Ворон себя знает.

– Кто-нибудь, вызовите «скорую»! – закричала Анна.

Но все вокруг происходило слишком медленно. Все по-прежнему пребывали в ступоре, не полностью высвободившись из-под действия заклинания. Имз остолбенело наблюдал за происходящим со сцены.

Анна попыталась вспомнить, что ей рассказывали на тренинге по первой помощи. Она положила обе ладони Эффи на грудь и принялась ритмично давить на нее. Вверх-вниз. Вверх-вниз.

Вверх-вниз. Пожалуйста… пожалуйста…

После нескончаемо долгого ожидания тело Эффи забилось в конвульсиях. Анна отшатнулась.

С губ Эффи сорвался гортанный звук. Низкий, выворачивающий наизнанку. Давящийся. Она резко подскочила, после чего кашель достиг крещендо нечеловеческих звуков, как будто что-то разрывало ее горло изнутри. Потом Эффи запустила руку себе в рот и вытащила длинное черное перо.

После этого она рухнула обратно на пол без сознания, однако грудь ее продолжала вздыматься и опускаться.

Внезапно вновь послышался какой-то шум. В зал вошел Питер еще с одним старостой в сопровождении Дарси, Коринн и Оливии.

– Я нашел их! – объявил он. – Я застукал их вот с этим! – Он поднял руки. В них болтались тряпичные куклы. – Они пытались сбежать.

Дарси с яростью зыркнула на державшего ее старосту.

– А ну отпусти меня! – потребовала она. – Мы никуда не пытались сбежать! Нас заперли в классе! Это бред какой-то!

Зал начинал понемногу оживать. Девочки приходили в себя. Помнили ли они, что произошло? Имз, слегка пошатываясь, неуверенно сошел со сцены, как будто забыл, как пользоваться ногами.

– Что происходит? – спросил он у Питера сухим скрежещущим голосом.

– Я поймал их при попытке к бегству, – уверенным тоном ответил Питер.

– ЧТО-О-О?! – завизжала Дарси, и лицо ее перекосило от злости. – ЭТО ЧУШЬ СОБАЧЬЯ! КАК ВООБЩЕ МОЖНО В ЭТО ВЕРИТЬ? – Она плюнула в Имза и двинулась на него с таким видом, как будто собиралась хорошенько его тряхануть, но ее быстро остановили. – ЭТО ОНИ ВЕДЬМЫ! ЭТО ВСЕ ОНИ, ПОТАСКУХИ! – прорычала она, глядя на Анну и Эффи, не в состоянии больше сдерживать ярость и желчь, которые всегда скрывались под ее личиной.

– Отведите их в крыло Эбери, – распорядился Имз, как будто даже не слышал ее. – И остальных тоже. – Он указал на Анну с Эффи и совершенно ошеломленных Роуэн с Мэнди. – Никто не выйдет из школы, пока я не разберусь, что произошло.

Эффи, которая все еще была без сознания, перенесли в крыло Эбери. Анна шла за ней, умоляя кого-нибудь вызвать «скорую». Никто ее не слушал. Их затолкали в приемную, где обычно сидела секретарша, и там заперли. Ковен Темной луны и Соковыжималок.

– Эффи, – затормошила сестру, пытаясь привести ее в чувство, Анна. – Эффи!

Взгляды Роуэн с Мэнди тоже были прикованы к ней.

Эффи простонала, глаза ее открылись. Девочки помогли ей сесть.

– Эффи? Как ты себя чувствуешь?

– Что за фокус вы устроили? – прорычала Дарси, обращаясь к ним.

Коринн жалась к стене. Оливия сидела неподвижно.

– Ничего такого, чего вы не заслуживали бы, – прохрипела Эффи.

Губы ее дрогнули в слабой улыбке.

Дарси поднялась. Сколько Анна ее помнила, волосы у нее всегда выглядели идеально, сейчас же из хвоста у нее выбились пряди, а лицо свело в белую маску ярости и возмущения.

– Я не знаю, как вам удалось все это… провернуть, но я донесу до Имза, что это все ваших рук дело! Мои родители так этого не оставят! Вы ответите! Вы все за это ответите!

– Заткнись, Дарси.

Эффи взмахнула рукой в ее направлении, и рот Дарси захлопнулся.

Во взгляде ее последовательно промелькнули замешательство, страх – и осознание собственной правоты.

– Пагуба! Так я и знала! Я знала, что вы ведьмы. Вы все. Я была права! Права! – Она обернулась к Оливии и Коринн. – Вы это видели? Я же вам говорила! – Она злобно засмеялась. – Так я и знала!

– Заткнись, Дарси! – рявкнула Оливия. – Это ты заварила эту кашу.

Коринн тоже явно была на стороне Оливии, хотя то и дело с опаской косилась на Эффи.

В кабинет вошел Имз в обществе нескольких старост, и Дарси бросилась к нему.

– Эффи только что совершила пагубу! – заявила она с таким видом, как будто все еще была главной. – На глазах у нас всех!

Никто не присоединился к ее тираде.

– Скажите им! Оливия! Коринн! Эффи только что пустила в ход магию!

– Разведите их по разным помещениям, – приказал Имз, как будто Дарси была не более чем мелким неудобством, мошкой, которую он намеревался прихлопнуть чуть позже.

– Нет… нет… – До Дарси, похоже, только начало доходить, что происходит. Что зверь, которого она вскормила, готов броситься на нее. Что никто не может считать себя в безопасности. – Инквизитор Имз. – Она усилием воли заставила себя успокоиться и заговорила в совершенно иной манере: – Произошло какое-то недоразумение. Всем совершенно ясно, кто из присутствующих в этом помещении – ведьмы…

– Это мне решать, мисс Дьюлейси. Разделите их.

Старосты снова двинулись на них.

Анна поднялась и протянула им руки:

– Эффи только что пришла в себя, она до сих пор бледная, как мел. Позвольте мне остаться с ней, чтобы я могла присмотреть за ней на тот случай, если она снова потеряет сознание. – Она устремила взгляд прямо на Имза. – Вы ведь не хотите новых смертей, правда? Это отвлечет вас от расследования.

