Я погнался за ней.

А ведь я такого никогда не делаю.

Никогда.

И все же, как только она вышла из-за стола, мной овладело совершенно незнакомое желание последовать за ней. Я извинился перед Дафной – и да, мы с ней переспали, когда я был на первом курсе. И на втором. Ладно, черт возьми, и в прошлом году тоже, но она меня не интересует. Вообще нет. Так что я рванул за Джоанной.

И вот я стою в женском туалете «У Логана», смотрю на нее в зеркало и держусь за раковину, чтобы Джоанна не сбежала.

Это, конечно, предлог. Я просто хочу быть как можно ближе к ней. Чувствовать аромат ее волос. Жар, исходящий от ее тела. Не знаю, какого черта случилось, но раз незначительная встреча с Дафной так разозлила Джо-Джо, что она сбежала…

Это о многом говорит.

– Подвинься, а? – Голос у нее откровенно враждебный.

Я медленно качаю головой, не сводя с нее глаз:

– Не сейчас.

Ее трясет. Я чувствую, как по ее телу пробегает дрожь.

Это из-за меня?

– Не надо было тебе идти за мной. – Она опускает голову, будто разговаривает не со мной, а с раковиной. – Все это не может продолжаться.

– Что «это»? – Склонив голову, я касаюсь носом ее волос, вдыхаю свежий цветочный аромат. У меня кружится голова от ее запаха, я будто под кайфом, богом клянусь. Она определенно стала тем самым кусочком шоколадного торта, о котором я думаю днем и ночью, который мечтаю поглотить.

Поглотить ее.

Джоанна рвано выдыхает, слегка поворачивает голову, и наши взгляды встречаются, и…

Дверь распахивается, и я отскакиваю от Джоанны – наверное, шагов на пять за секунду. В уборную вваливается четверо женщин. Они смеются, громко болтают и мгновенно застывают при виде меня.

У них, кажется, вот-вот глаза на лоб вылезут. Одна оказывается достаточно храброй.

– Нокс Магуайр? – Голос ее напоминает писк.

– Увидимся. – Я машу им на прощание и поспешно уношу ноги из туалета. Очень быстро, скажу я вам. Я что, зря по полю-то бегаю?

Я чертовски быстрый.

Я возвращаюсь на свое место и не сразу замечаю, что Кэм снова сидит напротив меня.

– Ты где был? – спрашивает он.

– Отлить ходил. – Я дергаю головой в сторону уборных. – Где Блэр?

– Со своей новой знакомой. С той девчонкой, которая с Дереком тусовалась. – Кэм косится на отдельный столик, где теперь сидят Натали с Блэр. – Я ее не знаю.

– Ее зовут Натали. Она соседка Джоанны.

– Ясненько, – кивает Кэм, и глаза у него сверкают. Как будто он знает все мои тайны (слава богу, это не так). – Напомни еще раз, откуда ты знаешь Джоанну из книжного?

– Она мой репетитор, забыл? – бормочу я, стараясь не повышать голос. За этим столом полно тех, кто может подслушать разговор, а я не хочу об этом распространяться.

Некоторое время я болтаю с ребятами о всякой ерунде, выпиваю еще кружку пива, а мой взгляд следит за каждым движением Джоанны с того самого момента, как она возвращается из уборной. Волосы у нее заправлены за уши и плавно скользят по спине. Я прекрасно помню, какие они на ощупь, не зря же я тайком их пощупал, пока мы сидели рядом. Мягкие, как шелк.

Она садится за стол к моей сестре и своей подруге, они втроем склоняются друг к другу и что-то начинают обсуждать. Она сидит прямо передо мной, мне ее прекрасно видно, так что я беспрепятственно наблюдаю, как они смеются и сплетничают. Хотел бы я знать, о чем они говорят.

Хотел бы я, чтобы она шептала мне на ухо.

Чтобы ее рука легла мне на бедро, прожигая толстую ткань джоггеров. Чтобы ее пальцы медленно, но уверенно скользнули выше. Выше…

Дерек громко хлопает ладонью по столу. Я подпрыгиваю от неожиданности и окидываю его мрачным взглядом.

– На хрена так делать?

– Я вообще-то заговорить с тобой пытался, а от тебя – ноль внимания. – Дерек садится рядом со мной, и мне волей-неволей приходится подвинуться, освобождая ему место. – Надеюсь, ты не на Нат пялишься.

Я фыркаю.

– Не на нее. Ты очень четко заявил о своих притязаниях, причем сразу после игры, еще на поле.

Дерек расплывается в улыбке.

– Я и правда так сделал, да? Думаю, сегодня пойду к ней.

Он жадно потирает руки, сукин сын.

Я старательно игнорирую клокочущую внутри зависть. Я завидую не тому, что он собирается переспать с Натали. Мне она не нужна.

А вот Джоанна…

Дело в том, что Дерек свободно может пойти к Натали домой и перепихнуться с ней, и ничего не случится. А ведь Натали живет с Джоанной. Он увидит, где они живут, проведет время в привычной для них среде. Посмотрит, какая у них квартира.

Вот чему я завидую.

– Повезло тебе, – сухо замечает Кэм.

