уратино отделился от фургончика и зашагал к разведённому неподалёку костру. Там на лежаке расположился Карабас. Дуремар возился рядом и жарил мясо.

– Крути! – смеялся Карабас. – Сожжёшь – тебя вместо барашка поджарю.

Из-за ворота у Буратино на разведку обстановки выглянули все три синьора таракана. Алессандро поправил очки и вспушил свои бакенбарды.

– И правда идёт к Карабасу! – восхитился Джованни.

– Будет защищать, – подтвердил Алессандро.

– Настоящий адвокат, – прослезился Антон.

Буратино встал перед синьором директором, и тот самодовольно смерил его взглядом:

– Симпатичная курточка, дорогой.

– Тоже обратил внимание, – поддакнул Дуремар и замер на месте. За Буратино появился Артемон. За ним – Пьеро, Арлекин и Мальвина. Буратино тоже их заметил и заулыбался – друзья пошли за ним!

Карабас с удивлением окинул глазами свою труппу.

– Вам бы уже укладываться, завтра шесть спектаклей, – сказал он и впился зубами в кусок мяса.

– Синьор Карабас… – доброжелательно произнёс Буратино. – Так больше продолжаться не может.

– Ага, – как ни в чём не бывало продолжал жевать Карабас. – Что конкретно не может продолжаться?

– Я узнал, что вы бьёте бедных артистов! – воскликнул Буратино. – По-настоящему! Так нельзя!

Карабас закивал и махнул Дуремару:

– Так нельзя. Запиши-ка, пожалуйста. Ещё что-нибудь?

Дуремар рассеянно оставил жарящееся мясо, засуетился, принялся шарить рукой по столу неподалёку – бумаги рядом не было, но он нашёл салфетку. Только записывать было нечем. Он так и замер.

Буратино обернулся на артистов.

– Ещё? – уточнил он и, не услышав ничего в ответ, добавил: – А ещё, синьор Карабас, мы вам ставим этот… ультиматор.

Мальвина закрыла руками лицо.

– Ультиматум, – прошептал Антон за воротом.

– Вы признаёте, что театр – наш общий! И все мы должны одинаково есть, пить, отдыхать и ездить к… моему папе!

– Или?.. – хмыкнул Карабас.

Снова стало тихо. Слышен был только треск костра. Карабас взял новый кусок мяса и впился в него зубами.

– Ультиматум подразумевает какую-то неприятную альтернативу, дорогой, – добавил он с набитым ртом.

– Или… или… – Буратино пытался придумать ответ, но ничего не приходило ему в голову. – Будет как раньше! – наконец нашёлся он. – Но с этим мы не согласны. Мы тогда уйдём!

– Насколько не согласны? – уточнил Карабас. – Настолько, что пойдёте жить непонятно где и давать представление для нищих доходяг?

– Почему непонятно? Мы будем жить у моего папы…

Карабас прожевал мясо и неожиданно улыбнулся:

– Ну тогда… пока!

Буратино помедлил и сделал шаг назад, тесня остальных. Дуремар всё ещё выглядел напуганным, на костре дымилось мясо. А Буратино махнул рукой:

– Ну ладно. До свидания! Идём, друзья!

И только Буратино отвернулся от костра, как огромная рука Карабаса ухватила его за шиворот и оторвала от земли, оставив внизу перепуганных до ужаса Артемона, Пьеро, Арлекина и Мальвину. Под ногами у Буратино появился костёр. Карабас держал его на вытянутой руке и скалился.

Буратино закричал и попытался вы-рваться, огонь лизал его деревянные пятки, и на них появлялся чёрный нагар – пламя будто пыталось поглотить его.

– Нет! – ахнула Мальвина. – Синьор Карабас, не надо, пожалуйста!

– Пустите его! – потребовал Арлекин и вдруг почувствовал толчок в плечо.

Это Мальвина сорвалась с места и бросилась на хозяина театра. Потеряв равновесие, Карабас случайно заступил в костёр. Завопив от боли, он швырнул деревянного мальчишку в сторону и в бешенстве обернулся на Мальвину. И в этот момент она сама испугалась своей дерзости.

