Неоднократные заявления президента Д. Трампа о желании наладить торгово-экономические связи между Соединёнными Штатами и Российской Федерацией стали сигналом для американского истеблишмента о начале санкционной войны против России. Летом 2017 года обе палаты Конгресса США приняли закон «О противодействии противникам Америки посредством санкций» ((’71717'5'71), который предусматривает заморозку активов и запрет на ведение дел с широким кругом российских банков, оборонных и энергетических компаний, бизнесменов и чиновников, а также санкции против участников строительства газопровода «Северный поток-2». Отличительная особенность этого законопроекта от всех санкционных мер, принятых Вашингтоном в предшествующий период, заключается в том, что он позволяет Конгрессу блокировать любые шаги президента США по снятию каких-либо санкций в отношении России в будущем[292].
И 2 августа 2017 года президент Д. Трамп был вынужден подписать этот закон, ограничивавший его полномочия, отдавая себе отчёт в том, что любые попытки вето будут преодолены конституционным большинством голосов. Таким образом, на планах американского президента относительно развития двусторонних торгово-экономических связей был поставлен большой жирный крест.
Но американский истеблишмент этим не ограничился. В начале августа 2018 года группа сенаторов представила проект закона о защите американской безопасности от агрессии Кремля (DASKAA), который спровоцировал падение курса рубля. Один из пунктов данного законопроекта – угроза блокировки счетов и активов российских госбанков. 23 августа сенатор-республиканец К. Гарднер и сенатор-демократ К. Кунс внесли законопроект (£ 3378), наделяющий президента США правом вводить санкции против иностранного государства за кибератаки (в преамбуле документа упоминаются Россия, Китай, Иран и Северная Корея). Всего с начала 2018 года в Конгресс США было внесено более десятка законопроектов с новыми санкциями против Рос- сии[293].
В сентябре 2018 года Государственный департамент почти вдвое расширил перечень российских физических и юридических лиц, считающихся частью оборонного и разведывательного секторов, и одновременно Госдепартамент и Министерство финансов США ввели санкции против китайского военного агентства за покупку у России истребителей Су-35 и комплексов С-400. Тем самым был создан прецедент: в рамках «российской» санкционной программы власти США впервые ввели так называемые вторичные санкции – санкции против иностранного лица за запрещённое сотрудничество с Россией. Институт вторичных санкций США ранее применялся к иностранным гражданам и компаниям, которые сотрудничают с такими странами, как Куба или Иран, но не к российским контрагентам[294].
«Дело Скрипалей» стало поводом для новых антироссийских санкций. 6 августа 2018 года американскими властями было объявлено о том, что российское правительство применило химическое оружие в нарушение международного права против своих собственных граждан. На этом основании было принято решение о введении следующих новых санкций против РФ с 29 марта 2019 года:
1. Правительство Соединённых Штатов должно противодействовать предоставлению любого кредита либо финансовой или технической помощи России международными финансовыми учреждениями.
2. Правительство Соединённых Штатов должно запретить любому банку Соединённых Штатов выдавать какой-либо заём или предоставлять какой-либо кредит правительству России, за исключением займов или кредитов с целью приобретения продовольствия или других сельскохозяйственных товаров или продуктов.
3. Вводится запрет на экспорт в Россию всех товаров и технологий, относящихся к химическому и биологическому оружию, огнестрельному оружию, ракетной технике и ядерным технологиям (за исключением продовольствия и других сельскохозяйственных товаров и продуктов). Был запрещён экспорт в Россию товаров и технологий, которые контролируются американскими регуляторами по критерию «Национальная безопасность» (это, например, авионика, подводные аппараты, некоторые газовые турбины, калибровочное оборудование и т. д.). Под исключение попали товары и технологии, необходимые для обеспечения безопасности гражданской пассажирской авиации[295].
А всего с 1 июня 2017 года по 20 ноября 2018 года администрация Д. Трампа ввела санкции против 216 физических и юридических лиц из России. В этой связи следует отметить, что Д. Трамп не только вводил новые антироссийские санкции, но и не отменил ни одну из санкций, введённых в отношении Российской Федерации его предшественником[296].
Результат закономерен – при президенте Д. Трампе продолжилась стагнация российско-американской торговли: если в 2017 году товарооборот составил 23,2 млрд долл., то в 2020 году – 23,9 млрд долларов[297].