– А ты вся такая таинственная. – Натали задумчиво рассматривает меня. – Почему просто не рассказать, как все было?

На дворе утро четверга, мы обе собираемся по делам. Я завтракаю за столом, а она бродит по кухне и собирает какую-то еду – может, обед, может, просто перекус с собой.

После потрясающего вечера с Ноксом я вернулась домой только рано утром – вызвала «Убер». Я понятия не имела, дома Натали или нет. Вчера мы вообще не пересекались, а теперь она ждет, что я ей все расскажу. Я же хочу спокойно допить кофе, и все.

После ночи с Ноксом по телу до сих пор разливается ленивая нега, а мышцы приятно болят.

– А у вас с Дереком как все прошло? – Я, понятное дело, резко меняю тему разговора, но только потому, что пока не готова рассказывать ей про Нокса.

Про очаровашку Нокса и его гигантский член. Про его ловкие пальцы и идеальный язык. Про его невероятное тело. Господи, какие у него мышцы. Мне бы так хотелось изучить их – его – чуть более тщательно. Надо было как минимум час потратить на близкое знакомство с его кожей, но я не уверена, что нам бы хватило времени.

Кончив, мы оба оказались совершенно без сил. Я пыталась уйти сразу, но он не позволил, убедил еще немного полежать с ним в постели. А потом обнял меня своими сильными руками, прижал к себе и в итоге заснул. Он так ровно, так тихо дышал мне на ухо, а рука его так уверенно сжимала мою правую грудь, будто он хотел заявить на нее свои права.

Оказалось, он любит обниматься, и это просто очаровательно. Особенно после всего, чем мы занимались.

Совместно проведенная ночь оказалась пошлой и сексуальной, с какой стороны ни посмотри. Просто огонь. У меня такого никогда не было.

– Да не было ничего. – Она хватает термокружку, наливает кофе из «Неспрессо», добавляет сливки и захлопывает крышку, потом перемешивает все взмахом руки. – Он сказал, ему надо лечь пораньше, потому что утром важная контрольная.

Вот блин. Особой надежды не вселяет.

– Но он как следует поцеловал меня, когда мы вышли из бара. Прижал к стене, все как полагается. А потом довел до машины. Неплохо так. – Нат широко улыбается, отхлебывает кофе, и улыбка ее тут же превращается в гримасу. – Проклятие, горячо-то как.

Она постоянно так делает. Казалось бы, можно запомнить, что сразу после «Неспрессо» кофе просто обжигает.

– Ты собираешься с ним снова увидеться?

– Надеюсь. Планов-то мы не строили. – Она вдруг сощуривается. – Хватит менять тему. Что произошло между тобой и Ноксом? Ты с ним домой поехала. И не говори, что ничего не произошло, потому что это важно. Ты впервые с кем-то перепихнулась после своего мудака! Большая веха.

Я улыбаюсь. Мне ненавистно, что она заговорила о Брайане, но все логично. Я и сама невольно сравнивала Нокса с бывшим – просто сдержаться не могла. Никого, кроме Брайана, я не знала.

Что ж, теперь я знаю еще и Нокса.

– Я, если что, вижу твой мечтательный взгляд. Ну давай, не молчи!

Но я думаю о том, что Нат может что-нибудь сказать Дереку, и осознаю, что ничего не могу ей рассказать о ночи с Ноксом. Я выдам его, все узнают, что он нарушил дурацкую клятву воздержания, и ему придется платить.

Почему он вообще согласился на эту сделку?

– Мы просто… целовались. И все. – Я сдержанно улыбаюсь, даже губ не размыкаю. К сожалению, именно так я всегда и поступаю, когда стараюсь не разболтать лишнего, и Натали это прекрасно известно.

– Девочка моя… – Она качает головой, и на лице ее явно читается разочарование. – Ты ведь мне ничего не скажешь, да?

– Я просто… хочу растянуть этот момент хоть на несколько дней. Оставить себе, – это даже не ложь. Вся эта ночь была по-своему безупречна. Нокс не давил, ни к чему не принуждал. Я хотела сделать ему минет, как бы ни страшили его габариты.

