26 сентября 1947 года на стол президенту Трумэну лег доклад под простым названием «Обзор ситуации в мире и как она влияет на безопасность Соединенных Штатов». Его составило ЦРУ при поддержке Национального совета безопасности США.

В нем содержались следующие выводы:

«1. Среди иностранных держав только СССР может угрожать безопасности Соединенных Штатов.

2. СССР в настоящее время не может совершить военную агрессию за пределами Европы и Азии, но в состоянии захватить большую часть континентальной Европы, Ближнего Востока, Северного Китая и Кореи.

3. СССР вряд ли прибегнет к открытой военной агрессии в сложившихся обстоятельствах. Его политика – избежание войны, отстройка военного потенциала и расширение зон влияния и контроля политическими, экономическими и психологическими методами. В этом случае политические, экономические и психологические средства борьбы будут умышленно использоваться против Соединенных Штатов.

4. Величайшей угрозой безопасности Соединенных Штатов является возможность экономического коллапса в Западной Европе и последующий приход к власти коммунистических элементов».

Обратите внимание, что, по мнению американцев, является наибольшей проблемой: нет, не возможная агрессия СССР и захват территорий, а проблемы в экономике континентальной Европы.

«5. Стабилизация и восстановление в Европе и Азии изменят баланс силы и поэтому ограничат СССР.

6. С точки зрения сдерживания СССР и изменения баланса сил, порядок приоритетов в главных регионах Европы и Азии таков:

a. Западная Европа.

b. Ближний и Средний Восток (но внутри региона ситуация с Грецией особенно важна и крайней срочности, в то время как ситуация в отношении Палестины чрезвычайно опасна).

c. Дальний Восток (но внутри региона важна только Япония как единственный надежный центр раннего развития противостояния советскому Дальнему Востоку)».

Далее в тексте документа эти выводы разбираются по пунктам, более подробно.

«1. Даже СССР, при нехватке военно-морских сил и авиации, неспособен на прямую атаку против США (*идет сноска: «СССР способен послать бомбардировщики в одну сторону против целей США, что при загрузке атомными бомбами может быть весьма опасным. Хотя наличие атомной бомбы у СССР нельзя ни доказать, ни опровергнуть, предполагаем, что у СССР такая бомба будет до 1950 года») или на крупные военные операции вне Европы и Азии. Преобладание уже развернутых наземных войск СССР настолько, однако, велико, что СССР, если захочет, сможет быстро захватить большую часть континентальной Европы, Ближний Восток, Северный Китай и Корею. Если СССР исполнит такое намерение, опасность для США будет даже больше, чем угроза от Германии и Японии, для избежания которой США почти точно ввяжутся в войну».

Мы видим, что аналитики ЦРУ в 1947 году докладывают президенту США о том, что атомная бомба у СССР точно появится или уже появляется, и называется срок – до конца 1950 года.

Следующий доклад ЦРУ от 6 июля 1948 года – меморандум для президента «Оценка статуса русского атомного проекта» – уже не так уверенно, ссылаясь на секретность русского проекта и расчеты, называет середину 1950 года как маловероятную, а середину 1953 года – как наиболее вероятную дату появления советской атомной бомбы[57].

В последнем абзаце меморандума стоит замечательное уточнение, что доклад, хотя и подготовленный ЦРУ, был проверен разведкой Госдепартамента, армии, флота и ВВС, и Комиссией по атомной энергетике – то есть налицо щедрое распределение ответственности.

Доклад ВВС на ту же тему, но уже от 13 июля 1949 года, дополняя этот абзац, рассказывает, что прогноз «от середины 1950 года до середины 1953 года» был получен на основании оценок советского промышленного потенциала, сделанных в США, Британии и Канаде[58].

По материалам Ловенхаупта[59], значительную роль в этих выводах сыграли, помимо результатов обычной разведывательной работы (к примеру, добытый ЦРУ перевозочный документ на три вагона сырья для ядерной промышленности из Восточной Германии в Почтовый ящик-3, Электросталь), данные, полученные от немецких специалистов, вернувшихся в Германию, и нескольких перебежчиков.

