Домой мы вернулись спустя несколько часов. Диадема осталась у Федора, я оформил ее прокат на дату приема, который затеяла моя маменька. Вещи, купленные для Нади, Боря спрятал в моей гардеробной в шкафу, запер его на ключ, а ключ убрал.

Ни Григорий, ни Анна никогда не полезут в мой шифоньер без спроса. Но для маменьки ничто и никто не преграда. Справедливости ради отмечу: маменька всегда критикует мой внешний вид, говорит, что у меня «стиль зануды». Но она до сих пор не шарила в моих шкафах. Однако такая мысль может прийти ей в голову, и тогда все, что мы придумали, пойдет прахом. Лучше перебдеть, чем недобдеть!

Совершенно счастливая Наденька ушла в свою спальню, мы вернулись в кабинет, и Боря сказал:

— Я заметил кое-что важное в переписке девочек. Можно рассказать?

— Слушаю внимательно, — кивнул я.

— Они общаются друг с другом очень вежливо, их переписка читается как роман Джейн Остин. Слушайте. — Боря откашлялся: — От Алены Юле: «Не желаешь ли сегодня попить чаю вместе?» Ответ: «С удовольствием, скажи время и место». «В шестнадцать?» «Согласна». «Можно пойти в чайную на улице Рыкова». «Там немного шумно. Лучше в кафе в переулке Ковалева». «Ты права, я не подумала про количество посетителей». — Боря оторвался от телефона. — Как вам?

— Беседа княгини Кукушкиной с баронессой Воробьевой, — рассмеялся я.

— Прибавьте еще время создания этого чата, — тоже развеселился мой секретарь. — Он возник недавно, и вся переписка там — в духе девятнадцатого века. Странно еще, что нет там Марго. Вроде девочки с ней дружат, но в свой чат не добавили.

— Возможно, что-то они затеяли эдакое. И быть может, девицы все же в курсе, где находится сейчас Ирина. Но зачем тогда им мы?

— У каждого человека есть любимые фото, на которых он хорошо выглядит, — неожиданно произнес Боря. — Такие в наше время любят выставлять на всеобщее обозрение. А вот в личном чате наших особо хитрых лисичек нет ни одного снимка. Это странно. Как правило, представительницы слабого пола забивают свои страницы фотками: «Я и торт», «Я и новое платье», «Я и собачка», «Я и котик»… Есть подозрение, что эта переписка создана для того, чтобы кто-то, скорее всего родители, не узнал правду о них. У них определенно есть отдельный чат для откровенной болтовни. Поэтому я полез в студенческий чат их курса!

— Зачем? — изумился я. — Там точно не найдется ничего из того, что нам нужно.

— Зато там есть снимки милых девушек! — потер руки Боря. — В наше время необходимо демонстрировать открытость, желание работать в команде, любовь к учебе или к своей работе, писать хорошие слова о коллегах. Во многих фирмах есть такие «болталки». Сотрудники отдела кадров очень любят просматривать их.

— Маловероятно, что люди там высказываются искренне, — поморщился я.

— Такова реальность сегодняшнего дня, — пожал плечами Боря. — И сейчас у многих семей есть общий чат. Не хочу огорчать вас, но там тоже почти нет правды. Искренность и открытость супруги проявляют у себя дома, в спальне. Там, где нет лишних глаз и ушей, они могут и подраться в момент яркой обиды, и помириться с бурным восторгом… Меня в студенческом чате интересовали только фото Алены и Юли. И я их получил! Зачем они мне? Я поискал похожие снимки в интернете. Для поиска настоящей личной «болталки» красавиц я решил использовать «Яндекс Картинки» и Google Images. Еще есть Findclone для поиска человека через социальную сеть ВК. В придачу имеется TinEye для глобального поиска изображений, аналог «Яндекса» и Google. И еще неплохой PimEyes, бесплатный сервис, который обрабатывает загруженное фото, находит лица людей на нем, анализирует свыше тридцати миллионов сайтов и…

— Остановитесь! — взмолился я. — Вы нашли врушек?

— Да, — кивнул Боря. — У них группа под названием Sptgro.

Меня охватил азарт охотничьего пса, который несется к болоту за уткой.

— Как это слово на русский язык переводится?

