Глава 18

Кортни

Я всегда любила зиму больше всех остальных сезонов. Обожаю смотреть, как падают снежинки. Обожаю свежесть холодного воздуха, зимние развлечения, сугробы и ощущение мороза, покалывающее кожу.

Я нарадоваться не могу, что в этом году зима царствует в Спрингфилде в полную силу. Снег как выпал в начале декабря, так и не сходит, украшая весь город белым покрывалом. И очень жаль, что на дворе уже середина февраля. Ещё совсем немного – и весна начнёт уничтожать всю эту снежную красоту.

Джей-Джей тоже любит зиму, как и я. И нужно сказать, это усложняет задачу контролировать его активность.

После операции уже прошло больше трёх месяцев, и кардиолог с педиатром после каждой проверки уверяют меня, что с сыном всё в порядке, но я всё равно переживаю за него, не позволяя ему перегружать себя играми.

Когда он слишком сильно активничает на улице, играя со снегом, я теряю сотни нервных клеток. А горки я вообще стараюсь обходить стороной, так как однажды, когда Джей-Джей увидел, как другие дети катятся с них на санках, его как в жопу ужалило – сорвался с места и пулей полетел в сторону горы. А она такая большая была, а он такой маленький. Естественно, я его тормознула и предложила просто повозить его на санках по дороге, без всяких там крутых спусков. Но увы, истерики было не миновать. Ему хотелось скатиться с огромной горы – и хоть тресни. Он у меня жуть какой упёртый. Бараны отдыхают. Мы с Дарреном его больше часа не могли успокоить. С тех пор я стараюсь гулять с Джереми только там, где поблизости нет высоких, снежных соблазнов. Ему ни к чему лишний стресс. Да и мне тоже.

В кои-то веки моя жизнь поймала относительно спокойную, размеренную стезю, и мне хочется, чтобы она с неё не сходила как можно дольше.

Джереми пусть и капризничает часто и требует к себе много внимания, но зато он здоров и счастлив – и это самое главное. С работой в последний месяц у меня тоже полный порядок. Череда прибыльных интересных съёмок неплохо пополнили мои денежные запасы, да и отсутствие ипотеки и присутствие Даррена в моей жизни значительно снизили мои ежемесячные траты.

С тех пор как мы с Дарреном начали встречаться, он покрывает все мои хотелки. И также балует Джереми, как собственного сына, за что ему отдельное спасибо. Правда, Джей-Джей не особо жаждет с ним подружиться. И это озадачивает, ведь мой мальчик очень коммуникабельный и всегда легко идёт на контакт с людьми. Даже с незнакомыми. А Даррен знаком ему ещё со времён операции, да и в последние несколько недель Хилл часто с нами гуляет, однако сын почему-то начинает сильно вредничать, когда Даррен находится рядом.

Надеюсь, это рано или поздно изменится, ведь мне совсем не хочется разрывать отношения с Хиллом. Мне с ним хорошо. Комфортно, безопасно, приятно. И секс у нас обалденный. Я действительно недооценила его габариты и порадовалась, что он также умеет ими отменно пользоваться. Как и своими руками. Он ими умеет не только проводить сложные операции, но и с женским телом играть, как на идеально освоенном инструменте. Помогают ему в этом обширные познания в анатомии или же богатый сексуальный опыт? Остаётся догадываться. Могу лишь сказать, что Даррен Хилл сумел меня приятно удивить. И не только тем, что он страстный, изощренный любовник, но и тем, что он умудряется совмещать эту свою горячую сторону с образом «правильного, интеллигентного хирурга».

Во время наших встреч в больнице я и подумать не могла, что милый, учтивый врач будет связывать меня и трахать с таким пылом, что у меня аж искры из глаз посыплются. Тем временем вне постели Даррен само очарование. Вежливый, понимающий, заботливый, терпеливый. В наших отношениях всё гладко. Даже не к чему прикопаться. И если раньше такой «штиль» в общении с мужчиной меня сильно напряг бы, то сейчас вполне устраивает.

Даррен не будит во мне стерву, как частенько это делал Пол. Он не вызывает во мне жажды поспорить, проявить отрицательные качества своего характера или вынести ему мозг по поводу и без. С ним я хорошая и умиротворенная. Или лучше сказать – равнодушная.

