Барьер вокруг арены вспыхнул ярче, запечатывая нас с Найтовым внутри. Воздух задрожал от напряжения магии, а в ушах появился тихий гул. Как будто кто-то натянул невидимую струну и теперь она вибрировала на грани слышимости.

— Поединок между временным патриархом Терры-13, Марком Эфиром, и представителем рода Найтовых из Терры-12, Вальтером Найтовым, объявляется открытым! — голос распорядителя прозвучал откуда-то сверху, эхом разносясь по залу.

Найтов сделал шаг вперёд. Его глаза сузились, а на губах играла лёгкая улыбка. Как у кота, который уже мысленно пробует на вкус добычу.

— Ничего личного, мальчик, — произнёс он, разминая пальцы. — Просто так сложились обстоятельства.

Вальтер топнул ногой. Мощная волна силы прошла сквозь пол арены, и земля вздыбилась, формируя острые каменные пики, устремлённые прямо в меня. Они выстреливали из пола с такой скоростью, что обычный человек просто не успел бы среагировать.

Хорошая попытка. Для начала.

Уклонился, скользя между пиками, словно вода между камнями. Эфир внутри меня подсказывал, где появится следующий выступ, давая драгоценную долю секунды на реакцию. Камни пронзали воздух там, где я только что находился.

— Неплохая реакция, — кивнул Найтов, не прекращая улыбаться. — Но это только разминка.

Он взмахнул руками, и в воздух взмыли десятки каменных осколков, закружившись вокруг него, как рой сердитых ос. Одно движение пальцев — и они устремились ко мне, целясь в жизненно важные точки: глаза, шею, сердце.

Эфир под кожей забурлил, требуя выхода. Но я сдержал его. Ещё рано показывать все карты. Сейчас важнее понять, с чем я имею дело, оценить силу и технику противника.

Взмахнул рукой, создавая тонкую серебристую пелену эфира — достаточную, чтобы отклонить летящие осколки. Но не настолько явную, чтобы раскрыть истинную природу моей магии и все замаскировать под свет. Камни зашипели, соприкасаясь с эфиром, и разлетелись в стороны.

Найтов прищурился. Его зрачки расширились от удивления, а затем снова сузились. Он явно не ожидал, что я так легко отражу его атаку.

— Интересно, — пробормотал он. — Очень интересно.

Я не стал ждать следующего хода. Сделал короткий выпад, направляя узкий луч эфира в его грудь — не опасный, но достаточный, чтобы проверить реакцию. Вальтер мгновенно создал перед собой каменный щит, толщиной не меньше полуметра. Луч эфира ударил в преграду, оставив едва заметный скол.

— Магия света? — Найтов склонил голову набок. — Необычная вариация. Она ощущается… иначе.

Пожал плечами.

Краем глаза заметил движение среди зрителей. Лок, стоящий у барьера, напряжённо наблюдал за боем. Рядом с ним застыл Торс, на его лице — обычная стоическая маска, но в глазах читалось беспокойство. Чуть дальше — Кристи, комкающая в руках платок. Её лицо было бледным, а глаза — огромными от страха.

Найтов решил, что пора перейти к более активным действиям. Он взмахнул обеими руками, и земля под моими ногами задрожала сильнее. Из пола выстрелили не просто пики, а настоящие каменные столбы, способные не только проткнуть, но и раздавить.

Одновременно с ними со стен и потолка обрушился град камней разного размера — от мелкой гальки до булыжников размером с голову.

«Ого, атака с разных направлений. Неплохо придумано».

Позволил эфиру просочиться сквозь кожу, образуя вокруг тела тонкую, едва заметную плёнку.

Взмыл вверх, уходя от столбов. В прыжке развернулся, отбивая летящие камни серией точных ударов эфиром. Более крупные булыжники расщеплялись на части, мельчайшие просто отскакивали от защитной плёнки.

Приземлился на один из каменных столбов, балансируя на узкой верхушке с лёгкостью канатоходца.

— А ты неплох, мальчик, — Найтов теперь выглядел заинтересованным. — Для обитателя помойной Терры.

