Луна поднялась в автобус и села, пытаясь стряхнуть остатки напряжения после утренней встречи с матерью. Они не сказали друг другу ни слова, только переглянулись. Этого было достаточно.

Обычно Хантер встречал ее улыбкой, но в это утро он был серьезен.

– Привет, – сказала Луна, пытаясь собраться с духом.

– Привет, – ответил он, поворачивая голову, чтобы разглядеть ее лицо. – Ты что-то странная в последнее время.

– Прости, – начала она. – Вчера вечером…

– Я не о том, – ответил Хантер. – Ну то есть вчера-то из-за родителей, это понятно. Я про вообще. Просто хотел спросить: как ты? Чем я могу помочь? Хочешь поговорить?..

Столько искреннего участия. Она едва не разрыдалась.

Луна расслабилась, пока он обнимал ее, позволила себе оттаять. С их первого поцелуя прошла целая вечность, но она уже знала: в ее сердце приоткрылась дверь, и в этой комнатке теперь хранится драгоценное чувство.

Когда она была с Хантером, небо становилось чуточку ярче, зимние ветры пахли чуточку слаще, и она ощущала небывалый прилив сил.

Мысли вернулись к ужасным вещам, которые мать говорила о семействе И. Бесит, честное слово. Какое право ее мать имеет судить? Голая, с другим мужчиной, блестящая от пота и с распущенными волосами. Мать, которая учила ее ставить интересы семьи на первое место, которая притворялась, что любит ее отца?

Луну едва не тошнило. А любила ли она его хоть когда-нибудь?

– О чем ты так крепко задумалась? – Голос Хантера выдернул ее из клубка мыслей. Он осторожно провел пальцем по ее нахмуренным бровям.

– О том, что моя мама – гребаная лицемерка, – ответила Луна. Набрала воздуха в легкие и начала рассказывать ему о том, что случилось в тот день, когда их отпустили пораньше из-за снежной бури, о том, как она поднялась на второй этаж и открыла дверь.

Все это время он обнимал ее. Не говорил банальностей и не давал советов, за что она была ему благодарна. Какие тут могут быть советы?

Он коснулся ее носа своим, и она закрыла глаза, зная, что будет дальше. Большим пальцем он приподнимет ее подбородок, губы встретят губы, волнение накатит приливной волной.

Здесь и сейчас она в безопасности. С ней все в порядке.

Вечно бы так: вдыхать его запах, чувствуя электричество соприкосновений, покалывание там, где его дыхание касалось кожи. Она хотела прижаться к нему губами, лечь рядом и дышать в унисон.

Автобус остановился у школы. Луна медленно и нехотя отстранилась.