В том же ключе выдающийся американский физиолог Сайлас Уэйр Митчелл писал: «Хуже всего, по моему мнению, наиболее разрушительный во всех отношениях американский взгляд на женское образование». Далее он добавил: «Американская женщина, говоря прямо, физически непригодна для своих женских обязанностей <…> и совершенно неквалифицирована для выполнения более тяжелых задач, которые сильно нагружают нервную систему мужчины. Она не в состоянии в полной мере выполнить то, что Природа требует от нее как от жены и матери» [18]. Точно так же американский врач Натан Аллен (1813–1889) утверждал: «Вследствие того, что они пренебрегают физическими упражнениями и постоянно прилагают усилия к учебе, а также из-за различных других влияний у большого количества наших американских женщин в целом преобладает нервный темперамент» [19].

Взгляды Кларка вызвали значительный интерес в Британии. Среди тех, кто поддерживал его медицинские постулаты, был известный психиатр Генри Модсли. В своем эссе «Секс в сознании и в образовании», опубликованном в 1874 году, Модсли изложил многочисленные клинические исследования случаев, проведенные различными американскими врачами, а также выводы Эдварда Кларка: «Утверждается, что число женщин, окончивших школы и колледжи [в Америке], которые навсегда остались инвалидами с более или менее серьезными заболеваниями из-за неправильных методов обучения и из-за пренебрежения репродуктивным аппаратом и его функциями, настолько велико, что вызывает серьезнейшую тревогу и требует внимания общества» [20]. Модсли утверждал, что обучение девочек-подростков и вытекающий из этого расход жизненной энергии могут нанести непоправимый вред их репродуктивной системе, а также их мозгу – переизбыток образования был физически и психически опасным. Девочкам-подросткам нужна была вся их энергия, чтобы преодолеть опасное время полового созревания, и никаких дополнительных напряжений разума. Модсли предупреждал: «Можно справедливо предположить, что стимул соревнования будет действовать сильнее на девочек, чем на мальчиков; не только потому, что они более восприимчивы по своей природе, но и потому, что будет оказывать большее влияние на их конституцию, когда будет в избытке. Их нервные центры, находящиеся в состоянии большей нестабильности по причине развития их репродуктивных функций, легко серьезно расстроить», что приводит к тяжелым расстройствам, таким как «хорея, эпилепсия [и] безумие» [21].

Модсли четко изложил мнения медицинского консенсуса того времени, твердо заявив о «неизбежном факте, что мужская конституция одна, а женская – другая, и что, как бы ни сложилось в процессе ассимиляции женского и мужского образования и труда, превратить женщину в мужчину не удастся» [22]. Он повторил, что уделом подавляющего большинства женщин по-прежнему должны быть замужество и деторождение, и их образование должно отражать этот факт. Более того, сторонники высшего образования для женщин игнорировали тот факт, что «энергия человеческого тела [была] конечным и исчерпаемым ресурсом» [23], и женщины, которые чрезмерно стимулировали свой мозг, рисковали столкнуться с летальными медицинскими последствиями, потому что в конечном итоге нельзя «забывать тот факт, что женщина трудится, обладая неполноценной конституцией <…> Это не выражение предрассудка или ложных чувств; это простой физиологический факт» [24]. Таким образом, расовое самоубийство угрожало обществам, в которых женщинам разрешалось заниматься интеллектуальной деятельностью и карьерой вместо их истинной задачи – воспроизводства потомства и заботы о мужчинах.

Психиатр Томас Смит Клустон предвидел еще более мрачную перспективу: энергия женского мозга будет истощена академическими исследованиями и для репродуктивных целей не останется ничего. «Я бы не сказал ни слова о высшем образовании женщин <…> Я бы просто подчеркнул тот факт, что это высшее образование они получают, рискуя потерять кое-что более важное. Его необходимо сделать совместимым с материнством нашей расы» [25]. Он был обеспокоен тем, что, когда это бедствие оставит Британию истощенной и бесплодной, мужчины будут вынуждены искать покорных и плодовитых жен в других странах, «где об образовательных теориях не знают» [26].

Нападки Модсли, Кларка и многих других медицинских специалистов [27] на женское высшее образование решительно опровергались их очень немногими коллегами-женщинами [28]. Конечно, врачи-мужчины также яростно отвергали вторжение женщин в их сферу деятельности. Однако, несмотря на то что их попытки пресекались на каждом шагу, сопротивление, стойкость и явная решимость женщин добиться успеха вопреки всем невзгодам оказались невероятно сильны. Первой женщиной, получившей в Англии квалификацию врача и хирурга, была Элизабет Гаррет Андерсон (1836–1917). Ей было отказано в поступлении в ряд медицинских школ, и в конце концов она решила сначала выучиться на хирургическую медсестру. Со временем она стала «непрошеным гостем» в анатомических кабинетах и на лекциях по химии. Студенты-медики мужского пола энергично ходатайствовали против ее приема в качестве их сокурсницы в 1861 году. Но она не сдалась и продолжила бороться за получение квалификации, обучаясь в частном порядке у разных профессоров из Сент-Эндрюсского университета, Эдинбургской королевской медицинской школы родовспоможения и Медицинского колледжа Лондонской больницы. В 1865 году она сдала выпускные экзамены и получила от Фармацевтического общества лицензию на медицинскую практику.

К 90-м годам XIX века количество женщин, поступавших в университет, выходивших замуж и рожавших детей, было достаточным, чтобы опровергнуть пугающие, мрачные прогнозы, сделанные Кларком и всеми его сторонниками в 1870-х. Кроме того, мужское медицинское сообщество капитулировало и разрешило женщинам посещать медицинские школы. В то время Элизабет Гаррет Андерсон, а вскоре и многие другие женщины занимались частной медицинской практикой, а также становились женами и матерями, и «в конце концов даже сила медицинских аргументов не смогла остановить волну человеческих амбиций и экономической необходимости» [29].