Когда Брида и Лопух вернулись, Бархатка и Крапива были на пастбище. Выходит, матушка Магди дома. Должно быть, она выпустила козу, но разору в сарае придётся ещё немного подождать.

Брида сдёрнула с пони попону и отвела его пастись, а сама побежала к домику, распугивая цыплят, и взлетела по ступенькам на крыльцо:

– Матушка Магди! Матушка Магди! Ты не поверишь, что я…

С лёту остановившись, Брида проглотила остаток слов и покраснела. Могла бы догадаться, что Магди будет не одна. Ведунья частенько бывала занята в послеполуденные часы, но Брида не видела ни лошади, ни повозки, вот и решила…

Магди пристально посмотрела на девочку, сурово нахмурив брови.

Вторая женщина, одетая в коричневое платье и красную шаль хозяйки, повернулась к Бриде.

Брида едва поборола желание одёрнуть тунику.

– Доброго дня, хозяйка Ткач, – выпалила она. – Простите, что помешала.

Дэйзи Ткач улыбнулась, отмахиваясь от извинений:

– Ничего страшного, дитя.

– Ты принесла растения из моего списка? – спросила матушка Магди.

– Нет, потому что я увидела…

Магди нахмурилась и открыла было рот, но резкий стук в окно удивил всех.

На карнизе сидела голубка.

Брида с открытым ртом смотрела, как ведунья поднимает задвижку и распахивает окно. Два посыльных голубя за пару же дней!

Правда, этой голубке крепко досталось: перья взъерошены и лапка, сразу видно, болела. Когда лёгкий ветерок скользнул в окно и заворошил пёрышки на крыльях птицы, в голове Бриды вдруг пронеслись образы. У неё сложились картинки о нападении в небе: тёмные крылья, острый клюв, падение с облаков и противное карканье.

– На неё напал ворон! – воскликнула Брида.

Плечи Магди напряглись, но она ничего не ответила и, осторожно взяв голубку в ладони, вынула сообщение из трубки.

– Брида, воды и зёрен, пожалуйста.

Бриде не нужно было повторять дважды, но, принеся воду и зерно под окно, она с любопытством вгляделась в лицо ведуньи.

Магди сунула записку в карман передника и обратилась к птице:

– Отдохни тут немного, дружочек. – А Дэйзи Ткач она сказала: – Пожалуйста, извини нас на минутку. Мне нужно перемолвиться парой слов со своей ученицей.

Дэйзи сцепила пальцы.

– Конечно.

Магди потянула Бриду под локоть в зелёную комнату в задней части домика, где на полках теснились книги и склянки, коробки с порошками и сушёными ягодами и куча всякой всячины. Пучки сушёных трав свисали со стропил, наполняя воздух приятным пряным ароматом. А середину помещения занимал тяжёлый рабочий стол, заляпанный чернилами и ягодным соком.

– Брида, меня вызвали, и я не знаю, как долго буду отсутствовать. Мне нужно, чтобы ты занялась здешними делами.

– Что? Что случилось?

– Просто кое-что, требующее моего внимания. Тебе не о чем беспокоиться.

– Но я видела…

– Боюсь, я должна ехать без промедления, – продолжала Магди, – а значит, тебе придётся помочь хозяйке Ткач. Ей нужно зелье, чтобы заново разжечь любовь в браке. Мы занимались этим не один месяц. Ты помнишь тинктуру для слаживания нежных чувств?

– Конечно. – Брида не солгала… почти. Она и правда помнила бесконечные послеполуденные часы, проведённые за повторением ингредиентов и указаний, и как Магди рявкала, поправляя её.

– Хорошо. К счастью, она несложная, и рецепт есть в моём гримуаре. Просто следуй ему досконально, и всё получится. Я знаю, ты справишься. Ты ведь справишься?

Брида неуверенно кивнула.

– Конечно, – повторила она. – Но…

– Вот и хорошо. – И Магди, вздохнув, уплыла обратно в главную комнату. – Мне очень жаль, Дэйзи, но мне нужно кое за чем приглядеть. Однако моя ученица достаточно искусна, не тревожься. Она, не откладывая, займётся твоей тинктурой. И платы на этот раз не потребуется.