Имз кивнул в знак согласия, и Эффи с Анной оторвали от Роуэн и Мэнди и затолкали в одно из помещений крыла Эбери под непрекращающиеся протесты Дарси.

После того что произошло, Анне не хотелось оставлять Эффи в одиночестве, но и в одной комнате с ней находиться тоже не хотелось. Эффи привалилась к стене, а Анна встала напротив. Ей неприятно было даже видеть Эффи.

– Что ты натворила? – Голос у Анны до сих пор дрожал.

– Я сделала то, что должна была сделать.

Они некоторое время смотрели друг на друга с противоположных краев пропасти, которая разверзлась между ними.

– Я пытаюсь спасти нас всех, – сказала Эффи. – Мне пришлось действовать решительно. Я пошла на риск и надеюсь, что он окажется оправданным.

– На риск?! – воскликнула Анна, потом понизила голос, но он стал более пронзительным. – Ты чуть не умерла! Я думала, что ты… – Ей не хотелось вспоминать тот момент. – Господи, Эффи. Ты могла погубить всех, кто находился в зале!

– Все должно было выглядеть убедительно. Получился эффектный финал!

– Никакой это был не эффектный финал! Это было безумие! Мы спустились в Хад, чтобы связать того духа, обезвредить его навечно, а ты… ты… взяла и использовала его, снова выпустила его на волю, как будто так и надо!

– Я его не выпускала. Я им командовала. Мы обладаем силой языка мертвых, и мы единственные, кто знает посмертное имя духа на языке, единственные, кто обладает властью над ним. Как я могла не воспользоваться такой возможностью? Такой силой? Было бы безумием не использовать ее.

Анне казалось, что она видит перед собой незнакомку. И это после всего, через что они прошли вместе…

– Тебя никогда не интересовало спасение жизней, так ведь? Все, что ты сделала, ты сделала исключительно ради того, чтобы получить силу.

– Я сделала это ради того, чтобы спасти наши жизни, чтобы спасти наш ковен! – огрызнулась Эффи яростно. – «Все заодно!»

– Это было не ради того, чтобы спасти нас, а ради того, чтобы потешить твое самолюбие. Ради победы в игре, в которой тебе отчаянно хотелось победить. Если бы я не… не… ты могла бы…

– Но я верила в тебя, систер. – Голос Эффи обволакивал ее. – Я знала, что ты остановишь духа. Ты ведь уже однажды сделала это – в Хаду. Я знала, что ты не дашь мне умереть…

– Это стоило мне всего, что у меня было… – У Анны сорвался голос. – И ты ничего мне даже не сказала…

– Потому что ты ни за что не позволила бы мне сделать это. И все должно было выглядеть по-настоящему. Мы все должны были подпасть под чары, чтобы ни у кого не возникло даже тени сомнения, что на нас напали. Дарси с ее приспешницами.

Улыбка Эффи вновь стала угрожающей.

Из-за окна донеслись крики протестующих.

– Значит, это и есть твой грандиозный план? Свалить все на Соковыжималок? Имз никогда в жизни тебе не поверит.

– Вот именно. Поэтому нам так нужна помощь Питера. Он отправил Соковыжималкам фальшивое сообщение от имени Имза, в котором просил, чтобы они перед утренним собранием подошли в наш класс. Там, разумеется, никого не оказалось, но Питер на время запер их внутри. Их отсутствие на собрании должно было само по себе выглядеть достаточно подозрительно, но когда Питер потом застукал их с куклами в руках… все, теперь им уже ни за что не отвертеться. – Ее улыбка стала шире. – Все это, разумеется, было организовано заранее. Я прихватила несколько кукол из дома Мэнди, когда мы навещали ее. Подумала, что они могут пригодиться.

– Но… но вас с Мэнди уже однажды застукали в школе с куклой…

– А застукали ли? – возразила Эффи. – Дарси заявила, что видела нас с куклой, которую потом нашли в мусорном ведре. А вдруг это Дарси с самого начала пыталась нас подставить? Вдруг она просто-напросто все выдумала? А потом в последней безрассудной попытке уничтожить нас всех она с подружками навела пагубу на всю школу. На нас! Я вообще выжила лишь чудом! – Эффи драматически возвысила голос. – Фокус с пером очень оживил весь спектакль, ты не находишь? Я почерпнула его у Мэнди, когда много лун тому назад на вечеринке ведьм Хада в нее вселился дух.

Воспоминание о том, как Эффи вытащила изо рта перо, заставило Анну содрогнуться.

– Имз тебя раскусит. Зачем Дарси наводить пагубу на всю школу, когда она уже и так побеждает?

– Потому что ведьмы – существа эмоциональные. – Взгляд Эффи стал ледяным. – Во всяком случае Имз так считает, а сомневаться в себе он не привык. А если все-таки усомнится, Питер его переубедит. Он пользуется доверием Имза, да и отношения его отца с БППКП тут тоже очень кстати.

Теперь Анна понимала, в чем заключался безумный план Эффи:

– Мы не можем допустить, чтобы Соковыжималки понесли наказание вместо нас. Мы не знаем, чем им это грозит!

– Почему нет? – безжалостно процедила Эффи. – Они это заслужили! Дарси уж точно заслужила. И вообще, у них достаточно денег, чтобы отмазаться. Ничего им не будет.

– Мы этого не знаем! Мы не знаем, что БППКП намерено делать с теми, кого они схватят!

– Вот именно! Поэтому мы не можем допустить, чтобы это были мы. Мы ведьмы. Проклятые ведьмы. Так что или они, или мы! – Эффи вновь повысила голос. – Или мы выиграем, или проиграем.

– Ты сейчас говоришь прямо как Дарси, – с отвращением пробормотала Анна. – Жизнь – всего лишь игра…

– А это так и есть. Просто Дарси еще не поняла, что правила изменились и игра куда масштабнее, чем мы думали.