– Как будто ты не можешь заполучить любую из девчонок, что здесь ошиваются? – Дерек оглядывает переполненный бар. – Выбирай любую. И ты, и Магуайр. Ой, погодите-ка. – Он ухмыляется. – Магуайр воздерживается. Женщины для него табу.

– Не напоминай. – Я одним махом допиваю пиво. Мне не найти себе места. И настроение мрачное. Дерек тянется налить мне еще, но Кэм ему не дает.

– Он и так уже выпил достаточно.

– Неправда, – возмущаюсь я. – Мне явно нужно еще.

– Ты совсем в депрессию скатишься, – замечает Кэм, а потом поворачивается к Дереку. – Ему нужен перерыв.

– Ладно. – Дерек убирает кувшин с пивом, и я мрачно глазею на своих друзей. До чего раздражает, когда они ведут себя, как моя мать.

Так мы сидим минут двадцать. Дерек с Кэмом болтают. Я испепеляю их взглядом. Девчонки за соседним столом время от времени косятся на нас. Я об этом знаю, потому что не свожу взгляда с их стола. У меня даже оправдание есть – Блэр. Я присматриваю за сестрой (и вижу, как злобно она на меня поглядывает).

Что ж, не повезло ей. Вот только я даже не на нее смотрю – мне не отвести глаз от Джоанны.

Я наблюдаю, как она улыбается подругам, как они склоняются друг к другу и перешептываются. Как она смеется. Как рассеянно накручивает на палец прядь темных волос и кусает губы, пока слушает других. Сама она, кажется, погружена в размышления.

По крайней мере, пока не смотрит в мою сторону. Ее, похоже всегда удивляет, когда она поворачивается ко мне и замечает, что я на нее пялюсь, но она никогда сразу не отводит взгляд. Наоборот: несколько долгих, жарких секунд она пристально смотрит на меня в ответ, а потом снова обращает внимание на подруг.

Она, наверное, считает меня сталкером. По крайней мере, именно так я себя и веду, и это просто мерзко.

Впрочем, мне все равно. Я сижу и караулю, как бы какой-нибудь говнюк не подкатил к ним и не стал флиртовать с Джоанной.

Я этого не допущу.

Я тяжело вздыхаю, потираю шею. Собственные мысли меня раздражают. Веду себя как варвар. Как гребаный собственник. Что, черт возьми, со мной не так?

– Думаю, она поняла намек, – произносит Кэм, когда Дерек наконец встает из-за стола и уходит в уборную.

Я хмурюсь.

– О ком ты говоришь?

– О твоей сестре. Ты ее весь вечер взглядом испепеляешь.

– А. Точно. – Я киваю, подыгрывая ему. – Не хочу, чтобы к ней подходили всякие кретины.

– Ну, ты так пялишься, будто отрежешь яйца любому, кто рискнет посмотреть в ее сторону, так что, думаю, переживать не о чем, – сухо замечает Кэм.

С тяжелым вздохом я откидываюсь на спинку дивана.

– Я слишком ее защищаю, да?

– Не то слово. Она, знаешь ли, может за себя постоять. И она очень умная.

– Тебе-то откуда знать?

– Потому что я только что просидел с ней как минимум полчаса, и мы разговаривали.

– Вы с ней разговаривали?

– Конечно, разговаривали. Не буду же я молча сидеть и таращиться на нее. Это ты так делаешь. – Знаю, он пытается поддеть меня, развеселить, но ничего не выходит.

Я не хочу, чтобы даже Кэм заговаривал с моей сестренкой, а ведь этому ублюдку я доверяю больше всех в команде.

Я молчу, и улыбка постепенно сползает с лица Кэма.

– Да ладно, Магуайр. Не кисни. Что вообще с тобой такое? И даже не говори, что дело в Блэр. Ты не из-за нее такой взвинченный.

Я снова вздыхаю, потираю лицо. Жаль, что я не могу ему во всем признаться.

Проблема в том, что я и с Кэмом поспорил. Он хоть и сказал, что поцелуи не в счет, но наверняка передумает, если узнает, что произошло между мной и Джоанной. Скажет, я нарушил клятву воздержания и должен ему денег. Денег мне не жалко, а вот проигрывать не хочется. Я вообще не люблю проигрывать.

Ни в чем.

– Пошли отсюда, – говорю я Кэму и встаю. Слегка потягиваюсь – я целый вечер просидел в крошечной барной кабинке, и все тело затекло. Когда же я поглядываю на Джоанну, выясняется, что она на меня смотрит.

Я криво улыбаюсь, и она отводит взгляд.

Ха. Попалась.

– Идем, – рядом возникает Кэм, но я, вместо того чтобы сразу уйти из бара, направляюсь к столику, за которым сидит моя сестра, и, как настоящий говнюк, принимаюсь тыкать в нее пальцем.

– Уйдешь отсюда только с этими двумя. – Я указываю на Натали и Джоанну.

Блэр закатывает глаза.

– Как скажешь, папа.

Натали хихикает. Джоанна не поднимает головы.

– До встречи, Блэр, – тянет Кэм.

Моя сестра вспыхивает – честное слово, вспыхивает.