– Ну-ну. Вот отстой. – Она снова прихлебывает обжигающий кофе и морщится. – У тебя жизнь бьет ключом, а я даже через тебя не могу этим насладиться.

– Да не было ничего такого. – Я пытаюсь отмахнуться. Сказала бы я, что прекрасно стояло в тот вечер.

Написанный на ее лице скепсис четко дает понять, что мне она совершенно не верит.

– Ладно, пусть твои секреты останутся с тобой. Уверена, все было шикарно.

Меня вдруг охватывает паника. Я ужасно боюсь, что она скажет что-нибудь об этом Дереку, так что…

– Не говори никому о том, что случилось между мной и Ноксом, ладно? Особенно Дереку.

Брови Натали неумолимо ползут вверх.

– Почему я не могу сказать об этом Дереку?

Я не помню, говорила ли ей про спор, но решаю, что сейчас точно не стоит.

– Просто Нокс попросил пока ни с кем об этом не говорить, понимаешь?

– Так что, он собирается и дальше держать тебя в секрете? – Она опасно сощуривается. Мне, конечно, приятно, что она так сражается за мою честь, но ведь тут даже сражения никакого нет.

Я качаю головой:

– Нет, все совсем не так. Он вообще-то очень милый.

– Вряд ли ты в состоянии судить, кто милый, а кто нет. В конце концов, ты годами терпела дерьмовое поведение Брайана.

У меня от такого аж рот открывается. Какого черта?

– На что именно ты намекаешь, Нат?

– Что ты, возможно, позволяешь Ноксу пользоваться собой, а это не круто, Джо. Я просто беспокоюсь за тебя. Ты ведь знаешь, какой он бабник?

– О, еще как знаю. Ты постоянно мне об этом напоминаешь, – едва слышно говорю я, уставившись на миску с хлопьями. Еще минуту назад я с таким удовольствием завтракала, а теперь мне кажется, что я смотрю на миску какой-то раскисшей бодяги. Я отставляю хлопья в сторону. – Но между нами все совсем не так.

– С чего ты взяла? Он тебе так сказал, перед тем как раздел? Я тебя умоляю. – Она закатывает глаза и хватает со стула рюкзак. – Не хочу быть жестокой, но ты ведь несколько лет состояла в отношениях, где тебя постоянно контролировали, и они только что закончились, так что в парнях ты явно не очень хорошо разбираешься.

– В отношениях, где меня контролировали? Брайан меня не контролировал. – Мой голос срывается на визг, и я поспешно захлопываю рот, пытаясь успокоиться. Как и сказала Натали, она всего лишь беспокоится за меня.

Но еще она меня бесит.

– Еще как контролировал. За все время, что вы были вместе, ты почти не показывалась на людях, а он находился в целом штате от тебя! Он там веселился на полную катушку, ходил по вечеринкам и вечно тусовался с девчонками, а ты сидела, запершись в общежитии, как гребаная монашка. – Натали крепко хватает лямку рюкзака. Лицо ее раскраснелось. – Я люблю тебя. Ты одна из моих лучших подруг, но ты должна понять: Брайан дерьмово поступил с тобой, а ведь я много раз пыталась тебя предупредить.

– Ты права, поступил он дерьмово, но ведь я его любила, Нат. И он меня любил – ну, или, по крайней мере, я так думала. Я хотела посидеть дома. Мне не хотелось ходить по вечеринкам и развлекаться. Я слишком сильно по нему скучала.

– Даже в прошлом году? Когда все стало только хуже, а он не отвечал на твои сообщения и звонки? Вы с ним постоянно ругались, признай же наконец. Я почти уверена, что он изменял тебе с Кларой гораздо дольше, чем ты думала, – говорит она.

От ее слов я вздрагиваю и резко вскакиваю на ноги.

– Я больше не хочу об этом говорить.

– Правда глаза режет, да?

От ее неприкрытой жестокости у меня просто рот открывается. Совершенно пораженная, я не свожу с нее глаз.

– Хочешь услышать правду? Давай поговорим о том, как ты постоянно куда-то бегаешь, а я постоянно за тебя волнуюсь.