Дэйзи заломила руки и нахмурилась:

– Я могу прийти завтра, если ты…

– Это то, чему я учила Бриду. Она точно знает, что тебе нужно, – твёрдо сказала Магди. Но взгляд, которым она оделила Бриду, не менее внятно говорил: «Я полагаюсь на тебя. Не допусти ошибки».

Брида сглотнула и постаралась держаться толково и уверенно.

Магди продолжала:

– А теперь, Дэйзи, присядь, в ногах правды нет. Вот сидр с холодка… Просто отдохни, а Брида возьмётся за работу. Увидимся, когда я вернусь.

Быстро обняв Бриду и бросив на неё последний, предостерегающий взгляд, Магди подхватила раненую голубку одной рукой, а другой сдёрнула свой плащ с крючка у двери и вышла.

Брида неловко прокашлялась и переступила с ноги на ногу.

Хозяйка Ткач отпила глоток сидра, поглядывая на Бриду над ободком оловянной кружки. Она выглядела обеспокоенной – и ничего удивительного. Большинство людей волновались, когда приходили к матушке Магди. Все знали, что люди, обладающие магическим даром, обязаны использовать свои силы в служении ближним. Но магия – дело мудрёное, и все боялись того, что не могли объяснить.

Само собой, положиться на магию ученика – совсем не то, что довериться ведунье долины. Брида стиснула ладони:

– Ладно, я пойду и займусь тинктурой.

– Спасибо, – сказала хозяйка Ткач. – Мне скоро нужно будет возвращаться.

Нырнув в зелёную комнату – она вовсе не была зелёной, а название получила из-за того, чем они с Магди там занимались, – Брида схватила тяжёлый гримуар и с грохотом пристроила его на стол. Гримуар Магди был самой большой и самой старой книгой из всех, что доводилось видеть Бриде. Страницы пошли пятнами от времени, чернила выцвели, почерк местами было почти не разобрать. Магди говорила, что книга принадлежала её бабушке, а затем её матери и была наполнена рецептами и мудростью, которые они собрали за годы жизни.

Когда Брида открыла кожаную обложку, от страниц поднялся запах кедра и лимонной вербены. Она осторожно пролистала до раздела, посвящённого любовным чарам, и скользнула пальцем по странице с тинктурами: тоник для разбитого сердца, настой для терпения, средство от ревности. На следующей странице были зелья для открытия сердца, для скрепления верности, для распознания зарождающейся любви… А вот и оно. Тинктура для слаживания разладившихся чувств.

Брида заложила страницу ленточкой и поспешила к полкам, чтобы подобрать необходимые ингредиенты. Смятые лепестки роз, три. Сухой яблоневый цвет, три. Капли росы, собранной утром в день весеннего равноденствия, три. (Осторожно, не пролей!) Нектар жимолости, плеснуть. Клевер, один стебель. Ванильный стручок, половинка, смять. Тёртый мускатный орех, одна щепотка…

Всё это было довольно просто. Баночки и бутылочки были аккуратно надписаны чётким почерком Магди.

Но остальными ингредиентами были сушёные травы.

Брида поглядела на пучки листьев, стеблей и цветов, подвешенные на стропилах. Они были перевязаны разноцветными нитками и слегка покачивались на сквозняке. Она прищурилась. Это тихоцвет? А вон тот, обвязанный жёлтой нитью. Вербена? А где же фенхель?

Паника тяжёлым ярмом согнула ей шею и запустила острые когти в грудь. Как она могла помочь хозяйке Ткач, если не могла даже определить нужные травы? И как ей посмотреть в глаза матушке Магди после очередной неудачи?

«Мне никогда не стать ведуньей» – с горечью подумала Брида.

Но она осязала разнообразные пряди магии, протянувшиеся по комнате и запутавшиеся в шелестящих пучках трав. Если она сумеет разобраться, какие пряди энергий нужны для приготовления тинктуры, то и не важно, что она не может назвать травы, дающие эту магию.