– Доброй ночи, Кэмден.

Я тут же хлопаю лучшего друга по груди.

– Держись от нее подальше.

Он хлопает меня в ответ.

– Ты мне не указ.

Девчонки смеются, все трое.

– Брось, Нокс. Оставь его в покое, – говорит Блэр, занимая сторону Кэма.

Ничего удивительного. Она что угодно сделает, лишь бы мне наперекор. Она всегда такой была.

– Мы удостоверимся, чтобы она добралась до дома в целости и сохранности, – заверяет меня Джоанна. Наши взгляды встречаются, и я вижу, как блестят ее глаза.

– Спасибо, – надеюсь, она чувствует, что благодарность моя самая искренняя.

Похоже, сегодня на моей стороне никого, разве что, возможно…

Джоанна.

Едва мы залезаем в пикап Кэма и отъезжаем от бара, мой приятель начинает допрос.

– Что у тебя с Джоанной?

– Ничего. – Я откидываюсь на спинку сиденья и закрываю глаза.

– Врешь. Знаю, ты прикидывался, что за Блэр следишь, но я потом заметил, что ты на нее даже не смотришь. Ты смотрел на ту темноволосую красотку, Джоанну, так?

Услышав от него слово «красотка», я приоткрываю один глаз.

– Держись от нее подальше.

– Повторюсь, ты мне не указ. Я взрослый мужик, а ты пытаешься меня отвадить от таких же взрослых женщин. Если мы захотим перепихнуться…

– Попытаешься с ней перепихнуться, и твои яйца окажутся в гипсе, – говорю я.

Кэм, гребаный садист, только ухмыляется.

– С ней – это с кем? Ты хоть о ком говоришь, о Блэр или о Джоанне?

О Джоанне. Но ему я в этом признаться не могу.

– Не важно это, – бормочу я.

– Вообще-то важно. Мне любопытно. Ты что, неровно дышишь к своему репетитору? – Кэм выезжает на главную дорогу, ведущую к кампусу и к многоквартирному дому, где мы живем. Он явно колеблется, а потом спрашивает: – Ты с ней замутил, да?

Мне так и хочется сказать: «Несколько дней назад», но я молчал.

В машине воцаряется тишина. Чертовски напряженная, кстати. Я ни за что не могу сказать Кэму, что произошло на самом деле.

– Она мой репетитор. – Голос мой напоминает скорее хриплый шепот. – Вот и все.

– А почему ты не захотел об этом в баре говорить? – Кэм заезжает на парковку. – Зачем держать все в секрете?

– Не хочу, чтобы остальные знали, что я с репетитором занимаюсь. Чувствую себя тупицей.

Это, кстати, недалеко от правды – настолько недалеко, что можно поверить.

– Ты не тупица, Нокс. Никто так не считает.

– Это мое личное дело, я не хочу рассказывать.

– Ладно-ладно. Я ни слова никому не скажу. Можешь мне доверять, ты же знаешь. – Он паркуется на своем обычном месте, потом глушит двигатель. – Как продвигается, кстати? С репетитором?

Просто потрясающе. Всего несколько занятий, а я уже знаю, как Джоанна стонет от моих поцелуев. Я многое усвоил.

– Хорошо. – Я пожимаю плечами. – Ненавижу английский.

– А она тебе помогает?

– Ага. Она действительно умная и научила меня разным хитростям, чтобы читать было легче. У меня же дислексия, так что бывает непросто.

Признавать подобное унизительно. Я много лет знаю, что у меня есть кое-какие проблемы, но говорить об этом все равно не люблю, даже с лучшим другом.

– Так это же отлично, старик. Рад, что она помогает тебе. И послушай, – он смотрит мне прямо в глаза, – ты всегда можешь рассчитывать на мое молчание. Я не собираюсь тебя разоблачать. Если не хочешь никому говорить, что занимаешься с репетитором, будь по-твоему, я твое решение уважаю.

– Спасибо. – Я киваю и берусь за ручку. – Я очень ценю это.

– Без проблем. И, если надо будет присмотреть за Блэр, обращайся. Я же тебя просто поддразниваю насчет нее.

– Знаю.

– Тем не менее, голова на плечах у нее есть. Она не влюбится в какого-нибудь мудака-футболиста.

– Знаю, ты прав. Надо больше ей доверять, – киваю я. Кэм правду говорит.

Проблема в том, что я не уверен, сумею ли проявить доверие. Очень сложно позволять сестренке самой принимать решения, особенно когда дело касается парней. Я знаю, какие они бывают.

Я знаю. И я худший из них.

Мне хочется уберечь ее всеми возможными способами, и я ничего не могу с этим поделать. Я знаю, какие говнюки есть у нас в команде – в конце концов, я с ними тусуюсь. Им наплевать на ее чувства, точно так же, как мне наплевать на чувства других людей. Меня интересуют только мои собственные.

Знаете, чего хотят все эти парни из моей команды? Залезть девчонке в трусы. Перепихнуться им хочется, вот и все.

Я и сам раньше таким был. А теперь мне такое не нужно. Теперь я хочу лишь одного…

Джоанну.