Глава 31

Кортни

– Я беременна.

Тихий, надломленный голос Евы раздался сборным колоколом в моей голове и эхом нещадно бил по сознанию. Без остановки. Мощно. Бесконечно долго. По крайней мере, по моим ощущениям казалось, что долго. На деле же прошло не больше десяти секунд, прежде чем я взяла себя в руки и ответила максимально спокойно:

– И к чему мне эта информация? Как, впрочем, и всё остальное, чем ты сегодня со мной поделилась?

Бледное лицо девчонки стало ещё более растерянным. Руки с остервенением сжимали край пальто, выдавая её нервозность. Прежде чем пройти в гостиную, Ева даже не сняла верхнюю одежду. Лишь разулась по моей просьбе, так как в доме ребёнок. Мне не нужна лишняя грязь с улицы. Хватило и нежданного гостя.

– Мне казалось, вы должны узнать и об этом тоже, – неуверенно произнесла она, глядя на меня с надеждой. Увы, это ни к чему.

– Чтобы что? – высекла я резче, чем следовало бы, но ничего не могла с собой поделать.

Изнутри меня всю трясло от её признания и рассказа о том, что, оказывается, они с Полом не просто встречаются, а давным-давно живут вместе. Я еле держалась, чтобы не расклеиться у девчонки на глазах.

– Думаешь, новость о твоей беременности побудит меня отказаться от мужчины, которого я люблю?

– Я… Я не знаю, но просто…

– Ты просто пришла ко мне домой. Вывалила на меня информацию о вас с Полом, надеясь, что я войду в твоё положение и распрощаюсь с ним. Так хочу тебя разочаровать. Я не сделаю этого, уж прости.

– Но вы же сами знаете, каково это – быть матерью одиночкой. Наверняка это немыслимо сложно.

– О, милая. Ты даже представить себе не можешь насколько.

– И вы всё равно пожелаете такое другой женщине?

– Вот только не нужно делать из меня злодейку. Я никогда и никому такого не пожелаю. Даже врагу. А ты мне не враг, Ева, – проговорила я со всей искренностью.

Она не враг мне и не соперница. Она просто молоденькая влюблённая девчонка, которая отчаялась и желает сохранить отношения с любимым человеком.

И как только Дэвенпорт умудрился связаться с этим божьим одуванчиком? Она же ему совсем не подходит. Слишком милая. Слишком зелёная. И наверняка слишком послушная. Его этим комплектом ни за что не удержать возле себя. Как, впрочем, и ребёнком тоже.

– В таком случае, почему для вас моя беременность ничего не меняет? Я не хочу и не смогу растить ребёнка в одиночестве. Мне страшно, – из её глаз начали вытекать слёзы, но ими ей тоже не удалось разжалобить меня.

Она мне никто. Жалеть Еву и сочувствовать ей я не собиралась. Да и в этом не было нужды.

– С чего ты решила, что будешь растить ребёнка одна? Во-первых, ответь мне, у тебя есть родители?

– Есть.

– Они любят тебя?

– Больше всего на свете.

– Сёстры, братья?

– Есть, старшая сестра. Но к чему вы спрашиваете об этом?

– К тому, что ты не одна, Ева. У тебя есть семья, которая сможет тебе помочь. У меня же не было никого. Я справлялась с беременностью и материнством в одиночку. К тому же, даже если Пол решит расстаться с тобой, он никогда и ни за что не оставит своего сына или дочку. В этом можешь быть уверена. Он будет поддерживать тебя и ребёнка во всём.

– Но я не хочу так жить.

– Как так?

– Отдельно от него. Ребёнку нужна полноценная семья.

– Не стану спорить, Ева, но уж поверь, ребёнку куда лучше будет видеть маму с папой счастливыми, пусть и порознь, чем несчастными вместе.

– Мы с Полом были счастливы… До тех пор, пока не появились вы, – с обидой и долей злости выплюнула она, этим заявлением не на шутку разозлив меня.

– Ты уверена в этом?

– Да. У нас всё было хорошо.

– В этом и проблема, Ева.

– В чём? – нахмурилась она, дёрганными движениями стирая с щёк слёзы.

– В том, что Полу мало «просто хорошо». Ему всегда нужен был взрыв. Вызов. Борьба в отношениях.

– Неправда. Вы совсем его не знаете.

Я усмехнулась и начала посмеиваться.

