Релли огляделась и поморщилась.

— Это… немного перебор.

Алекс обменялась с Озедом широко раскрытыми глазами, затем пробормотала:

— А ты как думаешь?

— Идём со мной. — Она повела Зеда и Алекс к небольшому магазину неподалёку и предложила им подождать снаружи. Пока они ждали, к Алехандре подошли ещё трое мужчин. К этому моменту зубы Озеда, должно быть, превратились в пыль.

Релли высунула голову и помахала им, приглашая внутрь, затем закрыла и заперла дверь за собой.

Внутри они обнаружили небольшой магазин одежды. Яркие золотые и тёмно-синие ткани драпировали стены и потолок, делая комнату уютной и защищённой от суеты снаружи.

— Я сказала Фенуту здесь, что если он закроет свой магазин для нас, Алехандра встретится с ним и его сыновьями.

Пожилой мужчина стоял за стойкой с образцами тканей и улыбался им. Он поднял хвост и кивнул сначала Алехандре, а затем, к удивлению Озеда, сделал то же самое с ним и Релли. По крайней мере, этот наблюдатель был уважителен.

— Что думаешь, Озз… Озед? — Она только что остановила себя от того, чтобы назвать его Оззи, и ему захотелось, чтобы он не отговаривал её от этого. Хотя это и не было принято, использование прозвища показало бы всем в радиусе слышимости, кого предпочитает эта женщина и с кем она уйдёт.

— Я наслаждаюсь тишиной, и если тебе удобно встретиться с этим мужчиной и его сыновьями, я буду рад остаться.

Она выдохнула долгий, сдержанный вздох.

— О, хорошо! Мне нужен перерыв.

Поняв, что ему предоставляется возможность, которой очень немногие когда-либо пользовались, мужчина суетливо подошёл.

— Здравствуйте, невероятный человек! Я Фенут. Так чудесно встретиться с вами — пожалуйста, присаживайтесь. Я сразу же принесу для вас просмотрщик, если вы предоставите мне свои размеры.

— Мои размеры? — Алекс посмотрела на Озеда в недоумении, и он проклял себя за то, что не понял, что ей нужны размеры, если он собирался покупать ей одежду. Он настолько отвык от этикета мужей, что это было смешно.

— Чтобы сшить тебе одежду. Им нужно знать твой размер.

Понимание озарило её глаза.

Релли вмешалась.

— Я могу помочь, если у вас есть сканер и комната для примерки.

Фенут кивнул, явно облегчённый, и вернулся в мгновение ока с небольшим сканером для измерений.

— За чёрной занавеской в глубине. — Он указал на узкий коридор и, бросив быстрый взгляд на Озеда, она последовала за Релли.

Владелец кафе наблюдал за её удалением с напряжённым любопытством, его хвост подёргивался, сворачиваясь и разворачиваясь вокруг его ноги. Когда она наконец исчезла из виду, он, казалось, вспомнил, что Озед существует.

— О! А вы будете заказывать одежду?

Он ненавидел одежду, которую ему предоставили. Она была слишком тесной и не покрывала достаточно кожи, но комплимент Алехандры эхом отозвался в его голове, заставив его застыть, не в силах выбрать между комфортом и тщеславием. Наконец, он проворчал.

— Да.

Фенут поспешил записать его размеры, радуясь возможности уйти от Зеда. Когда он вернулся с просмотрщиком и меню для еды, Озед пролистал варианты одежды, наполовину отвлечённый, так как его взгляд снова и снова возвращался к занавеске, за которую исчезла Алехандра.

Может быть, он мог бы купить несколько традиционных жилетов… чтобы почтить культуру, конечно.

***

— Ты не представляешь, как я рада тебя видеть! — прошептала Алекс, когда они с Релли остались одни.

Брови Релли взлетели от удивления, и на её губах появилась робкая улыбка.

— Правда?

— Да, правда. — Алекс засмеялась, её брови нахмурились. Почему Релли так удивилась? Алекс теперь знала, что, будучи демскивом, жизнь Релли была сложной. Сложнее, чем должна была быть, но неужели она думала, что все её не любят… неужели?

Искренняя улыбка преобразила лицо Релли, и она выдохнула.

— Очень приятно снова видеть тебя, Александра.

— Ты можешь звать меня Алекс, если хочешь, — сказала

Она, осматривая комнату. Она выглядела как типичная примерочная, хотя большая парящая скамья была новой.

— Новость о том, что ты останешься на несколько дней, разлетелась очень быстро. Все об этом говорят, — прошептала Релли. Оглядываясь на занавешенную дверь, она добавила: — Фиеред всё ещё зол. Он работает день и ночь, чтобы доказать, что Озед врёт.

— Что Озед врёт? А как же я?

Релли пожала плечами.

— Ну, теперь он считает, что тебя заставили участвовать во всей этой ситуации… — Она бросила на Алекс внезапно обеспокоенный взгляд, её светло-бирюзовые брови нахмурились, и она наклонилась вперёд, понижая голос ещё больше. — Тебя ведь не заставляют, правда? Этот мужчина не вынуждает тебя утверждать, что он твой муж?

