Серая муть вместо мыслей. Тело — чужое, не моё, как свинцом налитое. В голове колокольный звон, будто кто-то решил устроить там фестиваль церковной музыки. Дышать — и то больно.

Глаза медленно приоткрылись. Веки словно склеены, приходится прикладывать титанические усилия, чтобы разлепить их. Мутный потолок, знакомые трещины… Вроде мой. Я дома? Как?

Попытался шевельнуть рукой — хрен там. Сломанные кости посылали волны острой боли по всему телу. Ни одна мышца не слушалась приказов мозга, только отдавалась мучительной пульсацией. Каратели знали своё дело. Профессионалы, твою мать.

Ничего пересечёмся и я душу отведу на этих тварях. Ещё посмотрим кто из нас более искусный пытатель. Особенно той бабе достанется от меня, что очень старалась меня сломать. Закрыл глаза и сосредоточился на себе.

Эфир внутри был похож на жалкую лужицу вместо привычного озера силы. Попытался сосредоточиться, чтобы активировать хоть каплю магии — бесполезно. Как будто пытаешься зачерпнуть воду решетом. Открыл свои очи, вышло лучше, чем в первый раз.

— Смотрите! Он очнулся! — голос Лока, взбудораженный и громкий, ударил по ушам не хуже молота. Я поморщился.

Все резкие звуки отдавались эхом в черепной коробке. Только этого не хватало. Снова прикрыл глаза, пытаясь совладать с болью.

— Тише ты, придурок! — второй голос, женский. Ирен? — Не видишь, ему плохо?

Услышал, как несколько пар ног быстро приближаются к кровати. В нос ударил аромат дорогих женских духов, смешанный с запахом лекарств. Открыл снова глаза, пересиливая себя.

Надо мной склонились сразу четыре лица. Лок — его светлые волосы всклокочены больше обычного, под глазами залегли тёмные круги. Позади него — Торс, здоровяк выглядит обеспокоенным, насколько вообще можно судить по его обычно бесстрастному лицу. Чуть в стороне — Виктория Лучистова, бледная, взгляд опущен в пол. И рядом с ней — Ирен Кварц в ярко-красном платье, будто пришла на светский приём, а не к постели больного.

— Вы… — слова даются с трудом, словно горло забито песком. — Очень… дружно…

— Марк! — Лок подпрыгнул на месте и тут же схватил стакан с водой. — Пей! Давай, помогу…

Он поднёс стакан к моим губам, и я сделал несколько жадных глотков. Вода была тёплой, с каким-то странным привкусом. Целебное зелье, судя по всему. Небо щедрое, этот вкус я узнаю из тысячи. Целительное зелье не из дешёвых.

— Как ты себя чувствуешь? — Виктория наконец решилась поднять глаза. В её взгляде читалась тревога, смешанная с чем-то ещё… Виной? Благодарностью?

— Как будто… меня разобрали на части, а потом собрали обратно… не глядя на инструкцию. Но видели бы вы как я отделал их. — улыбнулся.

— Кара-телей? — запнулся блондин. — Ты побил их? Как?

— Шутка, — хмыкнул. — Просто не стал руки марать об ублюдков.

Все переглянулись. На лицах читалось облегчение. Если я всё ещё могу язвить — значит, жить буду.

— Ты выжил! — Лок покачал головой, не скрывая удивления. — Честно говоря, когда тебя привезли, мы думали… ну…

— Что я труп, — закончил я за него. — Не дождётесь. Это у меня маскировка такая. На вас судя по всему тоже подействовало.

Всё тело было словно чужое. Медленно перевел взгляд на Ирен. Дочь главы рода Кварц выглядела… взволнованной? Это что-то новенькое.

— Маркуша, — она наклонилась ко мне, обдавая ароматом духов. Слишком резко, слишком много, как и сама Ирен. Ещё и грудь чуть на меня не вывалилась. — Тебя не было три дня! Мы думали, что ты… — она играючи усмехнулась, нарочито поправляя локон волос. — Но я знала, что ты выкарабкаешься. Ты же сильный и такой милый.

Лок остановил барышню, когда она свою руку просунула под одеяло и начала приближаться к моей промежности. Кварц обиженно прикусила губы. Ничего я с ней потом разберусь.

— Три дня? — слова застряли в горле, и я снова закашлялся. — Сколько… я был в отключке?