Она только отмахивается.

– Не пытайся все развернуть в мою сторону. Не у меня здесь очевидная проблема.

– В последнее время ты постоянно пьешь. По-моему, это становится проблемой. – Я не уверена, стоит ли продолжать, но, поколебавшись, решаюсь. – Ты много ходишь по барам, Нат, и это… тревожно.

Лицо ее застывает подобно маске.

– Отлично. Теперь ты называешь меня пьяницей. Я беспокоюсь о твоем благополучии, а ты меня оскорбляешь.

– Ты буквально только что заявила, что я состояла в абьюзивных отношениях, – замечаю я. Гнев и раздражение во мне так и кипят.

С меня хватит разговоров.

– Так значит, мы обе по уши в дерьме, да? – кричит она мне вслед, но меня уже и след простыл. Я быстро пересекаю коротенький коридор, ныряю к себе в спальню и захлопываю за собой дверь.

Некоторое время я лежу на кровати лицом вниз и пытаюсь привести в порядок мысли. Я злюсь, и от этого они путаются сильнее. Слышно, как с грохотом закрывается входная дверь, и я понимаю, что Натали ушла. Вероятно, по-прежнему злая на меня.

Ну и хорошо, потому что я на нее тоже зла.

Я переворачиваюсь на спину и устремляю взгляд в потолок, прокручиваю в голове все, что она сказала. Я тоже подозревала, что Брайан стал встречаться с Кларой задолго до того, как признался мне в этом. Неужели он изменял мне все то время, что учился в колледже? Вряд ли. На самом деле особых проблем в отношениях у нас не было до прошлого года. Хотя надо признать: он вовсю веселился, а мне постоянно ныл, что ему не нравится, когда я хожу на вечеринки, ведь там со мной могут заговорить какие-нибудь парни, а ему, мол, такое не по душе.

Ну конечно. Брайан обожал двойные стандарты, и, каждый раз, когда мы спорили, я ему об этом говорила. Он начинал уверять, что, даже когда ходит на вечеринки, общается только со своими друзьями. Вот только никогда не уточнял, кто эти друзья – парни или девушки.

Господи, я была такой доверчивой идиоткой. Может, я до сих пор такая. Именно я изо всех сил удерживала наши отношения на плаву, а он творил что хотел, проводил со мной только каникулы и праздники, и относился ко мне, как к своей фаворитке. Он меня так, кстати, и называл – фавориткой.

Гадость какая.

Неудивительно, что я у него была фавориткой. Принимала на веру каждое его слово последние три года и не задавала вопросов. Я была идеальной девушкой – дурочкой, которой не хотелось создавать проблемы.

У меня из горла вырывается яростный вопль, и я резко сажусь, смахиваю волосы в сторону. Я так устала, что мной пользуются. Мне надо взять свою жизнь под контроль и перестать волноваться насчет того, кому я причиняю боль – в конце концов, люди запросто ранят мои чувства, и ничего.

С этим покончено.

Покончено, я сказала.

Даже во второй половине дня, когда приходит пора идти в библиотеку на занятие с Ноксом, я все еще в плохом настроении. Впрочем, выплескивать злость на него мне совершенно не хочется, так что я мысленно, как мантру, повторяю одно и то же.

Сегодня хороший день. Нокс – хороший парень. И он не использует меня.

Ну-ну. Что-то мантра совсем не работает. Гораздо проще объявить всех парней на свете чудовищами и покончить с этим.

Когда я вхожу в кабинет, Нокс уже на месте, расхаживает взад-вперед. Выглядит он так, что дух захватывает. На нем джинсы и бурая рубашка хенли, идеально подчеркивающая мышцы. Я как вкопанная замираю в дверях. Нокс тоже перестает топтаться по кабинету, и при виде меня в зеленых глазах вспыхивает радость.

– Привет. – Его низкий голос прокатывается теплой волной, успокаивает меня, сглаживает тревогу, весь день не дававшую мне покоя. – Ты прекрасно выглядишь.