Алекс подавила смех рукой, прежде чем прошептать

— Если бы всё зависело от него, я уверена, он бы с удовольствием бросил меня в комнату к другим людям и больше никогда не упомянул об этом.

— О. — Она облегчённо выдохнула, но потом подняла брови в вопросе. — Хорошо?

Алекс вздохнула. Хорошо ли, что Озед хотел бы избавиться от неё?

— Наверное. Он начинает мне нравиться, но я не уверена, насколько хорошо мы бы сработались, понимаешь? Он такой напряжённый, а я… нет. И потом, здесь брак странный, и если бы всё получилось, я бы, вероятно, оказалась в твоей ситуации и стала бы демскивом, и я не уверена, что смогла бы вынести такое отношение, как к тебе. Это просто ужасно, кстати. Мне так жаль, что тебе приходится иметь дело со всеми этими сплетниками. Это твоё дело, а не их.

— Я это очень ценю, — прошептала Релли, и Алекс могла видеть в её сияющих глазах, что это мягко сказано. — Я поступала правильно всю свою жизнь, знаешь. Я была замужем — она задумалась, посмотрев на потолок — семь раз до встречи с Джутом, и мне никогда не удавалось подарить ни одному из моих мужей ребёнка. Но с ним всё было иначе. Ему было всё равно на это. Он просто хотел быть рядом со мной, и он… видел меня. Когда пришло время уйти от него, я не смогла. Это тяжело, как к нам относятся, но для нас это того стоит.

— Я бы хотела когда-нибудь встретиться с ним. Может, мы могли бы поужинать все вместе?

Мечтательная улыбка, которая распространилась по лицу Релли, когда она говорила о своём муже, стала ещё шире.

— Да! Это было бы прекрасно! У меня так много вопросов о людях. Правда ли, что вы ездите на огромных насекомых на своей родной планете вместо транспортных досок?

Алекс засмеялась.

— Нет, и я даже не могу представить, как начался этот слух.

— О. — Рот Релли скривился от разочарования. Она подняла сканер, который держала, и попросила Алекс раздеться, чтобы снять с неё мерки.

После долгой, задумчивой паузы, пока Алекс раздевалась, Релли сказала:

— Сестра моего мужа рассказала ему, что её подруга встретила человека из Треманты, и они сказали ей, что земные дети могут убивать своим криком, как сефа. — Она подняла брови с любопытством.

— Опять ложь, — засмеялась Алекс, вращаясь на месте для сканера. — Либо сестра твоего мужа никогда не встречала человека, либо человек, которого она встретила, подшутил над ней.

Наклонив голову, Релли посмотрела на пол.

— Значит, это должно быть неправдой, что вы прикасаетесь ртами к тем, кого находите привлекательными.

— Прикасаетесь ртами… Ты имеешь в виду целоваться? Да, мы целуемся. Вы не делаете этого здесь?

— Это правда? Как странно. Но ведь это должно быть так мокро! — Она засмеялась и повела плечами, как будто только что коснулась чего-то особенно слизистого. Она опустила сканер и сказала: — Можешь одеваться снова.

Алехандра замерла и вспомнила странный взгляд, который Озед бросил на неё, когда она его поцеловала. Она застонала от смущения, одеваясь. Неужели она совершила что-то, что считалось невероятно странным и, возможно, даже извращенным, еще до того, как узнала его имя? Неудивительно, что он считал ее такой странной.

Релли весело болтала с Алексом, пока они возвращались к столику. Когда она заметила, что Озед, потягивая из большой деревянной кружки, выглядит потрясающе и властно, ее щеки вспыхнули.

Не поэтому ли он всегда смотрел на ее губы с таким непроницаемым выражением?

Глава 12

Пока Релли помогала ей совершать покупки с помощью невероятно крутой голографической голограммы, взгляд Алекс всё время скользил к Озеду. Она начала задумываться о том, почему он все время бросает странные взгляды в сторону Релли. Ревность разожгла огонь в ее животе, прежде чем она изучила взгляды более внимательно. Они не показались ей интересными, но что она знала? Возможно, утонченность была предпочтительным способом флирта.

— Ты уверена, что больше ничего не хочешь? — снова спросила Релли, убирая маленький куб, который проецировал изображение Алекс в разной одежде.

— Нет, — ответила Алекс с поджатыми губами. Сразу же она одёрнула себя. Это не Земля, и странные взгляды Озеда в сторону Релли не обязательно что-то значат. И даже если и значат, она не имеет права быть недовольной. — Это хорошее место. — Она выдавила улыбку и сделала глоток сладкой тёплой жидкости, которую подал Фенут. — Ты часто сюда приходишь?

Релли устроилась на диване без спинки поудобнее и улыбнулась.

— Да, часто. Жена Фенута, когда была жива, тоже была демскивом, поэтому он и его два сына всегда были к нам очень добры.

