Прошло два дня с тех пор, как Пугало попал в свои владения. Его императорские обязанности оказались не такими приятными, как он ожидал. Этот край был безусловно красив, но управлять Серебряными Островами было не столь же просто, как решать дела в стране Оз. Прикрепленная к его головному убору коса ужасно мешала. К тому же Пугало постоянно путался ногами в полах своего императорского одеяния, к которому он никак не мог привыкнуть. Его подданные оказались чрезвычайно сварливыми созданиями; они постоянно дергали друг друга за косы или таскали друг у друга фрукты, зонтики или пасту для полировки серебряных вещей. Его министры: Великий Чу Чу, Могучий Чау Чау и Генерал Чо Чо, были не лучше. Для поддержания мира и покоя во дворце Пугале постоянно требовалось напрягать свои мозги.

Днем он заседал в императорском суде, где разбирал разные дела, потом выслушивал доклады семнадцати своих секретарей, затем его носили в императорском паланкине, а потом надо было еще принимать иностранных послов. По вечерам Пугале приходилось сидеть в своих серебряных покоях и при свете бумажных фонарей изучать Церемониальную Книгу. Царившие во дворце правила этикета, о которых ему рассказал Великий Чу Чу, были чрезвычайно обременительными. Пугало их постоянно нарушал: он то старался выскользнуть из-под Императорского Зонта, то заводил любезную беседу с дворцовыми слугами или отправлялся гулять без охраны в Императорский сад.

Сам по себе Императорский дворец был великолепен, и в распоряжении Пугалы было более пятисот различных одеяний. Императорский сад с его сверкающими фонтанами, цветущими апельсиновыми деревьями, серебряными храмами, башнями и мостами был слишком прекрасен, чтобы его можно было описать словами. Маки, розы, лотосы, лилии и другие цветы наполняли воздух дивным благоуханием. Ближе к ночи зажигалась тысяча серебряных фонарей. Они превращали этот сад в настоящую волшебную страну.

Трава и деревья здесь были зелеными, как и в других краях, а по небу скользили маленькие серебристые облачка. Окружавшие острова воды напоминали дивное жидкое серебро. Все дома и башни островов были сделаны из этого светлого металла. Смотрелись они ошеломляюще великолепно. Однако жители Серебряных Островов были слишком тупы, чтобы оценить всю эту красоту.

— К тому же какой смысл во всем этом великолепии, если мне не с кем им насладиться, — вздыхал Пугало. — И у меня совершенно не остается времени на развлечения!

В стране Оз никому не казалось странным, если сама юная правительница Озма прыгала через скакалку вместе с Дороти и Бетси Боббинс или спокойно играла в крокет с дворцовым поваром. Однако здесь, увы, все было по-другому. Если Пугало отваживался сыграть в мяч с сынишкой садовника, весь двор приходил в волнение. Сначала Пугало решил следовать принятым правилам, но быстро убедился, что всем придворным не угодить. Тогда он махнул на все рукой и решил поступать как ему нравится.

— Мне плевать, император я или нет! Буду говорить с кем захочу и когда захочу! — воскликнул он через пару дней и, погрозив кулаком серебряной статуе Императора, швырнул Церемониальную Книгу в фонтан.

На следующее утро он решительной походкой вошел в тронный зал и забрался на трон. Все придворные тут же пали ниц, отчего Пугалу опять шатнуло.

— Немедленно поднимайтесь! — проворчал Пугало, усаживаясь поудобнее. — От ваших поклонов одни неудобства! Чу, будь любезен, издай указ, запрещающий падать ниц. Любой, кого впредь застукают кланяющимся в моем присутствии, лишится... — при этих словах придворные заволновались, — своей косички! — закончил Пугало. — А теперь, Чу, будь добр, займи мое место на троне. Я иду гулять с моим приятелем Бумчиком.

При этих словах Великий Чу Чу лишь разинул рот от удивления. Однако, увидав с какой решительностью Пугало это сказал, ослушаться не посмел и тут же начал выписывать странные закорючки на длинном свитке красного пергамента. Толстяк барабанщик вздрогнул от счастья, когда Император Пугало взял его за руку и повел гулять в сад. Придворные же при виде этой сцены начали в смятении переглядываться. Однако, сделать они, конечно, ничего не могли. Через некоторое время Бум пришел в себя. Он достал маленькую серебряную флейту и начал выводить веселую мелодию.

