Покинув ресторан, молодые люди направились прямиком к кинотеатру, продолжая вести увлеченный разговор. Ливень уже прекратился, и в воздухе ощущалась приятная свежесть и прохлада. На часах было восемь вечера. Еще перед отъездом из поместья юноша проштудировал все киноафиши и приметил парочку достойных фильмов. Мелинда поддержала идею Аллана отправиться на романтическую сагу об оборотнях, потому что в свое время зачитывалась подобными романами. Она любила эту тему как в кинематографе, так и в литературе. Аллан держал девушку за руку и продолжал отвечать на ее нескончаемые вопросы, а в перерывах между словами затягивался только что зажженной сигаретой. – Получается, способности к музыке передались тебе от мамы? – поинтересовалась Мелинда. – Получается, что так. Насколько я знаю, до нее никто в нашей семье не играл на музыкальных инструментах. – Это круто. Аллан пожал плечами. – Я принимаю это как данность, потому что музыка сопровождала меня с самого детства. – Почему ты никуда не поступил? – В смысле? – Ну, например, в консерваторию? По-моему, у тебя талант. Аллан задумался, а Мелинда тем временем вспомнила предупреждение Вэллы, что парень не станет вдаваться в детали своего прошлого. Однако ей очень хотелось услышать ответ. – Несколько лет назад у меня случилось выгорание, после которого я перестал видеть себя музыкантом. Вэлла оказалась права: Аллан не собирался раскрывать ей подробности своей жизни. Однако учитывая, что за сегодняшний вечер он и так рассказал ей много личного, она не стала до него допытываться и уж тем более намекать, что близняшка раскрыла ей эту тайну. Вместо этого она задала другой вопрос: – Кстати, а разве Бенджамин не должен был забрать нас у ресторана? По-моему, он не очень-то обрадовался, когда ты сказал, что мы пойдем в кино… – Я взрослый, совершеннолетний человек, Мелинда. Если хочешь знать мое мнение, то даже при всем уважении к брату, я не стану ему подчиняться. В конце концов, это моя жизнь, а не его. Молодые люди шли по узенькому, почти не освещенному переулку, где помимо них не было ни одной живой души. «Неудивительно,– подумала про себя девушка, – ведь время позднее, а сегодняшняя погода была совсем не для прогулок». С обеих сторон их окружали подступающие стены безликих многоквартирных домов. Громадины мрачно-серого цвета бесконечно тянулись вдоль улицы, а темные окна были похожи на пустые глазницы спящих гигантов. – Мне так не по себе от мысли, что твой брат против нашего общения… – Пфф, ерунда! – небрежно произнес Аллан, выпуская изо рта дым. – Как я уже сказал, Бенджамин не имеет надо мной реальной власти, разве что только настроение без конца портит. Да к тому же все серьезные вопросы решает в семье Себастьян, так что нет ни одного повода переживать из-за Бенджи. В отличие от него, остальные члены семьи очень рады вашему приезду. Вы с мамой им очень понравились. – Что ж, рада это слышать. «Хотя, если подумать, у меня есть на примете еще один человек, который не особо рад нашему общению»,– не могла не отметить про себя Мелинда. – После смерти отца Бенджамин стал старшим членом семьи, поэтому пребывает в твердой уверенности, будто может принимать за всех решения. Но я не позволю ему делать за меня выбор, а уж тем более лишать меня законного счастья. – Но ты же все равно поедешь знакомиться с этой Джубили Форбс, верно? На какое-то время между ними повисло молчание. Лишь звуки шагов и отдаленное гудение автомобилей разрушали эту тишину. Мелинда понимала, что даже при всей наглости не может требовать от него вечной любви и верности, потому что, во-первых, познакомилась с ним меньше недели назад, а во-вторых, в отличие от Аллана – прирожденного аристократа, Мелинда была обыкновенной провинциалкой из не очень-то благополучной семьи. Из бездны размышлений Мелинду вытащил голос Аллана, который после томительной тишины показался ей каким-то далеким и