«Спасибо, стараюсь», — ответил про себя с улыбкой.

Перепрыгнул на другой столб.

Лицо противника дрогнуло. Возможно, задел его гордость. Хорошо. Злость приводит к ошибкам.

Найтов сжал кулаки, и столбы, на которых я балансировал, рассыпались в пыль. Мгновенно сориентировался. Создал под ногами небольшую платформу из уплотнённого эфира, оставаясь в воздухе на мгновение дольше, чем следовало бы человеческому телу.

А потом, прямо перед падением, земля вздыбилась волной. Ударила снизу с такой силой, что выбила воздух из лёгких. Меня отбросило в сторону, к самому краю арены.

Это уже было больнее. Приземлился, перекатился, гася инерцию, и ощутил, как треснуло ребро. Не сломалось, но неприятно. Поморщился, поднимаясь на ноги. В зале стало тише. Зрители затаили дыхание.

Найтов наступал. Теперь уже не улыбаясь. Его лицо приобрело сосредоточенное выражение.

— Знаешь, в чём слабость магии света? — спросил он, вновь поднимая руки. — Она слишком прямолинейна. Атакует по прямой. А земля… земля везде.

В подтверждение его слов земля подо мной превратилась в зыбучий песок. Я начал проваливаться, песок засасывал всё глубже, уже достигая колен.

«Ну прямо как в детстве. А я думал, никогда больше не встречу этот приём».

Выпустил больше эфира, направляя его не на поверхность, а в глубину. Эфир проник в песок, расщепляя магическую сущность, что удерживала его в жидком состоянии. Песок мгновенно затвердел, возвращаясь в обычное состояние.

Найтов застыл, явно не ожидая такого поворота. И я воспользовался моментом. Рванулся вперёд, сконцентрировав эфир в кулаке, и нанёс точный удар прямо в грудь противника.

Он успел прикрыться каменной бронёй, но эфир частично прошёл сквозь неё, заставив его отступить на шаг. Его глаза расширились.

— Что это за… — начал он, но я не дал ему закончить.

Новый удар, более концентрированный, с большим выбросом эфира. На этот раз броня треснула, и Найтов охнул, получив часть удара. Он отскочил назад, создавая между нами стену из переплетённых каменных шипов.

— Марк Эфир, да? — произнёс он из-за преграды. — Интересное имя. И столь же интересная магия.

«Да я, ещё ничего толком не показал», — улыбнулся, отходя назад и давая противнику пространство.

Найтов не стал медлить. Внезапно из его пальцев выстрелили тонкие каменные нити, похожие на щупальца. Они извивались в воздухе, двигаясь слишком быстро для обычного зрения.

Не успел среагировать. Одно из щупалец обвилось вокруг запястья, другое — вокруг лодыжки. Резкий рывок. Меня швырнуло в стену барьера. Удар вышиб воздух из лёгких, в глазах потемнело. Но это было только начало.

Щупальца швырнули меня обратно, прямо в центр арены, где из пола уже поднимался целый лес каменных шипов. Времени на манёвр почти не оставалось.

Выпустил мощный импульс эфира, разрывая каменные нити. Перевернулся в воздухе, пытаясь уйти от шипов, но один всё же задел бок, оставив глубокую царапину.

Приземлился среди шипов, чувствуя, как по рёбрам стекает кровь. Дышать стало труднее. Значит, повреждено не только ребро. Найтов не торопился, наблюдая за мной, оценивая ущерб.

— Терра-12 славится своими магами земли, — произнёс он, лениво перекатывая в пальцах камешек. — Но даже там мало кто может то, что умею я.

Сконцентрировался, пропуская через тело больше эфира, чем раньше. Серебристое сияние окутало меня, становясь ярче с каждой секундой. Эфир концентрировался в руках, формируя два тонких клинка, похожих на световые, но с характерным серебристым оттенком.

Найтов напрягся. Он чувствовал, что моя магия отличается от обычного света. Что-то в ней тревожило его, заставляло нервничать.

Я атаковал. Быстро, резко, не давая опомниться. Эфирные клинки рассекали воздух, оставляя за собой серебристые следы.

