Инфернас, перед свиданием

Сижу и разглядываю платье. Оно действительно красивое. Сногсшибательное, если быть точной. Но могу ли я его надеть? Я боюсь того, что оно может спровоцировать, и в то же время жажду этого. Очень сильно. Даже больше, чем вернуться домой. Или контролировать свою магию. Что это значит?

Я осторожно погладила клавиатуру рояля. Отныне с этим изысканным музыкальным инструментом у меня будут связаны только самые лучшие воспоминания. Когда я нажала пару клавиш, Данте шлепнул меня по руке. Я повернула голову. Он ответил потрясенным взглядом. В одних штанах, топлес и босиком, даймон сидел рядом со мной на небольшом табурете. После совместного душа он зажег в комнате море свечей и попросил Грейдена принести полуночный перекус. В конце концов, в ресторане никто из нас толком не поел. Но сейчас я была расслаблена, удовлетворена, сыта и счастлива.

Мужчина, ответственный за мое счастье, со вздохом покачал головой:

– Ты совершенно немузыкальна, сердце мое.

– Не понимаю, о чем ты, – откликнулась я и ткнула еще несколько клавиш. Это продолжалось уже несколько минут, и я наслаждалась тем, как Данте вздрагивал каждый раз, когда я выдавала особенно неудачный аккорд. – Ты же виртуоз, – пошутила я, напомнив ему о нашем разговоре несколько недель назад.

– Уверена, что я не просто неплох?

– О боже!

Рассмеявшись, я запрокинула голову и развернулась на табурете. Но поскольку мы сидели близко друг к другу, далеко уйти не успела. Чуть раньше, когда мы встали с кровати, мне не хотелось снова натягивать свое греховное платье, так что вместо него я надела рубашку Данте. Первые несколько пуговиц намеренно остались расстегнутыми, открывая ему прекрасный вид на мою грудь.

– А тебя это и правда задело, да?

– Нет, – буркнул он, наклоняясь вперед, чтобы игриво укусить меня за шею.

Пусть говорит что хочет, к этому моменту я достаточно хорошо его знала, чтобы понимать, что это не так. Данте гораздо более чувствительный и сопереживающий, чем я могла себе представить. Возможно, даже более чувствительный, чем я.

Поэтому я взяла его лицо в ладони и взглянула на него. Глазами сказала ему те слова, которые не осмеливалась произнести вслух. А потом добавила:

– Поверь мне, Данте Инфернас, неплохо – это последнее слово, которое я бы использовала, чтобы описать случившееся между нами.

Он потянулся и поцеловал меня. Поцеловал в губы, подбородок, щеки и кончик носа. В животе вдруг появилось покалывание, и я ощутила странную легкость во всем теле.

– Назови несколько таких слов, маленькая ведьма, дай мне отправную точку.

А вот и снова он, игривый Данте. Он все еще показывал мне свою настоящую внешность, и я начала связывать всех Данте, с которыми познакомилась за последние несколько недель, с даймоном черного огня, стоящим передо мной. В моей голове – и в сердце – они слились в одного мужчину.

– Чувственный, – начала я, пробежавшись пальцами по его бицепсам. Что такого в мужских руках, из-за чего они кажутся настолько привлекательными? – Сексуальный, – выдохнула я и провела рукой по животу Данте, при этом его мышцы напряглись, а другие части тела возбудились. Мысленно усмехнувшись, я спустилась ладонью по ребрам к поясу брюк и одновременно расстегнула пуговицы на своей рубашке, отчего та полностью распахнулась.

Сияющий взгляд Данте блуждал по моему обнаженному телу. Под его кожей зашевелился огонь, и начали формироваться первые завитки пламени.

– Атлетичный, – с улыбкой продолжила я, и уголки его рта дрогнули. – Идеальный.

С этими словами я просунула руку под пояс его брюк и сжала его. Рояль и отсутствие у меня таланта были забыты. Я моргнула и в следующее мгновение очутилась в постели Данте:

– Ты обязательно должен научить меня, как это делается.

– Позже, – пробормотал он и набросился на меня.