Я закрываю за собой дверь и прислоняюсь к ней. Искоса поглядываю на свой наряд. Я так рассердилась из-за ссоры с Натали, что даже не подумала про наряд. На мне любимые свободные джинсы и укороченный свитшот кремового цвета, на ногах – любимые кроссовки «Рибок». Мама вечно говорит, что в моем возрасте у нее были точно такие же.

Как скажешь, мама.

– Спасибо, – с придыханием говорю я.

От одного его присутствия у меня перехватывает дух. Нокс подходит ближе, и яростный блеск в его глазах только усиливается. Он останавливается прямо напротив меня, кладет руки мне на талию. Я слегка запрокидываю голову, и сердце мое заходится в предвкушении – я понимаю, что сейчас он склонится ближе, коротко, сладко поцелует меня.

Так оно и происходит.

– Привет, – бормочет он, слегка отстраняясь. – У тебя напряженный вид.

– Привет, – шепчу я и с трудом сглатываю. – Почему ты так решил?

– Когда ты в стрессе, у тебя вот тут крошечная морщинка появляется. – Он потирает местечко у меня на переносице, и морщинка (а она там действительно часто возникает) разглаживается. – Ты в порядке, Джо-Джо?

Я прислоняюсь к двери, медленно качаю головой.

– Поругалась с соседкой по квартире.

– С Натали? – Я киваю, и он спрашивает: – Из-за чего?

– Из-за ерунды. – Я не собираюсь рассказывать, что одной из причин был он. На самом деле спорили мы в основном из-за Брайана, раз на то пошло.

– А разве так не всегда бывает? – Он заправляет мне за ухо несколько выбившихся прядей. От его прикосновений покалывает кожу, и я на мгновение закрываю глаза, глубоко вдыхаю, а потом снова открываю глаза и легонько отталкиваю его.

Нокс отступает, пропуская меня в кабинет, и я перехожу в режим эффективного репетитора, у которого все схвачено (коим я и должна быть).

– Тебе ведь завтра черновик сдавать, так?

Нокс, скривившись, выдвигает стул и с размаху падает на него.

– Так. Она сегодня на занятии дала нам время поработать над эссе, но, уверен, я все запорол.

– Это вряд ли, – уверяю я, садясь рядом с ним. – Дай-ка я прочту, что получилось.

Почти весь час мы работаем над черновиком. Я учу его парочке приемов и хитростей, которые помогают с составлением текста, он печатает на компьютере и сосредоточенно хмурится. Упрямый завиток падает ему на лоб, отчего он кажется особенно милым. Руки у меня так и чешутся убрать непокорный локон, но я сдерживаюсь.

До чего странно: пару дней назад я держала во рту его член, и все же мне кажется, что еще слишком рано для прикосновений.

О, а еще от него просто невероятно пахнет. Такое ощущение, что он побрызгался туалетной водой с феромонами или с афродизиаком, отчего мне хочется зарыться лицом ему в шею и никогда, никогда не отрываться.

– Ты на меня пялишься, – замечает он в какой-то момент, а когда я застываю, открыв рот, довольно ухмыляется.

Я выпрямляюсь на стуле и заставляю себя сосредоточиться на экране ноутбука.

– Я пытаюсь тебе помочь.

– И для этого на меня пялишься? – Я открываю, было, рот, чтобы объясниться, но Нокс не дает. Едва я поворачиваю голову, он наклоняется и целует меня. Поцелуй короткий, но с языком. Он отстраняется и добавляет: – Это, кстати, не помогает. Ты ужасно отвлекаешь.

Боже мой, это он тут отвлекает!

– Не отвлекайся, – говорю я, кивая в сторону ноутбука. – Пиши дальше.

– Ненавижу письменные задания. – Он стонет и качает головой.

– Ты почти у цели. Осталась пара абзацев.

– Мне нужна награда, – на полном серьезе замечает он. – Стимул, чтобы я закончил это дурацкое эссе.

Я поглядываю на время.

– Если закончишь через десять минут, можем пять минут пообжиматься, – предлагаю я. В шутку вообще-то.

– Идет. – Он склоняется над столом, некоторое время, задумавшись, пялится на экран, а потом принимается печатать.

