— Несколько раз с семьёй. Это интересно. Хотя мне больше нравилось исследовать Саувен при других обстоятельствах.

Релли кивнула и взглянула на него с сочувствием:

— Если вам что-нибудь понадобится… я собиралась сказать позвонить, но вы не можете, верно? Думаю, просто ждите, пока кто-нибудь придёт, и скажите им, что вам нужно.

— Ну, раз уж вы спросили, — Алекс поспешно вмешалась, осознав свою жёсткую одежду и грязное тело, — мне не помешала бы чистая одежда.

— Конечно! — ответила Релли. — Регенты уже сделали заказ на основные вещи. Но мне понадобятся ваши размеры, прежде чем я смогу заказать что-то ещё. — Её зелёные щеки залились тёмно-синим от смущения, и она добавила: — Извините, Хутен не очистил вас. Он действительно должен был это сделать.

Алекс вспомнила странное чувство срочности, которое она испытывала, когда её лечил их врач, Хутен. Он постоянно бросал неловкие взгляды на Релли, пока они наконец не ушли. После того, как он поместил Алекс в ту медицинскую трубку и вылечил все старые травмы в её теле, он буквально вытолкнул их за дверь. Она даже не знала, что там можно было принять душ. Хотя не было смысла принимать душ, если не было чистой одежды, чтобы переодеться.

Озед сделал шаг вперёд, наконец удостоив разговор своим вмешательством. В его словах звучало негодование, когда он обратился к Релли:

— Невозможно поверить, что с вами так обращаются эти мужчины. Почему они не проявили к вам должного уважения?

Вместо того чтобы успокоиться или расслабиться от его мягких слов, Релли только больше смутилась. Её красивые, но уставшие серые глаза устремились к земле, и кончики её хвоста подёргивались от волнения:

— Я… я продлеваю свой брак уже более трёх лет.

— Ты демскив? — выпалил Озед.

Релли вздрогнула при этом слове, но кивнула.

Два инопланетянина перед ней молчали. Озед, который мгновение назад был готов сражаться за честь Релли, теперь бросал на неё противоречивые взгляды, сцепив руки за спиной.

— Кто-нибудь хочет объяснить, в чём дело? — попыталась Алекс, её любопытство взяло верх.

Почти слишком быстро Озед сказал:

— Поговорим об этом позже. — Взгляд его приподнятых бровей ясно дал понять, что он считает, что объяснение может разрушить их ложь. Алекс уже собиралась проигнорировать этот взгляд и раскрыть, что Релли уже знает, что они солгали, но потом передумала. Сдержав язык, она подошла к высокой женщине изумрудного цвета и улыбнулась:

— Ну, мне всё равно, кто ты и что делаешь в личное время. Спасибо за помощь сегодня.

Релли подняла голову и улыбнулась Алекс благодарной улыбкой, которая тут же стала заговорщической. Подёрнув губами, она наклонилась и прошептала:

— Я никогда не любила Фьерада, и если то, что говорят о людях, правда, я бы хотела иметь хотя бы одного человеческого друга.

Вот и подтверждение. Релли действительно помогала им, и Алекс была бы благодарна ей до конца своих дней. Она потянулась, чтобы схватить женщину за руки, но вспомнила, что сказал Озед о прикосновениях, и отдернула их.

— У тебя уже появился один друг.

Быстро попрощавшись, проводя хвостом по лбу, Релли шагнула на свою платформу и грациозно улетела.

Их глаза с Озедом встретились, прежде чем его взгляд скользнул по её телу. На мгновение ей показалось, что это был заинтересованный взгляд, но потом она вспомнила, как отвратительно она, должно быть, выглядела. Она заставила себя выпрямить плечи, чтобы не сутулиться от смущения.

— Теперь только мы с тобой, Оззи, — она вложила в свой голос столько сахара и радости, сколько могла, пытаясь скрыть, что её ждёт разговор.

— О-зед, — только и сказал он.

— Думала, раз мы теперь… ну, кем бы мы ни были друг другу. Можешь называть меня Алекс, кстати.

— Сообщники. Вот кем мы теперь стали, если ты не собираешься следовать своей лжи и выходить за меня замуж.

Тон его голоса ясно давал понять, что он прекрасно понимает, что у неё нет таких планов, но она все равно стала это отрицать.

— Нет, у меня есть парень дома, так что, наверное, это было бы неправильно.

Это не совсем правда. Дела с Рэем шли быстро на спад, и после того, как она уступила его последнему ультиматуму — дать ему ключ от своей квартиры или расстаться — она решила, что ему пора. Она всё спланировала. Пару последних дней после его возвращения из командировки они бы провели вместе, затем она аккуратно разорвала бы с ним отношения. Но прежде чем у неё появилась возможность, пришёл инопланетянин и оглушил её.