Разумеется, Даррен мне симпатизирует и порождает физическое желание быть подмятой его крепким телом, но любви к нему и пресловутых порхающих бабочек в желудке я по сей день не испытываю.

Даррен же явно проявляет свои чувства ко мне. Конечно, он пока ещё вряд ли любит меня, но его окрылённый взгляд на себе я замечаю часто. И это льстит мне, позволяя чувствовать себя любимой и желанной. А это именно то, что мне необходимо, чтобы не вспоминать о том, кого моё сердце отказывается отпускать.

Но ничего… Когда-нибудь оно отпустит Пола. Без вариантов. Особенно учитывая, что вероятность снова встретить его близится к нулю. Он встреч со мной не ищет и не будет искать, а я, как раньше, избегаю районов, где находится его офис и квартира для траха. А также я всё-таки оборвала общение с Дианой. Некрасиво. Знаю. Но иначе никак. Да и она в новом году звонила мне всего дважды – Дэнни и ведение блога занимают всё её время.

Моё же время в основном занимают Джей-Джей и Даррен. За минувший месяц мы с Хиллом виделись почти каждый день. К себе домой я его пока не приглашала. Не хочу, чтобы Джереми видел на своей территории мужчину, которого по непонятным причинам отказывается принимать. Но зато я часто бывала у Даррена. Когда он работал, мы встречались с ним по вечерам у него дома, а в его выходные отправлялись в рестораны, кино, на выставки или просто гуляли по зимнему Спрингфилду. Иногда вместе с Джереми, а иногда, как сегодня, только вдвоём.

После ужина Джереми остаётся с Марисой, а мы с Дарреном решаем отправиться на прогулку, которая приводит нас на каток. И пока мы катаемся, держась за руки, как подростки, Даррен произносит:

– Надеюсь, завтрашний вечер у тебя свободен?

– Свободен, а что?

– Как что? Завтра День Святого Валентина, вообще-то.

– Ой, точно. Я и забыла.

Потому что мне всегда было параллельно на эти романтические праздники.

– Я так и понял, – усмехается Даррен. Останавливается и привлекает меня к себе, обнимая за талию. – Но зато у меня уже давно есть планы на этот вечер. И в них, само собой, входишь ты.

– И что же это за планы? Ресторан? Ужин при свечах? Букет алых роз? И живая музыка на фоне? – насмешливо спрашиваю я.

– О Боже! Фу! Неужели ты действительно считаешь меня настолько банальным и предсказуемым?

– Нисколько, – отвечаю я и не вру.

Даррен какой угодно, но точно не предсказуемый.

– Слава богу, а то я уже собирался обидеться.

– Так что за планы?

– Сама догадайся. Дресс-код: самое откровенное платье из всех, что есть в твоём арсенале, и маска.

Поджав губы, задумываюсь.

– Ты, что ли, поведёшь меня на развратный маскарад?

– На особенный развратный маскарад, доступный только для избранных. Но, к счастью, мне удалось достать пригласительные для нас с тобой.

– Вау, вау, вау. Ты меня заинтриговал.

– Рад слышать. Я уже подготовился: купил маску для тебя и отпадный крокодилий костюм для себя, чтобы ты кончила от одного моего вида.

– Чего? – округляю глаза в изумлении.

– Ну как же? Ты ведь хотела увидеть меня в образе крокодила. Завтра я дам тебе такую уникальную возможность.

Я прыскаю смехом и чуть не падаю на лёд, но Даррен крепче прижимает меня к себе, удерживая на коньках.

– Дурачок. Я ведь шутила. Не нужно никаких крокодилов. Я не кончу, а помру от смеха.

– Черт! Серьезно? А я так хотел довести тебя до исступления своим хвостом и зелёной кожей.

– Бога ради, прекрати говорить об этом. Я начинаю представлять это, и мне становится совсем не до секса.

– Ладно-ладно. Не хочешь крокодила, не будет, – успокаивает Даррен и нежно целует меня в губы. – Другую маску я себе тоже прикупил.

И следующим вечером я узнаю, что ею оказывается стандартная чёрная карнавальная маска. Точно такая же, какую Даррен купил мне, только без инкрустированных камней. Она чертовски подходит ему. Как, впрочем, и черные брюки и рубашка с расстёгнутыми верхними пуговицами. Всё просто, строго. Классика. Но молодому, привлекательному мужчине и не нужно заморачиваться, чтобы выглядеть на все сто. Его украшают уверенность в себе, дерзкий взгляд, спортивное тело и наглая ухмылка. И у Даррена всё это есть.