– Нет, дорогая моя, это ты его совсем не знаешь. Или же настолько в него влюблена, что видишь в нём того, кем он на самом деле не является. А, может, просто летаешь в своих мечтах и наивно надеешься, что Пол сделает тебе предложение и вы проживёте вместе до конца своих дней. Но этого не будет. И вовсе не потому, что я появилась в вашей жизни, – тяжело вздохнула, подустав от общения с ней. – Пол всегда принимал решения быстро. Даже самые важные. Он не из тех мужчин, кто годами тянет резину. И раз он уже давно не узаконил ваши отношения, то он и вовсе не сделает это. А всё потому, что он не любит тебя и вряд ли когда-нибудь полюбит. Я уверена, в глубине души ты и сама это понимаешь, но почему-то отказываешься признавать. И поверь мне, я знаю Пола достаточно хорошо, чтобы заверить тебя – он ни за что не станет жениться на тебе из-за беременности. Однако это не значит, что он оставит тебя одну в твоём положении. Он ни за что не бросит своего ребёнка.

Последние слова невыносимо больно резанули по сердцу, вынудив меня задержать дыхание, лишь бы не выпустить на волю мучительный стон.

У Пола будет ребёнок от другой.

Чёрт!

Как мне смириться с этой мыслью? Будто и без неё мне было мало боли.

– Но он бросит меня, – Ева не спросила, а произнесла с безысходностью, пронзая меня печальным взглядом.

Да только мне не нужна была её печаль. Мне и своей хватало. Она рвала меня на части.

– Ты меня плохо слышала? Я же сказала, что не бросит.

– Но он в любой момент расстанется со мной и уйдёт к вам, я правильно поняла?

Сохраняя прочный зрительный контакт с девушкой моего любимого мужчины, я замешкалась с ответом, ведь все минувшие недели сама мучилась в догадках, как поступит Пол? Какое решение примет? Найдёт ли в себе силы простить меня? Захочет ли увидеть меня ещё хотя бы раз?

Ведь пусть разговор с Дарреном и приободрил меня немного, но, к сожалению, с каждым днём томительного ожидания моя надежда на благоприятный исход таяла всё больше. А в момент, когда Ева сообщила о беременности, и вовсе превратилась в пепел.

Да, Пол не станет связывать себя узами брака с женщиной из-за ребёнка, но это не значит, что он не может решить остаться с ней, чтобы растить ребёнка вместе, а обо мне забудет, как о кошмарном сне.

Ведь давайте будем откровенными: зачем ему искать в себе силы понять и простить меня, да ещё и пытаться смириться с тем, что у меня есть сын, если у него совсем скоро будет свой? Пусть и не от любимой женщины, но зато родной.

Я понимала, что мои шансы быть с Полом скатились к нулю. Всё моё нутро заливалось слезами и кричало об этом, однако перед Евой я не собиралась проявлять своё истинное внутреннее состояние. Я должна была продержаться до её ухода. Во что бы то ни стало. Убиваться буду позже. В одиночестве.

– Почему вы молчите? – хлюпнув носом, спросила она, вырвав меня из моих мыслей.

– Потому что у меня нет ответа на твой вопрос. И задавать ты его должна не мне, а Полу. Только ему решать, как поступать дальше. Это его жизнь и его решение. Я больше никогда не буду делать за него выбор.

– Что вы имеете в виду?

– Это неважно. Тебя это не касается. Единственное, что я могу тебе сказать, – если после всего, что между нами произошло, Пол всё-таки вернётся ко мне, то я ни за что не откажусь от него. И сделаю всё, что в моих силах, чтобы принять и полюбить его ребёнка так же, как сделает это он.

«Если сделает» – в уме исправила я себя, но не произнесла вслух. Ева же резко поменялась в лице после моих слов. Глаза вдруг сузились в недобром прищуре, а прежде бледное лицо обрело розоватый оттенок от злости.

– Вы подойдёте к моему ребёнку только через мой труп, ясно? – приблизившись ко мне, прошипела она, но испугать меня не получилось. Как и зародить во мне желание ответить колкостью.

Я слишком устала. Во всех смыслах. К тому же понимала, Ева молода, неопытна, сильно расстроена, напугана и в отчаянии. Ею двигали эмоции. Она не могла рассуждать здраво. Ни к чему распалять её ещё сильнее. В её положении нервничать вредно.

– Возможно, и не придётся прибегать к таким крайним мерам, Ева. Успокойся, возвращайся домой, дождись Пола, расскажи ему всё, а там посмотришь, какое решение он примет. И поверь мне, преимущество однозначно на твоей стороне.

Ева ничего мне не ответила, просто смотрела сквозь слёзы на меня до тех пор, пока в гостиную не ворвался мой мальчик.

– Мамотька!

Мы обе вздрогнули от громкого голоса Джей-Джея и перевели на него взгляды. Я – добродушный, а Ева – напуганный.

– Мамотька! – сын подбежал ко мне и схватил за руку. – Пошли иглать! Малиса сучная!

Я издала нервный смешок и взяла Джереми на руки.

– Скучная, Джереми. Скучная, а не то, что ты сказал, – исправила я и поцеловала сорванца в лобик.