— Мне пришлось взять инициативу в свои руки, Бум, — пояснил Пугало, с удовольствием прислушиваясь к звукам флейты. — А слова в этой песенке есть?

— Конечно, о прославленный и высокородный господин! — кивнул юный барабанщик.

Закончив петь, Бум с самым серьезным видом совершил кувырок и встал вверх тормашками.

— Ваше Величество раньше очень любили эту песенку, — пробормотал он (честно говоря, трудно говорить, стоя вверх ногами, а если вы так не думаете, попробуйте сами это проделать).

— Вот как! — воскликнул Пугало, сразу почувствовав себя веселее, — Расскажи-ка мне что-нибудь обо мне и моей семье, Бэппи.

— Бумчик, с позволения Вашей любезности, — поправил его серебряк-коротышка.

Он снова сделал кульбит и оказался рядом с Пугалом.

— Ладно, — пробормотал Пугало. — Хотя в тебе есть что-то, напоминающее мне бэби и хумус. Это ведь ты бил в барабан, верно? Думаю, я буду называть тебя для краткости Бумом. Если ты, конечно, не против!

Пугало опустился на серебряную скамью и жестом пригласил имперского барабанщика присесть рядом с ним. Бум примостился рядом, сначала оглядевшись и убедившись, что за ними никто не наблюдает.

— Согласно дворцовым правилам, это непозволительно, — обеспокоенно шепнул он.

— Не беспокойся об этом и забудь о правилах, — усмехнулся Пугало. — Расскажи мне о моем императорском прошлом.

— О! — молвил Бум, закатив глаза, — Вы были одним из самых великолепных и великодушных монархов!

— Неужели? — спросил Пугало. Он был явно доволен таким ответом.

— Беднякам Вы давали рис, а богачам — советы, и Вы участвовали во многих славных битвах, — продолжал свой рассказ коротышка. — Я сочинил о Вас песенку. Может быть, Вы соизволите ее послушать?

Пугало кивнул, и Бум, запрокинув голову к небу, с воодушевлением заголосил:

— В стране Оз, — задумчиво пробормотал Пугало, когда Бум закончил орать, — я однажды свернул шеи целой стае жутких ворон. И это случилось еще до того, как у меня появились мои прекрасные мозги. О, я воин, в этом нет никаких сомнений! Но скажи мне, Бумчик, где я встретил свою будущую супругу?

— На водах! — усмехнулся тот, прищурив глаза.

— Не может быть! — Пугало с сомнением глянул на гавань, а затем окинул взором свою неуклюжую фигуру.

— Ваше Величество забывает, что тогда Вы были настоящим человеком, как я, а не... э-э-э... В общем, когда Вы не были набиты соломой, хотел я сказать, — смущенно продолжил свой рассказ коротышка барабанщик, — она рыбачила, и тут на ее крючок попалась огромная серебристая рыба. Ваша будущая супруга привстала в лодке, а рыба сделала мощный прыжок и ваша будущая жена выпала из лодки. Тогда Ваше Величество, увидав все это с берега, смело бросились в воду, поплыли, спасли красавицу и отцепили рыбу, а через некоторое время женились на дочери рыбака. Я сложил об этом песню!

— Давай ее послушаем, — предложил Пугало. И Бум спел следующее:

— Неужели все так и было? — спросил Пугало, которому эта песенка явно польстила.

— Да, все так оно и было, — кивнул Бум, — и Вы лично пригласили меня на свадьбу, хотя я в то время был всего лишь малышом.

— И на этой свадьбе был Чу Чу? — спросил Пугало.

Ему было чрезвычайно любопытно узнать, как старый царедворец отнесся к его браку с дочерью рыбака.

— Помню, у него для Вашего Высочества уже была подобрана какая-то подходящая принцесса, — усмехнулся Бум. — Глядя на Вашу избранницу, он лишь кривил губы, но поделать ничего не мог.

— Ха! — воскликнул Пугало, чуть не свалившись со скамейки. — Это самая озорная история, которую я услышал с тех пор, как оказался на Серебряных Островах. Бумчик, мой мальчик, чувствую, мы с тобой станем добрыми друзьями! Впрочем, хватит о прошлом! Давай подумаем о настоящем!

