Мы вернулись на базу после того, как усилили охрану. Запах свежей крови всё ещё преследовал меня, напоминая о расстрелянных у ворот. Чёрный рынок прислал своё послание. Что ж, я его получил.

Поднимаясь по ступеням крыльца, я заметил, как люди глядят на меня. Испуг, уважение, надежда — всё смешалось в их взглядах. Не привык к такому вниманию. Оно меня… раздражало.

— Ты точно уверен, что нам нужна эта… эта… — Лок замялся, морща нос и подбирая слова, — это недоразумение в человеческом обличье?

Он кивнул в сторону гостиной, где на полу сидел Ульрих. Мой бывший сокамерник выглядел так, словно его вытащили из могилы недельной давности.

Спутанная борода висела клочьями, засаленные волосы слиплись в колтуны, а кожа покрылась коркой грязи настолько плотной, что, казалось, легче содрать её вместе с эпидермисом, чем отмыть.

От него расходились волны такого амбре, что даже мухи, кажется, облетали его стороной.

— Перестань, — отмахнулся я, хотя сам старался дышать через раз. — Он был в тюрьме патриарха. А это не спа-салон с ароматерапией.

— Он же весь дом нам загадит, — шипел блондин, демонстративно распахивая окно в гостиной. Занавески заколыхались от порыва ветра. — От него так воняет, что даже доски, кажется, начали разлагаться. Ты что, планируешь использовать его запах как оружие против чёрного рынка?

Ульрих никак не отреагировал на оскорбления. Его глаза — один обычный, второй с жутким красным свечением — были устремлены куда-то вдаль, сквозь стены и.

— Он из Терры-12, — пояснил я, не вдаваясь в подробности. — И знает, как пересечь сол.

Эта новость заставила Лока моментально заткнуться. Его улыбка исчезла, лицо окаменело. Тема терр явно была для него болезненной. Неудивительно, учитывая, что он и Торс бежали оттуда, спасая свои шкуры. Нужно будет у них тоже узнать, как они перешли границу.

— Канавар на месте? — спросил я, оглядываясь по сторонам.

Торс молча указал массивной рукой на дверь, ведущую в подвал. Его суровое лицо не выражало эмоций, но глаза внимательно изучали Ульриха.

— Отлично, — кивнул я и повернулся к своему бывшему сокамернику. — Тебя — в ванную. Немедленно.

Бывший заключённый поднял на меня затравленный взгляд:

— Я… я не помню, когда последний раз мылся. Меня не водили…

— Поверь, это заметно, — фыркнул Лок, отходя ещё дальше. — И по-моему, твои вши уже обзавелись собственными вшами. Там целая цивилизация на твоей голове. Скоро они колесо изобретут.

Ульрих нервно почесал голову, и с его волос посыпалась какая-то дрянь — чешуйки кожи, частички грязи, а может, и правда вши. Блондин демонстративно отскочил в сторону, прижимаясь к стене.

— Торс, — обратился я к громиле, — проводи его наверх и проследи, чтобы он привёл себя в порядок. Потом найдите ему чистую одежду.

Торс молча кивнул, хотя в его глазах отчётливо читалось: «Почему я?» Тем не менее, он не стал спорить. Обошёл Ульриха по широкой дуге, кивком указал ему следовать за собой.

Когда они ушли, гостиная наполнилась свежим воздухом. Я открыл ещё одно окно, позволяя ветру вычистить застоявшуюся вонь.

— Нападение чёрного рынка не было случайным, — начал Лок, усаживаясь в кресло. Кожа скрипнула под его весом. — Они объявили войну, Марк. Официально. После того, как ты забрал у них весь бизнес, они решили показать, кто всё ещё держит власть в теневой части Терры.

— И делают это, расстреливая гражданских у моего порога? — хмыкнул я, опускаясь в кресло напротив. Боль в рёбрах притупилась. — Не слишком впечатляюще.

