Сразу же заметив подозреваемых, Джерген и Дюбоз спешат в заднюю часть маркета — туда, где принимают поставки. Дверь не заперта. Они заходят внутрь и, моргая, замирают в прохладном воздухе, пока глаза привыкают к тусклому свету.

Это складское помещение за торговым залом, и оно меньше, чем ожидал Джерген. Нельзя назвать этот маркет «семейной лавочкой», но и приставки супер- он тоже не заслуживает.

Здесь трое мужчин: в чёрных брюках и белых рубашках, двое — в белых фартуках с логотипом маркета на груди. Тот, что без фартука, срезает ножом термоусадочную плёнку с трёх поддонов только что привезённого товара. Двое других перекладывают пятифунтовые мешки сахара с одного поддона на металлические складские стеллажи.

Парень, который режет плёнку, выпрямляется. Волосы коротко подстрижены; лицо тщательно отскоблено; никаких пирсингов на лице, никаких видимых татуировок; аккуратно отглаженные брюки; обувь начищена до блеска. Его «правильный» вид наводит на мысль, что он мормон — а это плюс, потому что мормонов воспитывают людьми отзывчивыми.

— Чем могу помочь, господа?

— Нам нужно поговорить с управляющим, — говорит Дюбоз.

— Ну, так это я. Орен Лакман. Чем могу помочь?

Джерген говорит:

— Налоговая. IRS.

Он смотрит на других мужчин, которые слишком уж заинтересовались тем, какая тут разыграется драма.

— Мы бы предпочли, чтобы это осталось без лишнего шума.

Кабинет Орена Лакмана — в углу складского помещения. Стол завален пачками счетов, прижатых к поверхности разными яркими полированными камнями.

Показывая на красный камень с чёрными прожилками, Дюбоз говорит:

— Красивый образец родонита.

Он указывает на другой:

— А это — исключительный кабошон хризоколлы.

— Вы разбираетесь в камнях.

Лицо Лакмана светится удовольствием коллекционера, который встретил человека, не считающего его странное увлечение признаком первоклассного ботана.

— Давно уже это моё хобби, — сообщает Дюбоз. — О, а вот это — потрясающий кусок родохрозита с включениями кварца. Настоящая красота.

— Это с рудника «Свит-Хоум» в Колорадо, — говорит Лакман с раздражающе гордым оттенком.

Это первое, что Джерген вообще слышит о хобби Дюбоза. Не желая отставать, он указывает на камень:

— Великолепная бирюза.

Лакман и Дюбоз смотрят на него с чем-то вроде жалости, и управляющий говорит:

— Это окрашенный говлит.

— Люди, которые не разбираются, — говорит Дюбоз, — покупают украшения из говлита, а платят как за бирюзу.

Поставив точку в «каменной» беседе, он достаёт из внутреннего кармана удостоверение и демонстрирует документы Агентства национальной безопасности.

Когда Джерген тоже показывает своё удостоверение, Лакман растерян.

— Но вы сказали, что вы из Налоговой службы.

— Для ваших двух помощников там, на складе, — объясняет Джерген. — Мы не хотим, чтобы сейчас в торговом зале они обсуждали агентов АНБ с другими сотрудниками.

— Мы заметили двоих подозреваемых, которые только что вошли в ваш магазин, — говорит Дюбоз. — Если это те, о ком мы думаем, нам придётся их задержать.

— Боже мой, — говорит Лакман. — У нас тут такого никогда не случается.

Джерген указывает на большой настенный монитор, на котором видно участок, похожий на пространство сразу за входной дверью маркета.

— Сколько камер наблюдения вы можете нам показать?

С почти той же гордостью, с какой он реагировал на восторги Дюбоза по поводу «того самого камня с кварцем и всем таким», Лакман говорит:

— По одной — или сразу четыре, квадросплитом.

— А всего камер сколько?

— Восемь.

— Всего восемь? — переспрашивает Джерген.

— Две снаружи, шесть в магазине.

— Всего шесть, — с сожалением говорит Дюбоз. — Должно быть хотя бы двадцать четыре.

— Для места такого размера — уж точно нет, — отвечает Лакман. — Не в наших краях.

С Лакманом и пультом у них уходит, может быть, две минуты, чтобы найти чернокожую пару. Управляющий может приблизить изображение так, что получается удовлетворительный крупный план.

Стоя прямо перед монитором, Дюбоз и Джерген изучают лица, манеру держаться, то, как двигается женщина.

— Это они, — заявляет Дюбоз, и Джерген соглашается.

Они могли бы дождаться, пока Вашингтоны будут выходить из магазина, катя тележку, полную пакетов с продуктами, — и снаружи взять их на прицел. Но эти двое будут выходить осторожно, настороженно, выискивая малейшую неладность. Проходя через дверь, муж будет держать руку под пальто — на оружии.

На парковке, по пути к машине, они будут чуть более расслаблены. Однако парковка большая, а в это воскресное послеобеденное время машин на ней немного. Как только они увидят, что Джерген и Дюбоз движутся к ним, Вашингтоны правильно прочитают ситуацию — и возможна перестрелка.

Перестрелка — риск, на который не стоит идти, тем более когда этот расклад даёт Джергену и Дюбозу фактор внезапности.

Как один любитель камней — другому, Дюбоз объясняет Лакману, что им нужно сделать и какая помощь от него требуется. Управляющий бледнеет, но, хотя с Джергеном он бы наверняка тянул дольше, простонародная манера Дюбоза его подкупает, и он соглашается на предложенную стратегию.