Я возвращаюсь к себе раньше обычного и нервничаю так, что у меня ладони потеют. Мысленно скрещиваю пальцы, надеясь, что Натали окажется дома. Я толкаю входную дверь и вижу ее – на диване, с ноутбуком на коленях и открытой банкой «Принглс» рядом.

– О, привет. – Она на мгновение скользит по мне взглядом, а потом снова запускает руку в знакомую красную банку (как я понимаю, сегодня выбор пал на традиционный вкус) и достает маленькую стопку чипсов. – Мне всегда казалось, что они напоминают по форме утиный клюв.

– Так и есть. – Я закрываю за собой дверь и прислоняюсь к ней. Мысленно перебираю все, что хотела обсудить. – У тебя есть минутка?

– Конечно. – Она нажимает клавишу пробела, ставит на паузу видео, закрывает ноутбук. Потом, подумав, и вовсе откладывает его в сторону. – Давненько такого не было, да?

Вопрос бессмысленный, так что отвечать я на него не собираюсь. Мы обе прекрасно знаем, что «такого» и правда давно не было.

Я сажусь в мягкое кресло напротив дивана, выпрямляю спину, делаю несколько глубоких вдохов, а потом сразу перехожу к делу – в конце концов, я знаю, что хочу сказать.

– Меня расстроило то, что случилось после той… ссоры.

Натали хмурится. Брови ее сходятся на переносице, будто она понятия не имеет, о чем я говорю.

– Какой ссоры?

– Когда мы друг на друга разозлились из-за… из-за парней. Из-за Нокса и Брайана, и всего остального. Из-за того, что я тебе сказала. – Я неопределенно взмахиваю рукой. Я не могу просто так сбросить этот момент со счетов, но до чего глупая была тема для спора.

Впрочем, разве это не обычное дело? Очень часто крупные ссоры начинаются из-за какой-нибудь мелочи.

Вот только меня действительно тревожит, сколько Натали пьет, и это не глупость. Кроме того, полагаю, ее беспокойство насчет того, что я позволяю людям собой пользоваться – тоже не глупость.

– А. Насчет этого я не злюсь, надеюсь, ты знаешь.

Мне остается только непонимающе моргать.

– Не злишься?

Она качает головой.

– Мы с Дереком больше даже не видимся. Я его отшила… ой, где-то месяц назад.

Сразу после того, как мы поругались и я стала от нее отдаляться, потому что думала, что она меня избегает.

– И тусуюсь я сейчас не так много, – признается Натали. – Если и хожу куда-нибудь, то пью меньше, чем раньше. Может, ты и была права.

Меня накрывает всепоглощающее облегчение.

– Я думала, ты на меня злишься.

– А я думала, ты на меня злишься, – парирует она. Когда я таращусь на нее, открыв рот, она продолжает: – Насчет Нокса и всего остального. Знаю, у вас там страсти не на шутку.

– Откуда ты знаешь? – Я ей особо ничего не говорила, но, может, просто очевидно, как редко я бываю дома.

– Во-первых, такое ощущение, что моя соседка исчезла. – Улыбка у Натали добрая, так что она, кажется, не злится из-за этой мелочи. – Во-вторых, я стала больше времени проводить с Блэр. Она сказала, что вы с ним часто видитесь.

– Погоди, Нокс что, сказал ей? – Я начинаю паниковать, хоть и не в плохом смысле. Все его друзья знают, что мы проводим время вместе, но я понятия не имею, сказал ли он хоть кому-то, чем конкретно мы занимаемся.

– Конечно, нет. Он ни за что не признается своей младшей сестренке, что трахается с такой горячей штучкой. – Она ухмыляется, и я закатываю глаза. Может, мне и неловко, но разве что совсем чуть-чуть. – Но ведь Блэр не слепая, да и я тоже. Совершенно очевидно, что происходит.

– Вот как. – Я опускаю голову и принимаюсь изучать собственные коленки, а заодно гадаю, какой поворот наш разговор примет дальше. Натали, меж тем, не замолкает.

