Поверить не могу, что Кэм уговорил меня прийти в эту дыру.

Мы в баре «У Логана», и, хотя обычной толпы нет (в конце концов, на дворе вечер вторника, самый скучный день на свете), народу все равно прилично. Как по мне, даже слишком много. Большинство посетителей почему-то спортсмены, кое-где попадаются девушки.

Слава богу. Сегодня я совершенно не в настроении отбиваться от прилипчивых женщин.

Несмотря на толпу я сижу один за высоким столом, поцеживаю пиво и мрачно глазею на всех, кто смеет хотя бы посмотреть в мою сторону, не то что подойти. Потому никто ко мне и не подходит, что меня полностью устраивает.

Единственный, кому хватает храбрости со мной разговаривать – тот самый козел, который меня сюда притащил.

– Ты ведешь себя как мудак, – беззлобно ухмыляется Кэм и с грохотом ставит бокал на стол.

Я пялюсь на него и искренне надеюсь, что мой взгляд передает бушующую внутри меня злость.

– Это ты меня сюда притащил. Я же сказал, что не хочу никуда идти.

– Мне пришлось тебя притащить. Я подумал, тебе надо обстановку сменить. – Он качает головой. Наверняка вспоминает, каким мрачным я был на тренировке и после нее, когда мы вернулись в квартиру и он совершил главную свою ошибку – задал, как ему казалось, очень простой вопрос.

– Какая муха тебя укусила?

Тут я ему все и выложил. Ага, во всех подробностях. Рассказал и о том, как страстно мы с Джоанной тискались в кабинете библиотеки, причем дважды. Как я пошел за ней в уборную того самого изысканного заведения, где мы теперь сидим, в прошлую субботу. Если я что-то и опустил, то только потому, что забыл, но, если честно, когда речь идет о Джоанне Саттон, я помню каждую мелочь.

Даже то, что меня раздражает.

Самое чудесное в Кэме то, что он меня даже не осудил. И не сказал, мол, гони бабки. Он меня выслушал, кое-что предложил, я отверг все его идеи, и тогда он наконец объявил, что мне надо выбраться из дома.

И притащил сюда.

Большая ошибка с его стороны.

Я люблю веселиться и всегда с радостью подыграю. Потому что я такой на самом деле. Люблю вечеринки, люблю болтать и флиртовать. Мне нравится знакомиться с новыми женщинами, на полную катушку включать очарование и убеждать их, что я не так плох. Я ведь и правда не плох. Я прекрасно понимаю их чувства и переживания, и их… кхе-кхе… удовольствия. Если с кем-то замутил, всегда прослежу, чтобы девушка кончила, даже если она знает, что это всего на одну ночь. Всегда прослежу, чтобы после секса ей было комфортно и приятно, даже если я вынужден буду отвергнуть ее.

И ведь никто никого не отвергает в полном смысле этого слова. Я обставляю все так, что это у меня проблема, а не у них. Это я не могу вступить в постоянные отношения, это я вечно ищу утех на стороне и не хочу связываться с одной женщиной надолго. Это я всегда куплю девушке выпить, разговорю и, если повезет, сделаю так, чтобы она почувствовала себя особенной.

Сегодня вечером все не так. И уж тем более все не так с Джоанной.

С ней я испытываю вину за свое поведение. Ну не хотел я, чтобы Дерек знал, что мы проводим время вместе, что такого? Он ведь явится за деньгами и будет прав. Я только-только дал самому себе слово и уже готов все бросить.

Достаточно только подумать о Джоанне, и внутри у меня все скручивается узлом. Есть я тоже не могу – мысль о еде вызывает у меня отвращение, а такого, черт побери, никогда не случалось. Зато я могу пить, чем и занимаюсь с тех самых пор, как мы явились в бар больше часа назад.

Иными словами, я уже хорошо набрался и вот-вот окончательно напьюсь.

– Я бы пил дома, а так я пью здесь. По-моему, смена обстановки не помогла. – Я отхлебываю пива и ставлю стакан на стол. – Вообще.

Кэм забирает у меня стакан, заработав от меня возмущенный окрик. Потом оставляет меня за столом (без пива, в компании своего практически пустого бокала) и уходит прочь.

Я хватаю бокал, подношу к губам и одним махом допиваю, запрокинув голову. Морщусь, ощутив вкус разбавленного алкоголя.

Виски. Отвратительная штука.

У входа начинается какая-то движуха, и я понимаю, что кто-то, видимо, вошел в бар. Народ в зале начинает переговариваться – с каждой секундой все громче, и я, насторожившись, поворачиваю голову.

Атмосфера в баре меняется, сгущается от напряжения, и, клянусь, по коже у меня бегут мурашки. Я потираю шею, наблюдая, как толпа медленно расступается перед двумя модными, эффектно одетыми девушками.

Я с трудом сдерживаю стон. Обе они мне прекрасно знакомы. Черт, одну из них я хочу так, как никогда никого не хотел, и не важно, как дерьмово мне от этого приходится.