— Это было предупреждение, — блондин подался вперёд, понизив голос до шёпота. Его светлые волосы упали на лоб. — Первая ласточка. Дальше будет хуже.

Он оглянулся по сторонам, хотя мы были одни в комнате.

— Есть кое-что ещё. Перед нападением приходил человек от них, когда тебя не было. Сказал, что глава чёрного рынка хочет встретиться с тобой. Лично.

— Вот как? — я откинулся на спинку кресла, скрывая растущий интерес. Кожа неприятно липла к рубашке — я всё ещё был потный после всех событий дня. — Зачем?

— Чтобы предложить сделку, — Лок развёл руками, и в свете закатного солнца я заметил свежий ожог на его ладони. Последствия заигрывания с новой магией огня. — Они вроде как признают твою силу и хотят договориться. По-хорошему.

— А стрельба у моего дома — это, конечно, лучший способ начать дружеские переговоры, — я не сдержал усмешки. — Когда встреча?

— Завтра, — Лок достал из кармана сложенный вчетверо листок бумаги с адресом. Чернила размазались от пота. — В старом районе. Удобное место — ни охраны Световых, ни патрулей.

— И мы тоже там будем, — я забрал бумагу и спрятал во внутренний карман. — Готовься, завтра едем. Но сначала мне нужно поговорить с нашими… гостями.

Лок кивнул:

— Я соберу всех к вечеру. Нам нужно обсудить план действий.

Когда он ушёл, я позволил себе момент слабости. Прикрыл глаза и глубоко вздохнул. С каждым часом становилось легче дышать, легче двигаться. Эфир внутри меня рос, заполняя пустоту, где когда-то был кристалл души.

Сжал кулак и выпустил немного энергии. Она засветилась на моей руке тускло-голубым светом, окутав пальцы эфирной дымкой.

— Ну привет, — произнёс я, глядя на эту пульсацию. — Давненько не виделись.

Тюрьма элементалей всё ещё лежала в кармане, и я продолжал потихоньку вытягивать из неё энергию. Твёрдый метрил колол ногу сквозь ткань брюк. Скоро я буду достаточно силён, чтобы разобраться со всеми проблемами. Нужно только время.

Спустя полчаса я стоял перед дверью в подвал. Юрен ждал меня там, его лицо, как всегда, не выражало ничего. Шрам на щеке казался белее обычного в полумраке коридора.

— Он ведёт себя спокойно, — доложил бывший телохранитель Лучистовых. — Но что-то с ним не так. Он… странный.

— Он Солнцев, — пожал я плечами, отчего рёбра тут же отозвались болью. — Это диагноз.

Юрен слабо улыбнулся — второй раз за всё время нашего знакомства. Прогресс, однако.

Мы спустились по ступеням в прохладный полумрак подвала. В воздухе пахло сыростью и старым камнем. Маленькие магические светильники, развешанные по стенам, придавали помещению жутковатый вид. Когда-то здесь держали «непослушных» клиентов борделя, о чём свидетельствовали кольца для цепей на стенах и подозрительные пятна на полу.

Теперь же подвал служил темницей для моих пленников.

Канавар Солнцев сидел на полу камеры, привалившись спиной к стене. Выглядел он совершенно расслабленно. Бордель раньше, тюрьма сейчас — словно находился не в заточении, а на курорте. При нашем появлении он поднял голову и широко улыбнулся, демонстрируя ровные белые зубы:

— Марк! Наконец-то! Я уже думал, ты забыл обо мне.

Юрен тихо хмыкнул. Я попросил его оставить нас наедине, и он, коротко кивнув, удалился наверх. Когда его шаги стихли, я присел на корточки перед решёткой, глядя на Канавара.

— Как ты? — спросил я. — Голоден?

— Умираю от голода! — он театрально схватился за живот, запрокидывая голову. — Мне не предлагали ничего с утра. Только воду.

Вот же артист. Не терпит, когда на него не обращают внимания. Решил перейти к делу:

— Расскажи мне о солах.

