И. Шарлемань. Дворцовый мост в Санкт-Петербурге

В середине мая 1831 года коллежский секретарь Пушкин приехал в Петербург со своей молодой женой и остановился на одну неделю (в последний раз в жизни) в гостинице Демута – потом Пушкины будут снимать квартиры в центре столицы (за шесть лет поменяют семь квартир). По приезде Пушкин начинает череду представлений-презентаций красавицы-жены: родителям, Елизавете Хитрово, Карамзиным, Жуковскому…

«Жена его – прекрасное создание; но это меланхоличное и тихое выражение похоже на предчувствие несчастья». (Долли Фикельмон)

На вечере у Плетнева Александр наконец-то познакомится с Гоголем, и через неделю, устав от комплиментов, поздравлений и внимательных взглядов, уедет с супругой в Царское Село, где пробудет из-за эпидемии холеры аж до середины октября (четыре с половиной медовых месяца – компенсация судьбы за ранний уход из жизни). Второй раз за год поэт в кольце холеры – но здесь кольцо еще и обручальное, приятное. А жить Пушкины будут в доме Анны Китаевой[83].

Минута финансов

Годовая зарплата министра в Российской империи в первой половине XIX века составляла 12 000 рублей (то есть оклад, предложенный Пушкину, – 42 % от министерского). Зарплата гражданского губернатора Москвы и Санкт-Петербурга (с надбавкой) – 4290 рублей в год (оклад Пушкина на 17 % выше губернаторского). Если же к этому окладу прибавить среднегодовой оброк с кистеневских крестьян – 3600 рублей (при хорошем урожае и умеренном воровстве), то зарплата Александра Сергеевича вполне уверенно подбиралась к министерской (только вот министры в карты реже проигрывают…).

В том же Царскосельском парке, где Пушкин, гуляя с красавицей-женой, будет ежедневно ощущать благоговение нынешних лицеистов (выбегавших из дворцового флигеля, чтобы поглазеть на своего кумира), в середине лета ему повстречается и император, размышляющий – как получить от Нидерландского короля домик Петра Великого. Пушкин тут же предложит себя в качестве дворника в том доме. Николай Павлович (привыкший к иронии в ходе цензурирования пушкинских текстов) будет не против, но, поскольку вакансия дворника еще не открыта, – не поработать ли молодому супругу покамест царским историографом с окладом (что-то у моего Пушкина лицо невеселое…) в пять тысяч рублей из моего фонда в министерстве финансов (с позволением работать в тайных архивах)!.. Последняя государственная зарплата поэта была в семь раз меньше.

«Спасибо царю за Пушкина». (Орест Сомов)

В Царское Село приезжает Жуковский. А в Павловск – Гоголь, который будет там преподавать в частном семействе. Николай Васильевич пешком приходил в Царское Село (это километров пять-шесть), чтобы беседовать вечерами у разожженного камина с Пушкиным и Жуковским, и в один из таких нездешних вечеров впервые прочитает свои вечера – которые «на хуторе близ Диканьки». Пушкин и сам будет ходить в Павловск, ведь там поселятся, успев убежать от холерного карантина, его родители (представим: Гоголь спешит из Павловска в Царское Село к Пушкину, а Пушкин идет из Царского Села в Павловск навестить родителей; где-нибудь на середине дороги… Пушкин: Гоголь?.. Гоголь: Пушкин?..). Как-то, повстречав Гоголя, Пушкин расскажет ему, как один странный господин недалеко от Михайловского вдруг взялся скупать в округе мертвые души – и надо бы раскрутить эту тему, да все руки не доходят.

С.Л. Левицкий. Н.В. Гоголь

Это было странное время. С одной стороны, в столице свирепствовала холера, выехать и въехать в Царское Село было нельзя[84]. Но в самом Царском Селе было тихо и спокойно: прекрасный парк, красивая жена, друзья у вечернего разожженного камина – не рай ли во время чумы?

«Моя невестка прелестна; она является предметом удивления в Царском Селе… физически они совершенная противоположность: Вулкан и Венера…». (Ольга Павлищева)

В райской жизни простая, вкусная еда: щи или зеленый суп с крутыми яйцами, рубленые большие котлеты со шпинатом или щавелем, на десерт – варенье из белого крыжовника.

