Брида явилась в апотеку, как только впихнула в себя полуденную трапезу, состоявшую из тушёных яблок и овсяной лепёшки. Она слишком нервничала, чтобы много есть, однако старалась улыбаться так, будто она и беды не знает. Как-никак ей нужно было играть роль девушки, внезапно возвысившейся до принцессы. Люди наблюдали за ней, взвешивали её слова, изучали её лицо – нельзя было обмануть их ожидания.

Что было бы куда проще, если бы она знала, что это за ожидания.

Она попыталась завязать праздную беседу с девушкой в чёрном, которая провожала её в апотеку королевы, но девушка не желала – или не могла – говорить. Остаток пути Брида семенила молча, пытаясь успокоить свои скачущие галопом мысли.

Королева Мойра встретила её у дверей.

– Тебе нравится твой новый пони?

– Да, Ваше Величество, очень, – ответила Брида.

– Пожалуйста, зови меня тётей Мойрой, когда мы наедине. Нам нужно узнать друг друга без этой канители с титулами, ты согласна? Мы и так потеряли много времени.

– Да, да, тётя Мойра.

– Очень хорошо. Я велела, чтобы тебе пошили одежду для верховой езды, и завтра утром ты сможешь приступить к занятиям с тем, кого решит назначить Ловчий Дариус. Вторую половину дня ты будешь проводить здесь, со мной.

Брида надеялась, что королева не заметит, как обрадовало её обещание прогулки на Лопухе.

– Итак, что ты знаешь о магии? – спросила королева.

Это был вопрос с подвохом? Брида сцепила пальцы за спиной и ответила:

– Не очень много, Ваше… тётя Мойра.

– А знаешь ли ты, сколько видов магии существует?

– Ну есть ведовство.

– Да, и?..

Брида закусила губу изнутри. Нельзя рисковать, нельзя сказать ничего, что может вызвать подозрения королевы, особенно если матушка Магди где-то поблизости.

– Я не знаю, – сказала она, натягивая свою придуманную личину ученицы пекаря. – Чтобы замесить тесто и испечь хлеб много магии не нужно, правда?

Королева улыбнулась:

– Что же, помимо того, что тебе предстоит научиться быть настоящей принцессой, тебе также предстоит научиться использовать свои магические таланты, а они, я полагаю, окажутся весьма впечатляющими.

Брида запереминалась с ноги на ногу.

– Я в этом не уверена.

– Первый урок: виды магии. Ведовство – самая распространённая магия и, возможно, самая слабая. Большинство ведуний – просто искусные садовницы. Целители и повитухи могут быть ведуньями, хотя могут обойтись без магии, если не пожалеют времени на изучение лекарственных растений. Знания и мудрость зачастую бывают безопаснее и действеннее простой магии. Невежественные люди очень легко впадают в суеверие.

Кивнув в знак того, что она слушает – хотя она была не согласна с услышанным, – Брида подождала, когда королева продолжит.

– Второй вид – священная магия. Это магия твоей матери. Я упоминала, что она была жрицей неподалёку отсюда?

– Да, – прохрипела Брида, во рту у неё так пересохло, что голос совсем пропал.

– Это традиционная магия Храмов. Жрецы и жрицы использовали её в ритуалах на благо земли. Пока твоя мать не вызвала ночного всадника… – Она взмахнула изящной рукой. – Мы уже говорили о её злосчастной ошибке и о том, чего она стоила этому королевству.

Уголёк гнева разгорелся в груди Бриды, и ей пришлось проглотить яростные слова, пылавшие во рту. Она помнила рассказ королевы во время вчерашнего пира, помнила ложь, рассказанную Мойрой с помощью магического заклятия, вычерченного в пролитом вине. Брида с усилием убрала с лица всякое выражение. Мойра должна была поверить, что её лживые чары сработали, иначе она могла увидеть в Бриде угрозу.

«Придержи язык. Будь терпелива», – уговаривала себя девочка. Королева подозвала Бриду ближе и указала на низкий рабочий стол. Три чёрных свечи в оловянных подсвечниках стояли в центре, слева лежал птичий череп – вороний? – а справа чаша с водой. Замысловатые узоры из геометрических фигур были нарисованы мелом, и каждую фигуру по краю огибали символы на незнакомом Бриде языке.

Пока она рассматривала линии, между глаз расцвела тупая боль, и Брида моргнула, чтобы избавиться от неё.

