Глава 20

Пол

– Да, парень! Я ведь уже давно свободна от каких-либо рабочих обязательств и могу встречаться, с кем угодно. Тебе что-то не нравится? – шипит Кортни и сверлит меня уничтожающим взглядом, будто я тут мудак, а не она – стерва-провокаторша.

– Да нет, всё нравится. Скорее непонятно, почему ты сбежала от своего парня и меня? Я ведь только начал разогреваться. Впереди тебя ждало много интересного.

– Пошёл к чёрту, Дэвенпорт! Иди дальше трахай своих шлюх!

– О, не волнуйся. Обязательно пойду. Но только вместе с тобой. Хочу, чтобы ты посмотрела.

– Мне плевать на твои желания. Я сказала – пошёл к чёрту! – на сей раз ведьма не просто кричит, но ещё и толкает меня ладонями в грудь, непонятно чего этим желая добиться.

Я не отодвигаюсь ни на сантиметр. Наоборот – подхожу ещё ближе.

– Не приближайся! Отойди от меня! Ты мне противен! – кричит и опять толкает в грудь, последней фразой зля меня до неимоверности.

– Я противен? – недобро усмехаюсь. – А ты сама себе не противна, Кортни?

– Почему я должна быть себе противна?

– Ну как же? Явилась в «Атриум» с одним мужиком, чтобы устроить представление для другого. Для тебя это нормально? Хотя о чём это я спрашиваю? Конечно, нормально. У тебя нет ни стыда, ни совести, ни чувства собственного достоинства. Признайся честно, ты заранее знала, что я сегодня буду здесь, поэтому и припёрлась?

Кортни несколько секунд молчит, а затем срывается на раскатистый язвительный смех.

– Ты, конечно, совсем звезду поймал, Дэвенпорт. Перепил, что ли? Очнись. Мир не крутится вокруг тебя.

– Твой явно крутится, раз ты оказалась здесь сегодня. И надо же: именно за соседним столом. Я не верю в такие случайности.

– Мне плевать, во что ты веришь, а во что – нет. Я пришла сегодня сюда отдохнуть со своим мужчиной и посмотреть шоу. Ты в мои грандиозные планы не входил.

– Разумеется. Только ты ни разу даже на сцену не взглянула. Всё на меня пялилась, пока устраивала своё собственное шоу.

– А ты, как посмотрю, каждое моё действие отслеживал, – ядовито ухмыляется. – А потом ещё сорвался и побежал за мной. Так что, Пол, это, по ходу, твой мир крутится вокруг меня, а не наоборот. Я же не собираюсь ни минуты дольше торчать здесь с тобой. Да и тебе не стоит тратить время на меня, такую бессовестную и жалкую. В зале тебя ждут куда более нравственные особы. Не заставляй их ждать, а то, не дай бог, переключатся на другого клиента, а ты останешься неудовлетворённым.

– Тебя уж как-то сильно заботит моё удовольствие.

– Твоё? Пф… Не смеши меня, – опять смеётся. – До твоего удовольствия мне нет никакого дела. Меня волнует только удовольствие Даррена, так что дай мне пройти. Он наверняка уже меня заждался.

Будь я трезвый, наверняка отошёл бы в сторону и позволил бы суке идти, куда её душе угодно (хотя это не точно). Но я не трезв. Совсем. А ещё неудовлетворён и чертовски зол. Мысль о том, что она вернётся к своему Даррену и продолжит то, на чём остановилась, приклеивает меня к полу, превращая в неприступную стену. Даже мужик сейчас вряд ли смог бы сдвинуть меня с места, а коротышка почти в двое меньше меня – так подавно.

– Отойди, Пол! – спустя несколько секунд напряжённых гляделок, повторяет Кортни и снова толкает меня в грудь. А затем ещё раз и ещё. – Отойди! Кому сказала? Дай пройти!

Я не отхожу и пресекаю последующие несколько попыток Кортни самой обойти меня, чем довожу её до бешенства.

