— Вот, нашла… За шестым столом сидели Пинаев, Шебуршевский, Варвара Молот…

— Варвара? — удивлённо переспросила Мария. — Но Варвары на этом мероприятии не было.

— Не было?

— Точно вам говорю. Уж ее бы я запомнила.

— Ах, а ведь вы правы! Ее нельзя не заметить. Да, вспоминаю, секретарша никак не могла ей дозвониться.

— Да она с мужем в отпуск уехала!

Лиза удивлённо замолчала. Она понятия не имела, что Мария находится с Варварой Молот в близких, дружеских отношениях. А подружились Мария с Варварой в писательском пансионате, где ее подруга Надежда Лебедева очень ловко раскрыла загадочное убийство[2]. Мария потом написала замечательный роман, классная история получилась! И с тех пор они с Варварой дружат, даже на свадьбе у нее были.

— Да… — нарушила Лиза молчание. — Я таких подробностей не знала.

— За тем столом еще сидели немолодые, интеллигентные супруги. — Мария вспомнила, как поздоровалась с приятной парой и пожалела еще, что не сидит с ними за одним столом, они показались ей симпатичными, с ними было бы приятно поговорить. — У них еще псевдоним общий… Что-то такое кондитерское, пирожное такое… Наполеон… Эклер… Какие еще есть пирожные?

— Александрийские! — подсказала Лиза. — Вот как раз их два места, а еще… Панюшкин.

Этого Панюшкина Мария знала, хотя и не слишком много общалась с собратьями по перу. Поговаривали, что немолодой уже человек со смешной фамилией когда-то давно был разведчиком. Слухи эти породили его узенькие, как у китайца, глаза, так что многие поверили, что он работал именно в этой стране, что подтверждали его романы с колоритом Восточной Азии. Впрочем, каждый его роман предварялся несколькими строчками, объясняющими, что все события в романе придуманы автором, все герои вымышленные и автор не несет никакой ответственности за совпадения.

— Так кто же тогда сидел на Варварином месте, если она не присутствовала на празднике?

Лиза минутку помолчала, потом сказала, что она человека, которого описала Мария, не припомнит, до столика его не провожала, и как он там очутился, она понятия не имеет. Но обещала выяснить.

Закончив разговор с Лизой, Мария с тоской подпёрла щеки руками и глубоко задумалась. Что же делать? Ситуация сложилась, мягко говоря, не слишком приятная. В сложных обстоятельствах Мария всегда обращалась к Наде Лебедевой. У нее обязательно находился какой-то запасной выход из любой, самой запутанной ситуации. Ну, или, по крайней мере, разумный совет. Маша решила поговорить с Надеждой и рассказать ей о звонке шантажиста. Что-нибудь они вместе придумают…

Мария взяла мобильник, но тут ее телефон сам зазвонил. Наученная горьким опытом предыдущих звонков, Мария поднесла трубку к уху и осторожно, без эмоций отозвалась:

— Слушаю!

— Мария Владимировна? — раздался в трубке смутно знакомый женский голос.

— Да, это я.

— С вами сейчас будет разговаривать директор издательства.

Мария невольно зажмурилась. Она узнала голос Марианны, личной секретарши Главного. С одной стороны, хорошо уже то, что звонит не шантажист. Можно немного расслабиться. С другой — ужасно неловко, она только что так грубо нарычала на издателя. А если он обиделся? Она сама бы точно надулась, если бы с ней так разговаривали. А что, если он сейчас звонит, чтобы это ей высказать…

В трубке раздался щелчок — и зазвучал вальяжный, хорошо поставленный директорский голос:

— Мария Владимировна, сейчас вы успокоились? Вы можете со мной разговаривать?

— Вячеслав Сергеевич, извините меня ради бога! — виновато защебетала Мария. — Я виновата, со всяким случается! Я ошиблась. Меня тут доставал один нахал… Простите великодушно…

— Да ладно, бывает. — Издатель добродушно хмыкнул. — Я сам отчасти немного виноват. Нужно было звонить через секретаршу, как сейчас. Тогда у вас бы высветился номер редакции. Но тема моего звонка очень деликатная, и я подумал, что не стоит подключать лишнего человека. — Он сделал небольшую паузу. — Вы ведь, наверное, догадываетесь, о чем я хочу говорить? Наверное, вы сами всё узнали, поэтому и были в таком… несколько взвинченном состоянии?

— Нет, не догадываюсь, — честно созналась Мария. — Ничего не знаю. Честно.

— Вот как? — удивился издатель. — Что ж, тогда мне придётся просветить вас, правда это неприятное известие… Дело в том, что в одном издательстве, не таком крупном, как наше, вышла книга некоего Константина Крупина. Книга называется «Убийство под шум прибоя». Вы ничего об этом не знаете?

— А что — должна? Ничего об этой книге не слышала. И об авторе тоже. Незнакомая фамилия.