– Это не игра! – Анна сжала кулаки. Ей хотелось стереть эту мерзкую улыбочку с губ Эффи. – Я все расскажу Имзу. Я расскажу ему правду.

– Да ну, – невозмутимо отозвалась Эффи. – Ты что, в самом деле собираешься сдаться, зная, что стоит для нас на кону? К тому же Имз сдаст не только нас с тобой, он сдаст нас всех. – Она в упор посмотрела на Анну, многозначительно растягивая слова. – И Аттиса тоже. А он попытается нас спасти… возьмет вину на себя или пустит в ход магию. Что с ним тогда сделают? Нет, вопрос в том, они или мы. Они или он. Как по мне, Соковыжималки могут катиться в Хад.

Анна барахталась в словах Эффи, пытаясь выпутаться из их хитросплетений, из хитросплетений Эффи.

– Где ты настоящая? А где фальшивая?

– Я и сама не знаю, – отозвалась Эффи, продолжая пристально смотреть Анне в глаза. – Я же тебя предупреждала, что мне нельзя доверять.

– Ты сказала, что хочешь быть моей сестрой.

– Я и хочу. Я забочусь о том, чтобы тебе не причинили зла.

– Это не то же самое, – процедила Анна.

– Неужели ты не понимаешь? Если мы провернем эту операцию, мы будем свободны. Никаких больше подозрений в колдовстве! Мы сможем и дальше бороться с БППКП, но только уже на своих условиях. Помогать магическому миру с позиций силы.

– У тебя и вдруг комплекс спасительницы? – Анна не верила ни единому слову Эффи. – Нет, ты жаждешь власти и внимания и втягиваешь в это всех вокруг, как втянула меня. Но больше так не будет. Я по горло сыта твоими играми. Мы даже не знаем, сработает ли твой план…

Эффи опустила глаза:

– Ну, чтобы довести дело до конца, мне нужна будет твоя помощь…

– Какая именно?

– Просто… ну, ты же знаешь Питера. Он поможет нам только при одном условии…

Анна застыла, чувствуя, как сердце ее стискивает тяжелое предчувствие – так сильно, что больно стало дышать.

– Нет, – услышала она свой слабый голос.

Эффи просверлила ее холодным взглядом:

– Я только что рискнула жизнью, чтобы спасти ковен. Каждый из нас должен внести свой вклад.

– Я не собираюсь быть этим условием. – Анна покачала головой. – Я не могу.

– Это же не по-настоящему. Просто заставь его поверить в то, что ты его любишь, что ты хочешь быть с ним, и он спасет нас всех.

– И сколько так будет продолжаться? Мы же будем у него в долгу, в его власти. Я буду в его власти. Нет. Я не могу на это пойти. Я не могу. Эффи… – Анна вдруг прозрела, и до нее дошла вся неизмеримая сложность плана Эффи. – Это же была ты, да? Это ты привела Питера в швейную мастерскую. Это ты вытащила гвоздь Аттиса из стены и подтолкнула их в нужном направлении, чтобы они могли найти нас… чтобы Питер узнал…

– Что мы ведьмы, отвратительные и ужасные. – Эффи безрадостно рассмеялась. – Если мы хотели извлечь из него хоть какую-то выгоду, он должен был об этом узнать. Это была рискованная затея, но я поставила на то, что он без ума от тебя. Питер готов смириться с твоими магическими изъянами в обмен на твою любовь. Аттис, разумеется, не должен ничего знать о моем плане. Если бы он знал, что ты не хочешь быть с Питером, он не допустил бы этого. Ты должна убедить их обоих.

Анна смотрела на девушку напротив и думала о том, что совершенно ее не знала. Или, пожалуй, знала слишком хорошо, но не желала этого видеть. Она смотрела на нее до тех пор, пока Эффи не была вынуждена взглянуть ей в глаза в ответ.

– Ты не можешь просто победить, да? Тебе непременно нужно заполучить главный приз. Аттиса. Лишь бы он не достался мне.

– Я же сказала, я порвала с ним! – огрызнулась Эффи, но Анна чувствовала в ее словах страх. Эффи не могла больше скрывать его от нее. – Я не могу позволить тебе забрать его у меня.

– А я-то считала тебя самым отважным человеком из всех, кого я знаю. – Анна покачала головой и продолжила, медленно и холодно: – Но теперь я понимаю, что ошибалась. Тобой движет не отвага, а скука. Ты сделана не из храбрости, а из хаоса. Ты горишь не потому, что ты живая, – ты горишь потому, что боишься тьмы, потому что, если ты не будешь гореть, тебе в конце концов придется взглянуть в лицо самой себе. – Анна наклонилась к ней, и стены приемной, казалось, обступили их со всех сторон. – Не забывай, Эффи, я знаю, что у тебя внутри, – я была внутри твоего Хада и знаю, что там скрывается, я видела ту пустоту, ту зияющую дыру, от которой ты бежишь. Ты выбралась из Хада только благодаря мне. Если бы не я, ты до сих пор блуждала бы там.

Анна видела, что маска на лице Эффи пошла трещинами, но она еще не закончила:

– Ты не умеешь любить, ты умеешь только контролировать, в точности как наша тетя. И тобой движет страх, как он двигал ею. Она не умерла – она продолжает жить в тебе.

Эффи смотрела на Анну, тяжело дыша. Губы у нее дрожали. Но потом она подняла руки:

– Что ж, значит, роли распределены. Я плохая сестра, а ты хорошая. Очень советую тебе внимательно смотреть по сторонам. Выходит, в нашей маленькой пьесе про проклятие это мне отведена роль убийцы.

– Я никогда не говорила, что ты плохая. Просто напуганная.

Ярость Эффи обрушилась на Анну обжигающей волной.

