Часы показывали без пятнадцати восемь, когда Аллан вернулся в комнату Мелинды. Ему было крайне непривычно видеть любимую такой беспомощной, больной, да еще во всех этих простынях и бинтах. Теперь состояние некогда жизнерадостной и активной Мелинды Джонс можно было охарактеризовать как совершенно беспомощное и недееспособное. Прокручивая в голове эти невеселые мысли, Аллан понимал, что даже проведение первого, совершенно простого и быстрого обряда, может затянуться на несколько часов. Этот факт расстраивал юношу, потому что в их распоряжении было и без того мало времени. Лишь одна мысль подбодрила его в тот момент: он с удовольствием представлял, как в ближайшем будущем сделает Мелинду своей женой. «Мелинда и Аллан Мортис… Миссис Мелинда Мортис… Звучит просто великолепно! Никогда в жизни я не хотел ничего сильнее, чем сделать эту девушку частью своей жизни! Частью своей семьи…» Аллан положил пыльные бархатные мешочки на прикроватный столик, после чего принялся доставать и педантично расставлять на гладкой поверхности принесенную из подвала ритуальную атрибутику. Среди них был длинный серебряный кинжал, являвшийся древней семейной реликвией, толстая восковая свеча, массивная каменная чаша и старая книга, обтянутая почерневшей от времени кожей. Как только Аллан подготовил инвентарь, прочитал пару строк в книге и зажег свечу, он, не теряя ни секунды, бросился к Мелинде. Присев на край постели, юноша убедился, что девушка погрузилась в безмятежный сон. Аллан нестерпимо грустил от осознания, что именно ему предстоит нарушить блаженный покой и выдернуть девушку из сновидений. Схватив со столика блестящий кинжал и чашу, Аллан сначала раскутал белые простыни, а затем кончиком лезвия поддел края бинтов и разрезал их, освобождая лицо девушки. Аккуратно сняв с нее рубашку, он вытянул свою руку вперед и сделал порез от запястья до локтя, закусив губу, чтобы подавить неприятные ощущения. Сначала на коже образовалась глубокая бледная рана, спустя секунду она покраснела и налилась, а уже в следующее мгновение из нее обильным потоком хлынула алая кровь. Кровь, которой до последней капли суждено было вылиться в ритуальную чашу и стать неотъемлемой частью магического обряда. Все это время Аллан чувствовал боль с примесью раздражения, потому что всем существом хотел, чтобы этот ужас поскорее закончился. Когда порез перестал кровоточить, а последние капли упали в сосуд, Аллан шумно выдохнул через нос и обеими руками взялся за чашу. Он закрыл глаза и воздел ритуальный сосуд над головой. Затем парень прошептал несколько заученных на латыни молитв и тихим голосом запел тоскливую мелодию. Не открывая глаза, он старательно выводил странный односложный мотив и вскоре почувствовал, как кровь в чаше закипела, запузырилась, и повалил черный дым. Когда дыма стало слишком много, голос Аллана смолк, и он распахнул веки, устремив взгляд на воздетую к потолку чашу. Он ощутил исходящее от нее тепло, и по лицу юноши расползлась довольная улыбка. Аллан медленно опустил сосуд, стараясь не разлить ни капли. Когда его руки оказались на уровне груди, он опустил в вязкую жижу два пальца, а после провел ими по лицу Мелинды Джонс. – Даруй ей силу, Владычица Душ, даруй ей жизнь, даруй ей шанс пасть перед твоим величеством… Водя мокрыми пальцами по обожженному лицу неподвижной девушки, Аллан оставлял на ее коже липкие кровяные разводы и продолжал повторять слова, умоляя могущественное Божество придать ей сил. Ритуал, несомненно, работал. Вскоре после того, как юноша размазал кровь по изувеченному лицу девушки, оно магическим образом начало заживать, обрастая новым слоем гладкой чистой кожи. Процедура длилась сравнительно недолго. Пока Аллан, подобно безумному художнику-импрессионисту, наносил на тело девушки густые кровяные мазки, Мелинда находилась в сонном забытье. Когда тело Мелинды было полностью покрыто кровью, а кожа исцелена с помощью магии, Аллан поднес чашу к губам девушки и стал маленькими струйками заливать содержимое ей в рот. Мелинда рефлекторно сглатывала солоноватую жидкость, но так и не проснулась. Наверное, была еще слишком слаба. Спустя мгновение чаша опустела, Аллан поблагодарил Божество и задул свечу. Поднявшись с постели, юноша подошел к прикроватному столику и принялся спешно убирать ритуальную атрибутику в мешочки, боясь, что девушка может очнуться в любой момент. Ему совсем не хотелось, чтобы Мелинда проснулась и увидела его, с ног до головы