В бар входит Джоанна, а с ней – ее подруга и соседка Натали.

Обе одеты как полагается для выхода в свет, а не для того, чтобы случайно заскочить в местный студенческий бар. Готов поклясться – чем дольше я пялюсь на Джоанну, тем выше шансы, что у меня сейчас глаза из орбит вылезут. Она изрядно обнажилась – я еще никогда не видел ее в таком откровенном наряде, по крайней мере, на людях.

Меня тут же накрывает воспоминание о том, как я целовал ее сиськи, и я потираю грудь, пытаясь унять внезапную боль.

Парни вокруг них с Натали так и толпятся – сегодня их гораздо больше, чем девушек, и я замечаю среди потенциальных кавалеров несколько человек из нашей футбольной команды. Меня охватывает соблазн превратиться на минутку в пещерного человека – рвануть туда, чтобы они все отвалили и не трогали то, что принадлежит мне. Черт, я уже почти встал и был готов заявить свои права, как вдруг осознал, что размышляю, как настоящий говнюк. И мне вообще-то никто не принадлежит.

Особенно Джоанна, которая практически послала меня на хрен.

– Какого черта?

Я поворачиваюсь на голос и вижу Дерека. Он стоит прямо позади меня, открыв рот, и туда вот-вот муха залетит. Взглядом он пожирает обеих девушек. Во мне поднимается гнев, и я уже готов отчитать его, потребовать, чтобы перестал пялиться, но тут понимаю, что на Джоанну он не смотрит.

Все его внимание приковано к Натали.

– Похоже, твоя девушка явилась, – ядовито замечаю я.

Во взгляде его читается вопрос.

– Она не моя девушка.

– Вы же вроде вместе были в субботу вечером здесь, нет?

– Ну да, но это так, между прочим. Ты же знаешь, как оно бывает. Ой, погоди-ка. – Дерек коварно улыбается, и мне хочется ему врезать. – Ты, наверное, забыл, у тебя же воздержание и все такое.

Рядом кто-то фыркает, будто Дерек сморозил глупость. Покосившись вправо, я замечаю Кэма. Он, перехватив мой взгляд, поспешно придает своей самодовольной физиономии более нейтральное выражение.

Иногда я просто ненавижу своих друзей.

– Иди, поговори с ней, – велит Кэм Дереку и кивает в сторону Натали.

Дерек опустошает бокал, ставит на стол и направляется к девушкам. Под прицелом наших взглядов он подходит к Натали, склоняется к ней. На губах его играет легкая улыбка, он касается ее локтя…

Натали отступает от него на шаг. Глаза у нее сверкают, губы шевелятся со скоростью света, и улыбка на лице Дерека гаснет.

Кэм смеется.

– Она его отчитывает.

– Он наверняка это заслужил. – Все мое внимание приковано к Джоанне. Она смотрит на меня, но поспешно отводит взгляд и краснеет.

Попалась!

– Ты не собираешься подойти к Джоанне?

Я качаю головой.

– Чтобы мне тоже нотацию прочитали, как Дереку? Нет, спасибо.

– Она же вроде тебя уже отчитала.

Жаль, что нечего выпить.

– Думаю, раз представилась такая возможность, она отчитает еще разок.

Кэм качает головой.

– Ох уж эти женщины, – бормочет он.

– Скажи? Жуткие создания.

– Ты это не всерьез.

– Прямо сейчас – всерьез. – Ухватившись за края стола, я слезаю со стула. – Мне нужно еще выпить.

– Ты бы сначала водички попил, что ли.

– Хватит делать меня трезвенником. Сегодня у нас другая цель.

– Нокс, да ладно.

Но я уже ухожу прочь. Меня не интересует, что скажет Кэм. Он наверняка будет уверять, что действует в моих же интересах, что я, конечно, имею право расстроиться, но не стоит топить печали в спиртном, особенно учитывая, что завтра тренировка.

Я неоднократно слышал от него эту речь, но никогда прежде – в таких уникальных обстоятельствах.

Я подхожу к барной стойке, улыбаюсь, когда барменша, рыжеволосая красотка, останавливается прямо напротив меня и дружелюбно улыбается.

– Что для вас?

– Индийский пейл-эль, какой есть на кране, и шот лучшей текилы.

Она кривится.

– Уверены?

– Что, теперь уже и бармены пытаются помешать мне напиться? Это что, заговор? Вы серьезно отказываетесь от лишней выручки?

Приветливое выражение лица тут же сменяется кислой миной.

– Текила и пиво – не лучшее сочетание.

– У меня все под контролем, – барабаню пальцами по стойке. – Так меня обслужат или нет?

Она отворачивается, бормочет себе под нос «козел», и я тут же чувствую себя мудаком.

А ведь я не такой. Не важно, что там говорит Джоанна, на что она намекает. Я приличный человек.

Богом клянусь.

Через пару минут барменша ставит передо мной высокий бокал пива и шот текилы. Где-то за моей спиной смеется Дерек, и я морщусь от этого звука. Прислонившись к стойке, касаюсь одним пальцем руки барменши.

