В сумерках Брида последовала за матушкой Магди и Рисси на скалистый склон холма, укрытый соснами и высокими белыми дубами. Сквозь ветви слабо пробивался свет тонкого серпа месяца, но прежде, чем они вышли из домика, Рисси вручила всем фонари. Танцующее пламя отбрасывало брызги золотистого света, пока они шли.

Немного опередив Бриду, матушка Магди и Рисси, склонившись друг к другу головами, тихо переговаривались. До девочки доносилась мрачная мелодия их голосов, но она не могла разобрать, что они говорят.

У неё было чувство, что говорят о ней. И отчего ей казалось, будто Рисси – всего на пару лет старше – знала её, хотя они никогда не встречались?

Рисси переоделась в простую белую робу и перепоясалась бледно-голубой лентой. Серебряная лента с полумесяцем в ряду звёзд была завязана у неё надо лбом, поддерживая волосы. Она выглядела изящной, загадочной, сильной. Но когда они собрались выходить, под её глазами пролегли тёмные круги, а когда она прощалась с собакой, Брида заметила на её щеке блеск слез.

Неужели она тоже боялась?

Что-то зашуршало наверху в листве, и все замерли, заслонив фонари руками. Во всепоглощающей темноте сова прокричала:

– Х-х-то? Хто-хто-хто?.

– Не Ворона, – пробормотала Рисси. – Просто большой рогатый филин.

– Далеко осталось? – спросила Магди.

– Ещё несколько шагов. Почти пришли, – сказала Рисси.

Сердце Бриды пропустило удар. Она не знала точно, что задумала матушка Магди, но это было связано с белой магией, которую она даже не думала увидеть.

Священная магия – её также называли белой – была запрещена королевой, сколько Брида себя помнила. Она знала, что когда-то ею занимались и мужчины, и женщины, что сила исходила от Великой Матери, Небесного Отца и многих низших богов и духов. Это была традиционная магия старых Храмов, используемая в ритуалах для защиты и обновления земли, для прорицания будущего и предсказания приливов и отливов времени. Хотя солдаты королевы Мойры разрушили все Храмы, когда Брида была ещё ребёнком, матушка Магди всегда говорила, что некоторые жрецы и жрицы спаслись и до сих пор читают чаропения в своём изгнании.

Брида и вообразить себе не могла, что встретит человека, владеющего белой магией, так близко от дома. Она взглянула, как Рисси взбирается на мшистый холм, усеянный светлячками, и смахнула комара с запястья, стараясь не отставать.

Жрицы должны были носить на левом запястье серебряную манжету с изображением тройной луны: растущей луны, полной и убывающей. Рисси не завершила своего посвящения и поэтому носила лишь тонкий серебряный браслет с маленьким кругом посредине.

Осиное жало стыда уязвило Бриду в самое сердце. Рисси не завершила обучение лишь потому, что Храмов не осталось и все жрицы были убиты или скрывались. Учить её было некому, и даже просто изучать историю священной магии воспрещалось Законом Королевы.

У Бриды оправданий не было.

Ведовство – иногда называемое зелёной магией – было наиболее распространённой разновидностью силы, хотя далеко не обыденной. Занимались им, как правило, женщины. Поскольку оно зачастую проявлялось как садоводческая жилка, королева не считала его угрозой и никогда не запрещала. Магию черпали из природы, из камней, раковин, перьев, из растений. Брида проводила свои дни, со всех сторон окружённая источниками ведовства. Матушка Магди была сильной ведуньей и прекрасным учителем, и всё же Брида не смогла пройти Зеленолистые испытания.

А в последнее время даже магия Магди, казалось, не могла остановить распространение того, что отравляло мир.

Брида пожевала губу – а ведь существовала и другая магия, правда? Та, о которой не хотелось даже думать. Чёрная магия – колдовство. Сила теней и тьмы, иллюзий и тайн. Она была запретна и противоречила не Закону Королевы, но самому порядку вещей.

Если пагуба была вызвана тёмным колдовством, будет ли довольно соединённой зелёной и белой магии, чтобы её одолеть?

* * *

– Смотри под ноги, – предупредила Рисси, выдёргивая Бриду из мрачных размышлений.

Они наконец подошли к скальному навесу, и в капризном пляшущем свете фонарей Брида заметила нечто, похожее на вход в пещеру.

В горле у неё встал ком холодного страха. Она ненавидела маленькие пространства, и от одной мысли, что придётся шагнуть внутрь этой каменной пещеры, у неё болела голова. Неужели нельзя сделать это где-то ещё? Где-то в вышине, под широким звёздным небом?

Но тогда риск поимки сделал бы эту магию слишком опасной. Она вздохнула и попыталась собраться с духом. Это была всего лишь пещера, и куда лучше скрываться под камнем, чем убегать от исполинских псов или подвергнуться нападению твари из костей.

Когда Брида подняла подбородок, чтобы в последний раз взглянуть на небо, наперерез линии горизонта затрещала далёкая зарница. Даже стоя здесь, она почувствовала вспышку дикой магии.

Где-то там были кони-бури.

В следующий миг в вечернем воздухе поплыл далёкий лай гончих, и она стиснула зубы. Коней-бурь всё ещё гнали.

– Сюда, – прошептала Рисси, ныряя под завесу плюща и исчезая с глаз.

– Догоняй, дитя, – бросила Бриде через плечо матушка Магди. – Сегодня нас ждёт работа.

Брида проглотила возражения и неохотно последовала за женщинами в пещеру. Она по-настоящему ненавидела маленькие, тесные, тёмные…

– Ох! – выдохнула она, ступив под вытесанную самой природой каменную арку и оказавшись в огромной пещере. Часть каменного потолка давно обрушилась, оставив середину пещеры открытой небу. Под сводчатой расщелиной раскинуло свои ветви гигантское дерево, словно бы приветствуя гостей.