Не говоря ни слова, Озед повернулся и вошел в квартиру, словно ожидая засады. Алекс последовала за ним. Большая комната внутри занимала весь этаж дома. Открытую комнату поддерживали колонны, украшенные в виде деревьев, или, возможно, настоящих деревьев. Украшенные витиеватой резьбой столы и стулья были расставлены по всей комнате, создавая несколько различных зон для обедов и сидений. Орнамент был выполнен с резкими углами, но мягкие изгибы и мягкая обивка мебели, напоминающие облака, смягчали его и придавали ему художественный вид.

На дальней стене, словно огромная ползучая лоза, взбирались, казалось бы, случайно расположенные встроенные шкафы. Озед подошёл и открыл несколько шкафов, что-то ища. Найдя то, что искал, он достал пару стаканов. Алекс наблюдала, как он подошёл к золотому крану в форме птицы, её крылья распростёрлись над выдолбленной каменной чашей.

Когда из длинного, острого клюва птицы потекла прозрачная вода и наполнила два стакана, Алекс облизала губы. Жажда — она только что вспомнила, как ужасно хотела пить, и есть тоже.

Озед предложил ей стакан, и она залпом выпила холодную жидкость, чувствуя удовлетворение и боль. Подбежав к раковине, она наполнила и снова наполнила стакан, пока её желудок не стал слишком полным, чтобы вместить больше.

Задыхаясь, она вытерла рот рукой и повернулась к Озеду, который стоял и пил воду, глядя на неё.

— Как они доставляют воду в это место?

— Дождь и конденсат собираются на цепи над нами и стекают в хранилища и зоны обработки под нашими ногами.

Его тон был деловым и бесстрастным. Он продолжал пристально смотреть.

— Что нам теперь делать?

— Ждать.

— Чего?

Этот парень может и выглядит как бог, но характер у него как у морского ежа.

Вместо ответа он задал свой вопрос:

— Как ты это сделала раньше?

— Придётся уточнить. Я делаю много всего.

Кожа вокруг его глаз напряглась от хмурого взгляда:

— Во время допроса. Как ты их обманула?

— А, это! — Алекс закружилась на месте, разглядывая освещённый потолок. — Ты так мало верил в меня, я посмотрю. Я справилась с первого раза!

Честно говоря, Алекс понятия не имела, как она это сделала, но она всё равно вела себя самодовольно.

— Как? — снова спросил он.

— Не знаю, Оззи. — Она вздохнула, начав рыться в множестве шкафов. — Я просто почувствовала это и смогла воспротивиться.

Озед сделал шаг к ней:

— Воспротивилась?

— Да. Отвергла. Сказала «нет». Оттолкнула. Ударила старым добрым один-два. Как хочешь называй. Просто не дала этому сработать. Не знаю, как ещё сказать.

— Но как насчёт после? Как ты заставила их думать, что на тебя подействовал Свэй? — настойчиво спросил Озед.

Алекс знала, что не должна так радоваться лжи инопланетной полиции, но знание того, что она впечатлила супер-впечатляющего, невероятно горячего парня перед ней, заставило её расправить плечи.

— Да ладно. Я участвовала во всех школьных спектаклях, когда была маленькой, а потом пошла в художественный колледж на киноискусство. Я умею играть. Ты сказал, что я должна повторять, так что я просто смешала Дракулу и Кандидата Маньчжурии и добавила немного Жасмин в меру. Всегда считала Джафара недооценённым злодеем. Я имею в виду, что этот султан просто сидел на заднице весь день и позволял своим людям голодать, понимаешь?

Она поймала пустой взгляд Озеда и пробормотала:

— Правильно. Ты не имеешь понятия, о чём я говорю. Мне придётся поработать над этим. Вероятно, половина того, что я говорю, — это отсылки к фильмам.

— Свэй знает, когда его влияние было разрушено. Как ты обманула Релли? — Озед встал перед ней, требуя её полного внимания.

— Можно это съесть? — спросила она, держа в руках большой пушистый жёлтый овал.

Словно молния, Озед выхватил его из её рук и уставился на неё.

— Вы, мужчины! Вы все одинаковые, независимо от планеты. Никто из вас никогда по-настоящему не обращает внимания на женщин в комнате, верно? Пока вы и Офицер Мудак устраивали соревнование взглядов, Релли поняла, что я вышла из транса. Всё на её лице говорило об этом; вы просто не заметили.

При озадаченном выражении Озеда Алекс уточнила

— Она поняла это и помогла нам. Она знает, что я солгала.

Понимание пришло к нему, и его глаза расширились. Затем он провёл большой рукой по светлым волосам.

— Это нехорошо. Ещё один человек знает. Демскив знает.

— Да, а кто такие демскивы? — спросила Алекс, понюхав бутылку с густой коричневой жидкостью. Пряность и кислотность обожгли её ноздри, и она быстро втолкнула пробку обратно.

Озед ходил по комнате, теребя подбородок рукой в задумчивости.

— Это женщина, которая решила не выбирать нового мужа. Она просто продолжает продлевать контракт с одним мужчиной.