– Прости, Кортни. Он всё-таки ускользнул от меня, – в комнату ворвалась Мариса и посмотрела на нас виноватым взглядом. – Извините, мы не хотели вам мешать. Джей-Джей, пойдём обратно в комнату. Не мешай маме разговаривать.

– Ничего страшного. Мы уже договорили, – заверила я, переводя взгляд на остолбеневшую Еву. – Ведь так?

Ей потребовалось несколько секунд, чтобы прекратить пялиться на моего сына так, словно он страшное чудовище, а не маленький мальчик. По ходу, девочка совсем не готова становиться матерью. Это и без слов понятно. Но это вполне ожидаемо. Она совсем молоденькая. Сама ещё ребёнок, мало что испытывавший в жизни, а уже беременная. Но ничего. Уверена, она справится. Я же справилась. И сделала это одна. А Пол точно не оставит её без поддержки, вне зависимости от того, какое решение примет.

И он его принял.

Мой Пол выбрал меня.

Выбрал и приехал тогда, когда я уже потеряла всякую надежду и практически довела себя до истощения. После встречи с Евой я не могла нормально ни есть, ни спать, ни работать, ни даже дышать. Один лишь Джереми удерживал меня на плаву, помогая окончательно не впасть в глубокую депрессию.

Но увы, сейчас, когда я на короткое мгновение коснулась долгожданного и столь желанного счастья, а затем оно снова решило ускользнуть от меня, как песок сквозь пальцы, я не знаю, где найду силы не потонуть в своей печали.

Ева не сказала Полу о самом главном. Как она могла? Зачем? Почему промолчала, чёрт бы её побрал? Пол ведь всё равно узнал бы всё от меня. Разве этой дуре это было непонятно? Чего она хотела этим добиться? Не понимаю. Ничего не понимаю. Особенно сейчас, когда распадаюсь на атомы под прицелом шокированного взгляда Пола, в котором считываю все те же эмоции, что сокрушают и меня тоже.

Неверие. Непонимание. Страх. Растерянность. Полная дезориентация. И десятки вопросов, что вынуждают голову пульсировать острой болью.

– Пол, – сипло зову его, касаясь дрожащими пальцами его щеки. – Скажи хоть что-нибудь, – прошу, будучи не в состоянии и дальше пребывать в звенящем молчании, и его взгляд наконец возвращает осознанность.

Он встряхивает головой и отшатывается от меня, при этом продолжая смотреть точно в глаза.

– Почему она не сказала? – надломленным голосом спрашивает Пол, и меня с головы до ног окатывает холодом.

– Я не знаю.

– Почему не сказала? Какого чёрта вообще?

– Не знаю, Пол, не имею и малейшего понятия. Но ты должен…

– Я должен идти. Срочно, – перебивает он меня, заканчивая мою мысль.

– Да… Должен, – киваю, чувствуя, как сердце обливается кровью, ведь я совершенно не знаю, вернётся ли он теперь снова.

Я думала он знает… Думала, что он пришёл ко мне, несмотря на беременность Евы. А на деле… Мой мир снова вернулся в прежнюю темень, сотканную из боли, страха и невыносимого ожидания.

– Поезжай к ней, Пол, – проговариваю сквозь едкий ком в горле, и, ещё недолго постояв, Пол срывается с места. Однако, добежав до лифта, резко тормозит, оборачивается и приколачивает меня к двери растерянным взглядом.

Он как будто хочет что-то мне сказать, но не находит слов. Да и как их найти в такой ситуации? Что сказать, когда тебе на голову свалилась такая новость? Мозги всмятку, сердце бьётся на разрыв, а в глазах – ноль понимания, что будет дальше.

– Иди, – повторяю я, обхватывая себя за плечи. – Мы потом обо всём поговорим.

Пол стоит ещё несколько секунд, морально убивая меня своим обречённым взглядом, а затем чертыхается и рывком возвращается ко мне. Мгновение – и мои губы накрывают его губы. Поцелуй такой горячий, что все конечности начинают гореть, превращаясь в жижу. Однако теперь он не дарует радости и облегчения. Наоборот. Поцелуй прошибает меня безмерным страхом, ведь в сознании гудит предупреждение о том, что он может быть прощальным.

– Иди, – продолжая держать глаза закрытыми, срывающимся голосом прошу я, когда Пол отрывается от моих губ и тяжело дышит, прижав лоб к моему лбу. – Иди.

И на сей раз он уходит. Но я не вижу этого. Не могу. Раскрываю веки, лишь когда слышу звук закрывающихся дверей лифта, и понимаю, что снова осталась одна. В пустом коридоре. Посреди разбросанных подарков – возможно, последних, которые Пол нам подарил.