призрачным. – Нет, – ответил он. – Я не стану встречаться с Джубили Форбс, потому что не собираюсь прожить жизнь по сценарию старшего брата. Мелинда, я хочу… Но Аллан не смог договорить, потому что впереди из-за темного поворота, ведущего прямиком на центральную улицу, появился черный автомобиль. Дальний свет фар выхватил из темноты два застывших в удивлении силуэта. Машина выглядела очень зловеще. В это мгновение у Мелинды проскочила мысль: вот-вот произойдет нечто ужасное. И это предчувствие оправдалось, когда автомобиль резко рванул с места, в считанные секунды преодолел разделяющее их расстояние и беззвучно остановился на тротуаре напротив молодых людей. Тонированное стекло опустилось, из салона на них смотрел разгневанный Бенджамин. – Быстро в машину, – скомандовал он. – Мы едем домой. – Что? – недоуменно воскликнул Аллан. – Какого черта происходит, Бенджамин? Мы ведь договаривались, что я позвоню! Равнодушно пропуская слова брата мимо ушей, мужчина тем же суровым тоном проговорил: – Я сказал, живо в машину. – Мы никуда с тобой не поедем, пока ты не объяснишь, в чем дело! – парировал Аллан. – Я не твоя собственность, Бенджамин! Как только с уст Аллана сорвались гневные слова, Мелинда почувствовала, как крепко юноша стиснул ее ладонь. От его кожи по-прежнему веяло нечеловеческим холодом, но так или иначе Мелинда уже успела привыкнуть к его прикосновениям. – Быстро садись в машину, дрянной мальчишка, нам нужно ехать домой! – выдерживая на себе озлобленный взгляд Аллана, мужчина добавил: – Вернулся Себастьян, Клара заболела. Либо вы возвращаетесь со мной, либо идете до поместья пешком, потому что ситуация критическая, я нужен дома, и у меня совершенно нет времени разъезжать по твоим нуждам туда-сюда. – Ч-что? – прошептала Мелинда. – Что случилось? Что с моей мамой?! – Сядьте уже в машину! Молодые люди подчинились. Стоило им закрыть за собой двери, как Бенджамин, явно не желая терять ни секунды, тут же ударил по газам, и спортивный автомобиль с визгом шин рванул вперед. Казалось, черный «Ягуар» гнал со скоростью, подвластной одному только ветру. Глубоко подавленная, Мелинда молча глядела в окно, но разобрать пейзаж не могла, потому что он превратился в размытую серую кляксу. Промчавшись по нескольким переулкам и миновав бесчисленное множество жилых домов и развлекательных центров, они оказались за пределами города. Мелинда, подперев плечом автомобильную дверцу, думала о том, как все это странно. Она будто с самого начала чувствовала, что произойдет что-то ужасное, и вот, пожалуйста: с мамой случилась беда. – Бенджамин, – набравшись смелости, вновь заговорила Мелинда, – может быть, вы объясните, что произошло? С тех пор, как мы сели в машину, вы не сказали ни слова! Неужели вы не понимаете, что я волнуюсь за свою маму? Когда Мелинда посмотрела на водителя в зеркало заднего вида, ей показалось, что на устах Бенджамина проявилась злобная усмешка, но уже в следующую секунду исчезла. – По-моему, – начал он, – я уже все сказал: Себастьян и Клара вернулись. Причину я также озвучил. – Но что случилось?! – вмешался Аллан. – Почему они вернулись? Ответом на вопрос Аллана послужила тишина. – Бенджи, что произошло? – Себастьян и Клара катались на яхте в то время, когда разразился серьезный шторм. Мне не известны все подробности, но, как я понял, в какое-то мгновение яхта сильно покачнулась, и Клара, находившаяся на палубе, упала и ударилась головой. Бастьян говорит, она потеряла много крови. – Господи! – в ужасе воскликнула Мелинда, прижав ладони ко рту. – Но почему они не поехали в больницу? – Я не знаю. – Как это – не знаете?! – вскрикнула девушка, не собираясь сдерживать эмоции. – Что вы скрываете, мистер Мортис? Почему вы не говорите ничего конкретного? – Потому что я, как и вы, ничего об этом не знаю. Себастьян позвонил мне полчаса назад и вкратце рассказал о том, что произошло. Они уже должны быть дома. Перестаньте