– Простите, что вел себя как козел, – говорю я.

Она слегка улыбается, но в глазах ее ни капли тепла. Явно не верит, что я говорю честно.

– Ничего. Расплатитесь сейчас или счет открыть?

– У меня уже открыт. Запишите на имя Нокса Магуайра.

На мгновение в ее взгляде мелькает удивление – она, видимо, узнала имя – но я его игнорирую. И ее тоже.

По крайней мере, я извинился.

Я устраиваюсь на ближайшем барном стуле, подношу к губам шот и, собравшись с духом, залпом выпиваю его. Алкоголь обжигает горло, разливается в крови и оседает в животе, согревая меня изнутри. Я уже подумываю заказать еще один шот, но в итоге перехожу на пиво.

Дерек снова смеется – у него очень характерный смех, очень раздражающий, так что я отчетливо слышу его. Повернувшись на стуле, я наблюдаю, как он разговаривает с Натали и Джоанной.

Каким-то образом ему удалось снова обаять и завоевать ее. Вот повезло ублюдку. Натали флиртует с ним точно так же, как в субботу вечером, вот только наряд у нее в этот раз гораздо сексуальнее, и Дерек не может отвести от нее глаз (и рук). Джоанна стоит в шаге от них и наблюдает за их разговором, как другие наблюдают за теннисным матчем. В руке у нее бокал, и, когда она подносит его к губам, я замечаю, что она пристально смотрит…

На меня.

Я не отвожу взгляд, опираюсь локтями на барную стойку за спиной и пытаюсь принять расслабленную позу. Как будто у меня вся ночь впереди – куча времени, пусть подходит. Вот только сердце у меня бьется как сумасшедшее, а кровь кипит так, что уши закладывает.

Черт побери, почему она просто не подойдет и не поговорит со мной?

Она ни за что так не сделает. Я вдруг осознаю, что сама она ни за что не подойдет, так что я разворачиваюсь на стуле, хватаю пиво и залпом осушаю бокал. Вытираю рот тыльной стороной руки. Барменша, как раз проходившая мимо, резко останавливается, заметив пустой бокал.

– Повторить?

– Нет, спасибо. Можно рассчитаться?

– Конечно. – Она с вежливой улыбкой поворачивается к кассе и начинает перебирать кредитки. Берет мою, считает всю мою выпивку, печатает чек, а потом протягивает его мне вместе с карточкой.

Я ставлю широкий росчерк и даю приличные чаевые.

– Спасибо, что терпели меня.

– Доброй ночи, – рассеянно произносит она и направляется к другому клиенту, который только вошел в бар.

Я слезаю со стула, засовываю кредитку и копию чека в кошелек, а кошелек – в задний карман джинсов. Напоминаю себе, что мне нечего терять. Надо просто пойти и поговорить с ней.

Я выпрямляюсь, мысленно напоминая себе, что я – гребаный Нокс Магуайр, который не расстраивается из-за девчонок, и направляюсь туда, где стоит Дерек с девушками. Останавливаюсь я прямо напротив Джоанны.

– Привет. – Дерек улыбается мне, и я изо всех сил сдерживаюсь, чтобы не скривиться. – Что такое, брат?

– Хотел поздороваться с Джоанной, – говорю я, не сводя с нее глаз.

Мы с ней пялимся друг на друга, и воздух начинает искрить от напряжения – до такой степени, что Дерек прочищает горло, а Натали ухмыляется как ненормальная.

Она, видимо, в курсе нашей ситуации.

– Ты знаком с Джоанной? – наконец спрашивает Дерек.

Я искоса поглядываю на него, гадая, много ли он помнит о субботнем вечере. Зная его, скорее всего, не очень.

– Она мой репетитор по английскому.

Да-да, я решил выложить все карты на стол.

Дерек удивленно вскидывается.

– Правда, что ли? Я и не знал, что у тебя есть репетитор.

– Все так. – Она отпивает из бокала, по-прежнему не сводя с меня глаз. – Нокс мой ученик.

Я слегка киваю, благодарный, что она хотя бы признала мое существование.

Еще больше я благодарен Дереку, который даже не стал зацикливаться на том, что мне нужен репетитор.

– Так значит, мы все знакомы. Круто. – Дерек несколько раз кивает головой, как идиот, и я уже открываю рот, намереваясь его оскорбить, как вдруг Натали делает шаг вперед, хватает Дерека за руку и тянет к бару.

– Купи мне выпить, здоровяк, – поддразнивает она его.

– Без проблем, красавица.

Я смотрю им вслед и только глаза закатываю. Здоровяк? Размечтался.

– Я-то думала, это твое прозвище, – замечает Джоанна, едва парочка оказывается вне зоны слышимости.

Я непонимающе хмурюсь.

– Что, прости?

– Здоровяк. Ну, знаешь. – Она склоняет голову, и длинные волосы рассыпаются по плечу. – Раз уж тебя такой здоровый член.