- Как дела, Джио? - Спросил Реми, крепко обнимая меня.

- Все в порядке, - сказал я, хотя это было не совсем правдой.

Я хотел посмотреть, где Кинг. Он уже извинился и ушел? Он разозлился на меня, потому что думал, что я мог знать о сюрпризе? Или, что еще хуже, он знал об этом и водил меня по всем этим замечательным местам только для того, чтобы отвлечь на время, достаточное для того, чтобы семья приготовила сюрприз?

Но если это было правдой, почему он вытащил пистолет, когда понял, что дверь не заперта?

По мере того, как один за другим члены семьи затаскивали меня вглубь квартиры, голова шла кругом от замешательства и страха. Я выдавил улыбку, увидев, как Вайолет и Рори облепили Феттучини, и, конечно же, Стелла была с ними. Мне, наконец, удалось оглядеть комнату, когда муж дяди Лекса, Гидеон, оставил меня с Лексом, а сам удалился на кухню, чтобы приготовить еду.

Мощная волна облегчения прокатилась по телу, когда я увидел Кинга, разговаривающего с дядей Коном и его мужем Микой.

Две вещи поразили меня одновременно.

Пока они стояли там и болтали, дядя Кон обнимал своего брата за плечи. Откровением номер два стал тот факт, что Кинг даже не смотрел на меня.

Похоже, совсем.

- Джио? - Тихо позвал дядя Лекс.

Дядя Лекс уже несколько лет терял зрение, но только в последние годы полностью ослеп. Я всегда восхищался той стойкостью, с которой он справлялся не только со своим слабым зрением, но и с диабетом. И из всех моих дядей я был ближе всего к Лексу.

- Да? - выпалил я. - Извини, - добавил я, потому что по выражению лица Лекса было ясно, что он пытался привлечь мое внимание, в то время как я барахтался в осознании, что теряю Кинга с каждой секундой.

- Как идут занятия? - Спросил Лекс.

- Хорошо, - сказал я. - Я многому учусь.

Лекс улыбнулся.

- Правда? - он задал этот вопрос со знанием дела.

Я вздохнул и ответил:

- Это не так сложно, как я надеялся. Ты гораздо лучший преподаватель.

Лекс усмехнулся и протянул руку, чтобы похлопать меня по плечу.

- Мы продолжим с того места, на котором остановились, как только ты вернешься домой.

Дом.

Несколько недель назад я считал дни до того момента, когда смогу сбежать обратно в свою зону безопасности. Но теперь все происходило слишком быстро.

Когда Гидеон позвал Лекса на кухню, Кристофер быстро занял его место.

- Я не знал ни о чем, пока мы не приехали в аэропорт, - выпалил он. - Я пытался написать тебе...

Я машинально начал шарить по карману в поисках телефона.

- Я оставил телефон в машине. Я даже не подумал проверить его, - пробормотал я, изо всех сил стараясь не смотреть на Кинга, который разговаривал с Реми. У меня сдавило горло, когда я увидел, как отец направляется к своему мужу... и Кингу.

- О Боже, - прошептал я. Я стал оглядываться в поисках вещей Кинга. Ну, не вещей, потому что на самом деле у него была только одна сумка, в которой он хранил свои пожитки. - Его сумка, - в отчаянии выдохнул я.

Кристофер положил руку мне на плечо и сказал:

- Я принес ее в твою комнату, когда никто не видел. И его бритвенный набор тоже. Он был в ванной.

Я шумно выдохнул и обнял своего друга.

- Спасибо.

- Мне нужны подробности, - прошептал Кристофер. - Позже, - добавил он. - Я убедил Мику и Кона позволить мне переночевать здесь. Надеюсь, ты не против.

Первой мыслью было, что это означает, что я не смогу спать с Кингом, но, бросив еще один взгляд в его сторону, понял, что он все равно не останется на ночь. Черт возьми, учитывая новые обстоятельства, этот мужчина, возможно, никогда не вернется в мою квартиру.

- Да, звучит заманчиво, - сказал я.

Я бросил на Кинга еще один взгляд, но он даже не взглянул в мою сторону. Он был поглощен разговором с моим отцом. В сердце затеплилась маленькая глупая надежда, что он объясняет отцу наши отношения. Но как только я об этом подумал, придурковатый голос в голове, голос Курта, назвал меня идиотом.

Домой тебе не вернуться, мальчик . Тебя никто не ищет. Они у мер ли. Они все у мер ли. Если хочешь уйти, то уходи, но беги быстро, потому что Плохие где-то рядом.

К горлу подкатила желчь при воспоминании о том, как я отреагировал на ультиматум Курта. Во время разговора он тащил меня вверх по лестнице из подвала. К тому времени, как он закончил, мы были на втором этаже полуразрушенного фермерского дома, который этот человек называл своим домом. Он распахнул входную дверь и вытолкнул меня на крыльцо. Он даже зашел так далеко, что закрыл за мной дверь, оставив меня в полном одиночестве.

