Снова этот запах. Гнили с металлическими нотками. Он исходил из трещины и был сильнее, чем когда-либо. Температура упала, холод просачивался под кожу. Луна ощутила, что леденеет.

Холод сковал все тело, кроме руки, державшей шестигранник. Она оставалась теплой и светилась. От этого в животе заурчало.

Луна должна что-то сделать. Светляки ясно дали это понять. Но что?

Хантер начал хрипеть. Лук и колчан соскользнули с его плеча, стрелы рассыпались. Он упал на четвереньки и стал хватать воздух ртом.

– Тебе помочь? – крикнула она.

Что-то схватило Луну за лодыжку, и она застыла на месте.

Заглянула в трещину и увидела призрачные силуэты. Они цеплялись за землю и оголенные корни деревьев, выбираясь на поверхность. У них были знакомые лица. Одноклассники, учителя. Ее родители. Отец и мать Хантера. Они передвигались, как чудовища из легенд, быстро взбираясь наверх. Глаза их были млечно-белыми, жадными. Точь-в-точь как в том сне – вот только сейчас это была явь, и они были такими же настоящими, как и все вокруг.

– Я заберу это, спасибо.

Голос разрушил колдовство. Шестигранник выхватили из руки Луны, и она ощутила его утрату всем своим существом.

Родни Вонг поднял камень к небу и, прищурившись, стал его рассматривать. Задвинул сигарету в угол рта:

– Любопытная вещица. И не скажешь, что это эликсир бессмертия. Как ты так сделала, что он светится?

– Это мое. Отдай. – Луна не ожидала, что голос выйдет таким слабым, но она успела заметить, как в другой руке Вонга блеснуло лезвие.

– На самом деле этот артефакт принадлежал императору, который умер две тысячи лет назад, – любезно уточнил он. – Но потом он стал моим, и его у меня украли.

Хантер закашлялся – хлюпающим, царапающим грудным кашлем. Луна склонилась над ним.

– Не двигайся, – резко сказал Вонг. – И не вздумай что-нибудь выкинуть.

– Ему нужна моя помощь. – Луна как будто умоляла Вонга и презирала себя за это.

Вонг рассмеялся и обошел ее. На секунду она решила, что он предложит помощь. Вместо этого Вонг наступил Хантеру на пальцы.

– Что ты изменил? – спросил он.

Хантер сдвинул брови. Луна не поняла: это он от боли – или и правда силится ответить?

– Прежде я тебя не видел, – продолжал Вонг, обращаясь главным образом к себе самому. – Не мог сфокусироваться. В ресторане я в какой-то момент смог разглядеть тебя, но ты исчез. Но теперь я тебя ясно вижу. Что ты сделал?

При падении рукава Хантера задрались, обнажив запястья, и Луна заметила, что браслет исчез. Красный, плетеный, который он не снимал все время, что она его знала. Потерял, что ли?

– Отвечай, когда тебя спрашивают! – Вонг сильнее надавил на пальцы. – Или твои родители тебя больше не увидят.

Хантер расхохотался. От смеха он треснулся лбом о землю.

– Мои родители, – выговорил он между приступами кашля, – плевать на меня хотели.

Земля задрожала. Порыв ветра принес запах дыма, горький и смолистый. Поискав его источник, Луна увидела, как ожили и окрасились рыжим сухие травинки и веточки на земле. Снова моргнув, она увидела пламя.