Ночь — оперённая пальмами и папоротниками, пахнущая то жасмином, то теперь — бургерами на гриле… кроваво-красные цветы кампсиса на освещённой арке… такой невинный смех молодых женщин, что кажется — он доносится из другого мира, где не существует никакой деградации… а кварталом дальше — мягко раскачивающаяся мелодия «String of Pearls» Гленна Миллера, льющаяся из открытого окна дома…

После ужина Джейн пошла по жилым улицам. В бархатных тенях и приглушённом свете она смотрела на небо, усыпанное звёздами, — такое же загадочное, каким оно всегда и бывает.

В этот миг всякая обычная вещь казалась необыкновенной и драгоценной — выше любой цены, наполненной смыслом; но смысл этот был невыразим, и всё это было под угрозой в эти темнеющие времена.

В конце концов, в маленьком сквере-кармане, она стояла и наблюдала за мотелем через дорогу, где сняла номер. Несколько человек приходили и уходили, но никто её не интересовал. Она смотрела на окно своего номера — там она оставила включённый свет, — ожидая, не разойдутся ли слегка или не дрогнут ли занавески, если кто-то к ним прикоснётся. Ничего.

Она перешла улицу и вошла в номер. Она была одна. Где бы смерть ни решила прийти за ней, это было не здесь и не сейчас.