К книге
Тринадцатый шагЧасть пятая. Раздел первый
41%
Часть пятая. Раздел первый
32

В притче утверждается, что мужчина махнул острым топором и отрубил матушке-обезьяне лапу, а лапа упала в лодку – ужасающее зрелище. Необходимо только дополнение по некоторым деталям: после того как обрубили вцепившуюся в борт лодки лапищу и матушка-обезьяна на берегу надрывно крикнула, из глаз мужчины полились слезы. Ты все же прожил с ней столько лет, она тебе родила сына, обреченного стать выдающимся из выдающихся. Лодочник развернул парус, направляя судно к материку, и стенания обезьяны потонули в рокоте волн, остров скрылся за вздымающимися к небу валами, однако дрожащая в конвульсиях лапа по-прежнему билась на дне лодки. Лодочник сказал: почтенный, да выкиньте ее в море. За лодочкой следовала по пятам стайка акул. Но мужчина сказал: нет, нет! Он содрал с себя разодранный халат, завернул в потертую ткань обезьянью лапу и с ней в охапке вернулся домой. По прошествии десяти с чем-то лет, когда сын выдержал экзамен, стал чжуанъюанем и вынудил отца сообщить ему о местонахождении матери, мужчина вытащил на белый свет перевязанный красной шелковой лентой, отделанный изнутри желтым атласом деревянный ящик, в котором и хранилась высохшая лапа. Почтенный чжуанъюань с ящиком тем и прибыл на безлюдный остров посреди моря в поисках матери. И еще до того, как почтенный чжуанъюань покончил с собой, отец его повесился. В этой истории смерть – средство и символ благополучного выхода из тупика.

Дополнение второе: еще до того, как было заключено соглашение о преображении, Ли Юйчань расщедрилась Фан Фугую на миску рисового отвара. Он дрожащими руками принял миску, аромат отварного риса пробился к нему в нос, и, хотя несколько дней во рту у него не было ни капли воды, ни крупинки риса, неожиданный запах мирской еды сразу же пробудил в нем море голода, так что вопросы смерти и жизни отошли далеко вглубь затылка, первостепенной задачей стало откушать каши. Глубокое впечатление произвело то, как ты по-звериному, точно изголодавшийся волк или истомившийся тигр, набросился на еду. Рисовый отвар был обжигающе-горячим, обожгло у тебя все во рту от него. Первый глоток отвара провалился в желудок, и живот у тебя нестерпимо прихватило. Потоком ливанул у тебя по лбу пот, известь на лице отваливалась кусочек за кусочком, некоторые из которых, угодив в миску, следом отправились прямиком тебе в желудок, а некоторые осыпались на пол, откуда их потом веником собрала Ли Юйчань.

Дополнение третье: отталкиваясь от «теории относительности», Эйнштейн заключил, что время не одномерно, оно может и нестись вперед, и отступать назад, и сгущаться в краткий миг, и расширяться в длинную вечность – Придерживая пиалу, он со свистом всасывал в себя рисовый отвар, а тот был совсем жиденький, с редкими вкраплениями рисовых зерен и листочков зелени, а в суповой зелени отражалось худощавое лицо паренька лет семнадцати-восемнадцати. Тот мальчишка, которого НОАК когда-то вывела из-под артиллерийского огня, уже стал учеником старших классов средней школы. И хотя ел он не до отвала, а одежда не грела его, в душевном отношении это был в высшей степени жизнерадостный юноша. Пил он рисовый отвар, а перед глазами маячила упитанная физиономия советской девушки. Волосы у нее были цвета льна, шея отличалась гладкостью и стройностью, со статной увесистостью покачивались ее полные груди – и этот сон среди белого дня потом чудесным образом стал явью. Человек и после тридцати лет меняется, вот и волосы Ту Сяоин мало-помалу приняли цвет льна, вот и смуглая шея Ту Сяоин стала гладкой и стройной, вот и маленькие грудки Ту Сяоин разрослись в увесистую крупную грудь а ля рюсс. Определенно достойна любви жена, которая способна преображать черты и тело под стать идеальным чертам и телу, сокрытым в мыслях мужа, а потому, когда из-за стены донесся плач Ту Сяоин, тем больше усилилось желание жить дальше.