– Я скучаю по тебе. Думала, ты на меня злишься и поэтому держишься подальше. Я всякого дерьма наговорила. Прости меня за это. Думаю, я просто… завидовала вам с Ноксом.

– И ты меня прости, – тихо прошу я. – Я рада, что ты теперь так много не пьешь. Я тебя не избегала, к слову.

Ну, разве что чуть-чуть.

– Я догадалась, что ты с Ноксом, оно и понятно. Я бы тоже не захотела расставаться с таким шикарным мужиком. – Я поднимаю голову, наши взгляды встречаются. – Но я не знала, что именно сделала, чтобы тебя отвадить. Я об этом даже с Леоном поговорила.

– Он мне рассказал. – И тут меня будто прорывает, слова льются потоком, как будто я много лет хранила тайну, а теперь решила раскрыть. – Мне неприятно было то, что ты сказала, Нат. Про то, что я состояла в отношениях, где меня контролировали. Мне было больно это слышать, и отчасти именно поэтому я держалась на расстоянии. Плюс, я и правда думала, что ты злишься из-за моих слов.

– Что? Нет. – Она качает головой, смотрит на меня так, будто не может мне поверить. – Ты что же, хочешь сказать, что у нас тут случился классический случай недопонимания? Что мы все тянули и тянули, хотя на самом деле могли просто поговорить несколько недель назад и во всем разобраться?

– Похоже на то, – чувствую себя настоящей дурой.

Но еще я испытываю облегчение. Мне совершенно не нравится считать, что лучшая подруга сердится на меня и не хочет со мной разговаривать. То была слишком тяжкая ноша.

– Мы с тобой такие нелепые. – Натали приподнимается на диване и распахивает объятия, шевелит пальцами, подзывая меня. – Ну иди к мамочке.

Я подхожу, мы обнимаемся, цепляемся друг за друга неизвестно сколько. Все это было бы неловко, но облегчение в этот момент настолько велико, что я боюсь, как бы не заплакать.

Честно говоря, у меня и так наворачиваются слезы на глазах, а когда я наконец отстраняюсь, то вижу, что и у Нат глаза блестят.

– В следующий раз просто приходи ко мне, – говорит она и смеется, хотя смешок ее немного напоминает всхлип.

– Аналогично, – говорю я, и мы обе улыбаемся.

– А теперь сядь и расскажи мне все про Нокса Магуайра и про то, в скольких позициях этот парень успел тебя поиметь. – С Нат станется первым делом задать самый личный вопрос. – Могу только представить, какой он, должно быть, изобретательный.

Я падаю на диван рядом с ней и рассказываю обо всем, что случилось за последние недели, опустив лишь несколько моментов – те, которые я хочу сохранить исключительно для себя самой.

Например, я не говорю, какой он милый. Какой мечтательный взгляд у него порой появляется, когда он смотрит на меня. Каким он бывает напористым. Как он рычит, как хозяйничает в постели, когда мы занимаемся сексом.

Наверное, «хозяйничает» – не лучшее слово. Мне просто нравится, как он двигает меня по кровати, как ставит в ту или иную позу. Как приподнимает и носит на руках, будто я невесомая. Знаю, у меня на коже вытатуирована надпись «на хрен патриархат», но в прикосновениях Нокса есть что-то роскошно мужественное. Он заботится обо мне.

И я не могу этим насытиться.

– Я должна кое-что тебе сказать, – говорит Натали, прерывая мои размышления. – И я хотела непременно сказать об этом лично.

– Что такое? – Внутри у меня все скручивается от страха.

– Где-то неделю назад со мной связался Брайан.

– ЧТО? – Я практически визжу, и Натали морщится. Мне тут же становится неловко. – Прости. Я не хотела орать, я просто… я в шоке. Как он с тобой связался? Когда? Что сказал?

– Написал мне в личку несколько дней назад. Мы же были подписаны друг на друга с первого курса, помнишь? Он был твоим парнем, так что иногда мы лайкали посты друг у друга. Иногда комментировали сторис. Все было очень безобидно.

