— Отведи меня туда, где забрали Кларкуорд, — сказала я Генриетте.

— Похитили! — поправила Генриетта.

— Курили, — добавила Лор.

— Без разницы, — сказала я.

Через несколько минут я стояла в сточной канаве на Семнадцатой, глядя в ливневый сток. Рядом с ним лежало куриное перо и очень замызганная на вид кукурузная чипса.

— Здесь вы видели ее в последний раз, — сказала я.

Генриетта кивнула. — Да.

— Но вы не видели, кто ее забрал.

— Нет, я смотрела на автобус.

— Она могла просто провалиться в ливневый сток, — заметила я.

Генриетта бросила на меня пренебрежительный взгляд. — Кларкуорд умнее этого.

— Наверное, вы правы, — пробормотала я и снова посмотрела на ливневый сток. Последние пару дней были солнечными и теплыми, так что в сток ничего не попадало, да и ничего не могло затянуть курицу вниз.

Вопреки здравому смыслу и на виду у всех прохожих на улице, я опустилась на четвереньки и приложила голову к ливневому стоку.

— Что ты делаешь? — спросила Генриетта.

— Тсссс, — сказала я.

Генриетта пробормотала что-то, чего я не расслышала, но отвернулась.

В самых глубоких глубинах ливневого стока мне показалось, что я что-то слышу. Жужжание.

Я поднялась и отряхнулась.

— Ну? — сказала Генриетта.

— Думаю, вы правы в одном, — сказала я ей. — Вашу курицу действительно забрали. Вопрос в том, кто они?

•••

— ТЫ ХОЧЕШЬ сделать что теперь? — сказала мне Гида.

— Спуститься в канализацию, — сказала я.

— Никто из этого офиса никогда этого не делал.

— Это точно, Оуигин? — спросила я.

— Сорок восемь лет назад стажер по имени М'ту Бвинниму спускался в канализацию, — сказала Оуигин.

— Ты действительно это помнишь, — сказала Гида офис-менеджеру.

— Я помню все, босс, — сказала Оуигин.

— Значит, есть прецедент, — продолжила я.

— Что случилось со стажером? — спросила Гида у Оуигин.

— Он поскользнулся и вдохнул почти литр неочищенных сточных вод. Провел большую часть стажировки в реанимации. Без зачета.

— Какой прецедент, — сказала Гида мне.

Я кивнула и положила на стол Гиды распечатку, которую сделала. — Я проверила полицейские отчеты о пропавших питомцах и животных в Третьем округе за последние двадцать четыре часа. Их четыре, не считая курицы Кларкуорд. — Я указала на крестики там, где поступили сообщения о пропаже питомцев. — А здесь, — я указала на кружки, — ливневые стоки.

— Ты же знаешь, что ливневые стоки есть через каждые несколько десятков метров, — сказала Гида.

— В городе комбинированная канализационная система, — сказала я, игнорируя это. — Чего, признаюсь, я не знала три часа назад, но что сейчас актуально. Это означает, что ливневые стоки соединены с обычной канализационной системой. Так что что-то, находящееся в канализационной системе, может выбраться и попасть в ливневые стоки.

— Ты хочешь, чтобы я разрешила тебе спуститься в канализационную систему, потому что мошенница потеряла свою курицу.

— Нет, я хочу, чтобы ты разрешила мне спуститься в канализационную систему, потому что думаю, что есть шанс, что если мы что-то не сделаем с этим, пропадать будут не только куры и питомцы.

— И что ты ожидаешь найти там внизу? — Гида снова посмотрела на Оуигин. — Как называются те вещи, которые, как предполагается, живут в канализациях?

— Аллигаторы, — сказала Оуигин.

— Нет, не те.

— Ч.У.Д.ы.

— Что?

— Черепашки-ниндзя.

Гида указала когтем. — Да! Эти штуки. Ниндзя-хомяки.

— Черепахи.

— Без разницы. — Она повернулась ко мне. — Ты ожидаешь найти Хомяков-Черепах.

— Любые из них были бы лучше, чем то, о чем я беспокоюсь, — сказала я.

Гида посмотрела на меня, раздраженная. — Ты правда заставишь меня запросить разрешение для тебя, да?

— Думаю, это важно.

— Ты здесь четыре дня и хочешь бегать по буквальным кишкам округа.

— Я не собираюсь бегать, — сказала я. — Я собираюсь идти очень осторожно. У меня нет планов вдыхать неочищенные сточные воды.

— Вот это правильно, — сказала Лор со своего стола, подняв свою лягушачью лапу в знак солидарности.

Гида вздохнула. — Когда-нибудь у нас будет общественный связной-человек, который проработает дольше недели, — сказала она и потянулась за телефоном.