– Третий вид магии называется колдовством, или теневой магией. Я открыла его сама. – Мойра взяла в руки череп птицы и погладила его одной рукой. – Это сила превращений, иллюзий, тайн. Сила знания, которая приходит с разгадыванием той сокрытой мудрости, которую таит Вселенная.

У Бриды внутри всё задрожало. Знания – это прекрасно… но, если Вселенная хранит тайны, возможно, на то есть причина.

Королева взяла череп и протянула его Бриде.

– И я поделюсь с тобой всем, что узнала, а когда я стану прахом, у тебя будет сила, чтобы продолжить моё дело.

Сжав кулаки, Брида уставилась в пустые глазницы маленького белого черепа. Шипы и колючки, она не хотела учиться тому, что знала королева.

Но Мойра нахмурилась и сунула ей череп.

Брида заставила себя разомкнуть пальцы и взять его. Теперь, вблизи, она разглядела другие геометрические формы и узоры, кропотливо выгравированные в кости. От черепа веяло отголосками страха, боли и смерти, тьмы и глубинного холода. Её рука тряслась от желания отшвырнуть эту штуку подальше от себя.

Королева вышагивала вокруг неё, сложив руки на груди. Она похлопывала одной ладонью по локтю, как будто отбивая ритм своих мыслей.

– Есть ещё один вид магии, – сказала она через минуту. – Или был. Ветрожба. Но она очень и очень редка. Ветрожея может призывать погодные стихии, плести бури, прясть времена года, читать ветры и уравновешивать приливы и отливы. Однажды я повстречала…

Из черепа в Бридиной руке вдруг раздался громкий и резкий вороний крик. Она так испугалась, что вскрикнула и отдёрнула руку.

Череп упал – и был пойман в воздухе королевой Мойрой. Она засмеялась, глядя на перепуганную Бриду:

– Мне следовало предупредить тебя, что он так может. Но вот! Посмотри сюда. – Аккуратно положив вороний череп на стол, она указала на инкрустированный в полу символ, выполненный из какого-то тёмного металла, резко контрастировавшего с гладкими досками.

Мойра начала напевать последовательность диссонирующих нот, неприятно отозвавшихся у Бриды в костях и зазвеневших в ушах. Символ на полу сделался серебряным, а затем, когда королева стала выпевать непонятные Бриде слова, приобрёл бледно-голубое свечение. Напевный речитатив королевы ускорился, и каждый странный слог ударял по воздуху, как набатный звон. Свечение стало ярче, вспыхивая пурпурным, красным, затем оранжевым, и под конец начало казаться, будто по полу вьётся живое пламя.

Брида отступила назад, страх выгрызал в её теле холодные пустоты.

В углах комнаты появились тени. Один за другим клубы тьмы сползали по стенам и собирались лужицами на полу. Сочась, скользя, растекаясь по комнате, они окружили Бриду.

Дрожа от страха, она задумалась о бегстве. Когда она доберётся до Лопуха, они могли бы…

Королева схватила её за руку.

– Смотри, – приказала она.

Тени слились воедино и закружились в вихре, едва удерживаемом внутри комнаты. Брида задрожала, когда тьма обрела силу и форму, притянутая к символу на полу. Когда уже казалось, что тени поглотят оранжевое свечение, они взорвались ворохом вороньих перьев, разлетевшихся к углам апотеки и повисших кругом на уровне глаз.

Над символом возник водянистый шар, парящий пузырь, содержащий плывущие силуэты и цвета. Это напоминало…

Гадальную чашу.

Брида подалась вперёд, глядя во все глаза. И правда, туманные витки прояснились, и она поняла, что смотрит на девчушку в поношенном платье и заляпанном переднике. Длинная коса свисала по спине. Только через пару мгновений Брида поняла, что девочка убегает.

Королева рассмеялась:

– Те, кто убегает, всегда обладают самым сильным даром. – Выхватив перо из круга, она метнула его в шар, и перо втянуло внутрь.

Изумлённая Брида увидела, как перо запуталось в косе девочки, а в следующий миг тело её жутко исказилось, и она превратилась в Ворону.

Бриду замутило, и ей пришлось отвести взгляд.

Не успела она и глазом моргнуть, как Ворона вылетела из пузыря в центре комнаты и с карканьем села на вытянутую руку королевы. Круг парящих перьев упал на пол ливнем чёрного песка, затем превратившегося в дым и исчезнувшего.

Королева Мойра позвонила в серебряный колокольчик и повернулась к Бриде, Ворона жалко покачивалась у неё на ладони.