– Ой, только не надо строить из себя идеал. Это ты привела в действие наше проклятие, сестра. Не я. – Ее слова застали Анну врасплох, и Эффи воспользовалась этой минутной слабостью, чтобы нанести удар. – Ага. Поцелуй. Я в курсе про поцелуй. Меня выставили главной предательницей… той, которая переспала с Питером… но, если бы не тот твой поцелуй с Аттисом, ничего этого не было бы. Он рассказал мне о нем летом. – Эффи взмахнула рукой с таким видом, как будто это был какой-то пустяк. – У тебя, кстати говоря, была масса возможностей самой мне все рассказать… но ты, видимо, решила оставить это в секрете. Ну что, не хочешь теперь прочитать мне лекцию о доверии?

Анна поморщилась: обвинение задело ее за живое. Она утаила правду. Эффи все знала. Она с самого начала все знала.

– Я не хотела делать тебе больно…

– Ой, давай только без этих слюнявых историй. Я тебя не обвиняю, я просто прошу тебя перестать делать вид, что ты лучше меня, потому что ты ничем не лучше, как бы тебе того ни хотелось!

– Я не такая, как ты! Я не пытаюсь обманом заставить Аттиса полюбить меня! Тебе не кажется, что он заслуживает большего?

– Я знаю, что для него лучше, я знаю его всю свою жизнь!

– Но он уже не такой, каким был всю твою жизнь, разве нет? – отозвалась Анна, понимая, какой эффект ее слова произведут на Эффи. – Он изменился, потому что теперь он любит меня.

Глаза Эффи расширились, в них полыхнула ненависть. Она отвернулась от Анны и ничего не ответила. С улицы доносились яростные крики протестующих.

Следующие несколько часов они провели в молчании, а потом – дверь открылась. На пороге стоял Питер. Даже не посмотрев на Эффи, он прямиком направился к Анне и опустился перед ней на корточки:

– Как ты?

Анна отстранилась, ненавидя его за выражение преувеличенной заботы на лице. Была ли она искренней?

– Я-то? Прекрасно, спасибо большое вам с Эффи. Я слышала, вы с ней прекрасно спелись.

Питер нахмурился, раздраженно косясь на Эффи:

– Я делаю это не ради нее. Я делаю это ради тебя, Анна.

– Подставляя при этом других. Как это благородно.

– Другого способа нет. – В голосе Питера прорезалась сталь. – Имз должен получить своих ведьм, и наш план работает. Он постепенно меняет свое мнение. Этому очень способствовало то, что Соковыжималки перегрызлись: Оливия и Коринн воспользовались предложением признаться и заявили, что это Дарси принудила их ко всему.

Эффи рассмеялась:

– Ну разумеется.

– Я думала, ты веришь в то, что делаешь, – прошептала Анна.

– А я и верю. – Теперь в голосе Питера прозвучали сердитые нотки. – Я верю, что пагуба – зло, что ее необходимо взять под контроль, но я знаю, что ты не выбирала этот путь, Анна, и что ты никогда не причиняла никому зла. – Он потянулся к ее руке. – Это единственный способ для меня спасти тебя, но и он не стопроцентная гарантия. Имз все еще подозревает вас, и… и несложно будет заставить его переменить мнение в обратную сторону. – Его хватка слегка усилилась – едва ощутимо, но достаточно, чтобы превратить его слова в недвусмысленную угрозу. – Мне нужно знать, что ты согласна с этим, согласна со мной. Что ты хочешь, чтобы мы с тобой были вместе, когда все закончится.

Его голубые глаза, такие настойчивые и серьезные. И все это – ложь. Он прекрасно понимает, о чем просит, что делает. Они с Эффи сговорились у нее за спиной, чтобы загнать ее в угол, лишить всякого выбора.

Эффи отвернулась в сторону, но ее предостережение все еще звучало у Анны в голове. Если они попадут в руки БППКП, Аттис не дастся просто так или попытается взять всю вину на себя. И что они тогда с ним сделают?

Она посмотрела на Питера:

– Конечно. – Голос ее звучал ровно и невыразительно. Да какое это вообще имеет значение? Питер просто хочет, чтобы она подыграла. – Конечно, я хочу быть с тобой. Ведь ты так меня любишь, несмотря на то, какая я, несмотря на мои недостатки. Я навеки перед тобой в долгу.

Он притянул ее к себе. Провел пальцем по ее щеке, вдоль линии челюсти. Потом взял за подбородок и, приподняв его, склонился к ней, чтобы поцеловать. Анна закрыла глаза и постаралась максимально отключиться и ничего не чувствовать.

Питер с улыбкой оторвался от ее губ:

– Я рад, что ты приняла верное решение. Как только все это закончится, мы сможем наконец быть вместе.

Он вышел. Анна с Эффи остались вариться в мрачном безмолвии приемной, в крови, которая бежала в их жилах. Анна знала, что теперь, как бы все ни повернулось, она не будет свободной. План Эффи загнал ее в ловушку. В ловушку Питера. В ловушку проклятия.

Может, Эффи любит ее, а может, и нет. Может, Эффи сломлена, а может, наслаждается делом своих рук. Может, она искренне верит в то, что сильнее проклятия, в то время как на самом деле оно разрушает их. Анну все это больше не волновало. Ей не хотелось ни понять Эффи, ни лучше узнать ее. Единственное, чего ей хотелось, – это оказаться от нее подальше. Навсегда.

– Ты думаешь, что победила, – произнесла Анна бесцветным тоном, – но это не так. Единственный победитель – это проклятие.

Еще через некоторое время шум за окнами начал усиливаться, протестующие распалялись, скандируя свои лозунги все быстрее и быстрее. Анна и Эффи подошли к разным окнам и посмотрели вниз. По холму к школе ехали машины – ряды легковушек и фургонов…

Дверь в приемную открылась, и внутрь проскользнула секретарша Имза.

– Что происходит? – прошипела Эффи.

Секретарша с каменным лицом посмотрела на них.

– Я не знаю, как вам это удалось, но Имз сообщил БППКП, что за все это ответственны Дарси и те, другие девочки, – произнесла она изумленным тоном.