— Два дня после того, как тебя привезли, — ответила Виктория, делая шаг вперёд. — Они доставили тебя ночью, почти перед рассветом. Ты был без сознания, весь в крови, с переломанными костями. Мы думали, ты не выживешь.

Мысли лихорадочно забегали в голове. Получается, я провёл у Карателей день, потом два в отключке. Три дня выпало из жизни. Что успело произойти за это время?

— Как… Как я здесь оказался? — спросил, переводя взгляд с одного лица на другое.

Виктория опустила глаза, а Лок неловко почесал затылок.

— Люди патриарха привезли, — ответил наконец блондин. — Просто подъехали, выгрузили тебя как мешок картошки и свалили. Даже записки не оставили.

— Ничего странного, — хрипло усмехнулся я. — Мало ли, может, я не доживу до утра. Чего зря стараться с объяснениями для трупа?

Ирен снова приблизилась, на этот раз положив руку мне на грудь. Ощущение было… странным. Как будто кто-то разом надавил на все гематомы. Я поморщился.

— Милый, когда ты окрепнешь, — промурлыкала она, — мы столько всего обсудим. Но перед этим я очень хочу побыть с тобой наедине. Уверена, что теперь просто необходима женская ласка и тепло. Ещё ситуация в городе изменилась. В твою пользу. Дорогой… — как же она выделила это слово.

— В мою пользу? — скептически приподнял бровь, что отозвалось болью в лице. — Кому-то ещё хуже, чем мне?

Этот комментарий вызвал слабые улыбки у присутствующих. Даже Виктория на мгновение позволила себе небольшую ухмылку.

— Лучистовы сидят ниже травы, — начал Лок, явно радуясь возможности поделиться новостями. — После того, как их наследники потеряли синхронизацию, они ослабли. Константин Лучистов теперь цепляется за любую возможность остаться на плаву.

— А Солнцевы и вовсе исчезли, — добавила Ирен с явным удовольствием. — Весь род — как испарился. Дом пуст, слуги разбежались. Никто не знает, куда они делись.

— Что? — это заставило меня попытаться приподняться, но тело отказывалось слушаться. Острая боль пронзила рёбра, и я со стоном опустился обратно. — Как исчезли? Все?

— Все до единого, — подтвердил Лок. — Пуф! И нет никого. Говорят, они свернули свои дела и бесследно исчезли буквально за одну ночь.

Странно. Очень странно. Такой сильный род не мог просто так взять и испариться.

— А как же… их бизнес? Территории?

— Всё поделили, — улыбнулась Ирен, кокетливо поправляя волосы. — Угадай, кто теперь самый влиятельный род в Терре-13?

— Дай-ка подумать… — протянул я, делая вид, что задумался. — Неужели благородный род Кварц?

— Бинго! — просияла Ирен. — Мой папа теперь первый после патриарха. Ну и твой род, — она подмигнула, — тоже неплохо устроился. Благодаря мне, конечно.

— Чего? — удивился я. — Мой род?

— А ты не знал? — хихикнула Ирен. — Пока ты отсыпался, патриарх официально признал твой статус. Теперь ты глава рода Эфир и будешь представлять себя и его на битве родов.

— И с чего такая щедрость? — спросил, переводя взгляд с одного на другого. — Сначала пытки, потом титул?

Сделал вид, что слышу об этом впервые.

— Ты выполнил условие Карателей, — тихо произнесла Виктория, избегая смотреть мне в глаза. — Ты… доказал свою невиновность.

Я фыркнул, что вызвало новый приступ боли в рёбрах.

— Да неужели?

— Это была… проверка, — неуверенно предположил Лок. — Наверное.

— Отличная проверка, — съязвил я. — Рекомендую всем. Особенно понравилась часть с переламыванием костей. Готов повторить…

Так значит мы договорились? Мне нужно сделать так, чтобы Световы остались у власти и ещё и своё право защитить. Глянул на двоих обалдуев. Торса и Лока, они мне всё расскажут про себя. А то я вписался в это веселье ради них. Остаётся вопрос, как каратели узнали что ребята в этой терре и что случилось с Солнцевыми?

Кажется, мне что после моих слов про красный балахон, они решили проверить род. И судя по всему им не понравилось, то что они нашли. Что же за чёрт он этот красный балахон? И как он смог отравить кристаллы души?