Вальтер едва успевал защищаться, создавая каменные щиты и барьеры, но эфир проникал сквозь них, рассеивая структуру.

— Что… что это за магия? — выдохнул он, когда очередной щит рассыпался от прикосновения эфирного клинка.

Найтов пытался контратаковать. Земля под нами дрожала, выбрасывая каменные снаряды, формируя ловушки, пытаясь схватить и раздавить. Но теперь, когда я перестал сдерживаться, его магия становилась всё менее эффективной.

Эфир расщеплял структуру земляной магии, разрывая связи между элементами. Каменные щупальца рассыпались в пыль, едва коснувшись меня. Ловушки не срабатывали. Магические печати, которые он пытался установить, растворялись, не успев активироваться.

В глазах Найтова появился страх. Впервые с начала поединка его самоуверенность дала трещину.

Зрители вокруг арены замерли, как заворожённые. Кто-то шептался, кто-то просто смотрел с открытым ртом. Никто из них никогда не видел ничего подобного. Как магия света, которую они видят, нейтрализует энергию земли?

Так ведь не должно быть? Тем более в мусорной Терре-13… Пусть так и дальше думают.

Найтов становился всё более отчаянным. Его атаки теперь были хаотичными, лишёнными прежней точности. Он пытался компенсировать это силой, вливая в каждый удар всё больше энергии.

Одна из таких атак — огромный валун, поднятый с пола арены — застала меня врасплох. Камень врезался в плечо, отбрасывая назад. Ощутил, как хрустнули пальцы левой руки, попавшие под удар. Не сломались, но точно вывихнулись.

Болью обожгло нервные окончания, но я заставил себя игнорировать её. Позволил эфиру заполнить повреждённые ткани, временно блокируя сигналы боли.

— Не так просто, да? — Вальтер тяжело дышал, но на его лице снова появилась улыбка. — Даже с твоей магией, ты всё ещё человек. Ты чувствуешь боль, устаёшь, истекаешь кровью.

Он был прав. Моё тело, несмотря на всю силу эфира, оставалось человеческим. И хотя я мог игнорировать боль и усталость гораздо дольше обычного мага, всё равно имел пределы.

Время заканчивать это.

Эфир внутри меня закрутился вихрем, наполняя каждую клетку, каждую мышцу, каждую кость. Серебристое сияние стало ярче, почти ослепляя. Я поднял руки, и эфир сконцентрировался в них, формируя не просто клинки, а сгустки чистой энергии.

— Что ты делаешь? — напрягся Найтов, чувствуя нарастающую угрозу.

Вместо ответа я высвободил эфир. Он вырвался мощной волной, расходясь во все стороны, словно цунами.

Там, где волна соприкасалась с магией земли, та просто… исчезала. Рассыпалась, растворялась, возвращаясь к своему первозданному состоянию — эфиру.

Каменные конструкции, созданные Найтовым, рухнули, превращаясь в обычную пыль. Магические печати потускнели и исчезли. Даже сама арена, укреплённая магией, потрескалась под воздействием эфирной волны.

Вальтер остался стоять посреди руин своей магии, беззащитный и ошеломлённый. Его лицо исказилось от ужаса и непонимания.

— Невозможно, — прошептал он. — Так просто не может быть!

Страх в его глазах сменился яростью. Найтов резко выбросил руку вперёд, и земля под моими ногами взорвалась, выбрасывая фонтан острых камней.

Я был готов. Эфирная пелена защитила от большинства осколков, но несколько всё же оставили порезы на лице и руках. Ничего серьёзного.

Продолжил наступать.

Вальтер пятился, лихорадочно пытаясь создать новые магические конструкции. Но эфир, насытивший воздух вокруг, делал это почти невозможным. Его магия рассеивалась, не успев сформироваться.

Он упёрся спиной в барьер. Загнанный в угол зверь.

Его рука нырнула за пазуху и вытащила небольшой камень, покрытый странными символами. Артефакт. Ему он не может, смерть уже близка. Недооценил он противника и попёр как танк. Решил покрасоваться и проиграл.

