Через 10 лет после бала Нарышкина Петербургу ответила Москва. Александр I, направляясь в Первопрестольную, выразил желание посетить особняк Степана Степановича Апраксина. А поскольку жить в Москве иначе, чем на широкую ногу, было нельзя (московские вельможи устраивали своеобразный чемпионат России по хлебосольству, не догадываясь, что за этим внимательно следит Грибоедов), то и прием, оказанный императору, получился отменным. Александр Павлович, выходя после бала в Знаменке, конечно же, поставил Степану Степановичу зачет.
На каждого невского Нарышкина найдется белокаменный Апраксин!
В присутствии императора балы всегда были роскошными, дамы заказывали самые изысканные платья – себе и дочерям, надевали лучшие драгоценности… У дворянина в жизненном плане значилось несколько дел, которые он обязан был совершить: съездить в Европу (не на пару недель, а основательно – на полгода, на год, – чтобы везде побывать, завести знакомства и потом писать мемуары и долго рассказывать об увиденном) и пригласить в свой дом императора.
Когда Прасковья Трубецкая, уже выйдя замуж за полковника Петра Александровича Кологривова в 1818 году (через месяц после бала у Апраксина), позвала в гости царя, она вынуждена была предварительно капитально перестроить московский дом на Тверской. В работы по реконструкции (ради одного вечера с императором) супруги Кологривовы вложили 50 тысяч тех рублей – на наши деньги это около 70 миллионов (личных, не бюджетных!).
Г. Макарт. Дама с веером
Ну а праздник у Степана Степановича Апраксина в его дворце на Знаменке в начале января 1818 года собрал примерно 1000 человек. Это был рекорд хлебосольства российской империи пушкинской эпохи. Во дворце за столом все гости бы не поместились, поэтому благоразумно решили провести торжественный ужин в манеже во дворе усадьбы – он оказался достаточно просторным. И, конечно, великолепно украсили помещение привезенные из подмосковного имения Апраксина померанцевые, лимонные и лавровые деревья. Манеж утопал в свежих цветах. На ужин государь отправился с хозяйкой дома, Степан Апраксин шел с императрицей, а великие князья вели дочерей Апраксина и красавицу-невесту его сына.