– Что ты пытаешься сказать? – Теперь мои внутренности окончательно связались узлом. – Он же не пытался к тебе подкатить, а?

– Нет, вовсе нет. Он спросил, все ли у тебя хорошо.

– Прошу, скажи, что ты ему рассказала, что дела у меня потрясающе и меня почти каждую ночь жестко имеет роскошный футболист. – О боже, я так изменилась, что другим человеком стала, или что? Еще несколько месяцев назад я бы ни за что не захотела, чтобы такое выплыло наружу, да еще и стало известно моему бывшему парню. А теперь я, скрестив пальцы, надеюсь, что Нат именно это ему и сказала.

Или, еще лучше, снабдила его красочными подробностями – это ведь вполне в ее духе.

– Я не сказала, что тебя каждую ночь жестко имеют, – смеется она. – Но сказала, что ты вроде как кое с кем встречаешься.

Вроде как? Фу, это недостаточно сильное выражение. Впрочем, вины Нат в этом нет.

– А он что? – Меня вообще не должно волновать, что он обо мне думает. Он никогда не любил меня так, как я думала. Либо его чувства поблекли со временем…

– Сказал, мол, он очень рад, что ты счастлива.

– И все? – Что-то мне подсказывает, что этим дело не ограничилось.

– Ну, он вроде еще хотел поговорить, так что я решила выудить у него кое-какую информацию, как и подобает хорошей лучшей подруге, верно?

Я бы сделала для нее то же самое.

– И что еще он сказал?

– Что они с Кларой расстались.

– ЧТО? – Я во второй раз срываюсь на визг, но ничего не могу с собой поделать. Натали тут такими новостями швыряется. – Они расстались?

Она кивает.

– Как я поняла, это она бросила его. Оставила его с квартирой, а договор был заключен на его имя, и теперь Брайану его не расторгнуть, он психует и пытается найти соседа.

– Вот это и называется кармой. – Мне его даже не жаль. – А почему она ушла, он не сказал?

– О, я спросила, но тут он начал мяться. Упомянул, что они крупно поссорились, а он не ожидал, что она просто возьмет и вот так уйдет.

Я вспоминаю, как спокойно прошла наша последняя встреча. Когда он сказал, что хочет все прекратить, потому что встретил кое-кого еще. Какой опустошенной я себя чувствовала и как молчала, потому что пыталась все сдержать в себе. Не хотела потерять контроль прямо у него на глазах. Не хотела, чтобы он знал, какой властью надо мной обладает.

Как бы я отреагировала, если бы Нокс сказал, что больше не хочет со мной встречаться?

При одной мысли об этом у меня в горле встает комок.

– Мне его вообще не жаль, – равнодушно замечаю я.

– Мне тоже. Он колоссальный говнюк. – При этом Нат окидывает меня таким многозначительным взглядом, что меня охватывает беспокойство. – Мне кажется, он разнюхивает про тебя, Джо.

– В каком смысле? – настороженно спрашиваю я.

– Не удивлюсь, если он приползет назад и будет умолять тебя о прощении.

Отвратительная идея.

– Я не приму его назад.

– Я-то знаю, что не примешь, но он, наверное, все равно попытается.

– Я даже не хочу, чтобы он пытался. Не хочу с ним разговаривать.

– Он тебе не писал нигде?

– Я же его номер заблокировала, помнишь? – сделала я это в приступе ярости, но с тех пор ни разу не пожалела. Это помогло сдержать мои порывы связаться с ним – и не давало ему связаться со мной. – И я везде от него отписалась.

– Проверь личные сообщения. – Она взмахивает рукой.

Я достаю телефон и делаю, как велела Нат, открываю ящик с запросами.

У меня душа уходит в пятки, когда я смотрю на экран.

– Сообщение от него. – Я вскидываю голову и вижу, что Нат наблюдает за мной, широко распахнув глаза.