— И это плохо? — Что за чёрт? Он очень кратко рассказал ей о временных браках, но теперь дал понять, что на постоянные отношения здесь смотрят свысока. Ее мать перевернулась бы в гробу от одной этой мысли.

— Да. Оставаясь с одним мужчиной, с которым она не связана брачными узами, она лишает всех других мужчин шанса, которые могли бы стать её мужьями. По крайней мере, она добилась того, что стало еще больше мужчин, у которых никогда не будет возможности проявить себя в качестве отличных мужей и отцов

— Ты только что ещё больше запутал меня.

Его глаза задержались на ней, как будто он только что вспомнил, что она здесь. Он ещё раз окинул её взглядом, затем вздохнул.

— Иди искупайся. Я приготовлю нам еду, пока ты будешь это делать. Потом я постараюсь всё объяснить.

— Мы не можем поесть сначала? — Алекс едва сдерживала отчаянное нытьё в голосе. — Я голодна… буквально, если ты не заметил.

Используя свои мощные бёдра, он направился на кухню и снова начал рыться в шкафах. Он бросил ей лозу с ягодами, падающими по сторонам.

— Вот, ешь это, пока будешь купаться. Ты, возможно, привыкла к своему запаху, но я нет.

Её ладони сжались от смущения, и она случайно раздавила маленькую ягоду в руке. Боже, как же она, должно быть, пахнет. Проведя недели в лесу? Она удивилась, что он так долго продержался, не упомянув об этом.

Откусывая горошинообразные, сладкие ягоды с лозы, она осматривала комнату. Здесь не было ни двери, ни комнаты, ни туалета.

— Мне понадобится небольшая помощь с купанием. Мне использовать раковину?

Озед оглянулся через плечо на неё и обвёл глазами комнату. Казалось, собрав все свое терпение, он прошел в пустую часть комнаты и жестом пригласил ее присоединиться к нему. Теперь, когда она присмотрелась повнимательнее, пол, на котором они стояли, был не круглой деревянной инкрустацией, как она думала, а сегментом пола.

После громкого «Вверх!», раздавшегося от Озеда, часть пола поплыла вверх и сквозь теперь уже пустой круг потолка над ними, пока они не оказались в коридоре другого этажа, где одна дверь была справа, а другая слева.

Он шёл впереди, заглядывая в обе комнаты, пока Алекс незаметно пожирала оставшиеся ягоды. Они лежали, как рисовые крупинки, в зияющей пропасти, которой был ее пустой желудок.

— Сюда. Это твоя комната, — сказал Озед, указывая на одну из дверей.

Алекс мельком взглянула на другую комнату, проходя мимо, и увидела небольшую, но уютную спальню.

Эта другая комната также была спальней, но намного больше по размеру. И роскошно украшена перьями и мехами. Он дал ей лучшую комнату. Она подавила улыбку при этой мысли.

Голос в её голове жалел о том, что им не придётся делить кровать. Она прошла мимо него и заметила, что его глаза задержались на огромном матрасе, плавающем в нескольких футах от земли. Он думал о том же?

— Нужно показать, как пользоваться пенным душем?

Ягоды мгновенно скисли у нее в желудке. Она уставилась в землю, пытаясь произнести свои следующие слова так, словно они ничего не значили. Не стоит зацикливаться.

— Нет, у них был такой в… в бункере.

В тот же миг Озед, стоявший напряжённо, напрягся ещё больше. Его губы сжались, и его ноги раздвинулись, как будто он готовился к землетрясению. Его кадык дернулся, но всё, что он сказал, было:

— Логично.

Она подняла на него бровь. Больше озадаченная, чем раздражённая его равнодушным тоном. Было очевидно, что он что-то чувствует, но предпочитает держать всё в себе. Ты крепкий орешек, Оззи.

Она отступила в спальню, внимательно его разглядывая, пока он наконец не огляделся по сторонам, словно ему стало некомфортно под её взглядом, и не ушёл.

Глава 7

Через несколько минут Озед воспользовался пенным душем в ванной своей комнаты, чтобы очиститься, затем вернулся на нижний уровень гнездового дома и начал готовить еду из ингредиентов из скромно укомплектованных шкафов. Его приготовление было неуклюжим, даже небрежным, и он почувствовал прилив раздражения от того, что он не практиковал навыки, которые выучил на кулинарных занятиях в школе мужей. Он никогда не готовил сам дома, предпочитая вкусные готовые блюда в виде батончиков. И как старший стражник Жемчужного храма, он был свободен от брака, так что практиковать это умение всегда казалось бессмысленным.

Что же теперь будет? Придется ли ему отказаться от своей высокопоставленной должности? Нет, подумал он с оттенком раздражения. Александра ясно дала понять, что не будет выходить за него замуж на самом деле. Это было всего лишь спектакль. Как только они вернутся в Треманту, он приведет её в Храм и возобновит свою обычную жизнь, оставив этот промах в прошлом и молясь, чтобы никогда больше не пришлось посещать Совен.