•••

— КАК Я втянулся в это? — спросил меня Дженсен, пока мы стояли над люком на Семнадцатой улице. На нас обоих были прочная одежда для хождения по канализации, а также фильтры и защитные очки для лиц.

— Забудь, как ты втянулся, как я оказался втянут? — спросил Тед Чемберс из Департамента водоснабжения и канализации.

— Ты оказался втянут, потому что это касается наших предыдущих обсуждений, — сказала я Дженсену. — А ты оказался втянут, потому что ты друг Дженсена, и твои начальники не позволят ему и мне бродить по канализации одним.

Тед повернулся к Дженсену. — Мы больше не друзья.

— Справедливо, — сказал Дженсен.

Люк, над которым мы стояли, был перекрыт и освещен аварийными огнями, и для дополнительной предосторожности было 1:00 ночи в пятницу, когда вряд ли было много движения. Второй работник водоснабжения и канализации по имени Дждан Ревк оставался на поверхности. Он выглядел, насколько это возможно для представителя его довольно деревяннолицего вида, довольно скучающим.

— Еще раз, — сказал Тед мне. — Мы внизу час, не больше. Если ты найдешь то, что ищешь, там за это время, фантастика. Если нет, не повезло. Через час мы поднимаемся и больше никогда об этом не говорим.

— Поняла.

— Ничего не трогайте, не поскользнитесь ни на чем и, ради бога, не поджигайте ничего, кроме своих фонариков. Кстати о них, проверьте их сейчас.

Дженсен и я щелкнули фонариками.

— Далее рации, — сказал Тед. Мы все переключились на один канал и проверили, что слышим друг друга. Тед проверил свою с Джданом, который подтвердил, что его работает, и затем вернулся к своему телефону.

— Час, — сказал Тед, затем надел маску на лицо, с помощью инструмента сдвинул крышку люка и осторожно полез вниз по лестнице. За ним последовал Дженсен, а затем я.

Канализация была именно такой, как и рекламировалось — канализацией, — которая поглощала лучи наших фонариков при первой же возможности.

— Ищите курицу, — сказала я Дженсену и Теду.

— Ты шутишь, — сказал мне Тед.

— Я обещала, что поищу.

Тед вздохнул. — Ты здесь главная. Скажи, куда идти.

Я встала посреди канализации и прислушалась, пока наконец не услышала самый слабый гул. Я указала. — Туда.

Мы шли в тишине десять минут среди сточных вод и изредка проплывавших клецек жира, обернутых тряпками и бумагой, пока Дженсен не поднял руку, поднял палец, требуя тишины, и не прислушался.

— Ты тоже это слышишь, — сказала я. Он кивнул.

— Слышать что? — сказал Тед. Дженсен отмахнулся от него и снова указал в направлении, в котором мы двигались изначально. Тед снова вздохнул и пошел дальше.

Через несколько минут даже Тед мог это слышать: низкое, постоянное жужжание летающих существ там, где их быть не должно. Канализационная линия соединилась с другой линией и стала шире и выше, затем та линия соединилась с другой и стала еще шире и выше, и вдруг мы оказались в, казалось бы, безпотолочной пещере, где ни один из наших фонариков не мог дотянуть луч до самого верха. Посреди этой пещеры была самая отвратительная вещь, которую я когда-либо видела в жизни.

— Жироберг на горизонте, — прошептал Тед.

— Не просто жироберг, — сказал Дженсен и провел фонариком по нему. Жироберг двигался и извивался, был пятнистым и исчерчен темными и зловонными полосами, а в них и вокруг них в темноте дремали крупные осоподобные существа. Немногие активные летали вокруг, выполняли свою насекомую работу и снова улетали.

— Мы думаем об одном и том же, да? — сказала я Дженсену.

Дженсен кивнул в знак согласия. — Это колония.

— Что, черт возьми, это значит? — спросил Тед.

Прежде чем Дженсен смог ответить, мне в голову пришла мысль. — Где мы? — спросила я.

— Примерно в квартале от Парка Основателей, — сказал Тед. — А что?

Я открыла рот, чтобы заговорить, и затем, невероятно, услышала кудахтанье.

Я направила фонарь, и там, у основания жироберга, была Кларкуорд.

Мы все несколько секунд смотрели на Кларкуорд. Кларкуорд ответила тем же.

— Ты, блядь, должно быть, шутишь, — сказал Тед, нарушая тишину.

— Тсссс, — сказал Дженсен своему другу.

— Как, черт возьми, она вообще сюда попала? — прошептал Тед.

— Осы затащили ее сюда, — сказал Дженсен.

— Целую курицу, — скептически сказал Тед.

— Они работают коллективно.

— Пришлось бы, да?

— Мы должны спасти курицу, — сказала я.

— А надо ли? — сказал Тед.