измазанного липкой кровью. Подумав, Аллан спрятал серебряный нож в скомканной рубашке. Последний раз окинув беглым взглядом безвольное тело на кровати, Аллан отметил, что большинство ожогов бесследно исчезли. Юноша довольно улыбнулся. Ему было приятно, что скоро она станет такой же, как и он, – сильным сверхъестественным существом – и откроет для себя новую прекрасную жизнь. Жизнь, недоступную человеческому пониманию. Аллан собрал в черные мешочки все атрибуты ритуала, взял рубашку и вышел в коридор. Скорее всего, когда Мелинда очнется, целительная кровь уже успеет впитаться в ее кожу, и она ничего не заметит. Когда Аллан отошел от комнаты девушки на достаточное расстояние, он услышал, как кто-то быстро движется по соседнему коридору, направляясь, по всей видимости, ему навстречу. Внезапные шаги заставили парня вспомнить о своем внешнем виде, который сейчас оставлял желать лучшего: на нем по-прежнему не было рубашки, в руках он удерживал мешки с утварью, а все тело блестело от крови в слабом свете настенных ламп. На мгновение парень совсем растерялся, не зная, как ему поступить. В коридоре мог оказаться кто угодно, и именно эта коварная неизвестность пугала Аллана больше всего. «Что если это Бенджамин?– с тревогой размышлял про себя парень. – Что я ему скажу? Как объясню свой внешний вид?» Но времени на поиски укрытия уже не оставалось. Сделав глубокий вдох и придав своему лицу серьезное выражение, Аллан зашагал по коридору. Стоило парню завернуть за угол, как он столкнулся с Вуди. От неожиданности близняшка вскрикнула и отшатнулась, уставившись на дядю безумными глазами. Аллан, конечно же, облегченно вздохнул. Сегодня удача явно была на его стороне. Увидев страх, написанный на лице племянницы, парень запрокинул голову и от души расхохотался. – Почему ты весь в крови? – скривившись, прошептала Вуди. – Слегка поранился, – съязвил он. Казалось, ответ Аллана привел девушку в еще большее замешательство, но она не сказала ни слова. Аллан был старше близняшек всего на пять лет, но Вуди, в отличие от своей сестры, с самого детства его побаивалась. При каждой удобной возможности светловолосая близняшка старалась избегать общества младшего Мортиса, потому что испытывала в его присутствии какой-то необъяснимый трепет. – Ничего страшного, малышка, – проговорил Аллан и тыльной стороной ладони дотронулся до распущенных волос племянницы. Со стороны могло показаться, что нарастающее смущение Вуди доставляет ему наивысшее удовольствие. – Как-нибудь переживу. Девушка в сотый раз вознаградила его непонимающим взглядом. – А где Вэлла? – нарушая тишину, спросил Аллан. – Наверное, у папы… А что? – Замечательно, – возликовал юноша, игнорируя заданный вопрос, – значит, у меня нет шансов встретиться с братом в коридоре. Вуди, решив для себя, что их разговор закончен, обошла дядю и устремилась по коридору в противоположном направлении. Аллан провожал девушку взглядом до тех пор, пока не вспомнил о своем внешнем виде. Не медля ни секунды, он пошел в свою спальню, наскоро принял душ, переоделся и направился в комнату близняшек. «Как удачно, что Вэлла сейчас с Бенджамином,– на ходу размышлял Аллан. – Главное, чтобы и Вуди не успела вернуться и нарушить мои планы». Однако, когда он на всякий случай тихонько постучал в дверь близняшек, то услышал раздраженный отклик Вэллы и чертыхнулся. Проведя рукой по волосам и нацепив на лицо дежурную улыбку, Аллан открыл дверь и вошел в комнату. Уставшая Вэлла уже готовилась ко сну, поэтому раздраженно фыркнула, когда в дверях появился дядюшка. Он был, как всегда, великолепен в привычном черном костюме и свободной шелковой рубашке. Улыбнувшись хозяйке покоев и пройдя в центр комнаты, Аллан поинтересовался: – Вечер добрый, племянница! – с улыбкой проговорил Аллан, наблюдая за меняющей постельной белье Вэллой. – Неужели так рано собираешься на боковую? Девушка на секунду оторвалась от своего занятия и с ног до головы критически оглядела Аллана, заслышав в голосе дяди насмешливую и совершенно неуместную иронию. В следующее мгновение она отвернулась и продолжила запихивать подушки в белоснежные наволочки. – Скажи, я правда должна отвечать на твой идиотский вопрос, Аллан? – А почему бы и нет? – с ленивой усмешкой на губах отозвался он. Не поднимая на дядю взгляда, Вэлла промолчала. – А куда пропала малышка Вуди? Разве она не собирается спать? – Она у папы. – Отлично, – парировал парень. – Потому что мне как раз