Пускай так будет немного шиворот-навыворот, но Магди не обязательно это знать.

Закрыв глаза, Брида подняла руки ладонями вверх и растопырила пальцы, нащупывая малейшее дуновение магии в потоках воздуха, витающих по комнате. Хозяйка Ткач хотела исцелить свой брак… ей нужно средство разжечь любовь, которую она считает угасшей…

Брида позволяла нитям магии проскальзывать у себя между пальцами, пока в самых кончиках не возникло покалывание. Вот! Она открыла глаза и, схватив висящий у себя под носом пучок, аккуратно вытянула один стебель.

На всё ушло несколько минут, но наконец ингредиенты были разложены на столе. Беспокоясь, что хозяйка Ткач может подумать о задержке, Брида не мешкая приступила к ритуалу связывания и смешивания магии.

Когда всё было готово, наполненная Бридой маленькая стеклянная бутылочка мягко осветилась розовым и голубым светом, истаявшим у неё на глазах. Интересно, так и должно быть?

Она вынесла склянку к хозяйке Ткач и бережно вложила ей в руки:

– Брызните по щепотке себе под подушку и в изножье кровати. Остальное заварите в чайнике водой, только-только доведённой до кипения, и оставьте на пять минут. Затем процедите и остудите. Выпейте перед ужином. Средство должно скоро подействовать.

Дэйзи Ткач кивнула, поблагодарила и вышла из домика с бутылочкой, надёжно упрятанной в карман. Она выглядела довольной, так почему же у Бриды разнылся живот?

Брида навела порядок в зелёной комнате, смела крошево листьев и стеблей и вытерла стол. Она вымыла ступку и пестик родниковой водой, протёрла их мягкой тряпочкой и убрала. Взгляд её упал на открытый гримуар, и уже она собиралась было закрыть книгу, когда на глаза ей вдруг попались несколько слов.

Её сердце упало. Она допустила ошибку. Опять.

В указаниях было чётко сказано: «Завари на пять минут в чайнике водой, доведённой до кипения. Процеди, остуди и дай выпить своему возлюбленному перед вечерней трапезой».

Выпить тинктуру должна была не хозяйка Ткач, а её муж!

Брида с придушенным криком вылетела из комнаты. Выскочив за дверь, она понеслась по тропинке, молясь, чтобы ей каким-то чудом удалось перехватить хозяйку Ткач, но уже смеркалось, и поздно было скакать на пони к дому Дэйзи на Кленовом холме.

Она опоздала.

* * *

Брида услышала, как среди ночи вернулась Магди. Она ворочалась угрём, не в силах заснуть. Что скажет ведунья, когда узнает, как напортачила Брида с любовной тинктурой хозяйки Ткач?

Когда солнце взошло, Брида наскоро переделала утренние дела, пытаясь решить, как рассказать Магди о содеянном. Но возможности ей не представилось.

Пока она кормила лошадей, кур и козу, хозяйка Ткач уже показалась на дорожке, ведущей к домику. У Бриды заныло сердце. Поддайся она минутному порыву, она бы просто спряталась в хлеву. Но не так она была воспитана и поэтому заставила себя пойти в дом, готовясь взять на себя заслуженную вину.

Чего она совсем не ожидала, так это костеломно крепких объятий, вышибивших дух у неё из груди, стоило ей закрыть за собой дверь.

– Уф, – пропыхтела девочка.

Лицо Дэйзи Ткач сияло.

– Признаюсь, – сказала она, – поначалу я была настроена скептически. Но я напрасно сомневалась в тебе. Матушка Магди была права. Ты, безусловно, искусница! Я знаю, она сказала, что платы не требуется, но я не могу не поблагодарить тебя. Мы с Халленом всю ночь проговорили в постели и… – Её щёки расцвели румянцем, как летние розы. – И я просто скажу, что наши проблемы остались позади. Вот… Я хочу, чтобы ты взяла это в знак моей благодарности, в оплату за зелье. – Она протянула Бриде отрез чудесной голубой ткани.

От удивления, не найдясь с ответом, Брида машинально подхватила ткань. Значит, её ошибка не имела последствий? Неужели зелье всё-таки подействовало? Облегчение, огромное и всепоглощающее, нахлынуло на неё.