Когда через несколько часов я проснулась, было еще темно. Свечи погасли, а угли в камине тускло светились. Данте лежал, прижавшись ко мне. Одна рука вытянулась у меня над головой, другой он придавил меня, закинув ее мне на живот. Он тихо похрапывал. Я несколько раз моргнула, чтобы лучше видеть. Мое внимание привлекли две красные точки в темноте.

– Кайра? – прошептала я.

Уши ночной тени вспыхнули.

– Что ты здесь делаешь?

Позади меня шевельнулся Данте. Тихо что-то пробормотав, он перевернулся, прихватив с собой одеяло. Я осталась лежать голой. По коже пробежал холодок. Прекрасно, теперь сон совсем ушел. Я как можно осторожнее сползла с кровати, подхватила с пола рубашку Данте, надела и застегнула ее. Мои разорванные в клочья трусики валялись перед роялем – но не то чтобы я из-за них расстроилась. Недолго думая, я схватила с изножья кровати плед и завернулась в него. Кайра бесшумно подошла ко мне и ткнулась головой в бедро. Я погладила ее по голове. С каждым днем она все больше мне доверяла, а я радовалась, что она рядом. Как защищающая меня тень. Спасибо Инфернасу за то, что послал это замечательное животное присматривать за мной. Предположительно. Так считали мы с Данте. Невина знала бы наверняка, подумала я. Провидица могла бы посоветоваться с ониксом – хотя казалось неправильным просить ее о чем-то подобном. Ее силы не безграничны, и не стоило пользоваться ими слишком часто. Данте и так ее ослабил. И я тоже. Правда, я до сих пор не разобралась, что означала наша последняя встреча.

– Интересно, Невина еще не спит?

Кайра тихо фыркнула.

– Тогда пойдем и посмотрим.

Вместе мы незаметно покинули комнату Данте. Не успела я выйти в коридор и закрыть за нами дверь, как зажглись факелы. Значит, Высоте известно, куда мы идем.

– Отведи меня в башню Невины, – попросила я крепость, и в конце коридора зажегся еще один факел. – Давай, Кайра, пойдем по указателям.

Несколько минут Высота показывала мне дорогу, и в результате мы его нашли – вход в башню предсказательницы. Лишь сейчас я вспомнила, что дверь защищена рубином и открыть замок могли только Данте и Невина.

– Проклятье, я…

Кайра шагнула сквозь закрытую дверь. Она только что стояла возле меня, а потом исчезла – за дверью, если быть точной.

– Кайра?

Приложив руку к дверному полотну, я почувствовала, как под кожей замерцала магия. Сколько же сил требовалось Данте каждый день, чтобы защищать ясновидящую?

– Кайра? Проклятье!

Что делать? Я не могла оставить Кайру одну, даже если она, судя по всему, прекрасно ориентировалась в Высоте. Кстати, теперь я поняла, как она пробралась в покои Данте.

– Кайра, – зашипела я. – Немедленно вернись!

Если она меня и слышала, то мои слова, похоже, не произвели на нее никакого впечатления. Да и с какой стати? Кайра – магическое существо и делала то, что хотела. Или то, чего хотел от нее Инфернас. Она…

Мягкий щелчок заставил меня застыть на месте. Дверь открылась, и Кайра высунула голову наружу. Она приняла физическую форму и смотрела на меня так, словно хотела сказать: «Что такое? Чего ты ждешь?»

– Магический мир, – проворчала я, – магические существа, другие правила…

Плотнее закутавшись в плед, я задумалась, стоит ли злоупотреблять доверием Невины – и Данте, – переступив порог. Но потом в памяти всплыло шокированное лицо Невины во время нашей последней встречи. Я хотела выяснить, что все это значило, причем раньше Данте. Если прорицательнице пришло видение, касающееся его и меня, я должна понять. Под бешеный стук сердца я ступила на первую ступеньку.

Кайра бросилась вперед, и я последовала за ней. С каждым пройденным метром мой желудок туже завязывался узлом.