нужно кое о чем с тобой побеседовать. – Аллан, если ты пришел поговорить о Мелинде, то, как я уже сказала, участвовать в этом не собираюсь. – Хотя бы раз в жизни, Вэлла, не будь такой черствой. Мне действительно очень нужна твоя помощь. Закинув взбитые подушки в изголовье большой двуспальной кровати, Вэлла принялась проталкивать одеяло в пододеяльник, всем своим видом давая понять, что ей безразличны любые предложения Аллана. – Вэлла. – Нет. Я сказала, что не буду в этом участвовать. – Вэлла, ты же знаешь, что я не уйду, пока не получу желаемое. – Что ж, в этот раз тебе придется изменить принципам и уйти, потому что я не собираюсь помогать. – Дорогая, – неожиданно ласковым голосом заговорил Аллан, подходя к огромному книжному стеллажу, – вот скажи мне, почему ты такая упертая? Двухкомнатные покои близняшек представляли собой маленькую библиотеку, где Вэлла хранила богатое собрание алхимической, оккультной литературы и прочих связанных с магией книг. Она была ярым коллекционером и невероятно гордилась этим, но никогда не разрешала домочадцам брать что-либо из ее священного шкафа, ведь некоторые из ее фолиантов обладали поистине могущественной силой. Парень прекрасно это понимал и, заранее придумав план, стал намеренно заговаривать близняшке зубы, параллельно пытаясь вчитаться в названия на корешках книг. Пока Аллан совершал свою хитрую манипуляцию, Вэлла возилась с пододеяльником. Она даже не смотрела в его сторону. – Потому что в отличие от тебя, – поучительным тоном проговорила Вэлла, – я не люблю нарываться на неприятности. Мне совсем не хочется рисковать из-за какой-то девчонки и расстраивать отца. – Ах, – встрепенулся Аллан, – как это мило. Послушная дочурка не хочет расстраивать папочку. И давно ли ты живешь по таким принципам? С того дня, как загрызла Анну и чуть не истребила всю нашу семью? – Аллан, – оторвавшись от пододеяльника, сказала Вэлла, – пожалуйста, перестань. – А что в этом такого? Почему бы нам не удариться в воспоминания? Неужели, когда я говорю об Анне, то раню твои чувства? – Парень усмехнулся. Ловкие пальцы юноши незаметно перемещались от одной книги к другой. – Сомневаюсь, потому что у тебя хватило хладнокровия ее убить. Я никогда не забуду твое измазанное кровью лицо, не забуду, как мы с Бенджамином застукали тебя в лесу за этим грязным делом… Ты только не подумай, я не осуждаю. У каждого из нас есть свои слабости и скелеты в шкафу. Просто мне интересно, почему ты это сделала? Что тобой двигало? Вэлла презрительно посмотрела на собеседника, но этот взгляд был очень мимолетен. Она отвернулась и молча продолжила свое занятие. – Я не хотела, чтобы Анна становилась частью нашей семьи. Понимаешь, Себастьян так ее любил, и все шло к ее обращению… – А если быть точнее, то к третьему этапу. – Да, – подтвердила близняшка. – Ты помнишь, какой стервой она была? Она бы ни за что не вписалась в нашу семью. Ухмыльнувшись, Аллан проговорил: – Не отрицаю, но неужели ты убила ее только по этой причине? – Да. – Что ж, – подводя итог, заметил юноша, – я тебя понял. Спасибо за душевный разговор. Наверное, мне стоит уйти. Готов поспорить, совсем скоро в комнату заглянет Вуди и просто обомлеет, увидев меня здесь. – Она тебя боится. – Я знаю, – подтвердил Аллан. – Но почему? Что я ей такого сделал? На его слова Вэлла лишь молча пожала плечами. Улыбнувшись, Аллан попрощался, и когда он уже собирался выйти за дверь, близняшка неожиданно заговорила: – Аллан, не пойми меня неправильно, но… Но мне кажется, что обращать Мелинду было ошибкой. Развернувшись к собеседнице, Аллан уточнил: – Ошибкой? – Да. – Извини, Вэлла, но я считаю, что тебе не совсем позволительно давать мне какие-либо советы и указывать на ошибки. После твоего-то прошлого. – Ты еще успеешь пожалеть, – проговорила девушка, когда Аллан покидал комнату. Парень ничего не ответил. Оказавшись в коридоре, юноша вдруг ощутил резкий прилив гнева. Ему было противно от того, что жестокая убийца имела наглость поучать его, «наставлять на путь истинный», как сказал бы Себастьян. В какой-то момент он осознал, что потянулся к надежно спрятанному серебристому ножу в складках одежды, который решил впредь всегда носить с собой. Но вспомнив, что ему удалось незаметно вынести из комнаты близняшки одну очень ценную книгу, Аллан торжествующе улыбнулся. Очистив сознание от негативных мыслей, он с небывалым воодушевлением отправился к себе в комнату, сжимая в руках бесценный трофей.