донимать меня вопросами. – Боже мой! – лепетала девушка. – Боже мой… – Мелинда, – шепотом позвал Аллан, – с твоей мамой все будет хорошо… Но Мелинда не слышала. Чувствуя себя самым беспомощным и одиноким человеком на свете, она бессильно упала в объятия Аллана и, уткнувшись лицом в грубую ткань его пальто, заплакала. Следующие несколько часов обернулись для девушки настоящей пыткой. Войдя в дом и завидев переминающихся в нерешительности близняшек, девушка так и не смогла добиться, чтобы ее отвели к маме. Ни Клары, ни Бастьяна Мелинда в тот вечер так и не увидела. Прояснить случившееся смог только Аллан, который успел пробраться в спальню Себастьяна и недолго пообщаться с ним. Он сообщил Мелинде, что сейчас ее мама отдыхает в отдельной, выделенной на период болезни комнате, где ее никто не сможет потревожить. Скорее всего, у Клары сотрясение. Себастьян очень переживает и ни на секунду не отходит от постели женщины. Еще Аллан сказал, что сегодня его брат не собирается подпускать к Кларе никого, так как волнуется, что это может ее побеспокоить. От такого заявления Мелинда пришла в ярость. – Как это так?! – закричала Мелинда. – Неужели Себастьян не понимает, что я – дочь и имею полное право ее проведать? – Мелинда, все будет хорошо, – успокаивал девушку Аллан, – брат говорит, что беспокоиться совершенно не о чем. Просто в настоящий момент не помешает соблюсти некоторые правила предосторожности. Твоя мама поправится, это я тебе гарантирую. В противном случае Себастьян обязательно вызовет для нее врача. Представь, что они до сих пор в отпуске, и… – Что значит – в противном случае он вызовет для нее врача? О чем ты вообще говоришь, Аллан? Почему, черт возьми, он не может сделать это прямо сейчас? У моей матери сотрясение мозга, и это не шутки! – Потому что Бастьян – квалифицированный врач, в талантливейших руках которого твоя мама поправится за считанные дни. – Что?! – воскликнула Мелинда. – Бастьян – врач? – Да. – Еще вчера он говорил мне, что изучал юридическое право в Англии! Я… я не понимаю! – Все верно, – согласился Аллан, – второе образование он получал в Англии, а первое, медицинское, осваивал здесь, в Америке. – Аллан, мне все это не нравится. Мелинда смотрела на юношу, и в ее взгляде читалось недоверие. – Ты должна довериться нам, Мелинда, – продолжал юноша, – все будет хорошо, обещаю. Себастьян действительно хорошо знает свое дело. Он всю жизнь лечил всех членов нашей семьи. Как видишь, никто еще не умер от болячек. – Но как же я могу успокоиться, если даже не могу ее увидеть? В ответ юноша слабо улыбнулся. Подойдя к Мелинде вплотную, он осторожно приобнял девушку за плечи и успокаивающим голосом сказал: – Представь, что они до сих не вернулись, плавают где-то далеко в заливе и просто отлично проводят время. Волнением выздоровление Клары не ускорить. – Я не могу так, Аллан. – Боюсь, другого выбора у тебя нет. Необходимо подождать некоторое время, прежде чем ты сможешь ее увидеть. В тот вечер Аллан и Мелинда так и не продолжили разговор о Джубили Форбс, а вместо этого сидели в саду и строили самые разные предположения касательно произошедшего в открытом море. Мелинда старалась аккуратно разузнать, в какую часть поместья переместили маму. Над ней возобладало неукротимое желание: она во что бы то ни стало должна увидеть эту тайную комнату… И вообще, зачем помещать маму так далеко от людей, которые в экстренном случае могут вызвать для нее помощь или отвезти в больницу? – Думаю, что нам не стоит ходить туда в ближайшие три-четыре дня, как и попросил Бастьян. – Но почему?! Почему я не могу даже секунду посмотреть на маму и убедиться, что все хорошо? – Если мы увидим моего брата, то обязательно у него спросим. Увы, кроме того, что я тебе сообщил, больше мне ничего не известно. Себастьян не дал подробных пояснений. – А где находится эта «необитаемая» часть дома? Аллан обернулся, вытянул