3 сентября 1949 года разведчик погоды WB-29[60] Метеорологической службы ВВС США начал дежурный полет на разведку погоды с базы ВВС Мисава (Япония) на базу Элисон (Аляска). Самолет был оснащен фильтрами для улавливания радиационных частиц, которые были поставлены Отделением ВВС Комиссии по атомной энергии США. После возвращения счетчик Гейгера показал наличие радиоактивных частиц, но, поскольку это была уже 112-я тревога по поводу срабатывания комплекса, первоначально она не вызвала удивления. Предыдущие 111 были вызваны разного рода причинами, в том числе естественными, такими как, например, попадания в прибор радиоактивных частиц, поднятых в воздух из-за землетрясений и извержений вулканов. Только после сложной цепочки действий, включавшей повторные полеты для получения дополнительных образцов, многочисленные консультации с учеными, советниками и подрядчиками, проведение анализов в лаборатории Лос-Аламос и даже консультации с британским правительством, американское разведывательное сообщество сделало вывод о проведении Москвой ядерных испытаний. Ученые (в том числе Оппенгеймер и Ванневар Буш) подтвердили теоретическую часть расчетов о взрыве между 27 и 30 августа.

22 сентября 1949 года британцы подготовили «Промежуточный доклад по работе над Джо» (An interim report of British work on Joe)[61]. Британские специалисты атомной промышленности были подняты по тревоге в 11:30 десятого сентября 1949 года американским уведомлением из посольства в Лондоне. Самое интересное, что британские полеты под кодом «Ночной» (Nocturnal) из Шотландии в Гибралтар 10 сентября дали бы такой же результат, но по причине регулярной задержки передачи данных он был бы принят в работу не ранее среды, 14 сентября. Тесты подтвердили искусственное происхождение радиоактивных частиц и догадки американцев.

22 сентября 1949 года генерал Вандерберг (начальник штаба ВВС США) написал министру обороны Луису Джонсону: «Я уверен, что в период между 26 августа 1949 года и 29 августа 1949 года над Азией был произведен взрыв атомной бомбы. Я основываюсь на подтвержденной информации, которая была получена системой, развернутой ВВС для удаленного обнаружения зарубежной атомной деятельности».

23 сентября 1949 года президент Трумэн выступил с заявлением по этому поводу: «Мы располагаем данными о том, что в течение последних недель в Советском Союзе произошел атомный взрыв».

Забавный факт: отчет ВВС по данному 112-му инциденту подписан 29 сентября 1949 года, то есть гораздо позже выступления президента США.

Как видим, первоначальные теоретические оценки ЦРУ оказались ближе всего к истине, однако потонули в толпе скептиков и других разведслужб, которые недооценили возможности Советского Союза.

«2. Советское преобладание в Евразии в настоящий момент меньше значит в значении абсолютной силы, чем в значении доступной силы. Советский военно-промышленный потенциал сейчас оценивается равным таковому в 1939 году; почти точно не больше. С 1939 года, однако, [военно-промышленные] мощности Германии и Японии были уничтожены, а таковые в Италии и Франции сильно ограничены, в Великобритании с ними серьезные проблемы. Китай, и так не великая держава в 1937 году, в 1947 году еще более слабая и дезорганизованная. Поэтому баланс сил, который сдерживал СССР с 1921 по 1941 год, существует по-прежнему. Единственным эффективным соперником мощи Советского Союза являются США, которые одновременно скрытны и удалены. Следовательно, СССР, несмотря на слабость в данный момент, наслаждается превосходящими силами в любой точке, достижимой логистикой его наземных войск.

3. Несмотря на начальное преимущество, СССР с меньшей вероятностью пойдет на военную агрессию в текущих обстоятельствах по следующим причинам:

a. Оккупация силовыми методами со значительным расширением территорий, особенно в Западной Европе, обременит СССР большим количеством враждебного населения, задача более значительная, чем в странах-сателлитах Восточной Европы, что перегрузит и без того ограниченные ресурсы Советского Союза.

b.Открытая агрессия увеличивает риск прямого столкновения с США, что будет величайшей катастрофой для СССР. Не будучи способными нанести прямой удар по США, СССР постарается провести бомбардировки обычным и ядерным оружием, с возможной десантной атакой в последующем. Более того, советская промышленность в плане производства крупномасштабного высокотехнологичного военного оборудования отстает и еще долго будет сильно отставать от таких возможностей в США. СССР не может быстро выиграть в данном конфликте и не может поддерживать длительное столкновение с решительным и изобретательным противником далеко за пределами собственных возможностей и границ.

с. Открытая военная агрессия снизит перспективы для расширения советской гегемонии в политическом и экономическом плане. В силу привычек, опыта и личных интересов лидеры СССР предрасположены к достижению своих целей конспиративными (в оригинале conspiratorial, заговорщическими), нежели военными методами. В слабой экономике, социальных беспорядках, политической нестабильности и военной слабости, преобладающих в Европе и Азии, они видят беспрецедентную возможность для расширения советской сферы [влияния] политико-революционной деятельностью с меньшими рисками, чем у военной агрессии, и с большими шансами на успех».

