— Думаешь, решение заключается в том, что стоит научиться быть более человечным?

Саймон снял с полок ещё несколько книг.

— Не совсем. Я думаю, что решение заключается в том, чтобы научиться распознавать врага, когда он прячется в стаде. Как только мы это сделаем, мы сможем убить врага и обезопасить себя и Таисию, — он посмотрел на Влада. — Мы называем их умным мясом, поэтому легко забыть, что причина, по которой некоторые из наших предков научились этой форме, заключалась в том, что терра индигене признали первых людей, пришедших в Таисию, как новый вид хищников, признали, что нам нужно было понять их, чтобы оставаться доминирующими. Теперь нам нужно понять больше, чтобы решить, каким людям должно быть позволено остаться в Таисии.

«Пока коренные жители, такие как ты и я, всё ещё имеют некоторое право голоса в этом решении», — добавил он про себя.

— Интересно, что почувствовали бы лейтенант Монтгомери, Ковальски и Дебани, если бы они услышали это.

— Им ведь незачем знать, правда?

— Никаких причин для этого.

После того, как Влад подошёл к следующей группе полок, чтобы вытащить книги из своих списков, Саймон уставился на названия перед собой, ничего не видя.

Ему нравились люди, которые общались с Двором. И ему нравился Стив Ферриман и другие Интуиты, с которыми он познакомился в Причале Паромщика. Но в последнее время он начал понимать, что слова могут быть таким же разрушительным оружием, как и пистолет, и это было то, чего большинство Иных ещё не понимало. Терра индигене не достаточно учились у людей, потому что многое из того, что люди хотели, не представляло для них интереса.

Влад вернулся с книгами в руках.

— Саймон, ты хочешь оставить их себе?

Прежде чем он успел ответить, из кладовой выбежала Дженни Кроугард и заявила:

— Вороны знают, почему у людей кончается еда! — она ненадолго умолкла, а затем добавила: — Ну, как и остальные терра индигене.

— Что… — прорычал Саймон, когда зазвонил телефон.

Влад положил книги на тележку и повёл Дженни в заднюю часть магазина, сказав:

— Расскажи мне, что ты слышала.

Саймон схватил зазвонивший телефон.

— Вопиющее Интересное Чтиво.

— Саймон? Это Джексон.

Он на мгновение замер. Голос его друга звучал… странно.

— Всё в порядке?

— Да. Может быть… — Джексон колебался. — Девушка со шрамом нарисовала меня в Скалистых горах, а тебя в Лейксайде, и между нами водопад Талулах Фолс. Тебе это о чём-нибудь говорит?

— Может быть.

Он подумал о земле между Лейксайдом и Талулах Фолс. Подумал о новом сообществе, которое создадут вместе Иные и Интуиты. Он сомневался, что Джексон будет заинтересован в том, чтобы покинуть Северо-Запад, но многое изменилось по всей Таисии. Другой Волк, возможно, чувствовал, что пришло время двигаться дальше. Захочет ли Джексон жить в общине Ривер Роуд?

— Она нарисовала ещё одну картину.

— Хорошо.

Девушка со шрамом тёрла кожу, как это делала Мег, когда пророчество начинало покалывать и жужжать? Поэтому Джексон казался встревоженным?

— Пшеничное поле под водой. Акулы плавают над полем. Затонувший корабль. Это что-нибудь значит?

Саймон посмотрел на полки с книгами и заметил, что Влад возвращается один, наблюдая за ним. Подождав его. Он повторил слова Джексона о пшеничном поле.

Влад кивнул.

— Да, — ответил он на вопрос Джексона. — Это значит, что люди пытались переправить еду через воду, утверждая, что еды не хватит для людей, живущих в Таисии. Они лгали себе подобным, чтобы доставить нам неприятности.

— Что мы можем сделать?

— Ждать. Продолжайте наблюдать. Дай мне знать, если девушка со шрамом сделает другие рисунки, которые являются видениями.

Получив заверения Джексона, что он будет в курсе видений девушки со шрамом и, пообещав поговорить с Мег о девушке, Саймон повесил трубку.

— Ты собираешься рассказать об этом лейтенанту Монтгомери? — спросил Влад.

Саймон покачал головой.

— Пшеница исчезла, и из-за этого некоторые продукты станут дефицитными. Он и так это знает.

— Он не знает почему.

— Это имеет значение?

— Разве ты не хотел бы знать, почему твой щенок будет голодать?

— Да, хотел бы. Но Монтгомери не будет вмешиваться во всё это. И мы тоже. Нет смысла объяснять ему почему, пока мы не сможем сказать ему и капитану Бёрку что будет дальше.

Влад сделал глубокий вдох и медленно выдохнул.

— В таком случае давай примем решение относительно этих книг. Это всё, что мы можем сделать.

Он потянулся за книгами, которые бросил на тележку, но остановился.