Дэйзи повернулась к Магди, протягивая пустую бутылочку:

– Ты хорошо обучила её, матушка Магди. Она волшебно справилась. Я сожалею только, что так долго тянула, прежде чем попросить о помощи. – Она похлопала Бриду по плечу, обходя её и направляясь к двери. – Думаю, из этой ткани получится прекрасное платье для тебя, дорогая. Нельзя же вечно бегать в тунике и лосинах, правда? – И, всё так же сияя, она вышла.

Магди озадаченно улыбнулась.

– Я так горжусь тобой, Брида, – сказала она. – И Дэйзи права. Этот барвинковый цвет прекрасно пойдёт к твоим глазам, но если тебе хочется ещё одну тунику, то почему бы…

Ведунья повела носом. Лицо её закаменело. Взгляд взметнулся от склянки в её руке к лицу Бриды и опустился обратно. Медленно подняв бутылочку к носу, она втянула воздух.

– Что, – сказала она голосом, тёмным, как полночь, – ты сюда положила?

– Я следовала рецепту, – запинаясь, ответила Брида. – Только…

– Только что?

– Только я нечаянно сказала ей выпить тинктуру вместо мужа, – призналась Брида, теребя в руках синюю ткань. – Но это ведь не важно, правда? Ведь хозяйка Ткач сказала, что она подействовала, так что…

Магди нахмурилась и снова понюхала бутылочку:

– Какие травы ты использовала?

Брида сглотнула:

– Те, что в рецепте. – Магия ведь не лжёт, правда?

– Нет, это неправда. Здесь что-то другое… – И тут Магди прижала руку к животу. – Ох, шипы и колючки! Ты не смогла определить травы, верно? Даже теперь? – Она застонала и закрыла глаза. – Ты могла отравить Дэйзи Ткач.

– Нет! – воскликнула Брида. Её магия не способна на такое. Она должна помогать людям, а не вредить им. Разве нет? Нутро её извивалось, как водяная змея в мутном ручье.

– Покажи мне, что ты использовала.

Трепеща всем телом, Брида прошла в зелёную комнату и направилась к полкам с банками и бутылками.

– Нет, – сказала Магди. – Травы.

Брида закусила нижнюю губу и закрыла глаза, снова осязая потоки воздуха и магии. Она указала на первый пучок трав. Когда Магди ничего не сказала, она показала на остальные один за другим.

Молчание тянулось… и тянулось… и тянулось, пока желание нарушить его не подступило к горлу Бриды, как крик.

– Прощение, – сказала наконец Магди, и Брида моргнула. Она предлагала прощение или?..

– Что, извини? – сказала Брида.

– Ты составила не тинктуру для нежных чувств. Ты составила зелье для прощения, и именно оно, по-видимому, требовалось Дэйзи Ткач и её мужу. Как ты узнала? Что побудило тебя выбрать именно эти травы?

– Но рецепт…

Магди прищёлкнула языком.

– Рецепт не имеет ничего общего с тем, что ты добавила.

– Этого не может быть. Я… – Брида сглотнула. Магии не было дела до рецепта, это ясно. Магии было дело лишь до того, что необходимо. С тяжёлым вздохом Брида объяснила, как позволила магии направлять свой выбор. – Я старалась подобрать правильные травы, матушка Магди. Я старалась. Но все они так похожи, а магия была…

– О да, – задумчиво сказала Магди. – Магия тут есть, всё верно. Это просто не то, чего я ожидала.

– Ты не… ты не сердишься на меня?

– Нет, дитя. Я не сержусь. Мне следовало понять…

Но что ей следовало понять, потерялось в гулком стуке в дверь.

Магди бросилась открывать, но Брида помедлила.

Из кармана ведуньи выпорхнул клочок бумаги. Он упал на пол к ногам Бриды, крохотный, заманчивый обрывок тайны. Она знала, что негоже смотреть, но любопытство барабанило в грудную клетку, и она не смогла устоять. Быстро наклонившись, она подхватила листок с пола и прочитала: «Круг чертополоха растёт на каменистых холмах».