Канавар заёрзал, явно чувствуя себя неуютно. Его руки затеребили край куртки с нашивками клыков монстров.

— А что рассказывать? — он пожал плечами, стараясь выглядеть беззаботным. — Я же говорил, что контактировал с повстанцами. Они берут плату за проход. Я отдам им кое-что. И всё. Меня пропустят.

— Что именно ты им отдашь? — поднял бровь, наблюдая за его реакцией.

— Просто камень, — Канавар отвёл глаза, глядя на трещину в стене позади меня. — Нефрит. С редкими свойствами. Повстанцы его ценят.

Ложь. Я чувствовал это так же ясно, как запах сырости в этом подвале. По дёргающемуся глазу, по тому, как он облизывал губы. Канавар что-то скрывал, и я собирался выяснить, что именно. Но сначала надо сравнить его историю с версией Ульриха.

— Ладно, — я поднялся на ноги, морщась от боли. — Ещё поговорим.

— Эй, — Канавар вскочил, хватаясь за решётку. Металл звякнул под его пальцами. — А как же насчёт визита к нам домой? Ты обещал!

— Обязательно, — кивнул я. — Но не сейчас. У меня есть кое-какие дела.

Оставив Канавара в подвале, я поднялся наверх. Дом гудел как улей — люди сновали туда-сюда, кто-то таскал оружие, кто-то развешивал дополнительные охранные артефакты.

Девушка в форме рода Эфир пыталась закрепить магический барьер над одним из окон, пока мужчина рядом крепил металлические пластины к раме. Род Эфир готовился к войне.

Виктория Лучистова сидела в углу общей комнаты, что-то записывая в блокнот с кожаной обложкой. Её белые волосы были собраны в аккуратный пучок, открывая изящную шею. Когда я вошёл, она подняла голову, и на её лице мелькнуло странное выражение. Страх? Смущение? Трудно сказать.

— Где наш гость из тюрьмы? — спросил я, не тратя время на приветствия.

— На кухне, — Виктория указала на дверь в глубине дома, захлопывая блокнот. — Торс отмыл его. С трудом, но отмыл. Теперь он ест так, словно никогда раньше не видел еды.

Я кивнул и направился на кухню. Запах жареного мяса и специй ударил в нос, заставив желудок сжаться от голода. Давно я не ел нормально. Ещё одно напоминание о том, что тело требует восстановления.

Ульрих сидел за столом, уплетая огромную порцию тушёной картошки с мясом. Соус стекал по его подбородку, но он, казалось, не замечал этого, сосредоточенно работая ложкой.

Выглядел он уже лучше — чистая кожа, влажные волосы, аккуратно подстриженная борода. В новой одежде — судя по размеру, вещи Торса, подоткнутые и подвёрнутые, чтобы не болтались. Он походил на обычного человека, а не на ходячий труп.

Только его глаза — один обычный, другой с красным свечением — всё ещё выдавали в нём нечто… иное.

— Ну, — я опустился на стул напротив, тяжело опираясь на стол, — теперь, когда ты больше не воняешь, как выгребная яма, может, расскажешь мне о Терре-12?

Ульрих замер с ложкой у рта, потом медленно опустил её в тарелку. Кусочек мяса упал обратно в соус, образовав маленькие брызги. Он огляделся по сторонам, словно опасаясь, что нас могут подслушать, и подался вперёд.

— Что ты хочешь знать? — спросил он тихо.

— Всё, — я откинулся на спинку стула, стараясь выглядеть расслабленным, несмотря на боль. — Как устроена власть, кто её контролирует, как работает магия.

Ульрих нервно облизнул губы, оставляя блестящую дорожку слюны:

— Правит синх земли, — начал он, понизив голос до шёпота. — Патриарх Орлов. Жестокий человек. Его воля — закон.

— Синх земли? — переспросил я. — А как же другие магии? Огонь, вода, свет?

— Их нет, — Ульрих уставился в тарелку, гоняя ложкой кусок мяса по краю. — Только земля. Разные её аспекты. Камень, металл, кристаллы… Все маги используют разные грани одной стихии.