– Ура! – удовлетворенно воскликнула Эффи.

– С вас подозрения пока тоже не сняты.

Секретарша устремила взгляд на дверь, потом вновь на них.

– Что происходит снаружи? – спросила Анна, которую все сильнее терзали дурные предчувствия.

– После того как Имз озвучил свое решение… – Секретарша отвела глаза. – Планы переменились. БППКП решило приехать сегодня. Сейчас. Это они там у ворот. Хопкинс со своими наблюдателями.

Анна подошла к ней:

– Что? Нет! Вы же говорили, что они приедут только на следующей неделе!

– Они решили приехать раньше.

Анна застыла, пытаясь сообразить, что делать.

Эффи протиснулась мимо нее.

– Но они же явились не за нами, а за Дарси с Коринн и Оливией, верно?

– Да, – кивнула секретарша. – Их продемонстрируют прессе как ведьм из школы Святого Олафа. Хопкинс собирается произнести речь. Это великая победа для БППКП. Но пока нас никто не слышит, должна сказать вам следующее. – Она закусила губу. – Они сообщили нам, что заберут и вас обеих тоже. Поэтому все ускорили.

Анна с Эффи смотрели на женщину, остолбенев от неожиданности.

Потом Эффи повернулась к ней, вне себя от гнева:

– Что вы имеете в виду? Почему? Почему?!

Секретарша попятилась и поспешно заговорила:

– Потому что им стало известно, что вы проклятые ведьмы… – В ее глазах блеснуло изумление. – Они намерены ни в коем случае не дать вам уйти, и, судя по всему, им удобнее будет сделать это приватно, без лишних глаз. Думаю, ваших друзей они тоже намерены взять.

Земля снова ушла у Анны из-под ног.

– Кто им сказал?

Джерри! Она знала… знала, что не надо ему об этом говорить…

– Новый член отдела раскаянцев. Ведьма по имени Лианна Уизеринг. Она только что вступила в их ряды и, по всей видимости, немедленно им сообщила.

Все еще хуже. На мгновение паника едва не захлестнула Анну с головой – удушающая паника, вызвать которую способны только наузники. Миссис Уизеринг. Анна знала, что она никогда не оставит их в покое. Но примкнуть к охотникам? Охотники были всем, чего наузники боялись. В этом не было никакой логики… или все-таки была… была? Была. Анна привалилась к стене. Наузники никогда не ставили себе целью защитить ведьм, единственное, чего они хотели, – это наказать их. А какой способ может быть лучше, чем примкнуть к их врагам? И тетя тоже присоединилась бы к ним? Возможно.

– Я сейчас рискую ради вас головой, – быстро произнесла секретарша, снова бросая взгляд в сторону двери. – Я не обязана была ни о чем вас предупреждать. Так что и вы уж, пожалуйста, выполните свою часть нашего уговора. Не рассказывайте никому обо мне.

Анна изо всех сил старалась не впасть в панику:

– Вы должны помочь нам выбраться отсюда.

Секретарша покачала головой:

– Слишком поздно.

– Выведите нас отсюда! Или мы все расскажем! – пригрозила ей Эффи.

– Как? Я тем самым и себя тоже подставлю. Здесь повсюду камеры наблюдения и старосты… Хопкинс только что приехал со своей командой. Его наблюдатели – это совершенно иной уровень. Мимо них мышь не пробежит.

Эффи прижала ее к стене:

– Выведите. Нас. Отсюда.

– Мы покончили с заклинанием истерии, – произнесла Анна со своего места. – Вы знали, что оно больше не действует?

Секретарша с вытаращенными глазами уставилась на Анну.

– Нет…

– Вы были не правы относительно ведьм Хада. Они в конце концов решили нам помочь.

Взгляд секретарши невольно скользнул на запястье, где у нее была метка смерти. Она похлопала глазами:

– Ты лжешь.

– Даже не думаю. Они помогли нам попасть в Хад.

– Вам? – презрительно фыркнула секретарша.

Анна вскинула голову и произнесла всего одно слово – на языке мертвых.

Глаза у секретарши едва не вылезли из орбит, на лице отразились последовательно потрясение – тревога – затем страх. Она отшатнулась от Эффи, глядя на них с Анной с таким видом, как будто они прямо у нее на глазах превратились из оступившихся школьниц в опасных ведьм. Губы у нее задрожали.

– Сейчас уже нет никакой разницы… охотники все равно победят.

– Разница есть, и очень большая. – Анна приблизилась к ней, подбирая слова медленно и тщательно, точно нож, срезающий гниль с плода. – Мы прекратили бессмысленные смерти. Люди больше не умирают у вас на руках. Вы должны нам, Лора Уилмор. Потому что мы побывали в Хаду, и я могу вам сказать: наши тени ждут нас всех.

Секретарша побелела.

– Передайте Питеру, – велела Анна. – Передайте ему, что нам надо выбраться отсюда. И быстро.

Секретарша на нетвердых ногах двинулась к выходу:

– Я… я сделаю что смогу.

Она снова выскользнула за дверь. В замке щелкнул ключ.

Эффи вслед зло пнула дверь:

– Она не собирается нам помогать! Нам нужно самим отсюда выбираться!

Крики протестующих на улице стали громче. Девочки бросились к окну и обнаружили, что тех впустили на территорию школы: они прошли за ворота и теперь толпились перед зданием школы. Крикливая, жаждущая крови толпа. Журналисты готовились к сенсационному объявлению.

Анна заметила в толпе Хопкинса: еще более крупный, чем казался на экране, он улыбался и болтал с кем-то; его смех был больше похож на звериный рев.

– Нам нужно уходить! – закричала Эффи.

– Мы не можем просто уйти! Тут повсюду старосты!

– Мы же ведьмы, а не кто-нибудь! Мы умеем пользоваться магией! Если мы заставили покориться Хад, то с мальчишками уж как-нибудь справимся!

