Плечо Врана практически зажило, и он только что не подпрыгивал от желания подняться в воздух, но терпел, понимая, что сестра права – надо подождать ещё хоть пару дней. Так что вместо пустых споров он приналёг на работу, закончив свою часть программы даже раньше, чем был должен.

– Иван, всё готово! – он позвонил своему преподавателю, который в данный момент выступал ещё и в роли работодателя. – Высылаю.

– Ну, Ром, ты молодец! – обрадовался руководитель. – Я проверю, посмотрю, как всё стыкуется, и потом перечислю деньги и пришлю ссылку на уже готовый кусок игры – надо же тебе посмотреть, что именно мы делаем. Там есть начальная заставка и так уже… прилично. Ну и, если ты готов продолжать, вышлю следующее задание.

– Хорошо! – Вран расслабленно перебрался в сад, решив, что заслужил небольшое ничегонеделание.

Но не тут-то было!

– И чего ты тут такой расселся? Прям как котик! Растёкся по Таниному шезлонгу, раскинулся… – с тоном, выражающим явную и неприкрытую претензию, уточнил Терентий.

– А что? Таня отдыхает в гамаке, шезлонг свободен был…

– Свободен… Нет, ну вы ж посмотрите! Только зазеваешься, как уже некоторые охвостье на моём шезлонге пристраивают! Лучше бы пошёл и пользу принёс!

– Это какую же пользу с доставкой ты от меня хочешь? – Вран, чуть поморщившись, закинул руки за голову и воззрился на кота – это он зря сделал, прямо скажем, потому что в следующий момент Терентий прыгнул на него, а добравшись до вожделенного шезлонга, затоптался на нём, нимало не смущаясь наличием на данной мебели ещё кого-то!

– Терентий, паразит! Затопчешь! – шёпотом взвыл Вран.

– Ничего-ничего… Массаж с иглоукалыванием – очень полезная штука! – коварный кот от души покогтил наивного Врана, несмотря на все его попытки скинуть налётчика и коленозахватчика куда подальше. – Лучше сразу сдавайся и иди за пользой!

– Да за какой пользой-то? Чего тебе надобно, коше? – сдался Вран.

– Как чего? У Сокола там удочки стоят, накопай червей, возьми удочки и иди себе к озеру, глядишь, чего-то и выловишь! Что тут просто так-то валяться, место котиковское занимать?

Вран бы и поругался с этим невозможным созданием, но Таня дремала, тихонько улыбалась в этой полудрёме, так что поднимать шум категорически не хотелось. А ещё…

«А ещё я никогда в жизни не ловил рыбу! Но так хочется…» – именно об этом думал Вран, торопясь к озеру, – ну, оно и понятно… позориться-то лучше без свидетелей, если что.

С его техническими мозгами в устройстве удочки с какими-то хитрыми наворотами Вран разобрался сходу, ещё немного времени потратил на то, чтобы добыть червей и найти хорошее место для ловли.

– Тут и глубже, и не сверзишься в воду, ещё не хватало прийти без улова, но самому этаким… рыбом! – рассуждал Вран.

Ещё через полчаса он сидел себе на бережке, просматривал ролики опытных рыболовов и тут краем глаза обнаружил какое-то движение на воде.

«Поплавок! – сообразил Вран, кинувшись к удочке. – Клюёёёт!»

Первая пойманная рыбина была по канону – новичкам везёт! Красивый, крупный лещ зажёг в душе абсолютно нерыболовного Врана неведомый доселе азарт.

Ещё через час около него на траве лежало пять рыб, а он ощущал себя на диво счастливым!

Таким его Таня и обнаружила.

– Враник… да ты у нас записной рыболов! – изумилась она.

Он хотел было надуться от гордости, но Тане врать не хотелось, даже если это обычные рыбацкие похвастухи.

– Я сегодня первый раз в жизни удочку в руки взял! – откровенно сказал он. – Отец остальных братьев брал на рыбалку, а меня – никогда. Говорил, что недоразвитым на воде делать нечего. А знаешь… мне так хотелось! Вот я и попробовал!

– Ничего себе, попробовал! – восхитилась Таня таким роскошным уловом.