Интересно. Очень интересно. Новые источники силы, новые техники манипуляции эфиром. Я почувствовал, как внутри просыпается азарт. Больше монстров и больше эфира, который я смогу выкачать из всего. Звучит многообещающе.

— И как ты прошёл через сол? — продолжил я допрос. — Что у тебя была за жертва?

— Я отдал им свой глаз, — Ульрих ткнул себя в лицо грязным пальцем, указывая на мерцающий красным орган.

Я невольно поморщился. Отдать собственный глаз? Звучало как-то… чересчур. Но кто знает, какие традиции у этих повстанцев? Может, они ценят такой вид самопожертвования.

— И что же они сделали с твоим глазом? — спросил я, пытаясь понять, к чему он клонит.

Ульрих улыбнулся — странной, кривой улыбкой, которая превратила его лицо в жуткую маску.

— Заменили, — сказал он, постукивая пальцем по виску рядом с красным свечением. — На это. Теперь я… вижу иначе.

— В каком смысле?

— Этот глаз — их, — Ульрих постучал пальцем по виску с такой силой, что я почти ожидал увидеть синяк. — Они видят через него. Всё, что вижу я. Это был их уговор. Мой глаз в обмен на проход в Терру-13. А потом…

Он замолчал, глядя мимо меня, словно видел что-то за моей спиной. Его взгляд стал отсутствующим, будто часть его сознания перенеслась в другое место.

— А потом? — я щёлкнул пальцами перед его лицом, возвращая внимание.

— А потом я должен был стать патриархом, — Ульрих оскалился, демонстрируя остатки зубов. Некоторые были сломаны, другие отсутствовали вовсе. — И открыть им путь сюда. Массовый. Но что-то пошло не так. Я был схвачен. Тюрьма. Пытки.

Его речь стала отрывистой, как будто ему было больно произносить слова.

— И кому же ты служил? — мой голос стал жёстче. — Кто получает информацию через твой глаз?

— Правитель сола, — Ульрих произнёс это с благоговейным страхом, почти шёпотом. — Древние. Маги, что отвергли правила терр и создали своё королевство в сером пространстве.

Я смотрел на этого человека и понимал, что либо он лжёт, либо пережитые мучения повредили его рассудок. А может, всё вместе. Но если хоть часть его рассказа правдива… Это многое объясняет.

Порталы между мирами всегда притягивают странных существ. Возможно, в солах между террами обитают не просто мятежники.

— И чего они хотят? — спросил я, хотя уже догадывался об ответе.

— Власти, — просто ответил Ульрих, отправляя в рот очередную ложку еды. — Над всеми террами. Начиная с этой.

На этом наша беседа закончилась. Меня ждали ещё дела, и мне нужно было всё обдумать.

Совет рода Эфир собрался, когда солнце уже клонилось к закату, окрашивая стены в оранжевые тона. Все разместились вокруг большого стола в главной комнате. Юрен стоял справа от меня, как верный страж, руки сложены на груди, взгляд внимательный. Виктория Лучистова сидела напротив, нервно теребя в руках тот же блокнот. Лок и Торс замыкали круг, расположившись так, чтобы видеть входную дверь.

Я обвёл взглядом всех собравшихся. Мой род. Моя новая странная семья. Все они были связаны со мной клятвой крови, которую не так-то просто разорвать. Странное ощущение. Никогда раньше у меня не было стольких людей, готовых идти за мной. Да чего уж там, я был всегда один и… Старик Оркан.

— Ситуация следующая, — начал я без предисловий. — Чёрный рынок объявил нам войну. Завтра у нас встреча с их главой. Каратели передали информацию, что скоро прибудут представители Терры-12 для участия в битве родов. И у нас два странных пленника с противоречивыми историями.

Лок качнул головой, отбрасывая со лба непослушную прядь:

— Ты слишком много на себя берёшь, Марк. Тебе нужно восстановиться. Дай нам разобраться с чёрным рынком.

