Глава 19

Пол

Этим вечером у меня были три цели: расслабиться, потрахаться и забыться.

С первой задачей мне помогла справиться изрядная доза алкоголя, вторую мне ещё предстоит выполнить, а вот насчёт третей… Честно, я уже заколебался искать способы отрубить свой упрямый разум, который наотрез отказывается стирать Кортни из памяти.

Чего я только ни перепробовал: снова загружал себя работой, пахал в тренажёрном зале до изнеможения, за последние несколько недель встретился с друзьями больше раз, чем за весь прошедший год, повысил количество употребляемого алкоголя и скуриваемых сигарет и проводил много времени с Евой, но увы. Ничего из этого не вытравило бывшую жену из моих мыслей.

Вот я и припёрся в «Атриум», надеясь, что времяпровождение с тремя сексуальными профессионалками своего дела хоть немного поможет мне очухаться. С ними я могу не сдерживаться, как я это делаю с Евой. Секс у нас с ней неплохой, я не жалуюсь, но с этим милым, добрым ангелом я не могу в полной мере выпустить всю свою злость и скопившееся напряжение. Она не любительница жёсткого траха, а я никогда не стану ни к чему её принуждать. Как и любую другую женщину.

Другое дело – проститутки. За деньги они готовы стерпеть всё, что моей душе захочется, и выполнят любое желание на десять баллов. А те, которых я всегда выбираю в «Атриуме», ещё и сами получат кайф. За минувшие годы после развода у меня тут появились свои любимицы. Однако сегодня даже они не способны мне помочь. Кажется, я безнадёжен. Даже кончить не могу. Приближением оргазма и не пахнет. И это пугает.

Меня окружают три женщины, одна из которых уже минут двадцать беспрерывно заглатывает мой член, а я всё равно думаю о Кортни. Причём мои мысли настолько назойливы и сильны, что, кажется, они уже начинают посылать мне галлюцинации.

Иначе как ещё объяснить, почему я вдруг начинаю улавливать аромат духов Кортни? Почему где-то поблизости слышу её смех и голос? Почему по моему телу внезапно пробегает дрожь, вызванная вовсе не касаниями проституток. И почему, мать вашу, оторвавшись от губ шлюхи и посмотрев вперёд, я зависаю взглядом на красотке, танцующей на соседнем низком столе, и вижу в ней свою бывшую жену?

Похоже, алкоголь ударил по мозгам куда сильнее, чем мне казалось. Я весь напрягаюсь и встряхиваю головой, но мираж не растворяется.

Кортни соблазнительно извивается, ласкает руками своё тело, очерчивает изгибы, неспешно кружится вокруг своей оси и плавно мотает головой, заставляя густые волосы красиво развеваться в воздухе.

Половину её лица скрывает маска, но эти губы, покрытые алой помадой… Я узнаю их из тысячи. Как и длинные чёрные волосы, изящные ключицы, осиную талию, соблазнительный изгиб бёдер, бесконечно длинные ноги и до боли знакомое платье, которое выставляет напоказ её стройную фигуру.

Я знаю это платье! Знаю. Я сам выбирал его для Кортни много лет назад, а затем ревновал и наслаждался тем, как мужики в «Атриуме» трахали глазами мою женщину, но при этом не могли к ней и пальцем прикоснуться. А сейчас…

Весь кислород покидает лёгкие, в глазах начинают мелькать багровые точки, когда я наконец замечаю сидящего за столом мужчину. И он не просто трахает Кортни глазами, но ещё и лапает. Скользит руками по её ногам, сжимает ягодицы и довольно улыбается, словно только что срубил джекпот.

Вот же сука!

– Ау! – стонет одна из девок, трущихся об меня, когда я ненароком чересчур сильно сжимаю её задницу. Но я ничего ей не отвечаю. Даже не смотрю в её сторону. Мой взгляд прикован к чужим мужским рукам, касающимся Кортни.

Он покойник! – это первая мысль, ворвавшаяся в мой нетрезвый разум. И она подстрекает меня сейчас же вскочить и сломать ему обе руки, ноги, шею, член. Все конечности, в общем. Раздробить. Перемолоть. Пропустить через дробилку. Однако я этого не делаю. Да… Прикидываете? Я весь дрожу от злобы, рычание вибрирует в горле, но я заставляю себя сидеть на месте. Не двигаюсь. Не моргаю. И вроде даже не дышу. А всё потому, что вижу, как Кортни сама позволяет ему себя трогать. Она смеётся, соблазняет, флиртует… И танцует, блять, именно для него, а меня наверняка даже не видит.

Так я думаю ровно до тех пор, пока эта сука не спускается со стола и, уместившись между ног своего хахаля, не поворачивается ко мне лицом.

Ни полумрак в зале, ни разноцветные огни, долетающие до нас со сцены, ни маска не мешают разглядеть острый взгляд тёмных глаз. Он летит в меня точно стрела, проникая под кожу горячей вибрацией, а дерзкая ухмылка красноречивее любых слов даёт понять, что именно и для кого эта стерва вытворяет.