В небольших нишах вдоль стен пещеры стояли толстые свечи из пчелиного воска, и когда Рисси пропела короткую фразу, они вспыхнули, наполнив пещеру светом.

– Красиво, – прошептала Брида.

Рисси улыбнулась:

– Это моё любимое место. Я никому его не показывала, кроме вас.

– Как ты его нашла?

Шорох у самых ног заставил Бриду отпрянуть, и Рисси захихикала.

– Она мне показала. – Рисси указала на землю.

Взгляд Бриды проследил за пальцем девушки и упал на огромную змею, длиной в два человеческих роста и толщиной со ствол саженца. Змея лениво разматывала кольца, словно хвалясь играющими на свету чешуйками чёрного, изумрудно-зелёного и тёмно-синего цветов. Она была красивой и яркой – не то что та больная змея, которую Брида видела под поражённым пагубой клёном.

– Её зовут Тайна, – поделилась Рисси. – Не бойся, я обещаю, она не причинит тебе вреда.

Но Брида не боялась. Она была в восторге.

– Она прекрасна!

Тайна подняла голову, её раздвоенный язык затрепетал, и сверкающие, как драгоценные камни, глаза встретились с глазами Бриды.

– Я думаю, ты ей нравишься, – с улыбкой сказала Рисси, протягивая руку, чтобы погладить клиновидную голову змеи.

– Девочки, не будем терять время. – Матушка Магди приподняла свою торбу, напоминая о деле.

Рисси отошла от змеи и подвела их к величественному дереву. Приблизившись, Брида услышала журчание воды и поняла, что из-под земли между переплетёнными корнями дерева струится родник.

– А-ах, – вздохнула матушка Магди. – Ты нашла глубинное священное место. Молодец.

Рисси опустила глаза, и свет свечи залил тёплым золотом её щеки и лоб.

– Я же говорила, меня привела Тайна. Я бы никогда не обнаружила это место, если бы не последовала за ней.

– Вода, земля, воздух и пламя, – сказала матушка Магди, медленно поворачиваясь кругом. – Все четыре стихии заключены в пространстве, находящемся на границе земли и неба, почвы и воды. – Она коротко кивнула и, опустив свою торбу на землю, принялась в ней рыться. – Лучше не придумаешь. Здесь мы можем сплести сильную магию.

Магди достала из торбы пучок трав и подняла глаза на Рисси.

– Твоя мать гордилась бы тобой, Рисси.

Рисси нахмурила брови и заломила руки.

– Я думала… То есть иногда я надеялась… Я хотела… – Она сглотнула и торопливо проговорила: – Иногда мне казалось, что, быть может, моя мать… каким-то образом послала Тайну, чтобы показать мне дорогу?

Магди поглядела на змею, наблюдавшую за ней с расстояния в несколько шагов.

– Это вполне возможно, – сказала она. – Змеи не связаны законами времени или места, которые сковывают нас. Говорят, что они могут передавать послания от мёртвых.

На лице Рисси расцвела сквозь слёзы лучезарная улыбка, и она опустилась на колени между змеёй и окоёмом источника.

– Я так и подумала, – прошептала она. Затем подняла глаза на Магди. – Я готова. Как ты хочешь это сделать?

Магди нарисовала круг вокруг водоёма, посыпав землю измельчёнными травами и лепестками роз. Затем она положила руку на плечо Рисси:

– Если ты начнёшь петь…

Брида прочистила горло, уши её пылали от стыда и смущения. Она чувствовала силу этого места как прохладный гул в центре груди, ощущала ауру ждущей магии, исходящую от матушки Магди и Рисси. Но что могла сделать она? Защитить долину было слишком важно, чтобы терпеть её ошибки. И раз матушке Магди помогала Рисси, зачем ей нужна Брида?

Но Магди схватила Бриду за руку, не дав ей и пикнуть, и потянула на землю за собой. Почва вокруг источника была мягкой и пружинистой из-за мха, и влажный холодок немедленно просочился к коленкам Бриды. Отпустив руку девочки, чтобы обхватить её за плечи, Магди сказала:

– Брида, твоё место рядом с нами. Не забывай, три – это священное число.

– Но что, если…

– Просто следуй нашему примеру. И доверься себе, дитя. Ты сильнее, чем ты думаешь.

Змея – Тайна – зашипела в знак согласия, и тревожный узел в животе Бриды потихоньку ослаб и распутался.

Рисси криво улыбнулась:

– Я тоже волнуюсь. Я знаю самые простые чаропения, да и те… Да, я пела обережные песни, и мы все видим, много ли от них толку. Но мы делаем всё, что в наших силах, и, возможно, вместе… – Подняв руки, она опустила одну на плечо Магди, а другую на плечо Бриды.

Бриде понравилось ощущение единения, и она тоже положила свои руки им на плечи, закрепляя связь.

Магди улыбнулась и кивнула:

– Да! Прекрасно. Рисси, когда ты начнёшь петь, мы с Бридой приплетём пряди зелёной магии к священным нотам твоей белой магии… Ты сразу почувствуешь и поймёшь, что я имею в виду, просто старайся сплести гармонию силы, а не звука.

– Но что, если королева почует, что мы делаем? – спросила Рисси.

– Пожалуй, это во благо, что в долине вольно бегут кони-бури – их сила сокроет нашу. А Вороны расселись на ночлег. Лучшего случая нам не представится.

Рисси поджала губы, но через мгновение кивнула и начала петь.

Брида закрыла глаза, отдаваясь приливу силы, взревевшей, как ветер, у неё в ушах.