— Нет, — отрезал я. — Глава хочет видеть меня лично. И я пойду. С тобой и Торсом, конечно.

— А что с пленниками? — спросила Виктория, заправляя прядь волос за ухо. В тускнеющем свете дня её белые волосы приобрели золотистый оттенок. — Канавар и Ульрих. Ты им доверяешь?

— Ни на грош, — я усмехнулся. — Оба лгут. Вопрос только в том, насколько и где.

Я вкратце пересказал историю Ульриха о правителе сола и его странном глазе. Потом о странностях поведения Канавара и его навязчивом желании попасть в особняк Солнцевых.

— Правитель сола? — фыркнул Лок, закатывая глаза. — Что за бред. Я был там, и никаких королей не видел. Только шайки повстанцев, настолько обозлённых на аристократов, что они готовы умереть, лишь бы насолить им.

— А что насчёт платы за проход? — спросил Юрен, впервые вступая в разговор. Его голос звучал глубоко и сдержанно. — Это правда?

Лок напрягся, его пальцы сжались в кулаки под столом. Я заметил, как на его запястье проступили вены.

— Да, — неохотно признал он. — Они берут… жертву. Но не глаза или другие части тела. Обычно это кристалл души. Иногда — артефакты. Но никогда не слышал, чтобы они вставляли шпионские глаза.

Он бросил быстрый взгляд на Торса, который упорно смотрел в стол, избегая чужих глаз. Что-то там произошло между ними и повстанцами, но я не стал давить. Пока.

— А что насчёт Канавара? — Виктория повернулась ко мне, отвлекая от размышлений. — Зачем ему в особняк Солнцевых?

— Он говорит, что там есть что-то ценное. Камень, который он хочет отдать повстанцам как плату за проход в сол.

— И ты веришь в эту чушь? — Лок скривился, барабаня пальцами по столу. — Явно же хочет использовать тебя, чтобы добраться до сокровищницы своего рода. Классика.

Я задумчиво постучал пальцами по столешнице, наслаждаясь гладкостью дерева:

— Собственно, почему бы и не помочь ему в этом? Заодно увидим, что там так ценно.

— Слишком опасно, — тут же возразил Юрен, делая шаг вперёд. Его рука инстинктивно опустилась на рукоять кинжала. — Ты всё ещё не восстановился. Да и кто знает, что нас ждёт в доме Солнцевых? После того, как они исчезли, там могут быть ловушки, проклятия, магические замки.

— Моё тело заживает, — я слегка улыбнулся, расправляя плечи. Синяки ещё покрывали мою кожу, но уже начали желтеть по краям. — Да и магия возвращается. Не так быстро, как хотелось бы, но достаточно, чтобы противостоять большинству угроз.

Лок хотел что-то возразить, но его прервал стук в дверь. Торс мгновенно вскочил на ноги, его массивное тело напряглось, рука молниеносно скользнула к оружию. Все в комнате замолчали, глядя на дверь.

Но тревога оказалась ложной — это прибыла Ирен Кварц. Голос охранника у входа донёсся до нашей комнаты:

— Госпожа Кварц прибыла к господину Эфиру!

Дочь главы рода Кварц вплыла в комнату, словно здесь был не экстренный совет рода, а светский приём. Её платье — насыщенно-красное, с глубоким декольте и разрезом до бедра — казалось слишком откровенным для деловой встречи, но, похоже, Ирен это не волновало. Она улыбнулась всем присутствующим своей хищной улыбкой, но её взгляд сразу остановился на мне.

— Марк, — промурлыкала она, подходя ближе. От неё пахло дорогими духами — что-то цветочное с нотками мускуса. — Я слышала, что у тебя были… неприятности.

— Ничего смертельного, — я кивнул на свободный стул. — Присаживайся. Мы как раз обсуждаем дальнейшие планы.