– Было больше, но я трёх маленьких отпустил! – Вран так гордился этой рыбой, что у Тани глаза защипало – растрогалась, что ли… А может, так жалко стало воронёнка, у которого была такая несложная вообще-то мечта, сбывшаяся только сейчас.

Когда они пришли с уловом домой, то первое, что услышали, было высказывание Терентия:

– Вот! Вот я всегда знал, что прогресс двигают коты! Даже рыбу – и ту добывают!

– Да ты-то тут при чём? – удивился Вран, косясь на довольного Терентия, занявшего собою весь Танин шезлонг.

– Ну как же, а кто тебя сподобил за рыбкой сходить? Ты ж так бы и провалялся тут без толку, а так – вон какой прибыточек благодаря мне!

Прибыточек стараниями Тани превратился в чудесные рыбные котлеты и уху, Терентий разглагольствовал, Вран рассуждал, когда лучше сходить на озеро в следующий раз – утром? А может, прямо ночью отправиться?

А Таня… Таня думала, что этот отпуск у неё самый-самый лучший, несмотря на больного, а потом и обнаглевшего лягуха, несмотря на лешего, нападение филина и раны Врана и откровения Соколовского, то есть несмотря на все события, прилично нарушающие окружающую безмятежность!

«Да уж… Диме с его креативом и активным отдыхом такое и близко не снилось», – подумала Таня, практически первый раз за долгое время припоминая бывшего мужа.

И вспомнился-то он так… походя, и никаких эмоций не вызвал, так, как позапрошлогодняя новогодняя ёлка, давно покинувшая квартиру.

Утром Вран приволок три щуки и выглядел так, словно может взлететь даже в человеческом виде, Терентий бесконечно самовосхвалялся – ну как же! Это ж он разглядел в банальном вороне талантище с миссией снабжения котиков вкусным!

А Татьяна чистила щук и пыталась предположить, чем ещё её удивит её отпуск…

Разумеется, все предположения оказались мимо, потому что через неделю её поразительное во всех отношениях начальство прибыло с Тишинором, который трясся над горшочками с какой-то удивительной рассадой.

– Тишинор сумел приручить растения, которые привезли Крамеш и Уртян, но запаниковал, что им что-то может не понравиться на норушных грядках, так что я предложил ему часть рассадить тут! Заодно и на молодильные яблони полюбоваться! – объяснил Соколовский, выбираясь из машины. – А чем это у вас тут так пахнет… упоительно? Рыыыбка?

Тишинор кланялся каждой яблоньке, гладил стволы розовыми аккуратными лапками, надолго замирал, прислушиваясь и счастливо улыбаясь. Потом заставил себя оторваться от яблонь, оббежал весь огромный сад, поизучал цветы, которые там росли, покрутился у молодых деревьев, посаженных по приказу Сокола, погрозил коготком хищному крыжовнику, к которому Таня и подходить опасалась – очень уж внезапно обнаруживались в высокой траве притаившиеся там ветки с здоровенными колючками.

– Ищет… – понимающе покивал головой Соколовский.

– Кого? – удивился Вран.

– Да не кого, а что! Место для трав! Ну, если что, в лесу высадим, надеюсь, там никакой заяц ничего не слопает.

Но такие жертвы и не понадобились – Тишинор обнаружил подходящее для драгоценных растений место, сам сделал ямки, сам полил, разрешил только помочь с переноской горшочков.

– Всё, пошли! – Филипп уволок Врана за воротник. – Это момент ответственный и очень личный, так что любопытствовать неуместно.

Наверное, так и было, потому что Тишинор надолго зависал над каждым растеньицем, разговаривал с ним, наверное… Но уж точно не просто высаживал.

Правда, и выглядели они после того, как норушь отошёл, так, словно всю свою жизнь росли именно тут – уверенно и живенько.

– До чего беспокойное создание! – вздохнул Терентий, развалившись на подоконнике и наблюдая за Тишинором, который только что закончил бегать вокруг своих особо ценных посадок, а потом сразу же помчался обратно к яблоням. – И суетится, и бегает вокруг, и беспокоится, и что-то таскает туда-сюда, нет бы брал с меня пример!