— Никак, — усмехнулся Боря, — это просто набор букв… Это тайное место существует давно, создали его три пользователя: Татьяна Иванова, Ольга Петрова и Екатерина Кузнецова. Девицы старательно зашифровались, но и на старуху бывает проруха. На аватарках нет их личных фото, там картинки с животными: медведь с оскаленной пастью, лев с окровавленной мордой и здоровенная обезьяна с куском мяса в лапе. К психологу ходить не надо, чтобы понять, какие чувства переполняли тогда милых подростков. Но в ленте полно их фото, поэтому-то я и сумел найти это тайное место. Медведь и лев — это Алена и Юля, Ира — обезьяна. Сейчас зачитаю вам несколько сообщений времен, когда девушки учились в восьмом классе. Ира: «Сколько дают за убийство матери?» Юлия: «Надо было сделать это в семь лет, тогда только пальцем могли погрозить». Алена: «Можно заплакать: „Дяденьки, я не знала, что надо одну таблетку в воде растворять! На упаковке написано, три!“ Они скажут: „Да, но не за один раз“. А ты им: „Ой, не знала!“» Юля: «Не, лекарство сразу найдут. Надо сломать тормоза». Алена: «Это ваще… Понятно станет даже… что они не сами отказали». — Боря посмотрел на меня. — Как вам?

— Нет слов, — только и сумел ответить я. — Сколько, вы говорите, им лет тогда было?

— Восьмой класс. Лет по четырнадцать. Они ненавидели родителей, рассказывали, как старательно прикидываются милыми. Про убийство — просто болтовня, но действия тоже были. Вот еще пассаж. Юля: «Прикол! Мамашка собралась блистать на вечеринке. Вырядилась жутко, намазюкала морду. Усвистела, мне сказала: „Чтобы уроки все сделала! Приеду — проверю!“ Вернулась домой ночью, синяя! А-ха-ха!» Алена: «Почему синяя?» Ира: «Она чернил на тусне выпила? С водярой перепутала?» Юля: «Мамашка всегда перед выездом кофе пьет. Я ей туда весь пузырек слабительного вылила. Процесс начался сразу, как только она в ресторан вошла. Просидела весь вечер на унитазе». Алена и Ира поставили хохочущие смайлики… Похожие разговоры девицы вели несколько лет.

— Неужели родители подружек не понимали, чем их детки-конфетки занимаются? — удивился я.

— Они действовали хитро, никогда не повторяли совершенные гадости, — объяснил Боря. — Подлила Юля матери слабительное — и больше так не поступала. Фантазия у них била ключом… Неприятно про все рассказывать. Одна придумает мерзость, потом другая ее повторила со своими родителями, — и все. Больше такое — ни-ни. Они прямо поселились на сайтах глупых приколов, там, где продают «пукающие» подушки и духи с запахом фекалий. Но потом все изменилось. Гадости старшим они делать перестали, начали вести беседы о мальчиках и одежде.

— Они давно дружат, — заметил я.

— Да. Со временем начали общаться без злобы. Ира жаловалась на мать, Юля и Алена ей сочувствовали. У них с родителями наладились отношения, они их полюбили, выйдя из подросткового возраста. А однажды Ира написала: «У меня новость, сядьте, а то упадете. Я близнец». Алена: «Алло! Ты Овен!» Юля: «Всем приветик! Ты вчера что пила?» Ирина: «Мы с ней так похожи, что аж страшно. У меня есть сестра, она мое зеркало!»

Боря оторвался от ноутбука и взял стакан с водой.

— После этого сообщения была неделя тишины — компания, похоже, где-то общалась очно. Потом они снова появились в Сети, но тон переписки резко изменился. пропали грубые слова и мат. Девушки словно вмиг повзрослели. Их группа стала самой обычной. Но туда добавилась Маша Сергеева. К гадалке ходить не надо, ясно, что это Маргарита Осипова.

Я встал.

— Завтра непременно встречусь с красавицами. Они знают, куда подевалась Ира. Зеркало!

— Что? — не понял Боря.

— Зеркало бедного зайца может оказаться кривым. Длинноухому кажется, что его отражение прекрасно, а в реальности он косой и горбатый. Что, если Марго поссорилась с Ириной, поэтому та исчезла?