Ирен села, закинув ногу на ногу так, чтобы разрез на платье обнажил максимум её стройного бедра. Виктория отвела взгляд, явно чувствуя себя неловко. Лок, напротив, неприкрыто пялился.

— У меня новости, — Ирен наклонилась вперёд, демонстрируя декольте. Яркий свет люстры подчёркивал белизну её кожи. — О гостях из Терры-12.

Продолжила Ирен, наклоняясь ещё ближе, так что я мог почувствовать тепло её дыхания. Все в комнате напряглись. Я жестом попросил её продолжать.

— Они прибудут через три дня, — сообщила Ирен, медленно проводя пальцем по краю своего бокала с вином, который ей тут же подали. Лок засранец. Её ногти, длинные и острые, были окрашены в тот же оттенок красного, что и платье. — Четверо. Все — сильнейшие воины синха земли. И один из них…

Она сделала драматическую паузу, обводя взглядом всех присутствующих. В её голубых глазах мелькнуло что-то похожее на удовольствие.

— Один из них известен особой кровожадностью, — произнесла она наконец, и в комнате воцарилась тишина.

Все присутствующие обратили взгляды на меня, словно ожидая реакции. Лок даже рот приоткрыл от удивления. Виктория побледнела.

— Хорошо, — кивнул я. — Чем быстрее начнём, тем быстрее кончим.

— Марк, этот особенный достанется моему роду, — улыбнулась Ирен, накручивая локон волос на палец. — Так что тебе придётся постараться. А то вдруг случится так, что именно Кварц станут новыми патриархами.

Дурочка… Она не понимает, что случится, если кто-то из гостей победит. Не знает настоящего плана карателей. Ирен стала ещё более надменной с тех пор, как Солнцевы исчезли. Ничего, обломаем птичке крылья, но чуть попозже.

— Ирен, — я поднялся из-за стола, позволяя всем увидеть, что, несмотря на травмы, я всё ещё могу двигаться с лёгкостью, — нам нужно поговорить наедине.

Юрен напрягся, на его лице появилось выражение крайнего недовольства, но я жестом показал ему, что всё в порядке. Виктория отвела взгляд, когда я прошёл мимо неё. Я заметил, как её пальцы сжали край блокнота с такой силой, что костяшки побелели.

Мы с Ирен вышли в соседнюю комнату — небольшой кабинет с книжными полками по стенам. Я плотно закрыл за нами дверь и повернул ключ в замке.

Как только мы оказались одни, Ирен тут же прижалась ко мне, обвивая шею руками:

— Наконец-то, мы одни, — промурлыкала она, поглаживая мой затылок. Её ногти слегка царапали кожу. — Я так скучала, Марк.

— Как ты узнала о гостях, и когда они прибудут? — я мягко отстранил её, придерживая за плечи.

Ирен надула губки:

— Даже не поцелуешь меня после всего, что я для тебя сделала?

Я вздохнул и наклонился к ней, едва касаясь губами щеки. Она тут же повернула голову, пытаясь поймать мои губы, но я отстранился.

— Ирен, это важно, — настаивал я. — Откуда информация?

— Мой отец, — она закатила глаза, понимая, что соблазнение пока не удалось. — У него связи с Террой-12. А с тех пор, как каратели объявили о битве родов, всех интересует, кто на ней выступит.

Она скользнула рукой по моей груди:

— Но я могу узнать больше, — её пальцы опустились ниже, к поясу брюк. — Если ты будешь… благодарным.

Я осторожно перехватил её руку. Эфир внутри меня протестующе загудел. Тело требовало восстановления, а не развлечений.

И тут я заметил, как глаза Ирен вспыхнули странным светом. Она хитро улыбнулась, словно именно этого и ждала. В её свободной руке вдруг активировался небольшой артефакт — серебряный диск с руническими символами.

Вспышка света ослепила меня на долю секунды. Когда зрение вернулось, увидел, как рука Ирен несётся к моей груди. Всё бы ничего, но она сжимала нож — тонкий, что источал магию света.