Вокруг дома не было ничего, кроме открытого пространства и нескольких хозяйственных построек. Казалось, я вижу на мили вокруг, но там ничего не было. Ни других домов, ни дорог, ни пасущихся на пастбищах сельскохозяйственных животных.

Просто ничего.

Тогда-то я впервые и увидел Плохих. Одного за другим. Они образовали полукруг перед домом и медленно направлялись ко мне. У них не было лиц. Не то чтобы их лица были закрыты - там, где должны были быть их лица, не было ничего, кроме гладкой кожи. И у них были не пистолеты, а мечи.

Я отчаянно развернулся и заколотил в дверь, умоляя Курта впустить меня. Слезы градом катились по лицу, пока рыдания ужаса одно за другим сотрясали тело.

Пожалуйста, я буду вести себя хорошо. Пожалуйста!

- Джио?

Курт никогда не называл меня Джио. Ник. Всегда Ник. В ту секунду, как этот человек открыл дверь и впустил меня, я потерял частичку себя. В последующие месяцы и годы мне пришлось расстаться с большим. Каждая пощечина, каждое насилие заставляли меня исчезать все больше и больше. Это заставило исчезнуть всех, кроме человека, который был одновременно и моим спасителем и мучителем.

- Джио! - позвал более суровый голос. Я узнал этот голос.

- Папа? - Прошептал я, ожидая в одиночестве в подвале, пока Курт убеждался, что Плохие ушли. Я услышал несколько выстрелов, поэтому упал на пол и залез под кровать. Несколько минут спустя на лестнице послышались тяжелые шаги, и я изо всех сил старался не издавать ни звука.

Ты можешь выходить, мальчик. Они ушли.

Я дал волю слезам облегчения и выбрался из-под кровати. Ужас от того, как близко я был к тому, чтобы меня снова схватили, заставил разрыдаться. Громкие, всепоглощающие рыдания, которые я не мог контролировать. Кровать рядом со мной прогнулась. Когда чья-то рука обняла за плечи, я полностью отпустил себя и прижался к Курту. Только когда снова смог дышать, я вспомнил, где нахожусь. Я попытался отстраниться от Курта, но он не отпускал. Он протянул свободную руку, чтобы схватить меня за кисть. Я покачал головой и умолял мужчину отпустить меня, но он как будто даже не слышал. Потянув мою руку вперед и положив ее на что-то твердое у себя на коленях, он слегка откинул голову назад и закрыл глаза. Улыбка, появившаяся на его губах, будет преследовать меня всю оставшуюся жизнь…

- Джио, открой глаза! - услышал я требовательный голос. Голос, который я знал так же хорошо, как голос своего отца, может быть, даже лучше.

- Кинг? - Прошептал я, надеясь вопреки всему, что когда открою глаза, весь этот кошмар закончится, и я вернусь в свою комнату в своем доме, ожидая, когда мама позовет меня вниз на ужин.

- Это я, - сказал Кинг, и затем его рука коснулась моей щеки. - Открой глаза, - повторил он, хотя это прозвучало уже не как требование, а как мольба.

Я сделал, как он сказал. Я должен был. Я хотел.

Настоящее вернулось со страшной силой. Ко мне подошел Кинг, но он был не один. Ни на йоту.

- Боже, Джио! - выпалил отец, и я оказался в его объятиях. Он держал меня так крепко, словно не собирался никогда отпускать.

- Прости, - прошептал я ему в грудь.

Мне нечего было скрывать. Я понятия не имел, как долго был погружен в воспоминания, но, судя по беспокойству на лице отца и всех остальных, явно достаточно, чтобы всех напугать.

За исключением Кинга.

Что ж, возможно, в глубине души он все еще чувствовал себя не в своей тарелке, но его прикосновения были твердыми и уверенными, и когда я открыл глаза и мельком взглянул на Кинга, то увидел одну вещь.

Гордость.

Гордость за то, что я снова проложил себе путь из тьмы.

Отец отпустил только для того, чтобы положить обе руки мне на лицо, как будто ему нужно было убедиться, что со мной все в порядке.

- Блядь, - пробормотал он, а затем снова обнял меня. - Это в первый раз? - спросил он хриплым голосом.

- Нет, - пробормотал я.

Отец, должно быть, почувствовал, что я не хочу говорить об этом, потому что спросил:

- Что тебе нужно, сынок?

Я знал, что мне нужно, но не мог этого получить.

- Просто несколько минут, чтобы привести себя в порядок, - сказал я.

Я почувствовал, как отец кивнул, уткнувшись мне в макушку. Казалось, ему потребовалось много времени, чтобы отпустить меня. Я знал, что напугал его, и это вызвало еще одну волну вины.

- Я буду рядом, если понадоблюсь, - сказал он.

Остальные члены семьи предоставили нам немного пространства, но поскольку они все перешли в гостиную, а отец отвел меня в коридор, чтобы я мог уединиться, я не мог сказать, там ли еще Кинг.