– Но они живые люди, а не духи! Мы никогда не использовали такого рода магию против людей!

– У нас нет особого выбора!

Шум заставил их снова прильнуть к окнам. Вопли протестующих стали оглушительными. На крыльце школы появились Дарси с Оливией и Коринн. Выставленные на всеобщее обозрение. Униженные. Толпа бушевала и плевалась. Казалось, дай им волю – и они сожрут этих трех заживо.

Эффи зарычала от досады:

– Сколько можно! Мы должны быть свободны!

Анна отвела взгляд от полных ужаса лиц Соковыжималок и в упор посмотрела на Эффи.

– Это из-за тебя мы до сих пор здесь. Нужно забрать Роуэн с Мэнди и оповестить Аттиса.

– А я и не предлагала их бросить! – огрызнулась Эффи. – Роуэн с Мэнди держат где-то поблизости. Мы разберемся со старостами и отыщем их. Найди наши телефоны и напиши Аттису.

Анна попыталась придумать какой-нибудь другой вариант. Ничего не придумывалось. Она кивнула.

Тяжело дыша, они переглянулись и бросились к двери, и на краткий миг Анне почудилась крохотная связующая ниточка между ними. Но потом она вспомнила – все непоправимо сломалось. Эффи поднесла ладонь к ручке двери, направив на нее поток магической энергии, и замок, щелкнув, открылся. Они вышли в коридор.

Перед дверью приемной стояли два старосты.

Один из них открыл рот, чтобы закричать, но Анна сделала рукой жест, как будто завязывает узел, – совсем как когда-то тетя. Языки у обоих застряли во рту. Эффи начертила в воздухе парализующий символ, и старосты застыли: одни лишь глаза продолжали двигаться на их лицах.

Эффи с Анной бросились к соседней аудитории, но внутри никого не оказалось.

– Скорее! – крикнула Анна, и они помчались по лестнице на следующий этаж.

Там старост было четверо. Мальчики бросились к ним…

Эффи развернулась и парализовала двоих. Анна вскинула руки в символе, который Аттис раз за разом заставлял их отрабатывать, – и еще двое застыли неподвижно за миг до того, как схватить ее. Времени у них было немного. Анна обогнула их и помчалась к двери одной из аудиторий. Она рывком распахнула ее, и в коридор выскочила Роуэн.

– Что происходит?!

– БППКП… Они здесь… – хватая ртом воздух, выдавила Анна. – Они знают, что мы с Эффи проклятые ведьмы. Они приехали за нами. За нами всеми.

– Ох, Богиня… – Лицо у Роуэн помертвело, но она нашла в себе силы указать на соседнюю дверь. – Мэнди там.

Эффи распахнула ее. Мэнди поникла на полу в дальнем конце аудитории.

– Мэнди! – Эффи подбежала к ней, затрясла. – Мэнди!

Та закашлялась, приходя в себя.

– Нам нужно уходить, Мэнди.

Мэнди закивала:

– Сейчас… сейчас…

Анна с Роуэн подбежали к ней и помогли подняться на ноги.

– За нами пришли из БППКП.

– Что?! – ахнула Мэнди.

Эффи закинула ее руку себе на плечо и поволокла к двери.

– Некогда объяснять, уходим…

Но было уже слишком поздно. Старосты, которых они оставили парализованными наверху, ворвались в аудиторию, уже успев освободиться от действия чар. Остальные четверо тоже уже начинали понемногу отходить. Ковен Темной луны сгрудился в центре, спина к спине. В кольце врагов. Анна чувствовала, как нити их магии сплетаются воедино, образуя прочные связи, в точности зная, что нужно делать: они образовали защитные круги, сдерживая натиск старост. Анна видела, какой ужас отразился на лицах мальчиков: они были почти рады, что не могут добраться до бывших пленниц.

– Быстро к двери! – приказала Эффи.

Но тут, перекрывая шум, послышался еще один голос:

– Не двигаться!

Это был тот самый голос, который весь учебный год отзывался в душе Анны ледяным ужасом, пробирал до мурашек.

В комнату ворвался инквизитор и преградил им дорогу к выходу. Его мертвые глаза обвели аудиторию, пытаясь вобрать весь творящийся вокруг хаос.

– Никто никуда не уходит.

Эффи вновь начертила в воздухе парализующий символ, но ничего не произошло. Ожерелье плотно облегало шею Имза, надежно защищая от пагубы. Им не оставалось ничего иного, кроме как прорываться мимо него.

– Сотрудники БППКП уже здесь, – заявил Имз. – Бежать вам некуда. Лучше принять свою судьбу.

– Я вовсе не уверена, что это лучше для нас, – процедила Эффи.

– Не моя печаль. Моя задача – сдать вас им с рук на руки, и я не ударю в грязь лицом.

– Но ведь вы уже ударили, разве нет? – усмехнулась Эффи. – Вы выбрали не тех ведьм.

Ей наконец удалось вывести Имза из себя. Он бросился на нее, но в этот миг дверь распахнулась и на пороге появились Аттис с Томом.

Имз сбил Эффи с ног и покатился вместе с ней по полу. Аттис попытался прийти ей на помощь, но тут их с Томом окружили три старосты. Четвертого, начертив в воздухе парализующий символ, остановила на подходе Роуэн. Анна попыталась удержать остальных, но Имз уже подмял Эффи под себя и потянулся к ее горлу…

Анна увернулась от старост и прыгнула на Имза, но тот сбросил ее и, пошатываясь, поднялся на ноги. Пока Анна пыталась восстановить равновесие, мимо ее лица просвистел нож и, набрав высоту, вошел точнехонько в подплечник черного костюма Имза, пригвоздив его вместе с хозяином к стене. Это был магический нож Аттиса, без промаха попадавший точно в цель.

