Проводив подружку, она вернулась к противню и оценила остатки тартифлета. В форме осталось меньше половины. Странно, когда только Машка успела столько слопать, вроде всё время была на глазах? Нет, такой кусочек мужу на ужин подавать стыдно.

— Ну вот… — расстроенно сказала Надежда коту, который в принципе тартифлет не любил, но на всякий случай ошивался на кухне в рассуждении, что неплохо бы чем-нибудь поживиться. — Теперь придётся еще что-нибудь приготовить.

— Мя-ясо! — мяукнул кот.

— Мясо на ужин слишком плотно, — назидательно отказала Надежда, держа в уме, что и мяса-то у нее в морозилке сейчас нет, а в магазин идти ужас как не хочется.

И только было сунулась она в морозилку, чтобы найти там что-нибудь быстрого приготовления, как позвонил муж. И сказал, что сегодня вернется поздно, потому что приехали партнёры из Москвы, так что деловое общение продолжится у них в ресторане и с ужином она, Надежда, может не заморачиваться. Надежда не то чтобы обрадовалась, но едва подавила вздох облегчения. Она поворчала немножко на мужа, потому что, как в старом анекдоте, в армии должна быть дисциплина, то есть никакого попустительства с ее стороны не должно быть. Этак мужу понравится каждый день по ресторанам шататься. И хотя Надежда прекрасно знала, что муж никогда так делать не станет, потому что приятно после трудного рабочего дня приходить в чистый уютный дом, где ждут его вкусный ужин, ласковая жена и любимый кот, но изредка проводила профилактические беседы. Пожелав супругу приятного вечера и наказав не есть много жирного и острого, она отложила телефон, перевела дыхание и осознала, что у нее образовался свободный вечерок, который можно использовать для любимого дела.

Она сварила себе кофе (не слишком крепкий), насыпала коту солидную порцию корма, чтобы не приставал, и уселась за кухонным столом поразмыслить. Для начала следовало рассмотреть фотографию, которую она утащила у злостной общественницы, так похожей на Шуру из «Служебного романа». На снимке стояли рядом четверо мужчин, все примерно одного возраста. Первый — это покойный главврач районной поликлиники Артур Альбертович Вишневский, двое других были Надежде незнакомы, а вот четвертый… Ого! Да это тот самый подозрительный тип, с которым они вместе протиснулись в кабинет главврача и нашли его труп.

Надежда поднесла фото к бра на стене, чтобы было лучше видно.

Снимок явно сделан несколько лет назад. Посетитель поликлиники выглядит на нем моложе, Надежда определила это по его лысине и кудряшкам, плешь была на тот момент не такая обширная. Главврач тоже глядел молодцом — мужчина представительный, одет хорошо, наверное, выбрит чисто, взгляд твёрдый… Страшно представить как человек закончил свой земной путь! Так, стоят все четверо свободно, кто-то руку на плечо соседу положил, кто-то обнимает даже, из чего можно сделать вывод, что все четверо — близкие друзья. Да еще примерно одного возраста, стало быть, либо школьные приятели, либо в институте вместе учились. Хотя нет, это вряд ли. Если бы кудрявый с лысиной был врачом, он просто прошёл бы в кабинет главного, а не про справку какую-то выдумал. Стоят друзья на фоне дома. Дом большой, явно в центре находится, Надежда, конечно, не специалистка, но больше ста лет дому этому. Какой-то знакомый фасад, не зря Надежда всю жизнь в Санкт-Петербурге прожила, точно дом этот видела.

Надежда достала из ящика стола лупу и склонилась над фото.

Так-так, теперь понятно. Фигуры мужчин загораживали подъезд, иначе бы она этот дом сразу узнала. Это известный «Дом с совами». Над дверью подъезда в каменной нише действительно сидела, нахохлившись, каменная сова. Надежда читала, что когда-то, вроде бы даже до революции, в этом доме находился книжный магазин, а сова, как известно, древний символ мудрости. В общем, магазин давно убрали, а сова осталась. Что каменной сделается?

Надежда пригляделась к фотографии внимательнее и заметила над совой край вывески, а сбоку гроздь воздушных шаров. Значит, в тот день было открытие какого-то магазина. И эти четверо как-то к этому причастны… Надежда поняла, что нужно ехать на то место, где была сделана фотография. Понятно, что вряд ли мужчины так и стоят перед домом, но, возможно, она узнает что-то нужное. Зачем ей искать лысого типа, Надежда примерно знала. Ей очень не хотелось, чтобы он попал в полицию. Он ведь немедленно сдаст Надежду как свидетельницу. Если полиция возьмётся за дело как следует, то они живо ее отыщут. Она же записывалась на приём к главврачу, менты прикинут, посмотрят записи, выйдут на ее тётку… А уж потом, когда ее, Надежду, найдут, то будет скандал, ведь муж всё узнает. Нет, нужно подстраховаться.

С такими мыслями Надежда Николаевна собралась на разведку. Она подумала немного, прислушалась к себе, надела новое пальто и взяла дорогую сумку.