— Да, и завтра Рути собирается поговорить с торговцами на рынке. Если они согласятся, чтобы некоторые из нас были там, Рути и часть других женщин возьмут Ворон за покупками в следующий День Воды.

— Вот будет весело, — пробормотал Саймон.

Влад улыбнулся.

— Я рад, что ты так думаешь, потому что тебе нужно будет поговорить с Блэром о том, кто поедет с ними.

Саймон взял в руки книгу, на обложке которой была изображена съёжившаяся, дерзкая, большегрудая женщина. Может быть, он всё-таки поставит её вместе с поваренными книгами.

ГЛАВА 46

День Воды, Майус 26

Взявшись за руки, Мег и Сэм пошли по дороге от Зелёного Комплекса к Рыночной Площади.

Автобус из Двора отправился сразу после обеда на рынок ларьков, на экспериментальную экскурсию для Дженни, Старр и Кристал Кроугард. Рут и Мэри Ли пригласили её присоединиться к ним, но они поспешили указать, что количество товаров, не говоря уже о толпе и шуме, которые были типичны для полудня Дня Воды, могли быть подавляющим для неё.

Она поверила им на слово. Кроме того, неторопливая прогулка обратно в офис Связного или настолько неторопливая прогулка, насколько это возможно для человека в компании Сэма и Скиппи, подходила ей.

— Почему я не могу пометить деревья, как это делает Скиппи? — спросил Сэм.

— Потому что ты в человеческой форме, — ответила Мег.

Скиппи, который, казалось, не обращал никакого внимания на их разговор, поднял лапу и одарил их волчьей улыбкой.

— Люди тоже писают на деревья, — сказал Сэм, свирепо глядя на Скиппи, когда юный Волк побежал обнюхивать что-то ещё.

Не в силах вспомнить ни одного тренировочного изображения, которое подтвердило бы или опровергло это утверждение, Мег ничего не сказала и продолжала идти. Приподняв голову так, чтобы видеть сквозь поля шляпы, она заметила Ястреба, который парил над ними, наблюдая. Если Сэм убежит, чтобы доказать, что мальчик может пописать на дерево, он не будет полностью предоставлен самому себе, даже если она продолжит идти. И, действительно, всё, что ему нужно было сделать, это идти по дороге к Рыночной Площади, чтобы не заблудиться. Возможно, им придётся искать его одежду позже, если он разденется и перевоплотиться в Волка, но, очевидно, найти брошенную одежду в Дворе было довольно обычным делом в тёплое время года.

«Не брошенная», — напомнила себе Мег. Оставили там, где её можно найти снова, до тех пор, пока не появится человек и не унесёт одежду куда-нибудь ещё.

Она усвоила этот урок вчера, когда заметила кучу одежды возле дороги, осуществляя некоторые доставки. Поскольку это были комбинезоны и рабочие ботинки, она оставила их в Коммунальном Комплексе, а затем увидела слишком раздражённого Блэра, который пришёл за одеждой, которую он отложил, когда перевоплотился в Волка, чтобы сделать то, что ему нужно было сделать в своей пушистой форме.

Может быть, ей стоит поговорить с Евой Денби, поскольку Сара и Роберт играли с ребятишками из Двора. В конце концов, если Сэм будет ворчать по поводу того, что ему не разрешают мочиться на дерево, когда он ещё в форме мальчика, будет ли Роберт ворчать по поводу того, что ему не разрешают раздеваться и бегать голым только потому, что он не может перевоплотиться во что-то с перьями или мехом?

У неё не было обучающих образов, которые соответствовали бы тому, что молодые самцы любого вида думали или находили интересным. Очевидно, такие вещи не считались полезным знанием при произнесении пророчеств.

К тому времени, как они добрались до Рыночной Площади, Мег «согрелась и увлажнилась», Рут сказала, что её бабушка использовала эту фразу, потому что пожилая женщина настаивала на том, что леди не потеют.

У бабушки Рут, очевидно, никогда не было друзей-Волков. Когда вы играли с ними, вы не были увлажненными, с вас капало.

— Весь Двор здесь, — сказал Сэм, явно впечатлённый.

Она знала, что это неправда, но, похоже, все жители собрались на площади.

«Сосредоточься на одной-двух вещах», — подумала она. — «Пусть всё остальное будет оживлённым фоном, как если бы ты видела видение, происходящее в людном месте, а не в пустынном».

Почувствовав себя увереннее после принятия этого решения, Мег огляделась и сосредоточилась на Шутнике Койотгарда, который показывал на различные магазины и, казалось, что-то объяснял мужчине с рыжими волосами и лицом, которое выглядело достаточно лисьим, чтобы не сойти за человека. Она не доставляла почту никому из Фоксгарда, так что этот мужчина был либо гостем, либо новым жильцом.

Она заметила Блэра, который выглядел так, будто кто-то жевал его хвост, что было маловероятно, потому что он был в человеческой форме.