Сидя напротив Релли, Озед незаметно опустил взгляд и сделал ещё один глоток своего напитка. С сожалением, заметила Релли. Её хвост, свисавший с края скамейки, метался взад и вперёд, а плечи слегка опустились. Фенут, который направлялся к их столу с новыми напитками, тоже, казалось, сосредоточился на реакции Озеда.

Алекс хотела бы стукнуть Озеда по затылку. Почему он так себя ведёт? Это не было проявлением интереса, теперь она это поняла. У него был предвзятый взгляд на демскивов. Теперь это было видно, когда облако ревности рассеялось.

Ну что ж, фальшивый жених или нет, им предстоит долгий разговор об этом, как только она убедится, что Релли не подслушивает.

— Я оставил сообщения для моих сыновей. Надеюсь, они получат их вовремя и придут встретиться с вами до вашего отъезда, — сказал Фенут, присоединяясь к ним за столом с новыми напитками.

Алекс не знала, как правильно ответить, поэтому просто кивнула в знак согласия. Хотя Озед говорил, что улыбаться не принято, она не могла не заметить, что и Релли, и Фенут улыбались. Может быть, это было потому, что они находились в более расслабленной и интимной обстановке?

Черты лица Фенута смягчились, что свидетельствовало о том, что её невербальный ответ был достаточным. Но затем он состроил недовольную гримасу в сторону Озеда.

— Ты когда-нибудь встречал демскивов, Озед?

И Озед, и Релли напряглись. Может, разговор состоится прямо сейчас? Помог бы открытый диалог или наобарот навредит?

Он сделал глоток своего напитка, который длился дольше, чем нужно, удерживая взгляд Фенута. Наконец, он ответил.

— Нескольких.

— И что ты думаешь по этому поводу?

Алекс попыталась изобразить легкое любопытство, чтобы не показаться осуждающей, хотя ее разум умолял его не выставлять себя ослом. Она взглянула на Релли и увидела, что ее другу было так же неуютно, как и ей самой, если не больше.

— У меня смешанные чувства, — медленно ответил Озед, направив каменный взгляд на Фенута, который ответил тем же.

Фигура Озеда была неподвижной и внушительной, его твёрдые губы сжались в угрюмую линию, но ей показалось, что его беспокоило не столько само существование демскивов, сколько прямолинейность, с которой его призывали выразить своё мнение.

Ее совсем не удивило, что Озед был замкнутым человеком. Оглядываясь назад, можно сказать, что он вообще ничего не рассказывал ей о себе, хотя говорил довольно много.

Фенут переплел пальцы и поднял бровь, ожидая, когда Озед развернёт свою мысль. Напряжение в воздухе вокруг стола росло.

Опустив руки на колени, Алекс начала крутить своё золотое кольцо на пальце. Взгляд Озеда сместился на её движения, и между его бровями появилась небольшая морщинка.

Он выпустил вздох поражения. Подбирая слова, он заговорил:

— Состояние нашей планеты такое, какое оно есть, я должен согласиться с теми, кто считает, что отказ дать другим мужчинам возможность иметь семью — это… печально.

Алекс, Релли и Фенут заёрзали на своих местах одновременно от его заявления.

— Но, — продолжил он, — моя мать сама была демскивом. Инопланетянка, но всё же… она решила остаться с одним мужчиной. Я видел, как они относились друг к другу. И я видел, сколько счастья может принести такой союз.

Алекс смотрела на Озеда, пока он говорил, отказываясь встретиться с её взглядом. Этот маленький кусочек информации притягивал её к нему, как Индиану Джонсу к драгоценному артефакту. Она хотела узнать больше о нём. Какой была его жизнь с матерью-демскивом, к тому же инопланетянкой. Он постоянно говорил ей, что она не ведет себя как клеканец, и что он хочет, чтобы она вела себя как они. Было ли это потому, что он всю жизнь старался быть больше похожим на клеканца? Чтобы разорвать все связи с тем, что было неприемлемо в этом обществе?

— Так ты понимаешь, верно? Как ты можешь презирать нас за то, что мы хотим того же самого? — почти умоляя, спросил Фенут, наклонившись к Озеду с морщинами непонимания на лбу.

Озед немного подумал, прежде чем ответить

— Из-за тех мужчин, за которых я отвечаю, и множества мужчин, с которыми я сражался бок о бок. Они работают так усердно, чтобы быть выбранными, и они честные мужчины. — Он покачал головой, и она увидела настоящий отблеск печали и замешательства в его глазах. — Мой отец очень любил мою мать, но всегда чувствовал вину. У них было шестеро детей. Шестеро. Когда у большинства никогда не будет ни одного. Если бы она соответствовала и вышла замуж за других мужчин, она могла бы подарить хотя бы немного счастья многим. Не столько, сколько у неё и моего отца было вместе, но всё же. Однако, глядя на мою сестру, я вижу боль, которую она носит внутри. Она позволила себе стать слишком близкой с первым мужем, и ей было очень больно расстаться с ним. Я часто думаю, не лишаем ли мы женщин счастья тоже.