— Слушай, я не хочу осуждать курицу за ее жизненные выборы, но, может, если кучка гигантских инопланетных ос затащила тебя в их логово в жироберге в качестве полуночной закуски, тебе стоит просто принять свою судьбу.

— Тебе не нужно идти за ней, — сказала я.

— Ладно, но зачем тебе?

— Обслуживание избирателей.

Тед посмотрел на меня без понимания, а затем посмотрел на Дженсена. — Где ты вообще нашел этого человека?

— Там был труп, — сказал Дженсен.

— Знаешь что, ладно, — сказал Тед и сделал широкий жест рукой, которая не держала фонарик. — Будь моим гостем. Но если осы-убийцы решат улучшить свой выбор закусок, пока они будут есть тебя, я смоюсь обратно на Семнадцатую улицу.

— Договорились, — сказала я и начала пробираться к жиробергу и Кларкуорд.

Кларкуорд безуспешно попыталась сдвинуться, когда я приблизилась, и через мгновение я увидела почему: она застряла в жирной грязи у подножия жироберга. Моя лучшая догадка была, что после того, как куча ос загнала ее в ливневый сток, ей удалось сбежать, летая в темноте, пока она не врезалась в жироберг и не прилипла к его липкой стороне. Осы у жироберга либо не поняли, что она там, либо решили, как так красноречиво выразился Тед, приберечь ее для перекуса позже.

Так или иначе, большинство ос отдыхало, и лучшего времени для организации ее побега не будет.

Подойдя к Кларкуорд, я приложила палец к губам, предупреждая ее молчать, и сразу же почувствовала себя глупо, потому что, в конце концов, она же курица. Тем не менее, курица в основном молчала, пока я обхватывала ее. Я засунула пальцы в вызывающую рвотные позывы сторону жироберга, осторожно раскачивая птицу взад-вперед, чтобы вытащить ее. Через несколько минут качания птица вышла с хлюпающим хлопком, и я упала на задницу, при этом сильно шумя.

Сверху громкость жужжания внезапно возросла.

— Упс, — сказала я Кларкуорд. Я зажала ее под мышкой, схватила фонарик другой рукой и как можно быстрее поспешила прочь от жироберга к Дженсену и Теду.

— Поздравляю, ты спасла птицу, — прошипел Тед, когда я проскользнула мимо него, и Дженсен поддержал меня. — Мы можем идти теперь?

— Да, я действительно думаю, что нам стоит, — сказала я. Затем мы втроем двинулись как можно быстрее через канализацию, сначала тихо, а затем не очень, чем дальше мы отдалялись от жужжания колонии ос позади нас. Иногда мы ненадолго останавливались, чтобы услышать, как далеко от нас жужжание. Иногда оно было далеко. Иногда оно было неудобно близко.

— Ты первый, — сказала я Теду, когда мы наконец добрались до Семнадцатой улицы и люка, через который спустились.

— О, да, я первый, — согласился Тед и полез вверх.

— Теперь ты, — сказал Дженсен мне.

Я покачала головой. — Я замыкающая.

Дженсен покачал головой. — Напомнить тебе, что ты перевозишь курицу. Если поскользнешься, кто-то должен спасти птицу.

Я не могла с этим поспорить. Я переложила Кларкуорд, ухватилась за лестницу обратным хватом и очень медленно поднялась по лестнице одной рукой. Нога поскользнулась только один раз. Дженсен тут же ее подхватил.

Когда Дженсен, Кларкуорд и я оказались наверху, Тед накрыл люк крышкой. Пока он это делал, я услышала жужжание, доносящееся из канализации. Я посмотрела на ливневый сток, но оттуда ничего не вышло.

— Слава богу, с этим покончено, — сказал Тед.

Я посмотрела на часы. — Эй, Тед, — сказала я.

— Что?

Я показала запястье. — Ровно час!

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

— ОПЯТЬ КСЕРОКОПИРОВАННЫЕ карты, — проворчала Гида.

И действительно, я разложила на ее столе еще одну карту. На этот раз на встрече были не только я и она; весь офис столпился вокруг стола, разглядывая карту. По моей просьбе там же был Дженсен. Кларкуорд была в моей новой квартире, в ванной с закрытой дверью, с миской воды и буханкой черствого хлеба для компании. Я даже купила печатную газету, чтобы постелить ее на пол.

На карте была изображена канализационная система всего Третьего округа, наложенная на карту улиц. Я указала на канализационную камеру рядом с Парком Основателей. — Это катастрофа, которая ждет своего часа, — сказала я. — Там жироберг размером с два трейлера, в котором находится огромная колония ос мундагов и их яиц. Колония уже настолько велика, что начала совершать вылазки на поверхность, чтобы хватать пищу в виде домашних животных.