Как мы уже видели, русская мифология подвергалась трем иностранным влияниям в ходе своей истории (и доистории):

1. Скандинавское, политическое и религиозное, но кратковременное и быстро исчезнувшее.

2. Греко-византийское, оказавшееся фундаментальным на уровне установления официального религиозного культа в Киевском, а позднее Московском государстве.

Два этих влияния затронули преимущественно высшие слои общества (в первом случае – дружину, во втором – священство).

3. Финно-угорское, распространившееся на крестьянское население. Последнее сказывалось в течение многих веков на территориях, преимущественно населенных финно-угорскими племенами. Эти автохтонные этносы были христианизированы и официально стали «русскими». Под финно-угорским влиянием сформировались культурный и культовый субстраты, оказавшиеся наиболее важными. Ученые – Зеленин, Рыбаков, Гаспарини и др. – постоянно на него ссылаются; мы сами упоминали о нем в нашем исследовании, и теперь настало время рассмотреть этот вопрос более подробно.

Другой причиной такого интереса является то, что если первые два влияния почти не известны западной – особенно франкофонной – аудитории, то с финно-угорским все по-другому. Здесь мы не сможем изучить финно-угорскую мифологию комплексно (для этого потребуется новое исследование), поэтому ограничимся короткой главой, где возьмем за образец мифологию мордвы, народа, христианизированного и русифицированного в XVII веке. Именно мордва находилась в наиболее тесном контакте с русским населением.

Что касается западных славян, у них доминировало германское влияние. Они разделились, как известно, на последователей православной и католической, а затем лютеранской церквей, причем не без некоторых трений. Финно-угорское влияние со стороны венгров и финнов игнорировать также нельзя; все эти элементы сформировали в большинстве славянских стран выраженный финно-угорский субстрат. Данными фактами и объясняется наше отступление от темы.