Хотя он и ждал звонка, Берни Ригговиц вздрогнул и едва не выронил телефон, когда тот зазвонил. Он сказал только:

— Да.

Чтобы предусмотреть разные варианты развития событий, они заранее условились о четырёх возможных местах встречи, и каждое обозначалось только номером.

Джейн сказала: «Один», — это означало, что она, Лютер и Трэвис едут в Suburban, никто не ранен, и у них есть все основания полагать, что они смогут вернуться на парковку — сразу за воротами кемпинга, где они расстались раньше.

Из-за странного нападения на Холдена Хаммерсмита и стрельбы, после которой на настиле у бассейна остался мёртвый человек, Берни нервничал при мысли, что придётся оставаться здесь те пятнадцать-двадцать минут, которые могут понадобиться Лютеру, чтобы доехать от южного конца долины.

С другой стороны, на звонки в 911 никто не отвечал; это наводило на мысль, что местные правоохранители либо захлёбываются от происходящего — о масштабе чего Берни мог только гадать, — либо их нейтрализовали силы, стянутые на поиски Джейн. Если никто не высылает ни «скорые», ни патрули, то в ближайшее время парк домов на колёсах вряд ли будет кишеть полицией.

В ответ на её «Один» он сказал:

— Один, — и нажал КОНЕЦ.

Звонок был настолько коротким, что «рыбаки», ловящие на несущую волну, на борту самолёта, тралящего эфир, не успели бы зацепиться ни за один из телефонных сигналов и выследить их до источника.

И всё же Берни выбрался с водительского места, вошёл в гостиную, положил «одноразовый» на пол и, как велела Джейн, разбил его молотком.

Оборвав разговор, она должна была выбросить свой телефон в окно Suburban.

Теперь они больше не могли связаться. Но к добру ли, к худу — им и не нужно было говорить снова, пока они не окажутся лицом к лицу.