— Маркуша, не ворчи, — Ирен наклонилась ближе, её лицо оказалось в опасной близости от моего. — Лучше думай о будущем. О нашем с тобой будущем. Ты ведь понимаешь, что твой род нуждается в… поддержке посильнее. Мой папа очень хочет с тобой познакомиться. Поговорить о союзе между нашими родами.

— Союзе? — я не смог скрыть скепсис. — Что-то мне подсказывает, что под союзом ты имеешь в виду брачный контракт.

— А ты догадливый, — промурлыкала Ирен, игриво проводя пальцем по моей руке. — Представляешь, какая сильная пара из нас получится? Ты с твоей… необычной магией, и я с моими связями. Мы покорим эту Терру!

Я закатил глаза и тут же пожалел об этом — в висках заныло с новой силой.

— Я только что пережил пытки, а ты уже о свадьбе говоришь? Дай хоть кости срастить.

Виктория поморщилась, явно ощущая неловкость от этого разговора. Она стояла чуть в стороне, опустив голову, и периодически бросала короткие взгляды в мою сторону. Её всё ещё мучила вина? Или что-то другое?

— Смотри, — Ирен кивнула в сторону Виктории, — даже отлученная предательница тут. Переживала за тебя. Ещё бы, теперь ты её единственная надежда. Можешь делать с ней всё, что пожелаешь.

— Успокойся или я тебя заставлю! — мой голос прозвучал грубо, от чего Ирен отшатнулась.

Глаза Виктории сверкнули от этого замечания, но она промолчала, лишь сильнее сжав губы.

— Достаточно, — сказал я, ощущая, как усталость снова начинает одолевать меня. — Все выйдите. Мне нужно поговорить с Локом и Торсом. Наедине.

Ирен поджала губы, явно недовольная, что разговор о «союзе» прервался.

— Как скажешь, дорогой, — она наклонилась и оставила лёгкий поцелуй на моей щеке. — Я вернусь завтра. И мы продолжим нашу… беседу.

Виктория молча направилась к выходу, но я окликнул её:

— Виктория.

Она обернулась, её глаза встретились с моими.

— Спасибо, — просто сказал я. — За то, что присматривала за мной.

Едва заметный румянец коснулся её щёк, она кивнула и быстро вышла из комнаты. Ирен, бросив последний игривый взгляд, последовала за ней.

Когда дверь закрылась, я устало выдохнул и посмотрел на братьев.

— Ну, рассказывайте. Что у нас на самом деле происходит?

Лок неловко переминался с ноги на ногу, явно не зная, с чего начать. Торс, как обычно, хранил молчание, только его поза выдавала напряжение.

— Охота идёт, — начал блондин, садясь на край кровати. — Бурно. Мы подмяли под себя весь рынок. Солнцевы ушли, Лучистовы ослабли, а мелкие аристократы просто не успевают за нами.

— Аренда оружия? — спросил я, пытаясь вспомнить наши последние договорённости.

— Процветает, — Лок усмехнулся. — Смирнов и его оружейники не успевают обслуживать всех желающих. Деньги текут рекой.

— Насколько большой?

— Очень большой! — блондин широко развёл руки. — Мы уже забрали долю Солнцевых в охотничьем бизнесе. Лучистовы тоже потеряли значительную часть. А их вольные постепенно переходят к нам.

— И это всё официально? — я скептически поднял бровь.

— Представь себе, — Лок кивнул с довольной улыбкой. — Как только тебя привезли в таком состоянии, на следующий день явились люди патриарха. Вручили Юрену, который временно замещал тебя, официальную бумагу. Мол, род Эфир признан законным, и ты его глава.

— Каким образом Юрен замещал меня? — удивился я.

— Ну как… — замялся Лок. — Ты же принял клятву верности, помнишь? Он старший из твоих… подданных. Вот и взял управление на себя.

— И как, справился?

— На удивление, — хмыкнул блондин. — Держал всё под контролем. Правда, с Кварц чуть не подрался, когда она распоряжаться начала, как у себя дома.

— Могу представить, — усмехнулся я, тут же поморщившись от боли в рёбрах. — Так что там с патриархом?

— В общем, грамота, печать, всё как положено, — продолжил Лок. — Ты теперь настоящий аристократ. С положенными территориями, долей в охоте и правом голоса на совете родов.

— Мило, — протянул я.

— Особенно после того, как тебя сначала пытали, а потом вручили официальное признание, — добавил я задумчиво.