Что бы это могло значить? И почему матушка Магди хотела скрыть это от неё?

Брида выпустила бумажку из пальцев и замела ногой под стол, чтобы Магди не заподозрила, что она её нашла.

Стряхнув колючее чувство вины, Брида поспешила к двери и к голосам, разом наполнившим дом.

Хозяин Друзе, мясник, стоял на крыльце с перекошенным от страха или ярости лицом – Брида не могла с ходу определить.

– Там Дэв, – выпалил он. – Он серьёзно ранен. Прошу, идём скорее!

Брида старалась не смотреть на пятна свежей крови на сапогах мясника. Дэва она недолюбливала, что и говорить, но желать ему встречи с ядовитым плющом – не то же, что хотеть увидеть его истекающим кровью.

– Что случилось? – спросила Магди ровным и бесстрастным голосом, подхватив торбу с крючка.

– Точно не знаю. Он уехал в телеге к могильнику. – Брида поморщилась. – Когда он не вернулся, я забеспокоился. Отправился с Данилом на поиски, и мы нашли его. – Голос мясника прервался, и он провёл рукой по глазам. – Кровь повсюду… Я оставил Данила с ним, но…

Магди накинула на плечи лёгкий плащ и забросила торбу за спину.

– Подожди снаружи. Я сейчас выйду, и ты отведёшь меня к нему. – Как только он вышел, она сказала: – Брида, Дасти и Элспет Обруч попросили у меня оберег плодородия. Я разложила все ингредиенты на столе и заложила место в книге. Закончи, пожалуйста. А потом подожди меня.

Брида теребила подол своей туники и смотрела, как матушка Магди уезжает на телеге мясника. Холод пробирал её до костей, а ветер нашёптывал на ухо мрачные предостережения, но она отважно вздёрнула подбородок и решительно закрыла дверь.

– Я просто боюсь снова допустить ошибку, – сказала она себе. – Но на сей раз я всё сделаю правильно.

Она должна всё сделать правильно.

Магия загудела в воздухе и затрепетала по коже Бриды, когда та встала у стола в зелёной комнате. Матушка Магди оставила на столе разнообразные стебли и цветы, аккуратно разложенные в ряд в ожидании, когда из них сделают амулет.

Сердце Бриды скрутило, как выжатую тряпку, когда она пробежала глазами рецепт в гримуаре. Судя по всему, Обручи отчаянно желали ребёнка, тогда как её собственные родители оставили её на пороге дома Магди.

Она смахнула слёзы и выпрямила спину. Она была слишком взрослой, чтобы оплакивать тени прошлого, а матушка Магди была доброй и заботливой, как родная мать.

Брида принялась плести из стеблей трав фигурку желанного ребёнка. Она уже делала такой амулет, и поначалу пряди магии гладко ложились в форму, которую она сплетала.

Теперь было самое подходящее время для подобной магии. Луна была новой – идеальное время для посадки семян и новых начинаний. И всё же…

Шальные порывы ветра сотрясали оконный переплёт, мешая сосредоточиться, и магия начала ускользать. Брида пыталась вернуть её на место, но раз за разом теряла прядь.

Ничего не выходило.

Дважды запнувшись на словах, запечатывающих чары, она наконец отошла от стола и позволила рукам вести себя, как раньше. Она последовала за прядью магии к полкам. Матушка Магди не обрадуется, узнав, что она изменила амулет, но надо было что-то делать, иначе Обручи так и не получат помощи.

Пожевав нижнюю губу и нехотя следуя натяжению магии, Брида доложила в центр фигурки из зелёного войлока три ягоды можжевельника, горсть еловых иголок и один маленький жёлудь. На сей раз, когда она произносила слова чар, те свободно слетали с языка и оставляли сладкий привкус мёда.

Когда девочка свернула кулёк и перевязала его красной ниткой, то сразу почувствовала, что магия начала действовать. Это был сильный амулет. Возможно, не тот, о котором Обручи просили, но Брида знала – она знала, – что именно такой амулет им нужен.