– Не ужасайся, маленькое высочество! Её ждёт хорошая и полезная жизнь здесь, в замке. Какое будущее ожидало её в деревне? Пасти гусей? Ухаживать за свиньями? Я наделила её даром полёта. Я дала ей свободу от забот: покуда она будет верно служить мне, она будет сыта, одета и устроена.

Брида с трудом оторвала взгляд от сокрушённой Вороны, теперь беспомощно трепыхавшейся на руке королевы. Но у её смятения была и другая причина.

Магия королевы вела себя не так, как должна вести себя магия.

Бриду учили, что энергия в мире – это круговорот, она перетекает из одной вещи в другую, оставаясь в равновесии и гармонии. Когда Брида черпала магическую силу из окружающих её стихий, она лишь перенаправляла её. Она не могла создать или уничтожить энергию, она просто заимствовала её. Перемещала.

Она использовала силу своей крови и кости, чтобы придать магии форму, и всегда чувствовала, когда брала слишком много. И матушка Магди научила её, как возвращать обратно, как восполнять круговорот. Это был один из основных уроков ведовства: ты возносишь благодарность Великой Матери, когда собираешь растение, и ухаживаешь за новой жизнью, прорастающей в твоём саду. Круговорот придавал магии силу.

Когда Брида работала с ветром, она чувствовала потоки энергии, отзывавшиеся в её собственном теле, и ощущала равновесие магии.

Но заклинание королевы… Мойра забрала больше силы, чем Брида полагала возможным, но, когда она послала её в символ на полу, сила была… поглощена. Брида ждала, что магия восстановит равновесие.

Вместо этого она почувствовала… истощение.

Она испытала нечто подобное, когда они с матушкой Магди пытались исцелить пагубу на Кленовом холме. Последствия колдовства королевы изводили землю недугами, терзали злыми тенями. Собственная энергия Бриды была поглощена пустотой.

Магия королевы Мойры была подобна хищному голоду. Не поэтому ли она искала девушек с магическим даром? Может, она каким-то образом напитывала свои чары их силой?

Брида помнила, как матушка Магди говорила, будто королева готова использовать любую магию, что подвернётся ей под руку, но она не отдавала себе отчёта, как далеко способна зайти Мойра. Овладев силой коней-бурь и нацелив глаз на круг ведуний, королева могла похитить достаточно магии, чтобы уничтожить мир.

Бриде следовало больше узнать о колдовстве королевы Мойры, чтобы Круг Чертополоха мог защитить себя и одолеть её. А сегодня ночью Брида предпримет ещё одну попытку освободить коней-бурь. Оставалось надеяться, что Ловчему в голову не придёт, что она так скоро попытается снова.

Она подняла голову и увидела, что Мойра смотрит на неё сузившимися зелёными глазами. Новая Ворона всё ещё заполошно хлопала крыльями. Брида слабо улыбнулась:

– Твои силы невообразимы. Я уверена, что она осознаёт оказанную ей честь.

Ответ королевы был прерван стуком в дверь.

– Войдите, – позвала она.

Вошёл Ловчий в развевающемся зелёном, сером и цвета дневной синевы плаще. В руке он держал клетку, старательно отводя взгляд от Бриды.

Королева Мойра протянула ему Ворону:

– Награди разведчиков, которые нашли её, и проследи, чтобы она освоилась. Завтра я проверю её способности.

– Да, Ваше Величество, – ответил мужчина, низко поклонившись.

Ловчий открыл дверцу клетки и запихнул испуганную Ворону внутрь. Глаза у неё остекленели от страха, и сердце Бриды сжалось.

– Я пришлю вам вести вечером, Ваше Величество, – сказал он и унёс Ворону.

Брида жалела, что не знает даже имени девочки.

«Когда я освобожу коней-бурь, я найду способ освободить и тебя. Я найду способ освободить нас всех», – пообещала она.

Королева Мойра отряхнула руки.

– На чём мы остановились? Ах да, различные виды магии. Итак. Колдовство, иногда называемое чёрной магией, использует символы, чтобы притягивать и направлять силу каждых чар. Эти особые символы называются глифами, и каждый из них имеет своё неповторимое предназначение. Простые чары могут использовать один или два глифа, однако более сложное колдовство сочетает их выверенным способом. Понятно ли это?

– Да, Ваше Величество… тётя Мойра.