Торс, до этого момента неподвижно стоявший у кровати, вдруг подал знак. Он положил свою массивную ладонь мне на плечо и кивнул, словно пытаясь сказать что-то важное.

— Что такое, здоровяк? — я попытался понять, что он имеет в виду.

Лок перехватил инициативу:

— Торс считает, что нам крепко повезло. И что не стоит искать подвох там, где его может не быть.

— Серьёзно? — я перевёл взгляд на Торса. — Ты правда так думаешь? Каратели в курсе, что вы тут.

— Что⁈ — вскочил тут же блондин. — Как?

— Не знаю, — пожал плечами и тут же пожалел об этом — боль пронзила всё тело. — Но твари мне про вас упомянули.

Лок побледнел, его лицо исказилось от ужаса. Он начал нарезать круги по комнате, словно загнанный зверь. Руки его дрожали, волосы растрепались ещё больше.

— Нужно уходить, — слова вылетали изо рта блондина отрывисто, будто он задыхался. — Сегодня же в сол. Поднимем старые связи. Они не поймают нас. Не сейчас, когда всё хорошо. Я не отдам им брата!

Торс положил свою лапищу брату на плечо, а тот лишь сжал губы. Громила выглядел спокойным, но я-то видел, как напряглись мышцы его шеи, как побелели костяшки пальцев.

— Я не сдамся, после всего что мы пережили… — блондин закрыл глаза, его голос сорвался.

— Вас не тронут, — продолжил я, наблюдая за реакцией братьев. — Во всяком случае, мне так обещали.

— Правда? — Лок рухнул рядом на колени и посмотрел на меня с отчаянной надеждой, как утопающий на спасательный круг. — Ты это слышал? Уверен?

— Да. Это было одно из условий, — поморщился, вспоминая, что пришлось согласиться на многое, чтобы сохранить братьям жизнь и свободу.

— Какие? — схватил меня за руку блондин и тут же отпустил, заметив гримасу боли на моём лице.

— Порядок в Терре-13, — каждое слово давалось с трудом, но они должны были знать, на что я подписался. — Я должен отстоять своё право на род, биться за Световых, чтобы они остались у власти. И мне придётся сразиться с какими-то гостями из двенадцатой Терры.

— А если ты… — подавился словами Лок и закашлялся, не в силах произнести очевидное.

— Тогда вас с Торсом ждёт суд карателей, как предателей и беглецов, — закончил я за него.

По лицу блондина пробежала тень ужаса. Он знал, что это значит. Не просто смерть — мучительная смерть после долгих пыток.

— Спасибо… Спасибо… — голос Лока дрожал, глаза увлажнились. — Марк, мы тебе по гроб жизни будем благодарны. Не представляю, как ты выжил, как сумел договориться с теми, кто лишь казнит. Ты пошёл на это ради…

— Ой, всё, хватит! — оборвал его. — Сопли распустил. Теперь у нас больше дел.

Лок замолчал, энергично кивая и вытирая глаза. Даже Торс, казалось, расслабился, хотя его лицо оставалось каменным, как всегда.

Попросил и мне подали мой камень, что я нашёл в пещерах из породы метрила. Тюрьма Элементалей. Энергия мне нужна энергия… Придётся аккуратно тянуть её, чтобы не разрушить и не устроить хаос в Терре 13.

Камень лёг на мою грудь, и я приступил к самоисцелению.

— Ах да! Твоя… кошка-монстр. — дернулся Лок.

— Амика? — я напрягся. — Что с ней?

— Ну, она… — блондин замялся, явно подбирая слова. — Странно себя вела. Два дня сидела у твоей постели, никого не подпускала. Рычала, шипела. Даже Викторию поцарапала, когда та попыталась поменять повязки.

— Где она сейчас?

— В соседней комнате. Мы её туда заперли, чтобы не мешала лекарю.

Словно в ответ на это, дверь в комнату резко распахнулась с таким грохотом, что штукатурка посыпалась с потолка. Белый пушистый ураган ворвался внутрь, сметая всё на своём пути. Лампа упала, вазу с цветами снесло на пол.

Лок даже вскрикнул от неожиданности, подпрыгнув на месте как ужаленный:

— Какого хрена⁈

Торс рефлекторно выставил руки в защитной стойке, его массивное тело напряглось, готовое к схватке. Глаза громилы сузились, оценивая угрозу.