Как мы видим, американцы довольно трезво оценивают потенциал СССР, адекватно представляя себе его оборонную доктрину, направленную на собственное развитие и отстаивание интересов, с попытками наиболее экономичного (то есть дешевого) развития внешних интересов.

«4. Поэтому самая большая угроза для безопасности США лежит не в военной мощи СССР и возможности советского военного вторжения, а в возможности экономического коллапса Западной Европы и последующего прихода к власти элементов, подвластных Кремлю. Экономическая слабость Западной Европы – не только результат сильного материального разрушения, разрыва предвоенных связей (поддерживаемых многими странами практикой нелегальной торговли или “черного рынка”), утраты желания и возможности трудиться и других движущих сил здоровой экономики, но и, возможно, невосстановимая потеря предвоенной потребности в товарах и услугах, поступавших от зарубежных инвестиций и заморских колоний, где они доминировали. В результате таковых условий и пока местное производство не достигнет предвоенного уровня, Западная Европа столкнется (в отсутствие внешней помощи) с продолжительным периодом низких стандартов жизни, всеобщей неудовлетворенностью, социальными беспорядками и политической нестабильностью. Есть признаки того, что Кремль четко осознает эти возможности и его действующие планы по расширению своей власти основаны на предположительно продолжающемся кризисе экономики Западной Европы и возможной депрессии в США».

Именно отсюда, скорее всего, и исходит идея плана Маршалла, направленного на помощь Европе, экономика которой в 1947 году находилась по-прежнему на уровне около 80 % от довоенного. Производство продовольствия находилось на уровне 75 % от довоенного, что зимой 1946/47 года потребовало поставок из США (в Японию и Европу) и быстрого восстановления основных транспортных путей внутри Европы.

Эти меры позволили США поддержать богатую прослойку населения и создать в Европе средний класс, который, как правило, в силу достатка, выступал против коммунистов.

Отметим, что по плану Маршалла за 6 лет его существования ЦРУ получило 685 миллионов долларов, которые пустили на «поддержку» профсоюзов, газет, студенческих групп, художников и интеллектуалов, противопоставлявших себя антиамериканской культурной деятельности, спонсируемых коммунистами.

«5. Политика СССР в развивающихся обстоятельствах, кажется, будет следующей:

a. Избегать войны с Соединенными Штатами, полагаясь на нежелание США начинать войну по собственной инициативе (в текущих обстоятельствах взрыв враждебности возможен но скорее всего, СССР не будет намеренно провоцировать вооруженный конфликт с США, пока разведка снабжает их адекватными данными).

b. Чтобы увеличить собственную силу, в ожидании возможной войны:

(1) интенсивная программа реконструкции и индустриального развития с частичным развитием военной промышленности,

(2) интенсивная программа изучения и развития с разработкой атомной бомбы, управляемых ракет и бактериологического оружия,

(3) развитие морской и стратегической воздушной мощи.

c. Сохранить текущее господство в Евразии поддержанием превосходящих наземных сил и консолидацией контроля в странах-сателлитах и на занятых территориях.

d. Для расширения собственной власти и зон влияния, чтобы достичь таковых как у Соединенных Штатов, действовать политическими, экономическими и психологическими способами, включая следующие:

(1) предотвращать или тормозить восстановление и стабильность на несоветских территориях,

(2) возлагать на Соединенные Штаты ответственность за продолжающиеся недовольства и беспорядки; увязывать Соединенные Штаты с политической реакцией, экономическим империализмом и военной агрессией; обозначать Советский Союз как демократический, антиимпериалистический и миролюбивый,

(3) использовать слабости, нестабильность и имеющуюся путаницу в соседних странах для установления власти коммунистов или правительств, контролируемых коммунистами.

5. Хотя условия, в настоящий момент преобладающие в европейских и азиатских странах, окружающих Советский Союз, представляют угрозу для безопасности США, стабилизация и восстановление в этих странах будут менять баланс силы, пресекая советскую агрессию и стабилизируя международную ситуацию».

Данные прогнозы тоже полностью оправдались, особенно в части развития управляемых ракет и ядерного оружия, где СССР смог на какое-то время вырваться вперед.

Как видим, несмотря на отдельные ошибки, доклад от 1947 года снабжал президента Трумэна весьма точными прогнозами по развитию ситуации вокруг СССР и его сателлитов, а также оппонентов в Европе, довольно трезво оценивая потенциал развития СССР.