– Читай, – шепчет она.

Я открываю сообщение и мне ненавистно, как неуверенно я себя чувствую в этот момент. Не хочу, чтобы Брайан имел на меня хоть какое-то воздействие. Это раздражает, да и смысла в этом, честно говоря, никакого. Я не питаю к нему никаких чувств, как раньше, и все равно он не дает мне покоя.

Может, дело в том, что я нервничаю от того, что он попытался со мной связаться? Зачем он это сделал? Какие у него мотивы?

Прочистив горло, я читаю сообщение вслух.

– «Привет, Джо. Надеюсь, у тебя все хорошо. Я вот думал о тебе и хотел с тобой связаться, но не смог, потому что ты везде меня заблокировала. Надеюсь, ты увидишь это сообщение, и, если так, может, поговорим? Я был бы рад услышать твой голос». – Я бросаю телефон на кресло и с раздраженным вздохом откидываюсь на спинку дивана. – На самом деле я ведь его не заблокировала. Просто отписалась от него.

– Знаю.

– И я не хочу слышать его голос. Будь у меня выбор, я предпочла бы вообще никогда о нем не слышать. – Некоторое время я пялюсь в потолок и пытаюсь усмирить бушующие во мне чувства. – Я бы хотела, чтобы он оставил меня в покое.

– Если проигнорируешь его, так и будет, – предлагает Нат.

– Да, ты права. Если он снова с тобой свяжется, скажи, что меня разговоры с ним не интересуют – ни сейчас, ни в будущем. Мне плевать, насколько жестоко это прозвучит.

– Это не жестоко. Если тебе интересно, этот говнюк другого и не заслуживает.

Мой телефон пиликает, оповещая о входящем сообщении. Я тут же хватаю его – отчасти я уверена, что мне снова написал мой дерьмовый бывший. Но нет.

Сообщение от Нокса.

Я улыбаюсь, и на душе становится легче. Открываю сообщение, читаю.

Нокс: У меня сейчас начнется тренировка, и я решил спросить, не хочешь ли ты сходить поужинать сегодня?

Я: Ты меня на свидание приглашаешь?

Он быстро отвечает.

Нокс: Ага. Я осознал, что мы мало на них ходим. На настоящие свидания. А я хочу тебя побаловать.

Сердце мое вот-вот выскочит из груди.

Я: С удовольствием.

Нокс: Нарядись. Я заказал столик на восемь.

Я: Ты заказал столик, а потом спросил меня? Неужели я – такой беспроигрышный вариант?

Нокс: Это ты строила из себя недотрогу. А теперь, когда ты там, где мне надо, да. Ты – беспроигрышный вариант.

Я: Грубиян.

Нокс: Смотрю, ты и не споришь.

Я: И что значит «я там, где тебе надо»?

Я нервничаю, пока жду ответа.

Нокс: Со мной. Постоянно.

– С кем ты переписываешься? – спрашивает Натали.

– С Ноксом. – У меня голова от восторга кружится, и я поспешно печатаю ответ.

Я: Вот собственник.

Нокс: На хрен патриархат?

Нокс: Или найдем хрену другое применение?

Я: НОКС.

Нокс: Хватит претворяться, будто тебе это не нравится. Ты гораздо развратнее, чем я думал.

Ну вот, теперь я краснею.

Я: Больше подходит слово «пошлая».

Нокс: И сексуальная?

Я отправляю ему целую кучу эмодзи, чтобы он понял, насколько я одобряю его выбор слова.

Нокс: Обязательно надень что-нибудь сексуальное и пошлое на ужин.

Я: Я не могу развратно одеться в ресторан.

Нокс: Ладно, тогда просто трусики не надевай.

Ох уж этот мужчина…

– Ты покраснела, – с ухмылкой замечает Натали.

И она права: Нокс умеет сделать так, что все мое тело горит огнем. К черту Брайана. Он упустил свой шанс, когда бросил меня, как вчерашний мусор.

И, оказалось, ничего лучше со мной и случиться не могло.