— Я так и думал. Да так, собственно, и должно быть — книга только что вышла, она еще даже не поступила в продажу. Правда, есть уже электронная версия, поэтому я о ней и узнал.

— А что не так с книгой Крупина?

— Дело в том, Мария Владимировна, что книжка Крупина — сплошной плагиат. В ней всё — персонажи, важные сюжетные ходы позаимствованы из вашей книги «Убийство в пансионате».

— Что, правда? — Голос у Марии упал.

Книга «Убийство в пансионате» была ее любимым детищем. Сюжет Мария придумала, когда вместе с группой писателей жила в пансионате на берегу Финского залива. Точнее, сюжет она, можно сказать, почти не придумала, а взяла за основу своего романа произошедшие в этом пансионате реальные трагические события[3].

В пансионате вместе с ней жила тогда ее лучшая подруга Надежда Лебедева. Вместе с подругой Мария распутала случившееся там преступление. Ну, если честно, распутала его всё же Надежда, но Мария ей тоже помогала в меру своих способностей, а потом описала их удивительные приключения в книге. И книга у нее получилась, без ложной скромности, неплохая. И вот теперь выясняется, что какой-то неизвестный литературный мошенник беззастенчиво украл у нее сюжет и другие важные элементы книги. Мария относилась к своим книгам, как к родным детям. И то, что у нее беззастенчиво спёрли сюжет, можно было сравнить с похищением ребёнка. Ну да, она выносила эту историю, вложила в текст часть себя, крупинку своей души, а какой-то гад, не задумываясь, присвоил ее детище.

— Вы поняли меня, Мария Владимировна? — Голос издателя вывел Марию из задумчивости. Он, видимо, удивился ее затянувшемуся молчанию.

— По… поняла, — деревянным голосом ответила Мария.

— Ну, вы уж так сильно не расстраивайтесь! — с наигранной бодростью произнёс Главный. — Ничего страшного не случилось. Просто нам с вами нужно предпринять некоторые шаги.

— Шаги? Какие шаги? — подняла брови Мария.

— Юридические.

— Я не поняла. Поясните мне, пожалуйста. Извините, я так огорошена этим известием, что плохо соображаю.

— Ну, дело в том, что мы имеем дело с очевидным случаем плагиата, а плагиат, как вы знаете — это преступление, в некоторых случаях плагиатор может быть приговорён даже к уголовному наказанию.

— Что, серьёзно?

Мария представила, как неизвестного ей Константина Крупина ведут в наручниках и запирают в тюремной камере… А потом… Какое же наказание его ждет? «Вот если бы за плагиат полагалась смертная казнь! — мечтательно подумала она. — Что лучше — повешение или электрический стул? Хотя, кажется, у нас этот самый стул не применяют. И вешать… Надежда вон видела повешенного, жуткое, говорила, зрелище. Ладно, не надо смертной казни. Тогда гражданская казнь, но обязательно публичная. Чтобы публика смотрела, как плагиатора привязывают к столбу на площади под барабанный бой и ломают над головой шпагу. Ой, у него же нет никакой шпаги! А что тогда можно сломать над головой у писателя? Авторучку? Или разбить его компьютер? Выдрать жёсткий диск и растоптать его…»

На какой-то момент Мария ощутила мстительную радость, но потом устыдилась этого чувства. Нет, пожалуй, это перебор!

— Может быть, не надо к уголовному?

— Конечно, Мария Владимировна, мы не собираемся требовать для плагиатора тюремного заключения, а вот моральную и материальную компенсацию — это непременно! По закону об авторском праве вы, как пострадавшая сторона, можете получить очень значительную компенсацию. Действительно большую. Кроме того, нужно же восстановить справедливость! — Издатель сделал паузу, чтобы подчеркнуть важность своих слов. — Конечно, факт плагиата еще нужно доказать, и сделать это нужно через суд, но я думаю, с этим не будет проблем. Кроме того, конечно, мы потребуем изъятия этой книги из продажи и официального сообщения в СМИ о факте плагиата.

— Да, отлично! Я согласна. Справедливость нужно восстановить. От меня что требуется? Я должна что-то подписать?

— Ну, не совсем… — Главный слегка замялся. — Вообще-то, я хотел, чтобы инициатива исходила от вас. Чтобы именно вы, как автор, подали исковое заявление.

— Я? — испугалась Мария. — Может быть, лучше это сделает издательство? Вам это наверняка привычнее. Бесспорно, вы с этим уже сталкивались.

— Извините, Мария Владимировна, но я хотел бы, чтобы это сделали вы лично. Дело в том, что с тем издательством у нас довольно сложные отношения, и если мы подадим в суд, это может быть расценено как… Как факт недобросовестной конкуренции. А с вас, как говорится, взятки гладки. Вы — автор, пострадавшая сторона, и защищаете свои права. Любой суд встанет на вашу сторону.

Марии сразу расхотелось бороться за справедливость.