– Я… Простите, синьор Карабас… Инстинкт…

На Карабасе задымилась куртка, он сбил огонь с горящей штанины и грозно заревел. Мальвина выхватила плед с лежака Карабаса и принялась сбивать огонь с Буратино.

– Подрумянило нас, – запищал Антон.

– Вы-ы-ы! – заревел Карабас. – Вы все-е-е!

Артисты подняли на ноги Буратино, и тот с благодарностью посмотрел на Мальвину.

– Бежим! – закричала она.

Артемон махнул рукой, из-под фургончика вдруг выскочили Мартина и Симона, и все вместе они бросились бежать. А Дуремар всё это время так и стоял с салфеткой у стола. Мясо на костре уже превратилось в горящие угли.

– Стоять! – взревел Карабас. – Дуремар! Лови их!

– Все! – выпалил Арлекин. – В разные! Стороны!

Артисты бросились кто куда, а Дуремар, растерянный, так и остался на месте.

Буратино бежал, бежал и бежал…

Он миновал поля и пашни, и дорога оставалась где-то далеко позади. Луна испуганно прикрылась облаками, а из-за ворота до Буратино временами доносились ахи и вздохи. По опалённым деревянным ногам хлестала высокая трава – она была здесь дикой и не знала человека, но деревянный мальчик продолжал бежать, пока наконец не добрался до леса. Ночь вокруг сгустилась, пели сверчки.

– Синьор, – послышался измученный голос пожилого Алессандро, – я прошу прощения. Но мы уже давно бежим одни.

– Ох, как же мне нехорошо! – простонал Антон, и Буратино остановился.

– А где все? – Он огляделся и с удивлением обнаружил, что вокруг него одни только деревья.

– Я тут, – сказал Джованни, забравшись на голову мальчика.

– Мальвина! Арлекин! Пьеро! Артемон! – громко позвал Буратино друзей, но никто не ответил.

– Я бы не кричал в этом лесу, тут могут быть волки, – заметил Джованни.

Но Буратино не послушался и ещё громче стал звать:

– Арлекин! Артемо-о-о-он! Мальви-и-ина!

– Смотрите! – Алессандро, усевшись рядышком с Джованни и поправив очки, указал тростью куда-то между деревьев: – Там что-то светится.

– Светящиеся волки! – испугался Джованни.

– Да какие волки, – икнул Антон. – Там город.

– Город светящихся волков, – сглотнул Джованни.

Пробираясь через чащу, Буратино стал спускаться по склону холма. Ноги увязали в грязи, он обтёр их о траву и вышел на разбитую дорогу. Делать было нечего, и мальчик отправился туда, где находился город.

В городе и правда повсюду горели огни. А ещё раздавались весёлые крики. На улицах было полно народу: кто-то играл в карты, другие поднимали бокалы, третьи кружились в танцах. Повсюду царило веселье. Увидев большую вывеску-указатель «Страна дураков», Буратино отправился в ту сторону, куда она указывала, и оказался в просторном трактире.

У лестницы толпился народ. Буратиностало любопытно: что это они все тут высматривают? Протиснувшись вперёд, он увидел бочку, на которой стояло три стакана. За ней расположилась высокая синьорина с огненно-рыжими волосами. Широко улыбаясь, она ловко перемещала стаканчики по деревянной бочке, перекатывая из одного в другой маленький шарик.

– Угадать, где шарик, может каждый очкарик! – приговаривала она. – Надо быть транжирами, чтобы обогатиться лирами! Забрать деньги с собой может даже слепой!

Здесь же, привалившись к стене, стоял её компаньон – усатый синьор мягкой кошачьей наружности в тёмных очках (возможно, он был незрячим?) и в помятом цилиндре.

– Можно я угадаю? – неожиданно для себя самого спросил Буратино.

– О! – Рыжеволосая красавица цепко впилась в него взглядом, ничуть не смутившись. – Деревянный бамбино! Какая прелесть!

Буратино вдруг показалось, что её компаньон не сводит с него глаз. Неужели он всё-таки видит?

– Как такое возможно? – спросил он у Буратино. – Как же ты дышишь, и ешь, и…

– Фотосинтез! – махнула на него красавица, не отрывая ласковых и хитрых глаз от Буратино. – Хочешь сыграть, маленький? Деньги есть?

Буратино покачал головой.

