Голоса смолкли. Джейн услышала характерный звук — захлопнулась передняя дверь машины. Через минуту автодом снова тронулся: сперва медленно, потом всё быстрее.

Она нажала на внутренний фиксатор защёлки и сдвинула сиденье дивана, впуская свет в своё укрытие.

Когда она, пригнувшись, поднялась, Берни окликнул её с водительского места:

— Я так гладко это провернул, что обвёл бы вокруг пальца детектор лжи — кайн айн хоре .

По их прежнему дорожному путешествию Джейн знала, что кайн айн хоре — это что-то вроде «тьфу-тьфу, чтоб не сглазить», слова, которыми отводят дурной глаз.

Она перешагнула через плиту ДСП, к которой были приклеены диванные подушки, и остановилась, глядя на таракана. Он заполз под рукав её спортивной куртки, по голой руке, под рукав футболки — в подмышку, между грудей.

Просунув руку в левую чашечку бюстгальтера, она поймала насекомое и вытащила. Существо дёргалось и дрожало в ладони её сжатого кулака.

Хотя раздавить его было бы легко, она этого не сделала.

Она подумала об Иване Петро — о человеке, которого убила два дня назад, защищаясь, в дубовой роще к северу от Лос-Анджелеса, — и эта мысль вернула ей лица других.

Таракан — вредитель, питается грязью, разносит болезни, но для неё он не был смертельной угрозой.

Если она проявит уважение к этому смиренному созданию, возможно, ей удастся добраться до Трэвиса и увезти его в безопасное место — кайн айн хоре .

Она разжала ладонь и уронила насекомое в пустоту под диваном, увидела, как оно юркнуло в угол, и задвинула сиденье, закрыв хитрый тайник.

Пока Джейн шла к кухонной раковине вымыть руки, Лютер Тиллман вышел из двери главной спальни в задней части автодома.

— Значит, мы внутри, — сказал он, двигаясь вперёд и слегка покачиваясь вместе с едущей машиной.

— Внутри, — сказала она. — Следующая остановка — кемпинг для автодомов.