Дополнение четвертое: на стену приклеили пожелтевший лист из городской газеты, напечатаны на том листе были статья доктора Оуян Шаньбэня, в которой он повторно обращался к проблеме конверсии жизни и смерти, и заметки о двух необычных происшествиях. Первая заметка рассказывала о том, как мужчина и женщина в какой-то китайской провинции сочетались браком, а после того как жена родила сына, у мужа внезапно проявились признаки женского пола. В ходе медицинского осмотра было установлено, что у человека имелись и мужские, и женские репродуктивные органы. После незамысловатой операции человек разошелся с женой и вышел уже замуж за мужчину средних лет, вдруг забеременел и родил дочку. Получается, этот человек стал родным отцом мальчику и родной матерью девочке. Вторая заметка повествовала о том, как множество американских парней всеми правдами и неправдами пытались сделаться женщинами и после немудреных манипуляций действительно превращались в грациозных девушек (эту заметку дополняли две фотографии: бородача с выдающимся кадыком до операции и красавицы с очаровательным личиком, полной грудью и уже без кадыка после операции). Какими только странными идеями не тешат себя в наши времена!

Дополнение пятое: косметолог изучила черты лица Фан Фугуя и Чжан Чицю и обнаружила, что у обоих имелись выдающиеся скулы и заостренный подбородок и что оба носили громоздкие очки. Разница заключалась в следующем: у Фана веки были одинарные, а у Чжана – двойные; у Чжана на переносице имелся шрам, а у Фана – нет. Косметолог удовлетворенно заключила: превратить ординарное веко в двойное пес знает во сколько раз проще, чем из двойного века сделать одинарное; а сделать на переносице шрам неизвестно во сколько раз легче, чем удалить на переносице шрам. По результатам осмотра получалось, что из Фана сделать Чжана было весьма несложно – процедура даже попроще, чем вырезание воспаленной слепой кишки, нужды возвращаться лишний раз в похоронное бюро не было, и дома можно было сподобиться.

Дополнение шестое: чтобы подчеркнуть тождество, косметолог после завтрака, до выхода на работу, обрила Чжану и Фану головы и заодно омыла Фана. Во время омовений Фан немного конфузился, но косметолог заявила, лишь наполовину кривя душой: все равно ты скоро станешь мне мужем, чего стыдиться?

Дополнение седьмое: косметолог сходила в магазин и купила два зеленых костюма. Продавщица заметила: если бы ты была совсем старухой, то я бы решила, что ты своим близняшкам покупаешь подарки ко дню рождения. Косметолог заявила: А так оно и есть.

Дополнение восьмое: косметолог после выхода на работу сдала ответственным лицам похорошевшего вице-мэра Вана. Когда они перевозили вице-мэра Вана в зал для прощания, она велела им быть поосторожнее, мягко его поднимать и мягко опускать, чтобы ничего не подпортить.

Дополнение девятое: поступил звонок из средней школы № 8, торопили похоронное бюро в надежде, что получится поскорее привести в порядок учителя Фана, хотели поскорее организовать прощание учеников с телом.

Дополнение десятое: вечером заместитель заведующего похоронного бюро, который когда-то занимался любовью с Ли Юйчань на операционном столе, сообщил косметологу: сестрица Ли, ты сегодня вечером возьми, пожалуйста, сверхурочку, приведи в порядок средней школе № 8 их нищего педагога, они уже завтра хотят учеников вести на прощание. Косметолог тут пришла в замешательство. Что думаешь? Это тактично спрашивает заместитель заведующего. Вопрос косметолог пропускает мимо ушей, потому что она воспользовалась обеденным часом, вернулась домой и переделала уже Фан Фугуя под Чжан Чицю. Злишься на меня? Это снова заместитель заведующего спрашивает. И этот вопрос она игнорирует. По той же самой причине.

Предыдущая главаГлава 32 из 78Следующая глава