«Дом с совами» находился на Петроградской стороне, на улице, которая называлась Зверинская. Название старое, его никогда не меняли, потому что улица эта идет от Большого проспекта Петроградской стороны и упирается в Зоопарк, который раньше называли Зверинцем. На том месте Зоопарк и остался, хотя давно пора было его перевести за город — там и места побольше, и воздух чище, а главное, жители окрестных домов не будут просыпаться по ночам от рычания львов и тигров. Впрочем, старожилы привыкли и даже гордились, что слушают по ночам звуки дикой саванны.

Надежда чудно прошлась от метро, она любила Петроградскую сторону. Дома на Зверинской улице были старые, но тщательно отремонтированные, во всяком случае с фасадов. Во дворы Надежда не заходила, ей ни к чему, да те почти все были закрыты глухими железными воротами.

«Дом с совами» выглядел лучше всех. Надежда перешла на другую сторону улицы, чтобы лучше его разглядеть. Так, ремонт явно дорогой, не просто так маляры краску наляпали, балконы с узорными чугунными решётками, в окнах — стеклопакеты, да не простые, а с деревянными рамами.

Этажей в доме пять, на втором, третьем и четвертом явно офисы, причем фирмы солидные, некоторые целый этаж арендуют, на пятом вполне возможно, что и квартиры, а вот на первом… На первом нет никаких магазинов, весь первый этаж занимает ресторан. Название какое-то странное — «Квадрига». Надежда представила себе фотографию. Получается, что эти четверо мужчин были на открытии ресторана, больше тут нечему открываться. Она оглянулась по сторонам, перешла улицу и решительно потянула на себя тяжелую входную дверь.

Надя оказалась в небольшом холле, справа стояли удобный диван и два кресла, а слева — шкаф, надо думать, что для одежды посетителей. Дальше был вход в ресторан. И пока Надежда осматривалась, вынырнул откуда-то немолодой мужчина, судя по всему, гардеробщик и швейцар в одном лице.

— Вы что хотите, дама? — спросил он.

— Зачем в ресторан ходят? — рассмеялась Надежда. — У вас до вечера закрыто, что ли?

— Днём у нас ланчи, — насупился мужчина. — Только я не знаю, может, уже кончились…

Тут в холл заглянула официантка — довольно молодая, улыбчивая, чуть полноватая.

— Семён Петрович, опять вы посетителей отпугиваете? Ваше дело — одежду принять, а всё остальное я сама сделаю. Проходите, — пригласила она Надежду. — Ланчи еще есть.

Надежда сдала пальто и вошла в зал. Ей сразу понравились и дизайн, и расположение столиков — чуть в стороне друг от друга, чтобы посторонние разговоры не мешали и ощущался уют. Была там и сцена, и рояль стоял в углу.

— Что кушать будете? — Официантка положила перед Надеждой меню. — Ланчи у нас трех видов, но сегодня индейка в горчичном соусе повару удалась.

— Пожалуй, возьму, — решила Надежда. — А десерта не надо, — со вздохом добавила она.

— Вы зря отказываетесь, наш фирменный — просто чудо. Взгляните… — Официантка показала на фото в рамочке на стене.

На снимке улыбающийся повар в колпаке демонстрировал тарелку, на которой лежали четыре пирожных. Это были музыкальные инструменты, только очень маленькие. Крошечный шоколадный рояль и три струнных инструмента — маленький, средний и побольше, очевидно, это были скрипка, виолончель и контрабас. Внизу была надпись «Десерт “Квадрига”».

— Потрясающе! — искренне восхитилась Надежда.

Выяснилось, что полный десерт подают только вечером, а на ланчи он идет, так сказать, в розницу, отдельными инструментами. Надежда сжала зубы, взяла себя в руки и выбрала самое маленькое пирожное — скрипку.

Официантка принесла приборы и воду, а потом остановилась поболтать, потому что в зале было пустовато.

— Посетителей мало потому, что время ланча заканчивается, в час дня у нас народу полно. А вы ведь у нас впервые, да?

— Да, — честно ответила Надежда. — Понимаете, в чем дело… — Дальше пошла импровизация. — У мужа моего скоро юбилей, — вдохновенно врала Надежда. — Он очень много работает, и времени у него нет, а мне задачу поставил: найди ресторан приличный. И чтобы кухня была интересная, и чтобы музыка живая… Вот, езжу по городу, ищу… Вашу рекламу увидела, дай, думаю, зайду.

— И правильно сделали! — воодушевилась официантка. — У нас вам будет весело и удобно, только надо заранее день выбрать, потому что, сами понимаете, в выходные всё забито. Да я вам сейчас банкетное меню принесу, посмотрите.

— А скажите, почему ваш ресторан назвали «Квадрига»? Название такое необычное. Я знаю, конечно, что так называется двухколёсная колесница Аполлона, с запряжёнными в ряд четырьмя конями.

