Дюбоз едет на север по участку окружного шоссе S3, который называется дорогой перевала Янки, поворачивает на юг на Боррего-Спрингс-роуд и через полмили сбрасывает скорость, чтобы разглядеть Lexus, в котором на пассажирском сиденье обмяк труп. Он паркуется перед брошенным внедорожником.

Картер Джерген не хочет участвовать в осмотре Lexus, которым занялся его напарник. Он хочет жить и давать жить другим — вернее, жить и дать мёртвым оставаться мёртвыми. И всё же ему не хочется снова услышать, что ему нужны уколы тестостерона.

Даже теперь, с новым осознанием собственной смертности, ему всё ещё нужно одобрение Рэдли Дюбоза. Это нездоровая потребность, и Джерген понимает, что она нездоровая, но она сильна. Дюбоз — реднек из Западной Вирджинии с тончайшей патиной утончённости, приобретённой в захудалой школе Лиги плюща; он плохо одевается, шумно ест, невоспитанный деревенщина, который, да, говорит на приличном французском, но с постыдной претенциозностью. И всё же Дюбоз крут. От этого никуда не деться. Он собранный, невозмутимый, совершенно крутой парень. Крутизна была целью Картера Джергена ещё со средней школы, но продвинулся он в этом мало. Вот он сидит в прикиде, который заслужил бы одобрение лучшего модного журнала в мире — GQ , — на несколько тысяч долларов. И ещё на нём GraffStar Eclipse — ультратонкие, лёгкие, титановые наручные часы, — но в глубине души он знает: он вовсе не крут. Более того, когда он смотрит на GraffStar Eclipse, чтобы понять, который час — ведь это вполне может оказаться час его смерти, — его мучительно стыдит, что он не может определить время. У часов абсолютно чёрный циферблат, чёрные стрелки и чёрные галочки вместо цифр, и сейчас он с тем же успехом мог бы смотреть в коллапсировавшую звезду, в чёрную дыру, пристёгнутую к запястью. Дюбоз носит Timex — или что-то ещё более дешёвое, — с простым белым циферблатом и цифрами, но Джергену слишком стыдно спросить у него время.

У Lexus Дюбоз открывает пассажирскую дверь, чтобы получше рассмотреть покойника, а Джерген стоит у водительской двери, зажимая нос от вони. Мёртвый обделался, и по большому, и по-малому, а уши у него забиты кровью.

— Один из тех пятидесяти, кому мы вчера ночью перекрутили мозги, — говорит Дюбоз. — Зовут Нельсон Луфт.

Дюбоз всегда в курсе таких деталей — например, имён плебеев, шпаны, ничтожеств, с которыми они сейчас имеют дело. Картеру Джергену всегда казалось, что это — доказательство того, что у здоровяка нет отточенного ума, способного сосредотачиваться на самом важном. Но теперь даже это кажется крутым — как свидетельство того, что Дюбоз способен охватить картину целиком, не теряя фокуса на ключевых вещах.

— Его напарник — Генри Лоримар. Генри должен быть где-то рядом.

Двигаясь к дому, Дюбоз выхватывает пистолет, как бы намекая, что Генри — ещё один Рэмзи Корриган.

— Насторожись, Кабби.