В груди у Картера Джергена — пустота, словно из него что-то выпало… Гнетущая жара, слепящий солнечный блеск, глубокая странность происходящего — всё вместе рождает тревогу, ощущение надвигающейся смертельной опасности…

Минетт Баттеруорт стоит на крыльце — высокая, обнажённая; она смотрит не на пятерых людей, прикованных к ней внезапным появлением, а на свои руки, которые подняла перед лицом, будто в растерянности обнаружив, что они липкие от крови.

Рэдли Дюбоз бормочет Картеру Джергену:

— Везучий мужик.

— Кто?

— Старина Боб Баттеруорт, конечно. Так, как она была одета прошлой ночью… кто бы мог подумать, что под одеждой у неё такое тело? Чистый деликатес.

Хотя отвести взгляд от богини смерти на крыльце непросто, хотя Дюбоз уже давным-давно должен был перестать уметь поражать и ужасать, Джерген смотрит на него с недоверием.

— Ты шутишь.

— Друг мой, когда речь о том, чтобы делать зверя с двумя спинами, я всегда серьёзен.

— Где Боб? — вдруг думает Джерген.

— Подозреваю, его везение кончилось.

Минетт опускает багровые руки и сходит с затенённого крыльца, медленно спускаясь по ступеням с вымеренной грацией подиумной модели; даже жёсткое пустынное солнце ей льстит. Она останавливается на дорожке и наконец обращает внимание на тех, кто был ею заворожён.

Младший из помощников шерифа заявляет:

— Она ранена, — и делает шаг вперёд, чтобы помочь.

Дюбоз хватает его за плечо, останавливает.

— Полегче, не твоя юрисдикция, сынок. Это часть того, что случилось в воскресенье днём на рынке. Теперь это наша территория.

— Но она ранена.

— Я так не думаю.

Словно подтверждая слова Дюбоза, Минетт Баттеруорт издаёт полноценный, пронзительный вопль — жуткий и леденящий, как крик койота, празднующего раздирание добычи кровью на дыхании. Потом из неё хлынул свирепый поток непристойностей, переплетённый с шипением и гортанными звуками, — тирада столь же яростная, сколь и бессвязная.

Голос женский, но во всём остальном Джергену кажется, будто он слушает Рэмзи Корригана, который зарезал своих родителей, брата и аркадийца, служившего также агентом Министерства внутренней безопасности.

Словно по вызову в руке у Дюбоза появляется телефон. Он уже открыл список контактов. Одним касанием он набирает Группу по изучению пустынной флоры, которая обосновалась в палатке и у скопления грузовиков вдоль дороги Боррего-Спрингс.

— Убейте Рэмзи Корригана. Убейте его сейчас! Он передаёт психологическое разложение через шепчущую комнату.

Минетт умолкает, глядя так, будто ждёт ответа.

Картер выхватывает пистолет.

Один из помощников шерифа спрашивает:

— Что происходит?

Миссис Атли пятится назад — к своему «Бьюику».

Дежурному офицеру из Группы по изучению пустынной флоры Дюбоз говорит:

— Блокпосты. Быстро. На каждом шоссе, ведущем из долины.

Они не выставили традиционные блокпосты, потому что, если получится, они хотят, чтобы Джейн Хоук вошла в долину Боррего любым обманом, какой она придумает, — возможно, дать ей немного зазнаться, прежде чем закрыть выходы у неё за спиной.

Когда Джерген напоминает здоровяку об этом, Дюбоз обрывает его:

— Сейчас дело не только в Хоук. Прошлой ночью мы сделали инъекции пятидесяти людям.

Ощущение пустоты в груди у Картера Джергена расползается до самого живота. Тревога нарастает до ужаса, но он не позволяет себе ей поддаться.

— Может, они не все так далеко зашли, как эта бешеная сучка.

— Может, и не все. Может, наносети не в каждом случае так уж облегчают распад и перепрофилирование крайне сложных нейронных путей. Но человеческий мозг обладает высокой пластичностью — и потому чертовски уязвим для этого. Может, пятьдесят тех, кому мы закрутили мозги, находятся в самых разных психотических состояниях; некоторые из них ещё способны сойти за нормальных. Но ни один из этих уродов не будет паинькой лишь потому, что мы скажем: «Ты видишь Красную королеву?» Надо быстро локализовать это, валить их.

— Локализовать? Пятьдесят трупов — это не локализация.

— Не просто пятьдесят. Пятьдесят плюс сопутствующий ущерб.

Сопутствующий ущерб. Джерген понимает, что он потенциально — сопутствующий ущерб.

— Выпустим их из долины, — говорит Дюбоз, — будет сложнее устроить информационную блокаду на всё, что они натворят. А если нам придётся проверять каждую машину на выезде, мы раскроем карты перед сучкой Хоук; так что лучше уж проверять всех на въезде — и прижать её, если сможем.

— Может, она уже здесь.

— Я бы на это поставил.

Хотя кажется, что Минетт Баттеруорт вот-вот бросится на них в приступе звериной ярости, вместо этого она разворачивается, одним рывком взлетает по ступеням крыльца и исчезает в доме — пропадает за две секунды.