– Я мог бы всадить его тебе прямо в самое сердце! – рявкнул Аттис и, расшвыряв старост в разные стороны, бросился на Имза. Он вытащил нож и прижал инквизитора к стене. Костюм на Имзе был порван, всегда тщательно зализанные волосы растрепались, кадык ходил ходуном. Он попытался вырваться, но Аттис держал крепко. Весь его гнев был сейчас направлен на инквизитора. Он попытался сорвать с шеи Имза ожерелье, но оно не поддавалось: это была неразрываемая цепь. – Ты хоть знаешь, что это такое? – взревел Аттис. – Магическое ожерелье! Ты носишь на шее магию!

– ЭТО ЛОЖЬ! – огрызнулся Имз.

Аттис стиснул подвеску в кулаке:

– Люди, на которых ты работаешь, – те самые люди, которые утверждают, что защищают окружающих, – используют пагубу.

– ЭТО ЛОЖЬ! – снова закричал Имз, как будто готов был заткнуть уши.

Аттис прижал подвеску к щеке Имза. Анна только сейчас поняла, что он все это время разогревал в ладони металл. Он зашипел, соприкоснувшись с кожей. Запахло паленым. Инквизитор пронзительно закричал, и Аттис угрожающе приблизил свое лицо к его лицу:

– Надеюсь, ты хорошенько запомнишь, что чувствует человек, когда его клеймят каленым железом.

– Давайте уходить! Быстрее! – крикнула Анна.

Аттис оттолкнул Имза. Тот сполз по стене, держась за щеку. Они бросились к выходу мимо парализованных и корчащихся на полу старост. В коридоре по-прежнему никого не было. Они быстро вышли на лестницу.

– Черт. Черт. Черт, – растерянно повторял Том снова и снова. – Что я делаю?

– Что мы делаем? – крикнул Аттис.

– Питер… Питер организовывает транспорт для побега.

Том трясущимися руками вытащил из кармана телефон.

Лицо Аттиса исказилось.

– Питер…

– В западном крыле школы есть боковая дверь, которая выходит на Белвуар-стрит, – сказала Анна. – Напиши ему, чтобы ждал нас там.

– Черт. Черт. Черт.

– Заткнись, Том, – рявкнула Эффи.

– Эй! Я вообще-то спасаю ваши задницы!

– Это можно делать и молча!

– Там кто-то идет! – крикнула Роуэн.

– Окей, – кивнул Том. – Бежим. Бежим.

Они бросились по лестнице вниз – Аттис нес Мэнди на руках, – на первый этаж. Они перебегали из коридора в коридор, осторожно заглядывая за каждый угол, пока наконец не добрались до боковой двери. Перед ней они остановились, пытаясь отдышаться. Мэнди выглядела так, как будто готова была вот-вот потерять сознание.

Дверь распахнулась, и на пороге показался Питер.

– Оставайтесь внутри! – рявкнул он. – Люди БППКП только что вошли в главное здание и очень скоро оцепят всю территорию. Мой отец согласился помочь.

Аттис схватил Питера за плечо:

– С какой стати твой отец вдруг решил нам помочь?

– Потому что я его попросил, – процедил в ответ Питер. – Он готов на все ради меня, а я спасаю ваши шкуры. Выбора у вас все равно не то чтобы очень много.

Аттис зарычал, схватив Питера за грудки и прижав к стене, но потом все же отпустил его.

– Он отправил за нами машины. Они должны подъехать с минуты на минуту. Анна поедет в одной, а все остальные в другой.

Аттис резко обернулся обратно к нему:

– Нет. Так не пойдет. Мы будем держаться все вместе.

Питер уверенно выдержал взгляд Аттиса:

– Вы все в одну машину не влезете.

– Не пудри мне мозги.

– Я могу поехать вместе с Анной, – предложила Роуэн.

– Нет, – непререкаемым тоном отрезал Питер. – Все распланировано. Или так, или никак. Анна согласна.

Все повернулись к ней.

– Да, – выдавила она, не глядя на Аттиса. – Все продумано.

Питер с торжествующим видом кивнул:

– Оставайтесь здесь. Никуда не уходите. Я сейчас вернусь.

Он закрыл дверь, оставив их стоять в коридоре. Анна не могла не думать о том, что она поедет с ним. Одна. Почему только она одна?

– Черт. Черт. Черт, – снова повторил Том. – Я что, подаюсь в бега с ведьмами? У меня в голове не укладывается, что я в это ввязался.

– Кстати, а зачем ты в это ввязался? – поинтересовалась Роуэн.

– Потому что Питер… Питер… – Том был едва в состоянии говорить. – Питер сказал, что БППКП собралось схватить вас, а я… я больше не считаю их хорошими ребятами…

– Да что ты говоришь? – саркастически протянула Эффи.

– Анна… – К ней подошел Аттис. Она на смогла заставить себя поднять на него глаза. Ей было стыдно. – Мы можем поговорить?

Он взял ее за локоть и отвел в сторону. Эффи проводила их взглядом.

– Аттис, сейчас не время, – воскликнула Анна. – Нам нужно спасаться.

– Ты не можешь поехать с ним!

– Я сама этого хочу, – произнесла она, но, судя по его виду, он не купился на ее ложь:

– Ты не обязана это делать.

Она должна была заставить его поверить ей. Она посмотрела ему в глаза и едва не расплакалась – в них было слишком много смятения и боли.

– Я доверяю Питеру. – Она сморгнула, чтобы не заплакать. – Ты же знаешь, что мы с ним в последнее время снова сблизились, – и да, разумеется, я люблю тебя, Аттис. Это предопределено. Это сильнее меня. Это наше проклятие. – Она произнесла это таким тоном, как будто это было нечто само собой разумеющееся, несущественное. – Но и Питера я тоже люблю. С ним все совсем по-другому. Проще, безопаснее…

Аттис покачал головой, и в глазах его отразилось замешательство.

– Я не понимаю.

– Понимаешь, и лучше, чем кто бы то ни было. Ты тоже любишь сразу двух, разве не так? – Она стойко выдержала его взгляд, вопреки всему, что творилось в ее душе, молясь, чтобы он ничего не заметил. Она не могла допустить, чтобы он заметил. Тетя отлично научила ее скрывать свои чувства. – Не пытайся меня удержать.