Вальтер сжал камень в ладони. Тот вспыхнул ослепительным светом. Мгновенная вспышка заставила меня на миг зажмуриться.

А затем пришла боль.

Металлические прутья вырвались из земли под разными углами. Они пронзили моё тело в нескольких местах — ногу, руку, плечо. Один задел шею, оставив глубокую царапину.

Вспышка боли была такой, что на секунду мир потемнел. Почувствовал, как по телу растекается что-то холодное — яд? Нет, магия. Чужеродная, агрессивная, она пыталась проникнуть в каналы эфира, блокировать их.

«Хитро, ублюдок. Очень хитро».

Но Найтов не учёл один момент. Эфир не просто магия. Это её суть, основа. И блокировать его намного сложнее, чем обычную стихийную магию.

Сквозь пелену боли я сформировал эфирный клинок. Одним движением преодолел разделявшее нас расстояние и вонзил клинок прямо в грудь Найтова, там, где находился его кристалл души.

Он не успел среагировать. Только глаза расширились от ужаса, когда эфир проник в его кристалл, разрушая структуру.

— Что ты… — начал он, но слова превратились в крик агонии.

Эфир внутри кристалла души разрывал магические каналы, высвобождая энергию. Я позволил своей магии течь свободно, вытягивая силу из кристалла Найтова, перенаправляя её в собственное тело.

Вальтер кричал, его тело выгибалось дугой. Кожа начала сохнуть, морщиниться, словно из неё вытягивали всю влагу. Глаза западали, щёки впадали, волосы тускнели.

Зрители наблюдали в ужасе. Никто из них никогда не видел ничего подобного. Хорошо. Пусть боятся. Страх порой — лучший союзник.

Наконец, когда от Найтова осталась лишь иссохшая оболочка, напоминающая мумию, я вытащил эфирный клинок. Тело рухнуло на пол безжизненной куклой.

Барьер вокруг арены замерцал и погас. Поединок закончился.

Металлические прутья по-прежнему торчали из моего тела, но я едва замечал их. Эфир, насыщенный энергией, поглощённой из Найтова, блокировал боль, залечивал повреждения.

Повернулся к зрителям. Их лица выражали шок, страх, недоверие. Некоторые отступили, словно опасаясь, что я могу сделать с ними то же, что с Найтовым.

Лок и Торс первыми преодолели оцепенение. Они поспешили ко мне, чтобы помочь.

— Марк, — Лок с ужасом смотрел на металлические прутья. — Ты хреново выглядишь.

— Чувствую себя чуть лучше, — хмыкнул я и тут же поморщился. Голос звучал как скрип ржавой двери. — Помоги выбраться отсюда.

Кристи подбежала, её лицо было белым как мел, а в глазах стояли слёзы.

— Марк, ты… — она запнулась, не находя слов.

— Жив, — закончил за неё Лок. — Пока что.

К нам приблизились остальные гости из Терры-12: Хольт, Тапаев и Ротоковский. Их лица не выражали скорби по погибшему товарищу. Только холодную оценку.

— Впечатляет, — произнёс Тапаев. — Но это только начало, мальчик.

Я сплюнул кровь.

— Такими темпами скоро вам придётся драться коллективно, иначе никаких шансов не останется, — подхватил Лок, поддерживая меня за плечи.

Тапаев вспыхнул от гнева, но Ротоковский удержал его, положив руку на плечо.

— Мы встретимся на арене, Эфир, — тихо произнёс высокий маг. — И тогда посмотрим, кто смеётся последним.

«Жду не дождусь», — поморщился я, чувствуя, как слабеет магия, блокирующая боль. Прутья начинали жечь, словно раскалённые.

Торс подхватил меня, удерживая в вертикальном положении, когда ноги начали подкашиваться. Лок тем временем расчищал путь через толпу зрителей.

Они одновременно хотели держаться подальше от нас и не могли оторвать взгляда от странного зрелища. Человека, пронзённого металлическими прутьями, который каким-то чудом всё ещё стоял на ногах.