С этими словами Пугало приобнял имперского барабанщика за плечи и предложил:

— Давай займемся чем-нибудь веселым!

— Не хотели бы вы, Ваше Высочество, позапускать воздушных змеев? — спросил Бум. — У нас это любимое развлечение.

— Конечно, хотел бы! Погоди минутку, я переоденусь.

С этими словами Пугало стащил свою императорскую шляпу, сунул ее под скамейку, а потом нацепил на свою голову простецкую шляпу барабанщика Бума. У нее были такие широкие поля, что они почти скрыли всю физиономию Пугалы. Затем Пугало вывернул свой императорский халат наизнанку и объявил, что теперь готов.

Вместе с Бумом он направился к полю, где обычно запускали воздушных змеев. Их путь лежал через небольшой серебряный городок, и Пугало пришел в полный восторге от его живописного причудливого вида. На узких улочках то и дело попадались забавные лавочки и магазинчики. Над каждой входной дверью красовались серебряные фонарики и живописные вывески. Улочки был полны народу. Торговцы зазывали покупателей, и в их лавки входили празднично одетые девушки. Всюду кипела красочная жизнь.

— Ах, если бы я мог жить здесь, а не во дворце, — вздохнул Пугало, остановившись перед скромной лавкой, в которой продавался рис.

В это мгновение Бум вовремя оттолкнул своего господина в сторону; иначе на Пугалу налетел бы здоровенный верблюд. На узких улочках этого городка нужно было держать ухо востро. Верблюд с подозрительным видом обнюхал Пугалу, которому пришлось прижаться к стене дома, чтобы с ним разминуться. Затем, озираясь по сторонам, Пугало прошел вместе с Бумом через городок, и вскоре оба оказались на поле, где запускали воздушных змеев. Народу было море. Змеев было тоже очень много, больше, чем кто-либо мог увидеть за всю свою жизнь. В небо взмывали огромные рыбы, серебряные бумажные драконы, птицы самых разных форм и расцветок. За их полетом наблюдали сотни обитателей Серебряных Островов — мальчики, девочки и взрослые жители.

— Как любопытно, — ахал Пугало, зачарованно глядя на огромного дракона, который в это время парил прямо над его головой. — Как бы мне хотелось, чтобы это увидела Дороти!

Змей в виде дракона двигался словно живой, и о ужас! Как только он спикировал вниз, крюк на его хвосте зацепился за воротник Пугалы, и, прежде чем Бум успел сообразить, что происходит, Император Серебряных Островов уже взмыл к облакам (вы ведь наверняка помните, что Пугало почти ничего не весил). Люди внизу стали издавать восторженные крики, ведь они приняли Пугалу за некую куклу, которая играла какую-то роль в представлении с воздушными змеями. Бум же бросился за змеем-драконом со всей возможной скоростью, которую позволяли развить его толстые короткие ножки.

— Увы, увы! Я потеряю работу! Все пропало! — вопил Бум. Он был совершенно уверен, что Пугало разобьется о скалы. — О, я тупица, зачем я не слушал Великого Чу Чу!

Однако Пугало, оправившись от изумления, начал получать удовольствие от своего полета. Крепко держась за хвост дракона, он с большим интересом взирал сверху вниз на свои владения. Внизу под ним проплывали скалы, горные кряжи, высокие серебряные пагоды и плакучие ивы у воды. Поистине, эти Серебряные Острова были прекрасны! Пугало окидывал взором серебристые воды, которые окружали острова, и он был поистине удивлен, увидав большой флот: в гавань величественно входило множество необычных судов с парусами из шелка.

— Как интересно! — пробормотал Пугало.

Однако как раз в этот момент драконий змей повел себя строптиво. Он дернулся вверх, потом вниз, а затем стал мотать Пугалу из стороны в сторону. Шляпа Пугалы, его руки и ноги болтались и кружились, а из туловища стала вылезать солома и падать клоками вниз. Затем крюк разорвал куртку Пугалы, проделав в его спине ужасную рану, и из нее тоже полезла солома. Пугало полетел вниз, вниз, вниз и шлепнулся на скалы словно куча тряпья. Бедный Бумчик бросился к нему с выпученными глазами.

— О, лучезарный и бессмертный Пугало, что с Вами случилось? — простонал он, падая на колени рядом с помятой фигурой своего Императора.

