Все в толпе, казалось, все подались вперёд, когда длинный мужчина напрягся, чтобы прыгнуть. Он прыгнул к обручу, находясь в воздухе, и толпа затаила вдох. Он никогда не достигнет его.

В последнюю секунду он перевернулся в воздухе, поймав обруч своим хвостом. Используя инерцию качания, он поднялся к финальному обручу. С ненужным бахвальством он вернулся на сцену над золотым кольцом и поднял руки в знак победы, наслаждаясь громкими аплодисментами, которые гремели вокруг него.

Из толпы раздался громкий звон, а не аплодисменты, и Алекс огляделась, чтобы найти источник. Клеканиане, теперь стоявшие на ногах, начали быстро трясти своими хвостами, как гремучие змеи, создавая какофонию звонов от колец, обвивающих их.

Из кармана под столом Озед вытащил коллекцию золотых колец, связанных кожаной верёвкой, и вручил пучок каждому из них. Они трясли пучками в воздухе, присоединяясь к аплодисментам.

Звук только усилился, когда Гостен, используя чистую силу, подтянулся к обручу, не нуждаясь в использовании хвоста, и поднялся на сцену с другим мужчиной. Он улыбнулся и помахал. Мег поднесла указательный и большой пальцы к губам и свистнула так громко, что Даунет и Озед вздрогнули. Бурные аплодисменты продолжались, пока пятый мужчина не поднялся на сцену с лёгкой хромотой.

Невеста, одетая в великолепное разноцветное платье, плыла к сцене, улыбаясь мужчине, который выиграл. Его улыбка была широкой и заразительной, когда он смотрел на её приближение. Она подошла к нему и скромно обвила свой хвост вокруг его. Миловидность этого жеста заставила мозг Алекс перегрузиться, и её сердце затрепетало. Мег отреагировала аналогично, выпустив писк и прижав руку к груди.

После некоторого времени сцена была очищена, но громкий гул толпы продолжался, пока люди выходили из арены к различным собраниям по всему городу.

— Вы готовы к вечеринке? — закричала Мег, возбуждённо улыбаясь.

Глава 24

Озед смотрел на Алекс из другого конца комнаты, пока она болтала с Мег и двумя другими сауэнианцами, которых он не знал. Захватывающая игра, которую они наблюдали ранее сегодня, помогла отвлечь его, но она не могла сравниться с бурей, охватившей его внутри.

Всю ночь и день он думал о том, что ему следует сделать. Должен ли он попросить её остаться с ним навсегда? Стоит ли ему действительно забыть всё то, чем он когда-либо дорожил, изменить свои основные убеждения, чтобы быть с ней?

Он использовал эту вечеринку как испытание для себя. Как только они вошли, он был напряжён. Мужчины и женщины пристально смотрели на неё и Мег, украдкой пытаясь их понюхать, проходя мимо, или пытаясь войти в их разговоры. Все мышцы его тела были натянуты как струна.

Он едва мог поддерживать свои собственные разговоры, потому что его сердце замирало в горле каждый раз, когда к ней подходил новый человек. Будет ли этот человек тем, кто её узнает и отберёт у него навсегда?

Он хотел понять, сможет ли он справиться с постоянным трением против его трахианской природы, и он понял, что не может. Лёгкое раздражение продолжало нарастать и превращаться во что-то гораздо более опасное. Следующий человек, который слишком долго будет держать её за руку, когда она будет учить их земному приветствию, лишится её.

— Как ты себя чувствуешь сегодня вечером, Озед? — его внимание переключилось на Релли, которая в какой-то момент подошла к нему. Её брови были приподняты в смеси любопытства и беспокойства.

— Я в порядке, Релли, а ты? — его голова резко повернулась в сторону на вспышку движения возле Алекс, но это была всего лишь Мег, вернувшаяся с напитками для себя и Даунет. Он выдохнул.

— Ты в порядке? — спросила Релли.

Озеду потребовалось мгновение, чтобы осознать её вопрос. Он снова посмотрел на неё и увидел в её выражении, что она уже знала ответ.

Она тяжело вздохнула, и он увидел отблеск понимания в её жёлтых глазах.

— Насколько далеко ты зашёл? — спросила она.

Он сжал челюсти и глубоко выпил из своего стакана, заставляя себя сосредоточиться на Релли.

— Я не знаю, о чём ты говоришь.

Она поджала губы и приподняла бровь.

Его плечи опустились, когда он выдохнул, разочарованный.

— Я поглощён, — пробормотал он наконец, не зная, как описать подавляющие чувства, которые он испытывал к Алекс. Как может одно чувство одновременно поднимать тебя выше, чем когда-либо, и подавлять тебя в чёрной тьме?

Релли кивнула, улыбка коснулась её губ.

— Это то, что я чувствовала к Джуту.

— Но… — он замолчал, не привыкший говорить так лично с почти незнакомыми людьми, особенно с женщинами. — Но разве не трудно, как все к вам относятся, и… что, если придёт больше людей? Что, если он узнает кого-то ещё?