Она узнала меня. И чуйка мне подсказывает, что не сейчас, а гораздо раньше, ещё до того, как я заметил её. И вместо того, чтобы не попадаться мне на глаза, она, наоборот, решила устроить передо мной спектакль. Зачем? Предполагаю, чтобы позлить меня. Чтобы в очередной раз спровоцировать меня на ревность. Чтобы наглядно показать, что без наших встреч она совсем не скучает.

И что я могу сказать?

Браво!

Других слов нет. Эта сука достигла своей цели. Я в бешенстве и не в силах совладать с дикой яростью, что с каждой секундой всё обильней пропитывает тело. Как и не могу прекратить смотреть, как она извивается перед другим мужиком. Хотя теперь уже на другом мужике.

Продолжая с вызовом смотреть мне в глаза, Кортни умещается задницей на его пах. Прижимается спиной к его груди и откидывает голову на плечо. Пока я тем временем под новый болезненный писк проститутки наблюдаю, как мужские губы присасываются к шее Кортни, одна ладонь забирается под жалкий клочок платья и начинает жадно сминать грудь, а вторая проскальзывает между ног прямо в трусы.

Пиздец.

Мне словно под дых заряжают со всей дури.

Весь главный зал «Атриума» вмиг расплывается, музыка приглушается, а голоса других людей исчезают. Слышу только свой сдавленный выдох, скрежет зубов и протяжный стон удовольствия Кортни, от звука которого у меня все органы рвутся в клочья. Прямо, как тогда… Несколько лет назад. В другом клубе. В приватной комнате. Когда собственными глазами увидел свою жену голую верхом на члене абсолютно незнакомого мужчины. Тогда она точно так же стонала. Точно так же прикрывала от наслаждения глаза. Точно так же подставляла губы для поцелуя. И точно так же убивала всё живое внутри меня, вдребезги разбивая всю мою веру в нашу крепкую, нерушимую связь.

Мой мир погас в ту треклятую ночь. Сразу же, как я грубо оттянул Кортни от того мужика, а она, вместо оправданий и объяснений, с пьяной ухмылкой сообщила, что та измена была далеко не первая. Она изменяла мне давно и постоянно. Так сказать, вносила в свою жизнь разнообразие.

В первые секунды я не верил. Точно так же, как не верил много раз до того происшествия, когда друзья и некоторые знакомые называли меня доверчивым ослом, раз я с такой лёгкостью позволяю Кортни постоянно ходить в клуб и тусоваться со своими подружками. Но я никого не слушал. Считал их слова бреднями. Я не хотел и не мог поверить, что моя Кортни способна на подобное. Это же невозможно. Она не могла так со мной поступать. Однако мигающий перед глазами кадр того, как несколько секунд назад в неё проникал другой член, наконец вправил мне мозги.

Тогда мерзкая реальность, в которой Кортни оказалась предательницей, обрушилась на меня сокрушительной лавиной. Она была совсем не той женщиной, которую я годами в ней видел. Но, видимо, Кортни мало той нестерпимой боли, что она принесла мне той ночью. Этой конечной суке всегда мало. Она не знает границ. И потому решила ещё и плюнуть мне в лицо сегодня, напомнив о той адской сцене, которую я десятки раз видел в кошмарах и с таким трудом вырвал из памяти.

Случайно или это заранее спланированная акция? Не знаю. Мой пьяный мозг не в состоянии найти ответ на этот вопрос. Как и не может разобраться, зачем она это делает? В отместку за то, что я относился к ней, как она того заслуживает? А, может, за то, что помог ей финансово? Спас её «друга»? Это с ним она сейчас лижется и кайфует прямо у меня на глазах? Решила таким образом сказать мне «спасибо» за спасение своего мудилы? Или просто захотела со мной поиграть, призвав мою тёмную сторону?

Что ж… У неё получилось. Да только она явно забыла, что в эту игру можно играть обоим. Несмотря на ярость, презрение, ревность, возбуждение и боль, смешавшихся внутри меня в мощный, неконтролируемый вихрь, я не собираюсь давать сучке то, чего она хочет. Не собираюсь вскакивать, оттаскивать её от этого мужика и устраивать сцену на людях. Этого она от меня не дождётся.

– Хватит. Уйди, – строго обращаюсь к девке, которая всё это время сосала мой член, и она без промедлений повинуется.

Услышав мой голос, Кортни разрывает поцелуй со своим спутником и поворачивает голову ко мне, спуская взгляд к моему члену. Смотрит несколько секунд, а затем переводит взор к женским рукам, что скользят по моей груди и ещё больше раскрывают полы расстёгнутой рубашки.

Я ухмыляюсь, ощущая импульсы её гнева даже с расстояния. Кортни, как всегда, хочется всего и сразу. И со своим мужиком потереться, и моё внимание на себе удержать, но не бывать этому. Не стану я и дальше смотреть, как она кайфует от прикосновений другого мужчины. Теперь настал её черёд любоваться моим наслаждением.