Кристи шла рядом, то и дело бросая на меня обеспокоенные взгляды. Она хотела помочь, но не знала, как.

— Всё будет хорошо, — произнесла она, скорее себе, чем мне. — Всё будет хорошо.

— Конечно, — согласился Лок, хотя прозвучало не очень убедительно.

* * *

Комната в особняке Световых, которую мне выделили для восстановления после боя, была роскошной, но сейчас её богатое убранство казалось насмешкой. Кровать с балдахином и шёлковыми простынями, которые скоро окрасятся кровью. Изысканная мебель, покрытая резьбой. Картины на стенах, изображающие какие-то идиллические пейзажи.

Торс аккуратно уложил меня на кровать. Прутья всё ещё торчали из тела, делая любое положение мучительным.

— Их надо вытащить, — Лок нервно переминался с ноги на ногу. — Но… как?

— По одному, — сквозь зубы процедил я и закашлялся. — Начиная с ноги.

Торс кивнул. Он крепко ухватил прут в ноге и одним резким движением выдернул его.

Боль прострелила всё тело, и я не смог сдержать вскрик. На шёлковых простынях расплылось кровавое пятно.

— Извини, — Лок ответил за брата.

Подал знак продолжать.

Следующим был прут в руке. Затем — в плече. Каждое извлечение сопровождалось новой волной боли и свежим пятном крови на простынях.

Кристи, не выдержав зрелища, выскочила из комнаты. Вернулась через минуту с бинтами, мазями и какими-то склянками.

— Это поможет, — она начала промывать раны, нанося на них мазь, которая мгновенно немела кожу.

Последний прут, тот, что задел шею… Оказался самым сложным. Он прошёл рядом с сонной артерией, и любое неверное движение могло окончиться фатально.

— Давай я, — Лок отстранил Торса. — У меня руки меньше.

Он осторожно ухватил прут и, следуя моим немым указаниям, медленно извлёк его. Кровь хлынула из раны, но я уже был готов. Эфир, направленный в повреждённую ткань. Сформировал временную «заплатку», останавливая кровотечение.

— Невероятно, — прошептала Кристи, наблюдая, как рана на шее затягивается на глазах. — Как ты это делаешь?

Блондин нахмурился, собираясь с мыслями.

— Этот ублюдок, Найтов, — произнёс он наконец. — Он специально берёг силы для финального удара. Дождался, когда ты приблизишься, чтобы нанести серьёзные ранения.

Кивнул, морщась от боли в шее.

— И его артефакт… — Лок сосредоточился на мне. — он не просто создал металлические прутья. В них была какая-то магия, которая пыталась тебя отравить или что-то сделать.

— Ты хочешь сказать, что это всё специально? — Кристи переводила взгляд с меня на извлечённые прутья, которые сложили на металлический поднос. Они всё ещё слабо светились голубоватым светом.

— Уверен. — Кое-как ответил. Осторожно пошевелил раненой рукой, проверяя подвижность.

Кристи, закончив с повязками, присела на край кровати. Её руки заметно дрожали.

— То есть… они договорились? — её голос звучал тихо, почти испуганно.

— Они точно подготовились к тому, что Марк сильнее, чем кажется. — Ответил за меня Лок. — Собирались измотать и ранить в первом бою, чтобы остальные были легче.

— Четыре боя, — Кристи начала понимать. — Первый ослабляет, второй ранит, третий калечит, четвёртый добивает.

Эфир в моём теле боролся с чужеродной энергией, оставленной металлическими штырями. Она была как яд, разъедающий магические каналы, замедляющий восстановление.

Я медленно кивнул, соглашаясь с девушкой.

— Получается… то, что придумали Каратели, почему ты один за всех… Это, чтобы сломать тебя и избавиться? — возмутился блондин

Поморщился от боли, но снова кивнул.

— Твою ж мать, — выдохнул Лок, сжимая кулаки. — Сволочи! Твари! Да что б их перевернуло.

Кристи прикрыла рот рукой, её глаза наполнились ужасом:

— Но почему? Зачем им это?

— И что нам делать, Марк? — спросил Лок.