Я кивнул отцу и, как понял, слабо улыбнулся, а затем поспешил в ванную. Я закрыл дверь и встал перед раковиной. Я не хотел смотреться в зеркало, но знал, что это неизбежно, поэтому заставил себя посмотреть на свое отражение, пока включал воду. Я был в шоке от настоящих слез, пролитых во время воспоминаний. Теперь я знал, что у меня были галлюцинации с предполагаемыми Плохими без лиц. Там не было никого, кроме меня и Курта. Но я полностью поддался силе внушения, которую Курт использовал, чтобы завоевать мое доверие. У меня был шанс убежать, но я им не воспользовался. Менее чем через десять минут после того, как я заскочил в дверь, которую открыл Курт, меня изнасиловали в первый раз.

Я отвел взгляд от зеркала, и тихие слезы снова потекли по щекам. Я прикрыл рот рукой, чтобы подавить рыдания, клокотавшие в горле.

Стук в дверь заставил меня вскрикнуть от облегчения. Он пришел.

- Ты в порядке, приятель? - услышал я, как спросил дядя Кон. - Тебе что-нибудь нужно?

Мне нужен был Кинг. Нужны были его руки, обнимающие меня, и мне нужно было, чтобы он напомнил, что это была не моя вина.

- Я в порядке, - с трудом выдавил я. - Выйду через секунду.

Я подождал, пока шаги за дверью ванной не стихли вдали. Я дал себе еще минуту, чтобы выплеснуть охватившее меня горе, но, по правде говоря, дело было не в том, чтобы дать волю слезам. Мне нужно было дать Кингу время освободиться от семьи и найти путь туда, где я был.

Он придет. Он должен.

Он обещал, что больше не оставит меня. Даже если он и не произносил этих слов, он говорил это, забираясь ко мне в постель каждую ночь. Он говорил это, обнимая меня сильными руками, и он говорил это, каждое утро просыпаясь в моих объятиях.

Он не уйдет. Он просто не может.

Но через десять минут я понял, что он не собирался заходить в ванную, чтобы лично убедиться, что со мной все в порядке.

- Он просто не мог уйти, - прошептал я, когда закончил приводить себя в порядок, насколько мог.

Кинг не мог спокойно прийти ко мне, не вызвав подозрений, и это нормально. Мне просто нужно было увидеть его, оказаться с ним в одной комнате. Мне нужно было увидеть, как тревога в его глазах сменяется облегчением, и мне нужно было знать, что ничего не изменилось.

Что последние две недели были настоящими. Что этот день был настоящим. Что он держал меня за руку, потому что хотел этого. Что он смеялся надо мной и вместе со мной, когда я рассказывал о прыжках с парашютом и пейнтболе. Битва за кексы была настоящей. Тот поцелуй на моей руке что-то значил.

Что-то потрясающее.

Но когда я вышел из ванной и, возвращаясь в гостиную, сталкивался с одним обеспокоенным членом семьи за другим, фальшиво улыбаясь, не потребовалось много времени, чтобы понять, что все это неправда. Ничего из этого не было правдой.

Потому что вместо того, чтобы быть рядом и посылать мне многообещающие взгляды, в которых говорилось, что он позаботится обо мне, когда все уйдут, Кинга нигде не было, а на кофейном столике лежал мой телефон.

Он снова исчез. Вероятно, навсегда.

Но даже если он каким-то чудом вернется после того, как наша семья уйдет, это не будет иметь значения.

С меня хватит.

Я, наконец-то, покончил с этим.

Глава двадцать вторая

КИНГ

Я пил третью стопку, когда раздался громкий стук в дверь.

Поскольку это никак не мог быть Джио, я проигнорировал его. Джио, скорее всего, праздновал со всей семьей у себя дома. Может, если бы Лука не подошел и не выразил своего удивления, увидев меня со своим сыном, я бы смог справиться со всем этим.

Удивлен видеть тебя здесь, Кинг . Мы не думали, что ты получил какие-либо наши сообщения о вечеринке-сюрпризе.

Я не получ ал, у меня последние пару недель не работал телефон. Я вспомнил, что сегодня день рождения Джио, и не хотел, чт обы он оставался один, поэтому зашел сегодня утром и пригласил его потусоваться.

Что ж, я так рад, что ты это сделал . Мы планировали прилететь сюда утром, но из-за погоды вылет был отложен.

Это доставило мне удовольствие.

Это доставило мне удовольствие, но не по причинам, предполагаемым Лукой. Все, что произошло в этот день, начиная с того, как Джио обнаружил тесто для кексов, и, заканчивая мероприятиями, вызывающими прилив адреналина, и, наконец, расслабляющим ужином и неспешной прогулкой, было идеально.

Совершенно идеально.

Настолько, что я на мгновение забыл, что мне запрещено прикасаться к Джио, и взял его за руку. Как только его пальцы сжались вокруг моих, не было никакой надежды отпустить его руку. Каждая клеточка моего существа отвергала эту мысль.