— Из меня просто вылетело все мое достойное содержимое, — с трудом пробормотал Пугало. — Бумчик, дружок, не мог бы ты меня перевернуть? Я ткнулся глазом о камень, и это мешает мне думать.

Услыхав, как из смятой кучи одежды доносится знакомый голос, Бум даже подпрыгнул от удивления.

— Нет ли тут поблизости соломки? — обеспокоенно пробормотал Пугало. — Так ты сможешь меня перевернуть?

— Это говорит дух Императора! — простонал в ужасе коротышка барабанщик.

Поскольку же он не осмелился ослушаться императорского призрака, то все-таки перевернул Пугалу на спину дрожащими от страха руками.

— Не пугайся, — успокаивающе улыбнулся ему Пугало. — Я не такой ранимый, как вы, люди из плоти и крови. Немного соломы, и я снова стану как новенький. Мне нужна солома. Со-ло-ма! Слышишь?

От страха косичка Бума все еще стояла дыбом, и сам он трясся так, что его серебряные туфли выбивали по камням чечетку.

— Тащи солому! Я тебе приказываю! — наконец сердито прикрикнул на него Пугало.

Бум бросился прочь.

Когда он вернулся с охапкой соломы, Пугале удалось убедить его, что он жив.

— Жителя страны Оз убить просто невозможно, — гордо объяснил он. — Именно поэтому мое тело гораздо более надежно, чем твое. Мне не нужно есть или спать, и меня всегда можно починить. У тебя есть английские булавки?

Бум выудил из кармана несколько. Под руководством Пугалы он набил ему грудь соломой и заколол дырки.

— Давайте вернемся во дворец, — предложил Пугало. — Хватит с меня удовольствий на сегодня! Кстати, ты не мог бы мне что-нибудь спеть, Бумчик?

Беготня и треволнения несколько повлияли на голос коротышки барабанщика, но он все же выдал забавную песенку, и они вдвоем, вышагивая под ее мелодию, без дальнейших происшествий добрались до императорского сада. Едва Бум успел нахлобучить императорский головной убор на Пугалу и привести его одеяние в порядок, как из дверей дворца выскочила целая группа придворных, которые быстро к ним побежали.

— Клянусь кукурузным крахмалом! — воскликнул Пугало, тяжело опускаясь на серебряную скамью. — Наверное, что-то случилось! Глянь-ка как пыхтит старикан Чу Чу!

— Да не удивительно, что он так запыхался, — лукаво заметил Бум, — ведь ему без малого...

Но закончить фразу он не сумел, потому что в это мгновение все подбежавшие придворные разом заголосили.

— Спасите! Спасите нас! — завопили они и, забыв о новом указе, бухнулись ниц.

— От кого? — спросил Пугало, вцепившись в край серебряной скамьи.

— От правителя! Правителя Золотых островов! — закричал Великий Чу Чу.

— Вот как! — пробормотал Пугало, задумчиво нахмурившись. — Значит, это его корабли входили в гавань?

При этих словах великий Чу Чу даже подскочил от удивления.

— Как Ваше Высочество смогли увидеть этот флот отсюда? — заикаясь, пробормотал он.

— Не отсюда, а оттуда, — ответил Пугало, указывая пальцем в небо и подмигивая барабанщику Буму. — Мое Высочество, видите ли, поднялось очень высоко!

— Ваше Величество, кажется, не осознает серьезности нашего положения, — пробормотал Великий Чу Чу. — Правитель Золотых Островов сожжет наши жилища, а нас самих сделает своими рабами!

При этих словах придворные начали исступленно биться головами о траву.

— Сожжет жилища! — воскликнул Пугало, вскакивая на ноги. — Боже правый! Тогда от меня останется один пепел! Бумчик, а ты не можешь сделать так, чтобы этот правитель Золотых Островов убрался восвояси?

— Спасите! Спасите нас! — снова испуганно завопили серебряки.

— В пророчестве бобового стебля было написано, что Вы нас спасете! — Заявил великий Чу Чу, поднимая к небу свои тощие руки. — Вы же великий и бесстрашный император Чан Ван Во!

— Вот несчастье на мою голову! — пробормотал Пугало, заламывая руки. — Впрочем, мне надо все это хорошенько обдумать.