– Ты. На меня садись, – приказываю я другой шлюхе, с которой целовался, и та с довольной улыбкой быстро седлает меня.

Умница какая. Не тормозит. И я тоже не собираюсь тянуть резину. Презерватив уже на члене, ибо в «Атриуме» я даже минет не позволяю делать без защиты, поэтому не теряю и секунды, а сразу проталкиваю в неё член до самого упора. Сжимаю ладонями упругую задницу и начинаю насаживать девку на себя. Плавно, но на всю длину. До вспышек перед взором и прокатывающейся эйфории по кровотоку. Однако вызвана она не узкой дыркой шлюхи, не её блаженными стонами, и не большими сиськами, покачивающимися перед моим носом, а осознанием, что Кортни на меня смотрит.

Я знаю это. Чувствую всем нутром. И вижу, когда отрываюсь от спинки дивана, прижимаюсь торсом к шлюхе и смотрю поверх её плеча прямо на Кортни.

От ухмылки и дерзости в блядских глазах не осталось и следа. Только разъярённые демоны беснуются в её пристальном взгляде. Она ни на секунду не отводит его от места, где мой член проникает в горячую, влажную промежность.

Правильно. Смотри, сука. Смотри и наслаждайся. Так же, как наслаждаюсь я, пока всеми клетками тела осязаю твою праведную ярость. Неприятно, не так ли? Но ты сама напросилась.

Невербально транслирую ей этот посыл, когда она поднимает взгляд к моим глазам. Смотрим друг на друга, и остальной мир уходит на второй план. Я даже практически перестаю видеть её мужика, который продолжает ублажать её пальцами, пока мы сражаемся, не прикасаясь. Пока оскорбляем друг друга без единого слова. Пока кричим, не издавая и звука. И чёрт… Жесть, что со мной происходит. Её злостный взгляд возбуждает меня в разы сильнее, чем голое упругое тело, в которое я погружаюсь снова и снова. Без остановки. Крышу рвёт по полной, мышцы каменеют, возбуждение стекает к паху, сигнализируя о приближении долгожданной разрядки. И я уже предвкушаю, какой нереальный кайф испытаю, кончая под пристальным взглядом своей бывшей жёнушки. Однако, вот же чёрт! Сучка и тут решает обломать мне весь праздник.

Кортни вдруг резко вскакивает со своего мужика, что-то быстро шепчет ему на ухо, а затем… Нет, не продолжает своё шоу и не набрасывается на сидящую на мне девку, а убегает. Прямо на своих высоченных каблуках уносится в сторону выхода из зала, но меня такой расклад не устраивает.

Долго не думая, сбрасываю с себя девку и, не тратя времени на какие-либо объяснения (они ей ни к чему), стягиваю презерватив с каменного члена, застёгиваю ширинку и лечу за Кортни. Настигаю беглянку в тёмном безлюдном коридоре, ведущем к выходу из клуба. Да только хер я позволю ей сбежать.

Без всяких слов хватаю дуру за волосы и рывком притягиваю к себе. Она вскрикивает от неожиданности, когда бьётся спиной о мой корпус, а я шумно выдыхаю от того мощного разряда тока, что вызвал наш контакт. Тело пробирает сильная дрожь, новая волна похоти опоясывает всё ниже пояса.

– Какого чёрта?! – возмущается Кортни и порывается обернуться, но я и этого ей сделать не позволяю.

Одной рукой накрываю её поганый рот, чтобы приглушить последующие крики, а второй сгребаю брыкающееся тело в кольцо и отрываю Кортни от земли. Несколько секунд уходит на то, чтобы затащить её в ближайший свободный туалет, что больше похож на приватную комнату. Тут и приглушённый свет царит, погружая помещение в интимную обстановку, и кое-какие секс-игрушки имеются, и удобный мягкий диван стоит на случай, если кому-то тут приспичит потрахаться.

Вот на него я и бросаю извивающуюся и мычащую в мою ладонь идиотку, а затем в темпе возвращаюсь к двери и закрываю её на замок.

– Что вы вытворяете?! Мой парень вам голову снесёт за это! – орёт она и только потом разворачивается. Дёрганым движением убирает волосы с лица и бросает взгляд на меня. – Пол? – искренне поражается она, но всего на мгновение. После злость напрочь закрашивает все остальные эмоции.

А у меня, блять, едва получается разглядеть её лицо. Не из-за сильного опьянения, а из-за новой вспышки ярости, закрашивающей взор алыми красками.

– Парень, значит? – цежу я сквозь сжатые зубы, грозно надвигаясь на неё.

Руки сжимаются в кулаки, гнев воспламеняет вены, мышцы звенят от напряжения. Здесь больше нет посторонних глаз. Мы одни. Я могу больше не сдерживаться. И на моём лице наверняка яркой вывеской пестрит предупреждение о том, что меня сейчас не стоит злить ещё больше.

Но разве эту ненормальную это пугает? Я вас умоляю. Она вскакивает с дивана, расправляет плечи и всем своим видом показывает, что настроена воевать.