– Да что же ты встал как столб?! Свали, Пол! Свали! Видеть тебя не желаю! Свали к своим проституткам! Сейчас же! – срывается на крик и на сей раз каждый свой возглас сопровождает сильным ударом. По груди, плечам, шее и даже лицу. Она бьёт безостановочно, яростно и не глядя, продолжая кричать и пытаться обойти меня. Выдержка Кортни разлетелась к чертям.

А я, похоже, совсем башкой поехал. Помимо гнева, начинаю также испытывать и наслаждение. От боли, которую доставляют её ладони. От созерцания жалких попыток Кортни пробить себе дорогу. От её криков, бурных эмоций, блестящих карих глаз, что сверкают ярче всех камней на её маске вместе взятых. И от нарастающей силы ударов, которые я решаю пресечь раньше, чем эта бестия додумается пустить в ход ещё и ногти.

Как?

Не самым удачным, но первым способом, что приходит в мою пьяную голову – я перехватываю её запястье, прежде чем Кортни успевает в очередной раз заехать мне по лицу, а затем одним порывистым движением рву на части лиф её платья.

Кортни замирает и округляет свой пухлый рот, глядя на то, как жалкий клочок ткани спадает до талии, оголяя её пышную грудь.

Блять. Она ещё и без лифчика. Ну, разумеется. Иначе быть не могло.

– Ты что наделал, урод?! – довольно быстро оживает она, поднимая на меня уничтожающий взор. Пули не так смертоносны, как её тёмные глаза в эту секунду.

– Избавил тебя от желания выбраться отсюда.

Ожидаю, что Кортни вновь заедет мне в табло или начнёт орать, но нет… Она лишь тяжело дышит, пытаясь справиться с негодованием, что накаляет воздух между нами до опасной температуры, а потом расплывается в ехидной улыбке и произносит:

– Думаешь, порванное платье меня остановит?

И не дождавшись моего ответа, она ловко стягивает уцелевший кусок ткани со своих бёдер. Полностью избавляется от него и выпрямляется, оставаясь стоять передо мной в одних крохотных стрингах, маске и туфлях.

– Спасибо, что облегчил Даррену задачу, – выплёвывает стерва и швыряет мне в лицо платье, после чего срывается с места так резво, что у неё почти получается миновать меня.

Да только после её слов я полностью теряю контроль над собой. Мотор в груди пробивает чем-то раскалённо-острым, тело прошибает потом от злости. Отбрасываю порванную тряпку в сторону и одной рукой снова сгребаю волосы Кортни. Второй обхватываю её шею и под аккомпанемент её жалобного скулежа спиной впечатываю её в зеркальную стену. А сразу после и кулаком заряжаю в нескольких сантиметрах от её головы. Мощно. Не сдерживая силы. До характерного звука треснувшего стекла и ощутимой боли в костяшках. Но ни шум, ни боль, ни вскрик Кортни не помогают сбавить градус ярости. Ни мне, ни ей.

– Да что с тобой такое, Дэвенпорт?! Что ты вытворяешь?! – выкрикивает она мне прямо в лицо и сильно впивается ногтями в мои плечи, в который раз пытаясь оттолкнуть. Тщетно.

Я молчу. Не знаю, что сказать, ведь сам не врубаюсь, какого хера вытворяю. Понимаю лишь, что ни за что не позволю ей вернуться в зал к другому. Ни в платье, ни без.

Не отодвигаюсь от Кортни ни на йоту, только сильнее прижимаюсь к ней своим телом, вдавливая в стену и заглядывая ей в глаза. И чтоб мне провалиться прямо на этом месте… Лишь сейчас, находясь в считаных миллиметрах от её лица, я замечаю в её сверкающих глазах слёзы. Что за чёрт? Я даже прищуриваюсь, пытаясь сфокусировать пьяный взор, и порываюсь снять с её лица маску, чтобы убедиться, что мне не мерещится. Однако Кортни тут же окольцовывает моё запястье и твёрдо чеканит:

– Нет.