Лицо Релли побледнело на долю секунды, и чувство вины охватило Озеда. Он не должен был внушать ей такие мысли. Это было неумышленно, но всё равно жестоко.

Она посмотрела на Джута, который вежливо слушал очень пьяного и очень счастливого Гостена, пересказывавшего ту же историю, которую он рассказывал с момента прибытия, и улыбнулась мягко.

— Скажи, это произошло. — Она повернулась обратно к Озеду. — Если бы он узнал кого-то ещё. Это разбило бы мне сердце, но это не изменило бы все те счастливые годы, которые мы провели вместе. По крайней мере, у меня бы это было. Когда я думаю о том, где бы я была, если бы не осталась с ним… — она сглотнула. — Я бы всё ещё была несчастной и одинокой. Вступала бы браки и притворялась, что каждый раз, когда мне приходилось покидать новый дом, я не чувствовала пустоту.

Её слова сильно ударили его, сжав его грудь, потому что это было именно так. Когда Алекс не было рядом, он чувствовал себя пустым. Она вернула его к жизни.

— Но, — добавила Релли с сочувствием, — я признаю, что это не совсем то же самое. У меня не было женщин, рвавшихся поговорить с Джутом. И быть узнанным никогда не было проблемой. С таким малым количеством людей это всё ещё не проблема. Я понимаю, что для тебя это иначе. И я могу понять твоё беспокойство.

И он снова вернулся к началу. Озед сделал ещё один долгий глоток из своего стакана.

— Ты говорил с ней об этом?

— Я решил подождать, пока сам не пойму, чего хочу. Нет смысла приходить к ней с новыми проблемами. Она уже прошла через многое.

Алекс поймала его взгляд и улыбнулась. Она помахала ему рукой с другого конца комнаты. Мег посмотрела между ними, а затем наклонилась к Алекс, чтобы что-то прошептать. Улыбка Алекс поблекла. Она кивнула в сторону балкона, и они ушли, исчезнув за раздвижной дверью.

— Озед! — проревел Гостен, шагая к ним и слегка покачиваясь. — Вы с Алекс смотрели игру сегодня?

Ну, поехали.

— Да, мы смотрели.

— Ты видел этот финал? Ешууту был невероятен!

— И ты тоже был. — Он улыбнулся, хлопнув мужчину по спине.

Воспользовавшись этим как сигналом, Гостен пересказал игру со своей точки зрения.

— Я был на полпути вверх, когда увидел…

Озед не мог не улыбнуться и слушать, как мужчина повторяет свою историю успеха. Неудивительно, что он был так рад. Очки, которые он получил, вероятно, удвоят его общий счёт. Через несколько недель ему почти гарантирована жена.

Озед подавил вспышку зависти и заставил себя порадоваться за мужчину.

***

— Так что происходит между тобой и ледяным красавчиком? — спросила Мег.

Алекс улыбнулась, но улыбка была натянутой.

— Не знаю, правда.

Мег подняла брови в удивлении.

— Позволь спросить тебя кое-что, — сказала Алекс, поджав ногу и повернувшись к Мег. — Насколько это реально… или, наверное, насколько это возможно… Ух, я не знаю, как это спросить. — Она вздохнула. — Это возможно? То, что нас отпустят обратно на Землю, я имею в виду?

— Ага, — кивнула Мег. — Беспокоишься начать что-то, что не сможешь довести до конца?

Алекс поморщилась. Как идиотка, она уже начала.

— Более или менее.

— Хочешь правду?

— Да, — простонала Алекс.

— Думаю, это реально возможно. Может, не скоро, но достаточно скоро, — Мег наклонила голову и посмотрела через лес. — Если бы только мы, люди, жаловались на это, я бы не придала этому значения. Но это не так. Каждый город, каждый лидер, каждый кликанец хочет, чтобы люди сюда приезжали. Целая планета развитых, могущественных, путешествующих в космосе существ работает вместе, чтобы это произошло. Я даже представить себе не могу, как быстро будут решаться все бюрократические вопросы, когда все борются за одно и то же.

Алекс расстроилась. Часть ее надеялась, что идея возвращения домой будет настолько нереалистичной, что она сможет отказаться от нее. Но если есть хоть малейшая возможность, она должна попробовать… разве не так?

— Из того, что я слышала на встречах, которые проводит королева в Храме, единственное, что может задержать нас, это другие планеты в Альянсе. Им совершенно наплевать на то, чтобы раскрыться людям, — добавила Мег с раздраженными сжатыми губами. — Они просто хотят использовать свои голоса как рычаг давления, чтобы получить другие ресурсы от Кликании. Или так считает королева. Она умная женщина. Справедливая и твердая. Не льет воду, как мы бы ожидали.

Алекс смотрела на светящиеся огни, мерцающие вокруг висящих гнезд Савена. Они были ярче сегодня ночью и разноцветные. Жаль, что она сама не чувствовала того же.