– Терёня, для того чтобы брать с тебя пример, надо быть настоящим котом! – то ли польстил, то ли уязвил его Соколовский.

Кот предпочёл пропустить возможную колкость мимо ушей и сделал вид, что это был комплимент…

– Филипп Иванович, у меня отпуск уже скоро заканчивается… – напомнила ему Таня. – Я не знаю, наверное, сюда такси не доедет, территорию-то вы закрыли… Как бы отсюда выйти к ближайшему месту, откуда нас можно забрать?

– Танечка, да ну что вы! Вы что, собрались пешком идти, что ли? Ерунда какая! Я вас и заберу. Только не через неделю, а через две. Во-первых, я еду на съёмки, а во-вторых, дайте яблонькам ещё немного понежиться – им от вашей заботы очень уж хорошо растётся! В клинике я предупрежу, для них вы из отпуска едете в командировку.

– Ой, спасибо!

– Да пожалуйста! – Финист только плечами пожал, удивляясь, насколько легко иметь дело с порядочными людьми – он её оставляет для того, чтобы ему же лучше было, а она ещё и благодарит! – Забыл… в багажнике продукты, которые вам Крылана и Шушана передали, как раз на две недели.

Тишинор очень подробно рассказал Тане, что она должна внимательно наблюдать за растениями и, если что:

– Полить из вот этой бутылочки! Две капли на вооон то ведро, – взмах лапки указал на ёмкость. – А потом под каждый кустик вот этой травки по столовой ложке, а вот для этой травки – надо по две!

– Ну конечно… теперь и за травой этой следить… – бухтел Терентий. – А то нашей Танюше делать нечего!

– Ничего страшного, она просто перестанет тебя вычёсывать каждый день, и сразу столько времени освободится! – рассмеялся вредный Вран.

Когда Соколовский, забрав Тишинора, уехал обратно, Таня сходила проведать новые посадки, а потом устроилась в гамаке – никогда в жизни у неё раньше не было возможности вот так просто лежать под деревьями, смотреть на облака, дремать и просыпаться под лёгкой махровой простынкой, специально принесённой Враном из дома.

«Вот странность-то какая, а ведь два года назад я и подумать не могла, что так бывает…» – неспешные, спокойные мысли тоже засыпали под шорох яблоневых листьев и травы.

Через две недели Соколовский прибыл за Татьяной, Враном и Терентием. Перво-наперво, конечно, отправился в сад и так довольно разулыбался.

– Ну да… вот эти уже готовы… и вон те, – он внимательно осмотрел тяжёлые золотистые яблоки, которые, кажется, светились внутренним светом, а уж аромат от них был такой, что даже от него становилось легче дышать, двигаться, думать.

Соколовский достал из машины корзину, оббитую внутри алым шёлком, и подошёл к первой яблоне. Таня, которая собрала вещи и вынесла их на крыльцо, только ахнула, а потом поспешно прикрыла рот ладонью – яблони сами тянули ветки навстречу руке Сокола.

Ему не надо было касаться созревшего яблока, потому что они падали в его ладони, стоило только поднять руки.

– Знают хозяина, вот и радуют! – пояснил Соколовский, уловив Танино изумление.

Он очень бережно перекладывал яблоки в корзину, застилая каждый слой яблок шёлковой тканью.

– Так, это – Крылане, я обещал, – он улыбнулся Тане, отложив одно яблоко в сторону. – Это – Шушаночке. Тут, правда, и её родителям хватит, и бабушкам с дедушками, и всем родичам. Себе и Тишинору возьмёт по кусочку, а остальное родне передаст.

А потом и ещё одно, правда, не самое большое, но тоже зрелое и золотистое яблочко присоединилось к тем двум.

«Это – Свете Патрушевой, – подумал он о своей партнёрше по съёмкам. – Она и так хороша, конечно, но возраст, беременность, надо подбодрить! – это он произнёс уже про себя. – Пусть себе две трети возьмёт, а треть – мужу. Он не актёр, ему и такая внешность сойдёт, а яблочко – только здоровье подправить».

Он неожиданно вспомнил забавный детский мультфильм о том, как делили апельсин, и едва не рассмеялся.

