Из кухни Андрей уходит в спальню и ложится в постель. Ольга идет в комнату дочери: посмотреть на бардак и торчащую из-под одеяла розовую пятку. Но дверь комнаты закрыта. Табличка «Don't disturb» висит здесь второй год, а Ольга никак не привыкнет. Она любит комнату дочери, которая была всегда для нее доступна. Стены меняли цвет каждый год: из розового в фиолетовый, из фиолетового в синий, из синего в изумрудный. Сейчас они белые. Ольге хочется думать, что дочь станет художницей. Может быть, нарисует что-то прямо на стене. В свое время она о таком только мечтала.
Родители Ольги были профессиональными музыкантами, и оба преподавали в консерватории. С ранних лет Оля училась играть на фортепиано, но пальцы оказались недостаточно крепкими и болели после часа упражнений. Со скрипкой не вышло по этой же причине. Пробовали вокал, народное пение и на всякий случай – танцы. Тщетно. Когда стало очевидно, что дочери никогда не стать музыкантом, мама отвела ее на занятия по живописи. Это был небольшой подвал в частной квартире дома-колодца. Полумрак. Рок из колонок. Учительница с фиолетовыми волосами. Они писали натюрморты, смешивали краски, делали коллажи, пили чай (тем, кто постарше, разрешалось добавлять коньяк). В хорошую погоду выходили на пленэры. В этом подвале жила хромая собака, которую учительница подобрала с улицы. Целый день болезненного вида питомец лежал в ногах его спасительницы, пугаясь любого шума или движения.
После каждого занятия Оля приходила домой с рисунком. Мама собирала их в папки, но спустя год листов стало так много, что мама отвезла всё на дачу, а там папа растопил рисунками печь. Горели осенние пейзажи, сказочные миры, птицы, рыбы, портрет учительницы в шляпке, карандашный набросок крыш, голова мужчины в профиль, зимний лес, черный лебедь, любовь и смерть, безумие и сны, Петербург и Венеция.
Свою дочь на занятия по живописи Ольга отвела, когда девочке было шесть. К той же учительнице, в тот же подвал. Волосы у нее поседели и ежиком торчали в разные стороны. Вместо собаки, которая умерла после очередной операции, она завела ворону. Назвала Зинаидой. Дочка ходила в подвал только одну зиму. На одно из занятий Ольга привезла Сашу пораньше, хотела поболтать с учительницей, но дверь подвала оказалась закрыта. Снега навалило почти до самого окна, в котором застыла темнота. Ольга звонила, писала, но учительница не отвечала. Уже на похоронах, спустя несколько дней, Ольга спросит про Зинаиду и узнает, что птица умерла на следующий день после хозяйки.
Сама Ольга не рисовала с тех пор, как поступила в университет и стала изучать историю искусства. Загадочным образом пропало желание. Дочь отучилась в художественной школе Петроградского района. Получила диплом. Написала портрет матери. Ольга повесила его в спальне.
Теперь Ольга стоит у комнаты дочери и пытается понять, куда себя деть. Спать рядом с Андреем она не хочет. На диване в гостиной – тоже. В кабинете, который они делят с мужем, есть кресло. Удобное и раскладывается. Ольга идет в кабинет, потирая глаза. Впервые бессонница пришла полгода назад. Тогда же у мужа начались неконтролируемые потоки вопросов к мирозданию. Первое время Ольга не понимала, почему не спит. Выходила подышать воздухом и поражалась тишине и пустынности ночных улиц. Где-то вдалеке можно было услышать слабое гудение города, сигналы машин, визги мотоциклов, но ее улица спала, и спала крепко. От ощущения, когда тело и мозг не могут договориться, хотелось спрятаться. Хочется спрятаться и сейчас. Ольга заходит в кабинет и задергивает шторы – разве это нормально, что огромный город спит, а ты привидением слоняешься по квартире в поиске покоя?
Она смотрит на часы на рабочем столе. Скоро начнет светать. Чайки разбудят Андрея, будильник – дочь. Ольга сделает всем завтрак, а себе – противоотечную маску и массаж лица кубиком льда. Муж скажет, что в этой маске она похожа на мумию. Дочь спросит, какое у нее сегодня расписание. Никто не спросит, как она спала и что ей снилось.
На столе, среди бумаг и записных книжек, черно-белая фотография в рамке. Раньше на ее месте лежал кубик Рубика. В рамке женщина, с гордым видом позирующая в черном купальнике на пляже, высокая, стройная. Она не смотрит в кадр. Голова повернута в сторону заходящего солнца. Женщина кажется Ольге знакомой. Вздернутый нос, заостренный подбородок, гладко зачесанные волосы. Эта женщина – Ольга. Сколько прошло лет? Пятнадцать, шестнадцать? Ольга хочет заново познакомиться с этой женщиной. Вспомнить, чего она хотела и о чем мечтала. Посетить все музеи мира? Открыть галерею современного искусства? Выйти замуж и родить дочь?
Рядом с фото на столе лежит сложенный вдвое журнал «The art newspaper Russia». На нем мертвая муха. Прозрачное крылышко застыло за секунду до или после последнего полета? Ольга перекладывает муху на салфетку, заворачивает и убирает на дно мусорного ведерка, которое стоит под столом. Лапки мухи сложены крестиком, от этого становится смешно. На обложке журнала реклама элитных домов: подлинная красота исторической архитектуры, камерный двор-сад и прочее и прочее. Модельной внешности девушка уверенно шагает вперед, в сторону мраморной колонны. В руках стаканчик кофе. На плече черная сумочка. Ольга представляет другую девушку, которая писала текст для рекламной статьи: ловкое жонглирование фразой «мы изменим ваше представление о жилье», игра с прилагательными премиальный, изысканный, уникальный, выворачивание наизнанку глаголов покажем, научим, поможем. Скоро работу этой девушки будет делать искусственный интеллект. Чем тогда займется она?
Ольга переворачивает первую страницу, берет со стола очки. Невероятной свежести натюрморт Юрия Пименова занимает целый разворот: васильки в стеклянной вазе, желтый кусок сыра на тарелке, шпроты, яйца, хлеб, стакан апельсинового сока. Ольга ощущает кислинку на языке, сглатывает слюну. От изображения исходит свет, и Ольга проводит по нему рукой, очерчивая по контуру каждый цветок и изгиб тарелки. Она снимает очки и идет на кухню: после вечеринки остались горы закусок и половина торта.
Андрей, в трусах и футболке, стоит у раскрытого холодильника и пьет из горла минеральную воду. Икает, немного захлебнувшись, и трясет головой, как будто пытается проснуться. Он стоит спиной и не видит жену. Почесывает живот, область вокруг шрама от аппендицита. Ольга любила гладить шрам пальцами, проводить по нему языком и наблюдать, как кожа вокруг покрывается мурашками. Живот у мужа спортивный и упругий для сорокапятилетнего мужчины, который любит поесть. Андрей пару минут изучает содержимое холодильника, достает кусок торта с цифрой четыре и откусывает. Ольга ощущает вкус сахара во рту и урчание в животе.
Дверь холодильника закрывается, и становится темно.