— Вот именно! — рассмеялась официантка. — Часто посетители спрашивают, а всё просто. Это хозяин наш Игорь Петрович придумал. В молодости он играл в музыкальной группе, их было четверо, концерты давали по клубам. Ну, потом группа распалась…

— Ясно, повзрослели, другие заботы.

— Ну да… Но Игорь Петрович на рояле замечательно музицирует. Иногда сам выходит, если банкет человека уважаемого. — Официантка показала на рояль.

— Надо же… Какой у вас хозяин разносторонний человек. Прямо человек эпохи Возрождения.

Официантка улыбнулась и скрылась в подсобном помещении.

Индейка в горчичном соусе и правда повару удалась, а также салат и десерт. Официантка принесла банкетное меню. Разглядывая меню, Надежда краем глаза заметила около своего столика мужчину в дорогом темно-сером костюме. Стрижка хорошая, ботинки фирменные, хозяйские повадки… Надежда и так бы догадалась, кто перед ней, если бы не видела его на фотографии.

Официантка заторопилась к нему по его знаку, видно, доложила, что дама за столиком — потенциальная и денежная гостья, потому что хозяин заведения окинул Надежду внимательным, приветливым взглядом и слегка поклонился.

«Плохо, — подумала Надежда. — Он меня запомнит».

Она оплатила счет, оставила приличные чаевые и спросила, где туалет. Однако, заметив, что официантка потеряла к ней интерес, свернула не к туалету, а в служебный коридор. Кухня находилась в другой стороне, очевидно, тут располагался кабинет хозяина и еще какие-то службы, может быть, бухгалтерия.

Вдруг открылась дверь, и появился сам хозяин, Надежда едва успела юркнуть за шкаф с посудой. Игорь Петрович оглянулся настороженно, в руках у него был поднос, прикрытый салфеткой. Пахнуло индейкой. «Так-так… — мысленно усмехнулась Надежда. — В ресторане полно официанток, а хозяин сам несёт кому-то еду. Не по чину ему. Если только… Если это не его личное дело…» Надежда подавила желание опуститься на пол и ползти за хозяином ресторана по-пластунски. Получится медленно и вызовет еще больше подозрений. Поэтому она принялась красться на цыпочках, держась ближе к стене.

Игорь Петрович шёл спокойно, небыстро, никто не встретился ему по пути. Вот он открыл своим ключом дверь, и Надежда поняла: туда! Хозяин заведения скрылся за дверью. Одним прыжком она оказалась у двери, чтобы не дать замку захлопнуться, и выбросила из головы мысль, что если хозяин ресторана ее заметит, то мало ей не покажется. И надо только надеяться, что совесть у него нечиста, а так и полицию вызвать может. Ну, авось пронесёт…

Очень осторожно она приоткрыла дверь и заглянула в щёлочку. Ничего особенного, полутёмное помещение, вроде бы кладовка. Надежда подумала немного и решилась войти.

Она оказалась в помещении, где хранились запасные стулья, столики, посуда, моющие средства и еще много разных нужных вещей. Надежда наткнулась на большое напольное зеркало в раме. А где же хозяин заведения? Исчез? Испарился вместе с подносом?

Надежда осмотрелась по сторонам. Не мог же он спрятаться под завалами стульев. А вот за зеркалом…

Она тронула зеркальную гладь, мимоходом отметила, что зеркало, кажется, кривое, потому что в нем она толще, чем на самом деле. Очевидно, поэтому этот предмет интерьера и убрали из холла. Вот посмотрит посетительница на себя, расстроится, аппетит пропадёт… Уйдёт из заведения. Непорядок.

Надежда заглянула за зеркало и увидела за ним очередную дверь, которая была приоткрыта, а может быть, вообще не закрывалась. Из-за двери раздавались приглушенные мужские голоса. Надежда прислушалась:

— И долго ты собираешься тут торчать? — спрашивал хозяин. — Я, конечно, тебя, Костик, не выгоняю, но что даст такое твое поведение?

— Игорь, я понимаю, что тебе нелегко и опасно меня здесь держать, — ответил другой голос, в котором Надежда тотчас узнала лысого типа из поликлиники. — Но я… Слушай, я не скрываю, я очень боюсь.

— Да чего ты боишься? Ты же ничего не сделал! Просто нужно пойти в полицию и всё рассказать.

— Ага, и как ты это себе представляешь? Я же с места происшествия смылся. В кабинете Вишневского был? Был. Труп видел и удрал? Удрал. Как доказать, что это не я Артура прикончил? Можно сказать, явлюсь с повинной. А когда они узнают, что мы с Артуром с восьмого класса дружили, то и мотив найдётся.

— Какой у тебя может быть мотив?

— За столько лет обязательно что-нибудь да найдётся! Да какой угодно мотив!

— Ну, не знаю… — протянул хозяин заведения. — Но так тоже нельзя, Костя. Нельзя голову в песок, как страус, прятать.

— Я, конечно, глупость сделал, что убежал и куртку в гардеробе оставил…