Ещё три яблока он бережно передал Тане, а она, так же аккуратно приняла.

– Держите… это вам. Только чур уговор! Свою треть съешьте сами!

– Договорились! – серьёзно пообещала Татьяна, умащивая драгоценные плоды в свою сумку.

Татьяна ещё утром пробежала по всем своим любимым тропинкам, сходила на озеро, потом обошла весь дом и наконец отправилась в сад. Ей казалось правильным проведать напоследок прекрасно растущие посадки Тишинора, которым так и не потребовалось его средство, и попрощаться перед отъездом с яблонями, так что теперь она только с улыбкой погладила ствол ближайшего дерева.

– Один мой знакомый сказал бы вам, что вы заразились от англичан… – хмыкнул Соколовский.

– Чем это?

– Страстью к прощаниям! Он приводит в пример историю Милна о Винни-Пухе. Вот скажите на милость, что была за необходимость вытряхивать людей из милейшей истории и водить их носами по этому самому прощанию? Вот сидит медведь, и ему ХОРОШО! Зачем накручивать прекрасной истории рыбий хвост и отправлять плавать в тоске?

– Если честно, мне всегда было как-то обидно за них, – кивнула Таня.

– Вот! Так и не уподобляйтесь – не тоскуйте и не прощайтесь так… заунывно! Я очень надеюсь, что вы выделите время и приедете сюда ещё неоднократно! Только вам машину надо купить… Я вам проезд-то открою, конечно, но, когда вы сами можете ехать куда надо – это гораздо проще!

– Да я и водить не умею… и прав нет.

– Научитесь, получите и будете ездить! – приказал Соколовский. – Так, а где наш драгоценнейший пассажир, который не факт, что в машину вкатится?

– Пааапрашу без оскорблений! Я на свежем воздухе очень даже похудел! – заявил увесистый Терентий, упитанной рыжей змейкой вползая в салон.

– Ага… аж прыгать боишься – видать, ветром может того… смахнуть, – подхватил Сокол. – Вран, что у тебя такое лицо? Разумеется, Татьяну ты будешь сопровождать, так что и ты бросай свои прощания и садись уже в машину. А! Секунду. Я сейчас часовым задания раздам!

Соколовский покосился на свой яблоневый сад, ещё полный прекрасных яблок, шагнул за ворота и строго приказал что-то взъерошенному филину и его крупной, гладкой супруге.

«Никакая мышь не плоха, – посмеивался он, филигранно проводя машину московскими пробками. – Филины тоже пригодятся! А что? Толковые птицы, особенно если их правильно настроить на сотрудничество».

Татьяна приехала в норушный дом и с первого шага ощутила – ей рады! Вот прямо рады-рады-рады! Ждали, скучали, а теперь ждут не дождутся, чтобы встретить, поделиться новостями, выяснить, как у неё дела, обнять, устроиться рядом!

Всё это начали проделывать, как только за ней, Терентием и Враном закрылась дверь машины Сокола.

На Таниной щиколотке моментально обнаружилась Муринка, рядом застенчиво затоптался её брат, а Тишуна бросилась на шею Терентию.

– Ой, только не затопчите мне Таню! – скомандовала Шушана. – Муринка, Мурашик, проверьте, а не нацеплял ли наш котик колючек и репьёв… Вран, беги скорее с вещами, а то и тебя поймают! Таня, как я по тебе соскучилась! – Шушана позволила себе забраться в ладонь Татьяны и крепко обнять её запястье.

«Как же дома хорошо! – осознала отпускница через час. – Нет, там было очень, просто очень-преочень здорово, но дома… лучше не бывает!»

Ну конечно, когда «лучшенебывает», непременно кому-то нужно это состояние немного, самую малость испортить.

Звонок Таниного смартфона как раз и был такой иголочкой, нежно прижатой к бочку воздушного шарика.

– Да, мам? Да, я приехала из отпуска! Нет, только сегодня, – Таня покосилась на сумку с яблоками. – Бабушка не справляется с теплицей? Море помидоров? Ну… хорошо, я приеду и помогу. А Вика будет? Нет? Вот и хор… в смысле, ну ладно, что ж поделать!