Потом она забыла о Волке, когда заметила Джулию и Мари Хоукгард, выходящих из «Шоколад и Мороженое» и облизывающих рожки мороженого.

Пробовала ли она когда-нибудь мороженое? Она не была уверена. Но она знала, что никогда не ела мороженое в рожке. А Сэм уже много лет не ел мороженого, если вообще ел, когда был маленьким Волчонком. Они перешли в «Шоколад и Мороженое», и она купила мороженое для них обоих. И Скиппи тоже, чтобы он не остался в стороне.

Она посмотрела на Сэма.

— Не хочешь ли получить…

Резкое жужжание началось в её груди, быстро распространяясь на левое плечо.

— Что, Мег? — Сэм потянул её за руку. — Мег?

Мег посмотрела на Рыночную Площадь. Многолюдное место. Слишком много людей, слишком мало места, чтобы двигаться, бежать.

Рыночная Площадь выглядела знакомой, но больше не казалась знакомой. И чем дольше она стояла там, тем сильнее становилась уверенность, что ей нужно бежать.

— Что-то не так, — прошептала она.

Она похлопала по правому карману шорт. Пустой.

Как он может быть пуст? Как может?..

Она прижала руку к левому карману и нащупала складную бритву. Она положила её туда и застегнула карман, так, чтобы бритва была с ней, но её было труднее достать.

— Мег? — Сэм заскулил и снова потянул её за руку.

Мег постаралась успокоить дыхание. Она должна развернуться и уйти с Рыночной Площади, вернуться к Зелёному Комплексу или пройти по дороге столько, сколько потребуется, пока не прекратится болезненное покалывание под кожей.

Она посмотрела на Сэма и Скиппи, собираясь сказать им, что пора уходить.

Но что, если пророчество было об одном из них? Могла ли она пойти на такой риск? Сможет ли она жить с болью, если кто-то из них пострадает?

«Будь уверена», — подумала она. В прошлый раз, когда ты не ушла, ты расстроила так много друзей. Ты обидела Натана. И Саймона. Будь уверенной.

Она поспешила прочь с Рыночной Площади, намереваясь добраться до своего офиса и позвонить… Кому? Саймон был на рынке с Дженни Кроугард и её сестрами. Натан, Влад, Генри и человеческая стая были с ними. Кроме Тирел, которая сегодня днём работала в медицинском кабинете, потому что не хотела идти в людное место, где её мог искать бывший любовник.

Может Тирел причина этого покалывания? С тех пор как принесли цветы, дабы подтвердить, что Тирел можно найти в Дворе, не было никаких признаков этого человека. Но ни один человек не мог добраться до Тирел в медицинском кабинете. Особенно сегодня, когда на Рыночной Площади собралось так много терра индигене.

Толпа и резкие, неприятные запахи. Толкают и толкают. Крики и вопли. Нет места для побега, если…

— Мег? — спросил Сэм. — Куда ты собралась?

Она побежала в офис Связного. «Иди внутрь и позвони… Блэру, главному охраннику Двора. Нет, он на Рыночной Площади, совсем рядом». Она позвонит Никс. Сангвинатти ей помогут.

Она остановилась, едва дыша.

Жужжание стало хуже, а не лучше. Она двигалась к причине, по которой видения накапливались в её коже, а не от неё.

«Нельзя резать, когда я не контролирую ситуацию. Я не могу напугать Сэма так, как напугала Натана. Не могу. Но опасность здесь. Я знаю, что она здесь».

Мег огляделась вокруг, сосредоточившись на зданиях, которые окружали её, и медленно повернулась. В гаражах стояли два КНК, а также различные инструменты и оборудование для сезонных работ. «Три Пи» и подъездной путь, который обеспечивал выход на Главную улицу, вход в Двор. Задняя часть офиса Связного и двор Генри. Задние входы в «Вопиющее Интересное Чтиво» и «Лёгкий Перекус».

Мег посмотрела на лестницу, ведущую в служебные квартиры над мастерской портнихи, и схватилась за руки, когда жужжание стало невыносимо болезненным.

Там четыре квартиры. И это жужжание под её кожей было лозоискателем, который определит, какая квартира, какой друг может быть в опасности. Она выяснит, какая квартира производит жужжание, какие люди являются объектом пророчества, а затем убежит, пока жужжание не прекратится.

Она могла это сделать. Она сделает это.

— Мег? — голос Сэма звучал испуганно.

Не может же она сделать это здесь перед мальчиком. Если что-то пойдёт не так…

Она подняла голову.

— Аррооу! Аррооу!

Сэм склонил голову набок.

— Что это?

— Это предупреждение, — выдохнула Мег. — Что-то не так с служебными квартирами. Очень плохо. Надо предупредить.

— Арроооу! — взвыл Сэм. — Арроооу!

— Арроооу! — мгновение спустя взвыл Скиппи.

Мгновение спустя им ответил более глубокий вой.