Лори Лонгрин в комнате пожарного дозора — как птица в стеклянной клетке: не улететь, не спуститься вниз, туда, где все эти мерзкие кошки только и жаждали найти её и вырвать ей крылья…

Когда мистер Линвуд Хейни ответил на звонок, наверняка разбуженный ото сна, Лори сказала:

— Это я, Лори, Лори Лонгрин, на Конюшнях Лонгрин, здесь происходят ужасные вещи, мистер Хейни.

Едва она это произнесла, как затараторила, слова закружились у неё на языке на бешеной скорости:

— Они говорят, что ФБР, это ложь, они гнилые, им нужны мистер и миссис Хоук, где они, мама с папой связаны, эта сумасшедшая женщина ударила меня, у неё пистолет, у всех пистолеты, шесть и ещё шесть едут, они хотят убить нас или хуже, я в пожарном дозоре, они скоро найдут меня, я не доверяю шерифу, я доверяю только вам.

Мистер Хейни успокаивал её, и Лори сама удивилась, когда не раз перебивала его, добавляя всё новые подробности о том, что произошло на Конюшнях Лонгрин. Она не вполне владела собой. Её огорчал острый страх в собственном голосе, потому что она гордилась тем, что в ней меньше ребёнка, чем в других в её возрасте, что она — из крепкой техасской ранчерской породы.

Однако только начав говорить с мистером Хейни, она по-настоящему осознала, насколько велика опасность — для неё самой, для родителей и для сестёр. О да, она знала, что они по уши в дерьме. Она не была дурой. Но почему-то она не позволяла себе ясно подумать о самом худшем, что может случиться, — может быть, потому что такие мысли парализовали бы её.

Когда она сказала мистеру Хейни, что эти злобные, гнилые люди хотят убить их — или сделать что-то похуже, — возможность такого ужаса стала куда реальнее, когда она услышала, как сама облекает это в слова; настолько реальнее, что страх вспыхнул паникой, сбил ей дыхание и поднял боль в груди, словно какой-то бесовской рыбак забросил леску и зацепил её сердце одной из тех блёсен, у которых много злых крючков.

Она почувствовала надежду, когда мистер Хейни ей поверил. Он сказал:

— Нечто подобное случилось у Ансела и Клэр в воскресенье вечером. Не паникуй, Лори, оставайся там, где ты есть. Мы едем. Всё будет хорошо.

Глядя на телефон, на зелёный огонёк, горевший рядом со словами «ПОЖАРНЫЙ ДОЗОР», Лори сказала:

— Скорее. Пожалуйста, пожалуйста, скорее.

И повесила трубку.