Естественно, я игнорирую и предпринимаю вторую попытку избавить её от маски, а Кортни в свою очередь предсказуемо начинает сопротивляться. Приходится недолго повозиться с ней, чтобы сцепить оба запястья вместе и зафиксировать её руки над головой.

– Нет, Пол! Не смей снимать! Не смей! – негодует она, но и на эти её громкие просьбы мне начихать. Стягиваю с её лица маску, и Кортни поворачивает голову вправо, пряча от меня свой влажный взгляд. Но и это никак не спасает её. Я сжимаю пальцами её подбородок, поворачиваю голову обратно, вынуждая ведьму посмотреть мне в глаза, и замираю. Сердце пропускает несколько ударов, когда я замечаю, что кожа, прежде скрытая под маской, блестит от влаги.

– Ты плачешь, – не без удивления выдыхаю я, разглядывая разводы от потёкшей туши под глазами.

– Ещё чего? Я просто вспотела, – отвечает, продолжая пытаться разорвать со мной зрительный контакт, но я держу её подбородок крепко. У неё нет ни единого шанса отвернуться от меня.

– Ты плачешь, – повторяю я, наблюдая, как новая одинокая слезинка вытекает из уголка глаза. Она скатывается по щеке и, словно серная кислота, обжигает мой палец.

Наверное, я никого не удивлю, сказав, что не переношу женские слёзы, а слёзы Кортни – тем более. Я всегда нарадоваться не мог, что она у меня была не из плаксивых. Что бы ни происходило между нами, как бы сильно мы ни ругались, она никогда не плакала. По крайней мере, у меня на глазах. Поэтому сейчас я, мягко говоря, обескуражен. И от вида её влажных глаз, и от пронизывающих меня насквозь эмоций, среди которых злость теперь занимает далеко не первое место.

– Почему? – спрашиваю я, сосредоточенно глядя на неё, а Кортни не спешит отвечать. Молчит, поджимает губы, возводит взгляд к потолку, затем закрывает их, словно пытается удержать новый поток слёз. А когда это сделать не получается, грязно ругается и сдаётся, будто проигрывая в войне с самой собой.

– Почему я плачу, спрашиваешь? – глухо произносит она и раскрывает веки, ловя меня в ловушку своих тёмных глаз. – Потому что ты делаешь мне больно, Пол.

Усмешка сама вырывается из горла, брови ползут вверх.

– Я делаю тебе больно? Ты серьёзно?

– Да, серьёзно.

– Ничего себе заявление. А как тогда назвать то, что сделала ты сегодня? А? Как? – вновь прокрутив в памяти кадры из зала, неосознанно усиливаю хватку пальцев на её лице и запястьях. – Ты же, сука, практически воспроизвела ту самую картину нескольколетней давности. Хотела напомнить мне, каким рогатым идиотом меня делала? Да, Кортни? Этого ты хотела?

– Что? – она выглядит поистине удивлённой. – Нет… У меня и в мыслях не было тебе напоминать об этом, я просто…

– Что ты? Что? Зачем ты опять объявилась в моей жизни? Какого чёрта припёрлась в «Атриум» именно тогда, когда я решил прийти сюда?

– Я же сказала, что это произошло случайно. Я не знала, что ты тоже будешь здесь.

– А если бы знала, типа не пришла бы?

– Не пришла бы, Пол! Ни за что! Потому что видеть тебя я не хочу так же сильно, как и ты не хочешь видеть меня. Но получилось так, как получилось. Мы встретились. И когда я увидела тебя с теми тремя девками, я чуть с ума не сошла от ревности. Хотя, знаешь… Наверное, я всё-таки сошла, раз решила занять стол прямо напротив тебя, чтобы показать тебе, что моя жизнь не остановилась без тебя. Знаю, глупо. Но я не могла поступить иначе. Мне была невыносима мысль, что ты как ни в чём не бывало отрываешься в компании шлюх, пока я тем времени постоянно думаю о тебе. Вот тебе правда! Устраивает? Теперь можешь отпустить меня и идти развлекаться дальше!

– Никуда я не пойду и ни черта меня не устраивает. Прекрати врать!