— Это то, что беспокоило тебя сегодня? Ты скучаешь по дому?

— Конечно, скучаю. Скучаю по семье и друзьям. Скучаю по фильмам и знакомой еде и солнечному свету. Скучаю по тому, чтобы не думать о своих действиях каждую. Черт. Секунду. — Она подняла руки к небу. — Мне нужно найти способ вернуться домой. Не могу представить, через что проходит моя семья.

— А как насчет Озеда?

Алекс пришлось сделать глубокий вдох; слезы, поднявшиеся на поверхность только от мысли о том, чтобы оставить его, обжигали.

— Мы знали с самого начала, что это временно. У него есть работа, к которой он должен вернуться, и он не может быть женат, пока он главный охранник. Если я просто собираюсь оставить его, чтобы вернуться домой, то какой в этом смысл вообще? — Она должна начать привыкать к этому. Горечь от того, насколько это все несправедливо, поднималась в горле. — Кроме того, он такой жесткий. Мы бы никогда не ужились в долгосрочной перспективе. Он едва терпит саму идею де́мских.

Раздавшийся за их спинами кашель заставил их обеих обернуться. Сердце Алекс остановилось.

Озед стоял в дверном проеме дома, мускулы напряжены, а глаза холодны и тверды, как лед.

Мег чертыхнулась про себя и бросила извиняющийся взгляд на Алекс. Затем она прошипела сквозь зубы:

— Может, мне стоит… уйти?

— Это хорошая идея, — почти прорычал Озед. — Король Бет хочет встретиться с нами в гнезде, чтобы обсудить наш отъезд завтра. Сейчас же.

Сколько он услышал? Алекс сделала дрожащий вдох. Впрочем, она не сказала ничего неправдивого.

Мег обняла ее.

— Увидимся завтра утром, ладно?

Алекс кивнула, не в силах произнести ни слова, когда Мег поспешила мимо Озеда и исчезла из виду.

Он долго держал ее взгляд, нерв дергался на его челюсти.

— Иди внутрь и попрощайся, — пройдя мимо нее, он направился к ряду платформ для путешествий, готовых к использованию.

Сердце по-прежнему колотилось в груди, Алекс бросилась внутрь. Они специально попрощались с новыми друзьями из Сауэна на протяжении всей ночи, зная, что не увидятся снова перед отъездом на следующее утро, но она не могла уйти навсегда без последнего прощания.

Ее мысли были наполовину заняты яростным, раненым мужчиной, ожидающим ее снаружи, когда она натянула улыбку и пожала руки Фенуту и Калепу.

— Было так замечательно познакомиться с вами. Надеюсь, я смогу увидеть вас снова когда-нибудь.

— Может, ты сможешь вернуться, когда я буду соревноваться через несколько лет, — ухмыльнулся Калеп.

— Да, может быть, — ответила Алекс. Она надеялась, что однажды она почувствует себя достаточно комфортно, чтобы снова посетить Савен, но вынужденное заключение здесь за последнюю неделю могло потребовать больше нескольких лет для преодоления. Она взглянула на Гостена, который лежал на низком диване с широкой улыбкой на лице. — Можете сказать Гостену, что я сказала до свидания? И передайте ему поздравления еще раз. Он был потрясающим.

Далее Алекс нашла Релли и Джута, обменившихся взглядами в углу, и остановилась, не зная, стоит ли прерывать их.

Релли заметила ее прежде, чем она успела решить.

— Алекс, ты уходишь?

— К сожалению, — она вздохнула. — Спасибо вам обоим за все. Хочу, чтобы вы приехали в Треманту как можно скорее, ладно?

Джут улыбнулся.

— Нам придется подождать до зимы, чтобы избежать солнца.

Алекс наклонила голову.

— Хм, это верно. Ну, тогда не могу дождаться зимы, — она схватила Релли за бицепсы обеими руками. — А ты. Ты потрясающая, удивительная женщина, и тебе действительно нужно найти другую работу.

— Расскажи мне об этом. Хотя я не знаю, что такое единорог, — Релли засмеялась. — Проблема в том, что я люблю быть рейнджером. И по крайней мере, если я рейнджер, я могу следить за тем, чтобы к людям, как я, относились хорошо. Фиерад труден в работе, но я могу справиться с ним.

— Хорошо, — Алекс крепко обняла Релли и попрощалась, затем направилась к крыльцу. Она сделала успокаивающий вдох перед тем, как выйти на улицу. Увидев Озеда, пылающего от гнева на платформе для путешествий, она содрогнулась. Она не хотела этого разговора. Как только они это обсудят, все, что было между ними, закончится.

Он повернул свое тело на платформе, чтобы освободить место, молчаливо прося ее подняться. Как только ее обе ноги оказались на платформе и ее руки коснулись поручня, он взлетел.

Тепло, которое обычно исходило от его тела и согревало ее спину, теперь ощущалось иначе, как тысячи маленьких уколов против ее кожи.

— Озед, насчет того, что я сказала…

— Что именно? — пробормотал он.