знак подождать. Мысль о том, что эта пизда притворяется, сжимая пистолет под подушкой в ​​своей скрытой правой руке, имела мощную власть над ее разумом. Иззи, которая знала, что они были там все это время, выхватила бы его, обнажив зубы в дикой ухмылке, и намертво всадила бы Дорис в лоб пулю, вышибив ей мозги из ее улья.

Но Дорис, как только она начала, была слишком быстрой. Она схватила Иззи за руку и лодыжку и сдернула ее с кровати - сочетание атласных простыней и молочно-гладкой кожи помогало облегчить движение - прежде чем Джанет успела моргнуть.

И Иззи, как оказалось, не притворялась. Она действительно крепко спала, проснувшись от толчка и визга, когда Дорис швырнула ее голое, "то еще гребаное горячее" тело на пол.

Благодаря ковру, ее жесткое приземление не произвело ничего, кроме приглушенного удара. Джанет мельком увидела ее широкие, смущенные, удивленные глаза в лихорадочном колебании фонарика.

Мардж ахнула, болезненно взвизгнув на вдохе. Возможно, случайно она включила фонарик, добавив его тонкий луч таким образом, что темнота только заплясала безумно.

Дорис тем временем упала коленями на живот Иззи, вызвав кашляющий, запыхавшийся хрип. Она нащупала свою дубинку и замахнулась, наполненная песком кожа встретила бок головы Иззи скользящим ударом.

- Что за... - начала Иззи.

- Не давай ей говорить! - Джанет нырнула на атласную кровать, как ребенок с ползком, пролетела через матрас и съехала с края, и приземлилась на борющихся Дорис и Иззи.

- Я ни хрена не вижу! - заворчала Дорис.

Еще один резкий взмах дубинки пролетел в нескольких дюймах от Джанет; она почувствовала свист.

- Держи ее! Просто держи ее уже, черт возьми! - схватив пучок волос Иззи, Джанет скрутила его в своего рода толстый кабель, протянула его через нижнюю половину лица Иззи, втиснула в ее открытый рот и, по сути, заткнула ей его.

- Э-э-э, пфу! - выдавила Иззи.

- Вшивая пизда! - Дорис снова взмахнула дубинкой и на этот раз попала в цель, не вырубив Иззи, но, по крайней мере, оглушив ее на несколько секунд.

- Давай рюкзак! - рявкнула Джанет на Мардж, которая стояла, как олень в свете фар. - Мардж, давай рюкзак, там кляп-шар и наручники!

- Что там? - пронзительно закричала Мардж, хотя она хотя бы двигалась, открывая рюкзак и роясь в его содержимом.

В короткие сроки, хаотичные и смущенные, была борьба, схватка, но все же в короткие сроки, они закрепили ошеломленную и полубессознательную Изобель Ригби, красный резиновый кляп-шар застрял у нее в глотке, виниловые ремни туго застегнули ее голову. Ей также завязали глаза - ладно, это была маска для сна и что? Она сработала! И связали по рукам и ногам, используя все, от стяжек и клейкой ленты до черных липучек и меховых манжет.

Иззи извивалась на ковре, способная только как-то крутиться и нелепо дергаться. Она быстро фыркнула носом, который кровоточил, потому что в какой-то момент драки в него силой вставили локоть Джанет. Покрытая синяками и растрепанная, она могла только издавать сдавленные жалобные мычащие звуки.

- Боже мой, - пропыхтела Дорис, сидя спиной к краю матраса.

- Черт, - согласилась Джанет. - Хорошо, однако; мы ее поймали.

- Есть ли, эм-м-м, что-то, чем ты хотела бы поделиться с классом, Джанет? - спросила Мардж, встряхивая рюкзак.

- А?

- Помнишь тот день, когда ты говорила "мы рассказываем тебе наше дерьмо, ты нам свое"?

- Эй, да, - сказала Дорис. - Не хочешь объяснить, почему у тебя просто так оказался кляп-шар и наручники?

- Уверена, здесь есть анальные пробки и страпон, - добавила Мардж.

- О, не осуждайте меня, команда мармеладных червяков!

- Нет, серьезно! - Дорис наклонилась вперед. - Вы с Ларри...

- Можем мы пока оставить это? - Джанет направила свой фонарик на Иззи. - Немного более важные дела, да?

На этом они едва ли могли спорить, возвращая свое внимание к своей пленнице, образуя треугольник вокруг ее распростертого тела.

Иззи замерла, жадно слушая. Она знала, кто они, должна была знать, даже без их неряшливых ошибок в использовании имен. С другой стороны, ну, если они пришли, чтобы преподать ей урок о том, как трахаться с чужими мужьями, ей было бы полезно знать, о каких именно мужьях ей преподают урок.

- Ладно, слушай сюда, ты, грязный мусорный бак, - сказала Дорис, не слишком нежно подтолкнув Иззи ногой в бедро. - Мы знаем, чем ты занималась, и это, черт возьми, прекратится прямо сейчас, черт возьми, понятно?

- Да! - воодушевленная, Мардж шагнула вперед и слегка пнула Иззи по связанным лодыжкам. - Держись подальше от наших мужей!

- Думала, мы не узнаем? - добавила Джанет, вонзаясь носком туфли в ребра Иззи. - Думала, мы не заметим, как твоя вонючая пизда оставляла следы на их членах?

Изобель еще немного поерзала и забилась и снова начала мычать. Протест, отрицание, извинения - не имело значения. Кляп останется, чтобы не дать ей говорить, а также чтобы позвать на помощь. Если кто-нибудь вообще мог услышать, учитывая, насколько звукоизолированным казался дом.

Все, что она скажет, в лучшем случае будет ложью и ерундой. И если слухи о колдовстве действительно имели под собой хоть какую-то основу, последнее, что им было нужно, это чтобы она, типа, наложила на них заклинание, проклятие или сглаз.

- Всегда там, одетая как шлюха! - Мардж снова пнула лодыжку, подумала и снова пнула.

- Виляешь задницей! - Дорис топнула подошвой ноги по тазовой кости Иззи.

- Толкаешь эти старые сиськи всем в лицо! - Джанет сделала низкий удар под грудью, от которого вся грудная клетка Иззи закачалась.

Насмешки лились быстрее, удары приземлялись сильнее.

- И их тоже обслужила, членососка?

Пинок!

- Всех одновременно, по одному в каждую дырку?

Пинок!

- Спорим, ты даже позволяешь им лизать твою вонючую пизду, гребаная извращенка!

Пинок!

Джанет замерла, взглянув на Мардж.

- Подожди, тебе не нравится, когда тебе лижут?

- Фу, нет. Кому это нужно?

- Ну, - философски сказала Дорис, - многие парни просто не умеют это делать. Ты когда-нибудь пробовала с женщиной?