– Я не вру, чёрт бы тебя побрал! – вскрикивает она. – Я впервые за последние месяцы абсолютно честна с тобой и наконец говорю то, что чувствую на самом деле. Я не хотела этого делать, потому что знаю – тебе плевать на мои чувства, но я не железная, Пол. Слышишь? Не железная! Не могу я больше молча глотать обиду и кучу других эмоций, которые разрывают меня с момента, как мы с тобой опять встретились. И сегодня я действительно хотела убить и тебя, и этих проституток, понимаешь? А сейчас я хочу убить только тебя за то, что начал трахаться с ней на моих глазах, а потом побежал зачем-то за мной. Я вообще тебя не понимаю, Пол. Вот совсем. То ты оскорбляешь меня и говоришь, что тебе на меня насрать, то ревнуешь и рвёшь платье, лишь бы я не возвращалась в зал. То ты расторгаешь со мной контракт раньше времени, так как я тебе, по всей видимости, наскучила, то делаешь подарки в виде оплаты ипотеки. То ты смотришь на меня с презрением как на последнюю шваль, то ты жмёшься ко мне, как сейчас, и судя по тому, что я ощущаю, никакого презрения не испытываешь. Что с тобой происходит, Пол?! Чего ты от меня хочешь?!

– Я ничего от тебя не хочу.

– Тогда какого чёрта ты меня здесь держишь? Что между нами происходит? И что ты чувствуешь? Объясни мне, потому что я сама не могу разобраться. Ты для меня теперь как закрытая книга. Я совершенно не знаю, о чём ты думаешь и что чувствуешь, и это меня убивает, – с отчаянием проговаривает она, всю душу из меня вытягивая своим пронзительным взглядом.

И теперь настаёт мой черёд вести внутреннюю бойню между разумом и грёбаными чувствами, которые не поддаются никакому контролю и уничтожению. Хотя сейчас, даже будучи изрядно пьяным, я на самом старте понимаю, что разум безоговорочно проиграет.

Я не могу в третий раз отпустить Кортни. Ни сейчас, ни вообще. Ни физически, ни морально. Это выше моих сил. И, чёрт побери, ни воспоминание о её предательстве, ни её сегодняшнее поведение, ни всмятку разбитое сердце, ни уязвлённая гордость не помогают мне поступить правильно.

Я должен послать её на хуй, позволить ей уйти к другому мужику, а сам должен пойти трахаться с ничего не значащими девками, надеясь, что рано или поздно мне станет легче.

Но не могу, будь я проклят. Вот такой я слабый идиот. Как представлю подобный сценарий этой ночи, так от злости начинает колотить, а конечности наполняются агрессией и желанием убивать.

– Ты ответишь мне, Пол? – переспрашивает Кортни непривычно дрожащим голосом, когда я слишком долго сохраняю молчание. – Что ты чувствуешь? Это ведь простой вопрос.

И прислушавшись к себе, я мысленно с ней соглашаюсь. Это действительно простой вопрос. Мне даже не стоит прилагать усилия, чтобы найти на него единственно верный ответ.

– Я чувствую ненависть, – наконец произношу я, и Кортни вздрагивает, с её губ срывается тяжелой выдох, а вслед за ним и тихий ответ:

– Понятно.

– Нет, тебе ничего не понятно, – с раздражением цежу я и под прицелом её удивлённого взгляда прохожусь большим пальцем по её щеке. – Я чувствую лютую, неукротимую ненависть, однако ненавижу я не тебя.

– А кого?

Сжимаю челюсть и протяжно выдыхаю, ещё раз про себя убеждаясь, что не имеет никакого смысла и дальше отрицать правду, какой бы невыносимой она ни была.

– Я ненавижу себя. Так сильно, как никогда никого не ненавидел, – добираюсь пальцем до её губ, которые ещё совсем недавно целовали другого. И, прежде чем напрочь стереть с них чужой запах и вкус, с беспросветным отчаянием добавляю: – А всё потому, что по-прежнему люблю тебя. И мне никак это не исправить.