— Ой, как-то мне страшновато. Как-то неуютно… — поёжилась она. — Я никогда в жизни не имела дела с судом. Я понятия не имею, как там всё устроено…

— Можете не бояться. Я направлю вас в очень хорошую адвокатскую контору, которая занимается вопросами авторского права. Там во всем помогут. Вам фактически ничего не придётся делать. Только прийти к ним и сообщить о своих намерениях.

— Ничего не придётся? — недоверчиво переспросила Мария.

— Практически ничего! — заверил ее издатель. — Только обрисовать ситуацию. Всё остальное адвокат сделает за вас.

— Хорошо. Скажите, как называется эта адвокатская контора и где она расположена?

— «Марголин, Моторин и партнёры». Находится она на Шпалерной улице.

— Как вы сказали? — широко раскрыла глаза Мария, решив, что она ослышалась.

— «Марголин, Моторин и партнёры»!

— Та самая… — машинально вырвалось у Марии.

— Что? Вы уже имели дело с этой конторой?

— Нет, что вы, откуда!

— Так что вы решили?

— Ну, если так… Тогда я согласна.

— Ну, отлично! Я не сомневался, что вы согласитесь! — В голосе Главного Мария с удивлением услышала явное облегчение. — Ну, значит, мы с вами договорились. Вы отправитесь в контору и составите исковое заявление. Издательство, конечно, возьмёт на себя все ваши траты, об этом можете не беспокоиться! Все текущие расходы оплатят через нашу бухгалтерию. Позвоните в наш юридический отдел, вам объяснят, что для этого нужно сделать.

Из трубки уже лился сигнал отбоя, а Мария сидела, растерянно глядя перед собой. Издатель направил ее в ту самую адвокатскую контору, о которой говорил шантажист. Что это — совпадение? Если даже так, теперь у нее, по крайней мере, есть убедительный повод, чтобы пойти туда и прояснить ситуацию на месте. Поэтому она и согласилась.

Но тут она припомнила: нужно еще взять у себя в подъезде книгу. Она не без труда вспомнила автора и название — Кристофер Марло «Преступления страсти». Вот интересно, только что они с Надеждой говорили об английской драме елизаветинской эпохи, и тут же на горизонте всплывает Марло, наверное, самый известный после Шекспира представитель этого литературного течения. Мария вспомнила университетский курс елизаветинской драмы. Вроде бы у Марло нет пьесы с таким названием. Наверное, нужная ей книга — это сборник, в котором под одним звучным названием объединили несколько пьес английского драматурга. Ладно, как бы то ни было, нужно идти.

Мария спустилась на первый этаж и направилась к общественному книжному шкафу. Обычно перед этим шкафом никого не было, но тут, как назло, в шкафу рылась соседка Марии — Людмила, немолодая девушка с неустроенной судьбой.

— Привет, Маша! — поздоровалась соседка сердечно.

— Здравствуй!

Людмила обожала розовый цвет, и сейчас была облачена в розовый спортивный костюм. Возле ног Людмилы крутился ее неизменный спутник жизни — джек-рассел-терьер по кличке Снупи. При виде Марии Снупи очень оживился и попробовал встать на нее лапами, но хозяйка его остановила:

— Снупи, нельзя! Видишь же, Маша идет на улицу!

И то верно, Мария уже переоделась к выходу из дома — пальто, нарядные брюки, и к ним очень приличный пиджачок, даже Надежда его одобрила. Так что Снупи послушался хозяйку и сделал вид, что он приличный пёс.

Людмила старательно перебирала книги в шкафу. У нее под мышкой уже торчали несколько ярких глянцевых томиков, и она как раз доставала с полки еще одну книгу в твёрдом коричневом переплёте.

— А я вот книги пришла выбрать, — сказала она. — Мне Светлана посоветовала обязательно книжки читать для общего развития. А то я только телевизор смотрю, а это ненормально.

Светлана была старшей сестрой Людмилы. Жили они отдельно, но Светлана на правах старшей всё время присматривала за младшей сестрой и воспитывала ее.

— Да, книги — это хорошо, — выдала Мария ни к чему не обязывающую фразу. — Вопрос только — какие книги. Книжки, они ведь разные бывают. Некоторые ничуть не лучше телевизора.

— Ну да, я знаю, что разные. Детективы бывают, и про любовь. Но я больше про любовь уважаю. Вот, смотри, что я взяла… — Людмила продемонстрировала соседке свой улов.

Мария прочла названия: «Ты навсегда в моем сердце», «Страсть под пальмами», «Дикарская любовь».

— Наверное, хорошие… — Людмила мечтательно улыбнулась. — Ты не читала?

— Нет, эти не читала, — честно ответила Мария. — А это что у тебя за книга? — Она показала на толстую книгу в коричневом переплёте, которую Людмила прижимала локтем.

Людмила протянула ей книгу:

— «Преступления страсти».

— Кристофер Марло, — машинально прочла Мария имя автора. Та самая книга, про которую говорил ей шантажист! Если Людмила ее унесёт, у Марии будут неприятности.