Королева улыбнулась ей:

– Ты сообразительная девушка, и я чувствую в тебе силу большой глубины. Думаю, тебе потребуется совсем немного времени, чтобы научиться писать свои собственные заклинания. Но первым шагом предстоит заучить основные глифы: четыре стихийных символа для земли, воздуха, огня и воды; два для дыхания и тела; два для связывания и разрывания. Ты найдёшь бумагу и угольные карандаши на столе в том углу, а также свиток с глифами. Я хочу, чтобы ты поупражнялась в переписывании каждого из них и…

В дверь снова постучали, и Брида чуть не улыбнулась, вспомнив домик Магди в Дубовой лощине и постоянные вторжения горожан, ищущих помощи. Она скучала по ним всем – разве что не по Дэву, но точно по остальным – и надеялась, что они справляются без матушки Магди.

Мойра резко бросила:

– Войдите.

В дверях стоял один из стражников королевы, а рядом с ним – стройный мужчина в испачканной дорожной одежде. На одной щеке темнело пятно грязи – или это был синяк? – а длинная прореха рассекала колено кюлотов для верховой езды. Непокрытая голова была разлохмачена ветром, и Бриде сделалось любопытно, где он потерял свою шляпу.

Следом за ними влетела Ворона и села на плечо королевы. Птица каркнула ей в ухо, и Мойра нахмурилась.

– Ваше Величество, – сказал стражник, поклонившись, – этот человек прибыл с тревожным донесением. – Он взглянул на Бриду и прибавил: – Возможно, нам придётся иметь дело с… чертополохом.

Брида пыталась сохранить бесстрастное выражение лица, хотя её окатило страхом.

– Моя Ворона говорит, что в последний раз их видели в лиге от Улесья. Где были ваши патрули? Где были Гончие?

Стражник прочистил горло:

– Эм, они искали…

Мойра махнула рукой:

– Не важно. Я разберусь с этим. – Королева постучала пальцем по губам. – Принцесса, будь добра, забери урок в свои покои и упражняйся в переписывании до вечера. Завтра мы встретимся снова.

– Да, Ваше Величество. – Отозвавшись на церемонный тон королевы, Брида сделала реверанс и поспешила к столу, чтобы забрать бумагу и карандаши. Но стоило королеве выйти со своей Вороной в сопровождении стражника и растрёпанного мужчины, у Бриды словно камень упал на сердце.

На деревянной конторке за столом она увидела венок из блестящего конского волоса. Пряди сплетались, сочетая разные цвета: белый, чёрный, кремовый, – и по гудению магии Брида поняла, что это волосы из хвостов коней-бурь.

Брида покосилась в сторону двери. Она была одна, и королева была занята. А что, если…

Брида шагнула вперёд, остановилась, затем сделала ещё один шаг. Пульс затрепетал в горле, как пойманный мотылёк. Довольно лишь вытянуть руку, потянуться кончиками пальцев и схватить сплетённый круг… Если бы она сумела каким-то образом переправить венок матушке Магди, то ведуньи могли бы спрятать его, использовать, уничтожить – что угодно, лишь бы он не достался королеве Мойре.

У неё дрожали руки. Королева узнает, что Брида украла венок, и гнев её будет ужасен. Сможет ли Брида притвориться, будто её просто очаровали разные оттенки конского волоса, и, изобразив наивное простодушие, убедить королеву, что она потеряла венок не нарочно?

Или королева убьёт Бриду, как уже пыталась убить её мать Мейгин? Как убила Бридиного отца?

Брида отдёрнула руку, но затем укрепилась в своей решимости. Столь многим жизням грозила опасность. Раз она пока не сумела освободить коней-бурь, она должна была забрать их силу из рук королевы. Для начала.

Дрожа, она снова протянула руку. Но прежде чем она успела схватить странный венок, в воздухе раздалось зловещее шипение.

Брида бросила испуганный взгляд в угол апотеки. Там что-то двинулось, затвердело… и поползло к ней.

Змея из дыма и тени.

Брида охнула и отшатнулась, но новое шипение заставило её крутануться в сторону – позади неё по полу зазмеились, сплетаясь кольцом, новые тени. Не такие ли украли голос Тише?

Разумеется, королева не оставила бы свою магическую мастерскую без охраны – Бриде следовало об этом подумать. Прижимая к груди бумагу и карандаши, Брида выбежала из комнаты, еле проскользнув мимо шипящих змей.

Придётся искать другую возможность и надеяться, что она подвернётся не слишком поздно.