Амика пронеслась мимо них словно призрак — размытое белое пятно, оставляющее после себя опрокинутые стулья и разбросанные вещи. Одним плавным прыжком, почти нереальным для существа её размеров, кошка оказалась в воздухе. На долю секунды время будто замедлилось — я видел её вытянутое в полёте тело, расправленные лапы, хищный оскал.

А потом эта тяжелая тварь приземлилась мне прямо на грудь с грацией падающего кирпича.

— СУКА! — вырвалось у меня, когда все сломанные рёбра словно заново треснули под её весом. Боль была такой острой, что перед глазами заплясали чёрные точки. — Убери её! Эта тварь меня добьёт!

Лок тут же бросился к кровати с решительным видом спасателя:

— Держись, Марк! Сейчас я её…

Он не успел договорить. Амика развернулась с молниеносной скоростью, которая противоречила всем законам физики. Её лапа, вооружённая острыми как бритва когтями, прошлась по руке блондина, оставляя четыре глубоких кровавых борозды от запястья до локтя. Брызги крови разлетелись по белому покрывалу.

— А-а-а! — Лок отпрыгнул назад с криком, словно ужаленный, и принялся трясти рукой, на которой быстро набухали тёмные капли крови. — Ядовитая тварь! Жжётся, как огнём!

Его лицо побледнело, зрачки расширились, а на лбу выступил холодный пот. Яд Амики действовал быстро. Лок покачнулся, хватаясь за стену для опоры, но продолжал стоять, упрямо сжав зубы.

Торс, видя состояние брата, осторожно приблизился с другой стороны. Его массивная фигура отбросила тень на кровать, заслоняя слабый свет из окна. Огромные мозолистые руки были готовы схватить кошку. Его габариты обычно заставляли всех людей бежать прочь, но Амика, казалось, ничуть не испугалась присутствия громилы.

Она медленно повернула голову, её зрачки сузились до вертикальных щёлок. Затем зашипела так, что волосы на затылке встали дыбом. Звук был совершенно не кошачий, скорее как у разъярённой змеи. Выгнув спину дугой, кошка увеличилась в размерах вдвое — её шерсть встала дыбом, делая её похожей на миниатюрное белоснежное чудовище.

Когда громила протянул свою лапищу, чтобы схватить её, она вцепилась в неё всеми четырьмя лапами одновременно и вонзила зубы прямо в запястье. Кровь брызнула фонтаном, пачкая белоснежную шерсть Амики.

К моему изумлению, Торс издал звук — первый за всё время нашего знакомства. Низкий стон, почти рычание, вырвалось из его горла. Боль? Удивление? Всё вместе? Его лицо исказилось, глаза широко распахнулись, как будто он не мог поверить, что такое маленькое существо способно причинить ему столько боли.

Он отдёрнул руку, но Амика уже перенесла свою атаку на его лицо, взлетев вверх с немыслимой скоростью. Её когти оставили кровавый след через всю щеку здоровяка, едва не задев глаз. Торс отшатнулся, пытаясь защититься, но потерял равновесие и с грохотом рухнул на пол. Доски под ним затрещали, вздрогнула вся комната.

Монстр, раздувшийся до размеров маленького барсука, прыгнул ему на грудь, выбивая весь воздух из лёгких мощным ударом. Торс попытался схватить кошку, но его движения стали вялыми, неточными. Яд Амики уже действовал, парализуя конечности. Через несколько секунд громила затих и безвольно распластался на полу, его глаза закатились.

Лок, видя поражение брата, сделал отчаянную попытку напасть сзади с тяжёлым стулом. Но Амика, словно имела глаза на затылке, развернулась в воздухе и одним точным ударом в горло отправила его в страну снов. Блондин рухнул рядом с братом, они лежали как два поваленных дерева.

Амика, довольная своей победой, неторопливо повернулась ко мне. Её мордочка, перепачканная кровью братьев, выглядела до жути умиротворённой. Она приблизилась мягкими шагами и запрыгнула обратно мне на грудь, устраиваясь поудобнее.

Затем, с самым невинным видом, она принялась вылизывать мне лицо своим шершавым языком. Каждое движение было как наждачная бумага по коже.

— Сучка, на перчатки тебя пущу, — прошипел я, когда её вес снова отозвался болью во всём теле. — Я сейчас помру от твоей тяжести!

Амика, словно понимая мои слова, наклонила голову и уставилась своими жуткими глазами прямо мне в лицо. Потом она мягко мурлыкнула и легла, распластавшись по моему торсу. Её шерсть начала слабо светиться.

