На протяжении всей истории медицины прочно укоренившиеся теории порой отражали религиозные или моральные убеждения, а не научные факты. В начале XVIII века в Европе были заложены основы концепции, которая доминировала в мышлении медиков-психиатров более 200 лет. Основываясь на теории, что конкретная и распознаваемая форма безумия является результатом «самоудовлетворения», эта концепция в конечном итоге стала известна как «мастурбационное безумие» – взлет и падение этого понятия были «одними из самых фантастических в интеллектуальной истории человечества» [1]. Что касается истории психиатрии, гипотеза мастурбационного безумия была «историей, за которую современные психиатры не испытывают особой гордости» [2].
Первоначально дискуссии вокруг мастурбации были сосредоточены в основном на различных физических недомоганиях, приписываемых этому «пороку». Возражения против мастурбации – практики «проливания» или «растрачивания» семени – и других нерепродуктивных сексуальных актов, не дающих возможности последующего зачатия, возникли из иудео-христианских учений. Согласно преданиям ортодоксальных евреев, мастурбация представляла собой большой грех. В христианской традиции она также считалась греховной и вредной для природы – взгляды, которые доминировали в христианском мышлении на протяжении многих веков и впоследствии были «признаны медициной» [3].
Концепция мастурбации как опасного для здоровья явления впервые была задокументирована примерно в 1716 году [4], когда в Лондоне появился памфлет «Онания, или Отвратительный грех самоосквернения и все его ужасные последствия у обоих полов» [5]. Написанный анонимным священнослужителем, «ставшим шарлатаном» – он «определенно не был уважаемым врачом» [6], – трактат был зловещим предостережением, особенно о неблагоприятных моральных, но также и физических последствиях «самоосквернения» или «самоудовлетворения».
Известно, что «до XVIII века не существовало всеобщего убеждения, что мастурбация особенно вредна» [7]. До этого времени термин «онанизм» для обозначения мастурбации не встречался ни в английском, ни во французском языках [8] – даже автор «Онании» не использовал это слово в своих работах, вместо этого называя этот процесс «самоосквернением» [9]. Несомненно, использование эвфемизмов, таких как самоосквернение, порок одиноких, самоудовлетворение и тайный грех, выдвинуло на первый план аспекты большого морального значения и осуждения.
В памфлете «Онания» были сделаны шокирующие заявления, которые должны были вызвать продолжительный, широко распространенный отклик. Автор этого трактата утверждал, что порок самоосквернения не только «разрушает душу» [10], но и «препятствует росту мальчиков и девочек» [11]. Кроме того, автор писал, что среди мужчин частое «самоосквернение» вызывало «слабость пениса», а также «обмороки, эпилепсии» и «раннюю смерть» [12]. Среди женщин эта привычка вызывала «бесплодие», «чахотку», «истерические припадки» и «обмороки» [13].
Памфлет «Онания» вскоре была переведен на несколько языков и был напечатан по ту сторону Атлантики, в Бостоне, в 1724 году. В Америке подзаголовок был слегка изменен: «Отвратительный грех самоосквернения и все его ужасные последствия для обоих полов. С советами для духовного и физического здоровья от тех, кто уже нанес себе вред этой отвратительной практикой».
Хотя тема была из тех, которые не вызвали бы комментариев широкой общественности в те времена, книгу, по-видимому, прочитали многие, поскольку она отвечала широко распространенной потребности. Об этом можно судить по большой популярности работы в Европе и Америке – к 1737 году она достигла 16-го издания, а к 1778 году – 22-го [14]. Однако самое важное – священнослужитель и автор «Онании» заложил основу, на которой уважаемые врачи начали строить свои многочисленные теории предполагаемых серьезных медицинских рисков и разрабатывать медицинские концепции, которые приписывали пороку «самоосквернения».