Хотя буря уже прошла и ветер унёс её прочь, отработавшие своё тучи бросили якорь над Уиллисфордом. Небо висело низко — серое и неподвижное. На укутанный городок падал унылый свет, и то, что ещё недавно казалось картинкой с рождественской открытки, теперь будто предвещало смерть.

Глядя сквозь ламели закрытых ставен, Том Бакл видел, как на дальней стороне переулка Гауэра от дома к дому идут группы по четверо: двое в форме и двое рэйшоу в одинаковых штормовых костюмах. Они стучали в двери — и их либо приглашали внутрь, либо они врывались, невзирая на протесты.

У одного дома на стук никто не откликнулся. После короткого совещания один из мужчин достал какой-то предмет, который Том не распознал, нагнулся к замку и, похоже, вскрыл его. Все четверо вошли внутрь.

— Скоро они будут здесь, — забеспокоился Том.

— Я знаю этот дом, — сказал Портер Крокетт. — Не могу сообразить, куда бы тебя по-умному спрятать. Они наверняка проверят подвал, чердак, шкафы.

— Может, выскользнем через заднюю дверь, уйдём куда-нибудь ещё, пойдём напрямик — куда-нибудь ещё.

— Сзади — только открытая местность, мили две до любого ранчо, да и деревьев почти нет, ничего такого, чтобы укрыться.

Где-то вдали знакомое, но не сразу узнаваемое дребезжание быстро нарастало.

— Вертолёт, — сказал Портер.

Они стояли и смотрели в потолок спальни, пока рёв двигателя и ритмичное рубящее хлопанье лопастей усиливались. Вертолёт прошёл над домом на малой высоте, ушёл за окружную дорогу на севере и потом, похоже, развернулся, описывая широкий круг.

— У них воздушная разведка, — сказал полковник. — Отсюда мы никуда не уйдём. А с двумя жалкими пистолетами у нас нет и призрачного шанса прорваться с боем.