Разумеется, через несколько минут он заканчивает эссе и поворачивает ноутбук ко мне, чтобы я прочла текст. Эссе стандартное для колледжа, примерно на две страницы. Я пробегаю его глазами, исправляю кое-какие ошибки в правописании и в грамматике, а потом объявляю, что работу можно сдавать. Пара щелчков мышки, и эссе отправлено. После этого Нокс с грохотом закрывает ноутбук и поворачивается ко мне. На губах его – знакомая озорная улыбка.

– Ты мне должна, Саттон.

Я изгибаю бровь.

– О, так теперь ты меня по фамилии называешь, Магуайр?

Он кивает, тянется ко мне, полностью отрывает меня от стула и усаживает к себе на колени. У меня не остается выбора, кроме как оседлать его, а он, меж тем, засовывает руку под мой укороченный свитшот и касается голой кожи.

– Ты меня убиваешь своими кроп-топами, Саттон.

– Они не настолько короткие, Магуайр. – Его пальцы скользят по моей спине. Прикосновение настолько невесомое, что я вся трепещу. – В них и кожи-то почти не видно.

– В том-то и проблема. Ты вся такая сексуальная дразнилка. – Он целует меня в шею, касается губами кожи. Они мягкие. Влажные. – Это, кстати, идеальное твое описание.

Я кладу руки ему на плечи, наклоняюсь к его губам.

– Сексуальная дразнилка? Уверена, так меня еще не называли.

– Хм. Но это правда. – Правой рукой он касается моего бока, проводит пальцами по поясу джинсов. – Я все думаю о том, что случилось той ночью.

Обожаю, когда он признается в подобном. Я чувствую себя такой желанной. С Брайаном такое редко случалось.

– Та ночь была…

– Чертовски великолепной.

– Я собиралась сказать «очень хорошей». – Он прикусывает кожу у меня на шее, и я начинаю хихикать. – Но твое описание тоже сгодится.

– И ты все равно сбежала. – Он слегка отстраняется, смотрит мне в глаза. – Я даже не слышал, как ты ушла.

– Я просто… Мне надо было домой. Поспать в собственной постели. Я заперла дверь, когда уходила, я проверила, – может, и не на засов закрыла, но все же.

– Все нормально. – Пальцы его скользят от моей щеки к подбородку, большой палец касается нижней губы, слегка оттягивает ее. – Черт, как же мне нравится твой рот.

От комплимента у меня горят щеки.

– У нас осталось… четыре минуты, Нокс. Если хочешь получить награду, сейчас самое время, а то нам уже уходить скоро.

Он обеими руками обхватывает мое лицо, притягивает к себе и вовлекает в потрясающий поцелуй – с языком, все как полагается. Это самый чудесный поцелуй в моей жизни. Даже лучше, чем в тот раз, когда мы поцеловались впервые. Лучше, чем два дня назад, когда мы не могли перестать целоваться. Лучше всего на свете.

Так продолжается несколько долгих минут, но наконец я отстраняюсь, высвобождаюсь из его объятий и слезаю с его колен. Он поправляет брюки в области паха, а я дрожащей рукой приглаживаю волосы, несколько раз двигаю уставшей челюстью.

– Я в жизни столько не целовался с девушкой, сколько с тобой, – признается он, хватая ноутбук и засовывая его в рюкзак.

А вот и еще одно поразительно милое признание от Нокса Магуайра. Мне они, похоже, частенько достаются, и каждое становится сюрпризом.

– Ой, да ладно. – Я собираю свои вещи, складываю все в сумку и закидываю ее на плечо. – Звучит…

– Невероятно? И все-таки это правда. А теперь я ни о чем другом и думать не могу. – Он вдруг хватает меня за талию, привлекает к себе, и все мысли вылетают у меня из головы.

– О чем-о чем ты думаешь?

На губах его играет многозначительная улыбка. Он будто прекрасно понимает, что я совершенно не могу сосредоточиться в его присутствии.

– О поцелуях с тобой, Джо-Джо. У меня иногда случаются фиксации. – Он целует меня так, будто не может сдержаться. – Почти уверен, что теперь я полностью одержим тобой.