Данте учил меня прислушиваться к интуиции. К своему чутью. И именно оно сейчас подсказывало, что здесь что-то не так. Взобравшись на самый верх, я обнаружила, что дверь в покои Невины открыта. Сквозь щель проникал свет, и до меня донеслось тихое бормотание. Она действительно не спала.

Кайра ждала меня на последней ступеньке. Я погладила ее по голове, чтобы немного прийти в себя, а затем заглянула в освещенную свечами комнату.

Невина стояла к нам спиной. Волосы растрепаны. На ней был цветастый халат, а руки лежали на ониксе, в то время как сама она бормотала незнакомые мне слова. От энергии в комнате у меня по рукам побежали мурашки.

– Невина?

Я открыла дверь и шагнула в комнату.

– Невина? – снова позвала я, на этот раз громче. – Я заметила свет и… хотела бы поговорить с тобой.

Никакого ответа. Кайра тихо зарычала, приседая и обнюхивая комнату.

– Что это?

Рычание стало громче, когда она обошла вокруг кристалла и остановилась перед Невиной. Уши и хвост ночной тени засветились. Тошнотворное чувство у меня в животе нарастало. Когда я обошла Невину, меня затрясло.

– Ах ты ж…

Прикрыв рукой рот, я подавила вопль.

Лицо Невины… Как его описать? Глаза побелели, как свежевыпавший снег. Но не только они. Ее кожа стала похожа на воск. Безжизненная и с неестественным сиянием. Вокруг глаз разбегались черные прожилки, а губы она раскрыла в беззвучном крике. Что-то определенно не так.

– Невина?

Похоже, она меня не слышала.

– Мы должны позвать Данте, – решила я, повернувшись к Кайре.

Он должен знать, что происходит.

Когда я собиралась покинуть комнату, Невина очнулась и грубо схватила меня за руку. Я резко втянула в себя воздух – ее ладонь оказалась холодной как лед.

– Трагедия, – забормотала она, не подозревая о моем присутствии. Где бы она ни находилась в этот момент – в трансе, в видении… она не знала, что я здесь. Но она дышала и, видимо, пока была в норме. – Девушка родилась с трагедией в крови.

– Девушка? Кого ты имеешь в виду?

Она говорила обо мне?

– Та, что в свете рождена, темнотой благословлена, – прошелестел ее голос. – Навеки в чистоте свобода божества.

Я знала эти слова – пророчество, из-за которого я здесь оказалась.

– От красного и золотого протянутся к ней нити. Несет любовь и радость, но прежде всего – гибель.

Красный и золотой. Впервые меня осенило, что речь может идти о нас с Данте. Радость и любовь? Да и да. Но гибель? Определенно нет. Разве что подразумевался Имир.

– Ты истину найди, и взгляд тотчас прозреет. От облаков, от птиц, так близко к своей цели.

– Я не понимаю, Невина. Что ты имеешь в виду?

Она меня не услышала. Ее ладонь лежала на моей руке, а она повторяла те же слова.

Меня захлестнуло разочарование.

– Невина! – Я встряхнула ее.

Опять ничего. Кайра фыркнула – по-видимому, она тоже была разочарована.

Холод от руки Невины просачивался в мою руку, и я поежилась.

– Бесполезно, – обратилась я к Кайре.

Видение крепко держало пророчицу в своей хватке. И я, вероятно, единственная, кто беспокоился о ее состоянии. Попробую снова в другой раз. Но ни за что не сдамся. Невина обязана дать мне ответы, и я их получу!

Но сейчас я замерзла, и меня ждала мягкая, теплая постель. С лежащим в ней Данте.

Я осторожно разжала пальцы Невины и, выходя из башни, все еще слышала ее бормотание:

– Ты истину найди, и взгляд тотчас прозреет. От облаков, от птиц, так близко к своей цели…

Ее слова преследовали меня всю дорогу до спальни Данте. Кайра улеглась перед кроватью. Положив голову на лапы, ночная тень закрыла глаза, будто ничего не произошло. В общем-то, так и есть, но… Я приподняла одеяло и скользнула к Данте. Мне хотелось тепла и покоя, и я отогнала от себя мысли о пророчестве Невины.