Его рука выпустила ее локоть.

– Куда он тебя повезет?

Этого Анна не знала.

– Мы все приедем в одно и то же место. Он помогает нам сбежать, он на нашей стороне с тех пор, как узнал о том, что мы ведьмы. Он любит меня. Мы должны доверять ему. У нас нет выбора.

С этими словами она развернулась и пошла прочь.

– Анна… – услышала она за спиной его голос – совсем такой же, как тогда, в Хаду. Умоляющий, отчаянный, надломленный. Погасший.

Она не оглянулась.

Эффи по-прежнему не сводила с них взгляда, но Анна не стала на нее смотреть. Она не желала ее даже видеть.

В дверях снова появился Питер:

– Пора. – Он крепко схватил Анну за руку. – Анна, ты садишься в машину слева. Все остальные во вторую. Вас отвезут в безопасное место.

– А ты разве с нами не едешь? – нахмурилась Анна.

– Мы встретимся позже. Мне нужно вернуться к Имзу, чтобы он меня не заподозрил. Систему видеонаблюдения отключили полчаса назад. Они решат, что это сделали вы, что это вы ее повредили. Это позволит мне пробраться обратно в школу. Мне сейчас лучше оставаться внутри ради нашего же общего блага.

Аттис что-то процедил себе под нос.

– Для меня уже слишком поздно, – пробормотал Том. – Черт.

– Так, Анна первая, – скомандовал Питер. – Давай!

Анна очутилась на улице, на свету. Она направилась к машине слева. Окна были затонированы, никаких опознавательных знаков не было.

Краем глаза она уловила какое-то движение. Из-за угла появились какие-то люди. Не старосты… мужчины, крепкие и мускулистые, одетые во все черное. На шее у них висели серебряные ожерелья. Наблюдатели Хопкинса. Неуязвимые для магии.

Дверца машины открылась. За рулем сидел Рейсс Ноуэлл:

– ЗАБИРАЙСЯ СКОРЕЕ, АННА!

Он протянул ей руку…

Но наблюдатели были уже слишком близко к остальным, которые бежали к своей машине. Том плюхнулся на переднее сиденье. Аттис помог сесть Мэнди, в то время как Эффи с Роуэн побежали к другой дверце.

Эффи успела запрыгнуть в салон, но Роуэн… Роуэн споткнулась и растянулась на асфальте…

– Нет!

Анна дернулась в сторону подруги, но Рейсс схватил ее за руку:

– САДИСЬ!

Роуэн поднялась, но один из наблюдателей схватил ее. Она закричала, пытаясь отбиться. Анна выдернула руку, готовая применить против Рейсса магию, но он прошипел:

– А ну садись, а не то я распоряжусь, чтобы вторая машина оставила их всех на улице.

Анна заколебалась.

Эффи выскочила из машины. Аттис уже бежал к Роуэн с другой стороны, но подоспевшие наблюдатели потащили ее обратно в школу. Их было слишком много.

– Уезжайте! – закричала Роуэн. – Уезжайте!

Аттис тоже заколебался.

Потом он схватил Эффи – брыкающуюся и отбивающуюся Эффи – и, затолкав ее в салон, запрыгнул следом сам. Рейсс втащил Анну в их машину.

Дверцы захлопнулись.

– НЕТ! – Анна принялась колотить кулаками по стеклу. – НЕТ!

Машина сорвалась с места.

Анна обернулась, глядя сквозь заднее стекло на Роуэн в кольце наблюдателей.

Все произошло слишком быстро.

Роуэн.

Все заодно.

Все заодно…

И одна за бортом.

Анна с силой стукнула кулаками по спинке сиденья, издав крик. Крик, способный вновь разверзнуть весь Хад. Крик, полный не страха, но любви. Любви – истерзанной, истрепанной, разодранной в клочья.

И все еще каким-то чудом удерживающейся на нити.

«Мейл тудей» от 27 апреля

ПРАВИТЕЛЬСТВО ОБЪЯВИЛО О СОТРУДНИЧЕСТВЕ

С БППКП С ЦЕЛЬЮ ПОСТАВИТЬ ЗАСЛОН ПАГУБЕ

Бюро профилактики и предотвращения колдовских практик теперь продолжит свою деятельность в качестве официальной правительственной организации. Она будет работать в тесном сотрудничестве с различными государственными органами с целью более эффективного отслеживания и ликвидации проявлений пагубы, чтобы обеспечить безопасность британского общества в эти неспокойные времена.

Халден Крамер, глава отдела по связям с общественностью БППКП, приветствует этот шаг. «Мы полагаем, что решение о сотрудничестве было принято как нельзя более своевременно. Это важный шаг, который должен позволить нам эффективнее справляться с угрозами, с которыми мы все столкнулись в последнее время. Правительство во главе с премьер-министром прислушалось к чаяниям народа и предприняло решительные меры, прибегнув к нашему опыту».

Ведущий инквизитор БППКП Маркус Хопкинс добавляет: «За этот месяц мы существенно продвинулись в нескольких расследованиях, задержав целый ряд подозреваемых в колдовстве. Этот шаг позволит нам оперативно реагировать на любые потенциальные угрозы, нейтрализуя их и предотвращая урон обществу. Тем временем наши расследования будут продолжаться.

Благодаря нашим усилиям мы отмечаем значительное снижение числа эпизодов истерии в городе. Однако ситуация по-прежнему остается напряженной. Мы ежедневно получаем от горожан все новые и новые сообщения о предположительных проявлениях пагубы. Пока среди нас еще скрываются ведьмы, ни один гражданин не может чувствовать себя в безопасности.

В ближайшие несколько месяцев мы в сотрудничестве с правительством планируем разработать новое мобильное приложение, которое позволит гражданам быстро и анонимно сообщать о предполагаемых случаях колдовства. Все вместе мы сможем остановить эту заразу!»