руку и жестом указал на северный край здания, где высилась остроконечная башенка с тонированными витражными окнами. – Во-о-он там, – протянул он. – Самая отдаленная комната находится в той башне. – Понятно, – сказала вслух Мелинда, а про себя подумала, что она не будет плясать под дудку Мортисов, а сегодня же ночью проберется в башню и лично убедится, что с мамой все нормально. – Ну что, – вставая со скамейки, проговорил Аллан, – думаю, самое время готовиться ко сну. Быстро чмокнув Аллана на прощание, Мелинда отправилась в свою спальню. Наступила глубокая ночь. Через сорок минут после возвращения девушка погасила свет, легла в кровать и принялась дожидаться момента, когда все уснут и густая тишина окутает дом. Внезапно ей в голову пришла сумасбродная мысль написать маме сообщение. Потянувшись к телефону, Мелинда быстро отыскала контакт мамы и дрожащими пальцами набрала: «С тобой все в порядке? Я очень переживаю». В следующую секунду она кликнула по значку «отправить». Затаив дыхание, девушка стала ждать ответа. Мысленно она укорила себя за то, что не додумалась написать маме раньше – когда они с Себастьяном приехали в поместье. Конечно, исходя из сведений Мортисов, надеяться на обратную связь было глупо, но Мелинда все же рискнула. Как и следовало ожидать, мама не ответила. Внутренности будто сжались в тугой болезненный комок. Казалось, что еще никогда она не испытывала такой сильной тревоги относительно своего будущего. В сотый раз бросив нетерпеливый взгляд на настенные часы, Мелинда наконец-то увидела на циферблате желанное время: половина третьего. Чтобы лишний раз не шуметь, девушка легла в постель прямо в одежде. Когда настало время действовать, Мелинда постаралась бесшумно подняться и, не включая свет, на носочках пересекла длинную комнату. Замерев, она прислушалась к звукам в коридоре. Донеслись чьи-то мягкие шаги, но затем коридор окутала зловещая тишина. Пытаясь приободрить себя мыслью, что ей просто померещилось, девушка смогла немного расслабиться. Она надеялась, что ни один нормальный человек не станет расхаживать по дому в половине третьего ночи. Помедлив еще несколько томительных мгновений, Мелинда взглянула на циферблат наручных часов и отметила, что прошло много времени – уже без десяти три. «Слишком долго провозилась». Сжав влажными от страха пальцами отполированную бронзовую ручку, Мелинда одним плавным движением повернула ее в сторону. Как только раздался фиксирующий щелчок, означающий, что дверь открыта и нужно просто потянуть ее на себя, девушка замерла. А что если своими копошениями она кого-нибудь разбудит? Вдруг ее миссия сорвется из-за какой-нибудь ерунды, о которой она не успела подумать? Но как бы то ни было, другого выбора у нее не оставалось. Нужно действовать. Мелинда мысленно помолилась об успехе и осторожно отворила дверь. Она, подобно маленькой любопытной мышке, с опаской всматривалась в темноту коридора, словно надеясь кого-то увидеть. Сделав глубокий вдох, который придал ей уверенности, девушка аккуратно прикрыла за собой дверь. Еще лежа в постели Мелинда мысленно рисовала приблизительную карту особняка, особое внимание уделив его северной части, в которой уже успела побывать несколько раз. Именно там должна находиться та самая комната, где сейчас отдыхает мама. Крадучись, Мелинда босиком ступала по тонкому ковролину, стараясь превратиться в призрака. Девушка продвигалась вперед, сосредоточенно вглядываясь в темноту и стараясь не обращать внимания на старые портреты и новые фотографии в рамках на стенах. Мысли улетучились из головы девушки, когда поблизости раздались шаги. Вслушиваясь в ленивую шаркающую поступь, Мелинда почувствовала, как кровь ударила ей в голову, а сердце громко забилось в груди. Теперь ей точно не померещилось. За поворотом действительно кто-то был, и, если Мелинда не придумает, куда спрятаться, этот кто-то совсем скоро обнаружит ее.