Неизвестный художник. Вид на Большой дворец в Павловске со стороны парка

Впрочем, ложкой дегтя стабильно работает Наталья Ивановна Гончарова-Шапокляк. Теще Александр Сергеевич пишет письмо, из которого мы узнаем, что Пушкины вынуждены были уехать из Москвы во избежание неприятностей, которые могли лишить их покоя…

«Бедному дворянину, каков он, лучше жениться на бедной дворяночке да быть главою в доме, чем сделаться приказчиком избалованной бабенки…». (Александр Пушкин. «Дубровский»)

…но Наталья Ивановна не останавливается на достигнутом и наращивает наступательные действия, настраивая молодую жену против супруга.

«Не восемнадцатилетней женщине управлять мужчиной, которому 32 года… Я ценю свой покой и сумею его обеспечить». (Александр Пушкин)

Поэт готовится к философскому обобщению (которое случится через три года) – где покой и воля заменяют счастье, которого на свете нет.

«Теща моя не унимается; ее не переменит ничто… бранит меня, да и только…» (Александр Пушкин)

Вернувшись в город, молодожены сначала ненадолго поселятся на Воскресенском проспекте, а затем переедут, более основательно, на Галерную улицу в дом Брискорн (за восемь или девять комнат Пушкин платит 2500 рублей – это половина его нового губернаторского оклада, на наши деньги – не менее 250 тысяч в месяц – дорого! – но следующие квартиры будут еще дороже).

Владелица квартиры, Ольга Брискорн, – вполне благопристойная с виду дама, окажется истязательницей своих крепостных крестьян. Как и в случае с лицейским гувернером и коридорным Сазоновым (который оказался серийным убийцей), заметим – никогда не знаешь, чем занимается твой приятный собеседник в свободное от общения время…

19 октября Пушкин пишет прекрасное и печальное стихотворение «Чем чаще празднует Лицей…» и угадывает, что он будет следующим ушедшим лицеистом (но не угадывает, в отсутствие навигатора, где живет лицейский «староста» Яковлев, так что пока одноклассники справляли Лицейский день – Пушкин бродил вдоль улиц шумных, бормоча свое стихотворение…):

Через шесть лет Пушкин действительно поспешит на встречу с Дельвигом (став седьмым лицеистом первого выпуска, покинувшим этот мир).

Поселив жену в восьмикомнатной квартире, Пушкин со спокойной душой отправляется на четыре недели в отпуск в Москву (и впервые делает это на поспешном дилижансе, с пересадкой на сани в Валдае – сплошные технические новшества!).

«Что касается моей невестки, то эта женщина здесь в большой моде. Она принята в аристократическом кругу, и общее мнение, что она красивее всех; ее прозвали „Психеей“». (Ольга Павлищева)

Мы помним, что в Москве с 1831 года поэт будет жить у Нащокина, только в этот раз он насилу его отыскал (вдоволь побродив вдоль улиц шумных), так как Павел Воинович сменил адрес и не уведомил. И всегда, найдя Нащокина, Александр Сергеевич шел с ним в баню…

«Русский человек в дороге не переодевается и, доехав до места свинья свиньею, идет в баню, которая наша вторая мать…» (Александр Пушкин)

Во время этой поездки Пушкину присваивается девятый класс табели о рангах, так что в столицу он вернулся уже титулярным советником. Девятый чин можно было сразу получить по выпуску из Лицея, и девять из 29 лицеистов (среди них будущий канцлер Горчаков и будущий государственный преступник Кюхельбекер) так и сделали. Но двоечники и хулиганы этого не хотели и выпустились с десятым классом.

Историческая справка

Точно так же Шуберт после похорон Бетховена, зайдя в трактир, чтобы помянуть покойного, поднял тост «за того, кто последует за Бетховеном». Но кого позовет автор Девятой симфонии? Через полтора года совсем еще молодой Шуберт (посмертный возраст Шуберта – 31 год – это приблизительно среднее арифметическое между возрастом ухода из жизни Лермонтова и Пушкина) идет на зов своего кумира. И похоронили Франца Петера, по его завещанию, рядом с Бетховеном. Потом останки знаменитостей аккуратно перенесут на Центральное кладбище – Бетховен и Шуберт вновь окажутся рядом.

Наталья Николаевна пожаловалась в письме мужу на слуг, которые, как только Пушкин уехал, распустились: стали просить лишних денег и впускать в дом кредиторов. Пушкин пообещал по приезде разобраться с беспределом. А Новый, 1832-й год справили у Карамзиных – с Жуковским и Вяземским.