— Да чтоб тебя… — я пытался сдвинуться, но каждое движение причиняло такую боль, что от усилий на глазах выступали слёзы. — Ненавижу… кошек…

Но странное тепло начало распространяться от Амики по моему телу. Сначала едва заметное, затем всё сильнее и сильнее. В местах, где её тело касалось моего, боль стала утихать. Я ощутил, как эфир, запертый где-то глубоко внутри, начал слабо резонировать с этим теплом.

Часы тянулись медленно. Амика так и лежала на мне, распластавшись и тихо мурлыча. Её странное свечение то усиливалось, то ослабевало, но не прекращалось ни на минуту. Братья так и валялись в отключке, а я, несмотря на всю неловкость ситуации, постепенно ощущал, как силы возвращаются ко мне.

К вечеру я уже мог пошевелить пальцами, а эфир внутри стал отзываться чуть активнее. Не полностью, всего лишь слабый отклик, но это уже было прогрессом. Амика словно восстанавливала связь между моим телом и магией, хотя я и понятия не имел, как она это делает.

— Ладно, зверюга, — пробормотал я, когда тьма за окном начала сгущаться. — Ты мне помогла, но знай — потроха я из тебя всё равно выпущу при первой возможности.

Кошка в ответ лишь сильнее заурчала, словно принимая мои угрозы за комплименты. Её тепло продолжало распространяться по моему телу, постепенно восстанавливая то, что Каратели так старательно ломали. Я чувствовал, как кости медленно срастаются, как мышцы перестают быть каменными от боли.

Прошло ещё несколько часов. Ночь полностью вступила в свои права, луна заглядывала в окно, освещая комнату призрачным светом. Я осторожно пошевелился. Тело отозвалось болью, но уже не такой острой и всепоглощающей. Эфир внутри стал активнее, и я рискнул направить его к своим повреждениям. Магия отозвалась слабо, но всё же потекла туда, куда я её направлял.

Почувствовав уверенность, я наконец сделал то, что так хотел — резко сбросил кошку с груди. Амика кубарем покатилась по кровати с недовольным мяуканьем. Выпрямившись, она посмотрела на меня с таким оскорблённым видом, будто я совершил самое страшное предательство в истории.

— Мр-р-рау! — возмущённо промурлыкала она, явно недовольная тем, что я прервал её сон.

— Достаточно, — проворчал я, пытаясь сесть. Это удалось не с первой попытки, но всё же я смог принять вертикальное положение. — Я тебе не кошачья подстилка.

Амика, гордо задрав хвост, медленно прошествовала по кровати и зарылась в одеяло на другом конце. Через пару секунд от неё осталась лишь небольшая белая горка, из которой доносилось тихое возмущённое мурчание.

Я осмотрел комнату. Братья всё ещё валялись в отключке, на полу успели образоваться небольшие лужицы крови. Ничего, переживут. Главное, что они дышат. Я попытался встать, но тело всё ещё не слушалось как следует. Пришлось остаться на кровати, медленно восстанавливая силы.

Тихий стук в дверь прервал мои размышления. Не дожидаясь ответа, Виктория проскользнула в комнату. Её глаза распахнулись, когда она увидела развернувшуюся здесь картину: двое здоровых мужиков в крови валяются на полу, я сижу на кровати, а рядом возвышается белый холмик одеяла, из которого доносится недовольное мурчание.

— Что здесь произошло? — выдохнула она, переводя взгляд с братьев на меня.

— А, пустяки, — махнул я рукой с деланным безразличием. — Парни устали, решили отдохнуть. День был… напряжённый.

— В крови? — скептически приподняла бровь Виктория, скрестив руки на груди.

— Ну, отдых у всех разный, — пожал плечами я. — Некоторые вяжут, некоторые читают, а Лок с Торсом предпочитают вырубиться, истекая кровью. У каждого свои причуды.

Виктория недоверчиво покачала головой, но решила не развивать эту тему. Её взгляд скользнул к белому холмику на кровати. Она помолчала, словно собираясь с мыслями, потом наконец произнесла:

— Марк, у нас гость.

— Гость? — переспросил я, напрягшись. — Кто?

— Канавар Солнцев, — лицо Виктории стало серьёзным. — Он пришёл один. Говорит, что должен рассказать тебе нечто крайне важное и как можно скорее.