– Если что, подойдут украшения, – промурчал синьор, – серёжки, кольца, браслеты, головные уборы, одежда, трусы и недырявые носки. Решайся! Ты же везучий!

– Вот же у тебя куртка! – подсказала синьорина. – Ставь куртку!

– Она для папы… – начал было Буратино, но она перебила его:

– Поставишь одну, а выиграешь три!

– А если мне нужно… сто? – спросил мальчик.

Буратино осмотрелся: здесь было столько людей, и они все подначивали его. «Ну же, давай скорее!», «Что тут думать?!» – звучало с разных сторон.

– Стандартная схема, – протянул синьор в очках. – Ставишь одну – выигрываешь три, ставишь три – получаешь девять, потом… э-э… Двадцать четыре. А там уже и до ста недалеко.

– Так можно? – удивился Буратино.

– Геометрическая прогрессия, бамбино! – бросила красавица. – Школьная программа.

И Буратино решился.

В конце концов, на кону сто курток! Это наверняка очень просто – угадать, где шарик. Руки в красных перчатках работали быстро – взмах, два, три, и вот уже Буратино стоял в толпе на лестнице без жилетки.

Затем без ботиночек…

И без носочков…

В одних лишь штанишках…

И наконец в одном только нижнем белье.

Синьор в очках, ловко встряхнув вещицы Буратино, снял все булавочки и пуговки, попрятал всё это добро по карманам и с вежливой улыбкой развёл руками.

– Зато теперь у тебя есть опыт, – довольно сказала рыжая.

Казалось, всё это произошло очень быстро, в одно мгновение. Буратино проиграл. Да не просто проиграл! Он проиграл всё-всё, что нажил непосильным трудом в труппе синьора Карабаса! А нажил он там только одежду – и то всего один комплект.

Так же быстро рыжеволосая красавица и её компаньон затерялись в толпе.

Стаканчики пропали с бочки. Стоп! Как же так?

Буратино не готов был к такому повороту событий. Как же он вернётся теперь к папе Карло? Деревянный мальчик тут же припустил за синьори.

К счастью, ему удалось заметить среди горожан огненно-рыжую шевелюру. Её обладательница свернула за угол. Буратино бросился следом.

– Постойте! – крикнул он. – Я же артист! Я могу вам спеть, а вы мне ещё один шарик! Неужели вы не слышали? Это же я! Всемирно известный Бу-ра-ти-но!

Нырнув под арку, Буратино срезал путь и преградил дорогу синьори.

Те, удивлённые таким упорством деревянного бамбино, переглянулись.

– А если меня подкинуть, я могу изобразить руками звёздочку! – продолжал Буратино. – А ещё… – Он вдруг с громким щелчком открутил себе голову. – Вот, смотрите!

Синьор в цилиндре в ужасе отвернулся.

– Дио мио! Нацепи обратно! – велел он. – Мне только перестали сниться кошмары…

А синьорина подошла к Буратино поближе и помогла прикрутить ему голову обратно.

– Вообще-то, – с интересом осмотрела она мальчика, – это всё очень любопытно. С руками так же можно?

– Не пробовал, но думаю, да! – с готовностью отозвался Буратино.

– Это нам пригодится, – деловито улыбнулась красавица и попыталась отобрать у компаньона вещи Буратино. – Ну-ка дай сюда!

Синьор сопротивлялся, как вцепившийся когтями в кресло кот, но его рыжая подруга была сильнее и упрямей и быстро вырвала вещи из его хватки.

– Мы с молодым человеком теперь партнёры, – пояснила она и протянула Буратино руку: – Я – Алиса.

– А со старым человеком это можно обсудить? – прошипел синьор, потом прокашлялся: – Я – Базилио.

Буратино представился, пожал синьори руки и стал одеваться, а Алиса обняла Базилио и радостно запричитала:

– А теперь слушай. Всё будет по-честному: пятьдесят процентов мне, пятьдесят тебе, и всё оставшееся нашему бамбино. Расширяемся, дорогой. – Алиса подмигнула Буратино и добавила: – И сколько, говоришь, тебе нужно курток?

– Сто… – произнёс уже одетый Буратино. – Только не мне, а папе.

Алиса улыбнулась шире:

– Обожаю амбициозных!