Я тоже особо не заморачиваюсь с образом для маскарада. Как только Даррен показал мне мою черную маску, усыпанную переливающимися на свете кристаллами, я сразу решила, что надену.

Есть у меня в шкафу одно донельзя развратное чёрное платье. Если, конечно, облегающий топ и короткую юбку, соединенные тонкими, перекрещенными цепочками, можно назвать платьем.

Я надевала его всего раз. В одну из ночей, когда мы с Полом посещали самый порочный элитный стрип-клуб города. И представьте моё удивление, когда именно в «Атриум» и привозит меня Даррен, а два строгих охранника на входе приветствуют его не как клиента, а как близкого товарища.

– Мистер Хилл, вы не перестаёте меня удивлять. Я и подумать не могла, что успешный и столь милый хирург, как ты, является завсегдатаем подобного заведения.

Он смеётся, приобнимая меня.

– Завсегдатай – это громко сказано. Так, бывал здесь несколько раз, да и только.

– Несколько раз здесь бывала я, и потому охранники даже не вспомнили, кто я такая. А с тобой они поздоровались так, будто вы закадычные друзья. И давай начистоту: ты бы не достал приглашение на маскарад, если бы администрация тебе не доверяла. Я знаю, как в этом месте всё устроено. Одних денег недостаточно, чтобы купить вход на закрытое мероприятие. Нужны связи с менеджером и его доверие.

– Ладно, ты меня раскусила. Я бывал здесь больше, чем несколько раз, но это было до встречи с тобой. И чаще всего я посещал «Атриум», когда на работе был завал и мне было необходимо снять стресс, а желания ввязываться в отношения не было. А теперь ответь, с кем была здесь ты? Тоже знакома с менеджером?

– Нет. Я никого здесь не знаю. Мой бывший муж знал.

Интересно, каковы шансы, что он тоже будет здесь сегодня? – в голове пролетает этот вопрос, и сердце вздрагивает. То ли от страха, то ли от идиотского желания встретить его.

Однако я быстро отгоняю эти мысли прочь и продолжаю отвечать на вопрос:

– С ним же я и посещала пару-тройку представлений, и пришла от них в восторг, но это было очень давно. Я уже рассказывала тебе, что последние несколько лет я мать-домоседка. Ни в какие клубы не ходила, а в «Атриум» – так тем более.

– Да, помню. Поэтому я и выбрал сегодня это место.

– Смелое решение, тебе не кажется?

– Согласен, но я уже успел достаточно хорошо тебя узнать, чтобы понять, что «Атриум» тебя не напугает. И учитывая, что ты уже тут бывала, я оказался прав. Уверен, сегодняшняя программа тебе особенно понравится. В этот раз из Рокфорда приехал сам Энтони Мэрроу. Главный владелец всех «Атриумов», потрясающий хореограф и мастер создавать грандиозные шоу. Слышала что-то о нём?

– Честно говоря, нет. Говорю же: я давно уже далека от всей ночной жизни Спрингфилда. Про ночную жизнь в других городах вообще молчу.

– В таком случае входи и тряхни стариной.

Я расплываюсь в улыбке, хотя на деле не уверена, что смогу сегодня оторваться, как в былые времена. По правде говоря, мне даже пить здесь ничего не хочется.

Последний мой поход в клуб привёл к наркотическому забвению и незапланированной беременности. Страх потерять контроль над разумом и телом до сих пор сидит во мне, но я успокаиваю себя тем, что со мной сегодня Даррен. Он уж точно не позволит случиться ничему плохому. Эта мысль расслабляет меня, и я вхожу вместе с ним в элитный стрип-клуб.

В парадном холле, где нас приветливо встречает секси девушка-хостес, мы сдаём верхнюю одежду и телефоны. Отсутствие любых гаджетов на территории клуба – одно из главных условий для входа в «Атриум» во время закрытых мероприятий. В такие вечера заведение часто посещают публичные личности и политики. Администрация заботиться о конфиденциальности того, чем они занимаются в этом обители порока.

А занимаются тут далеко не только обычным сексом. И, бывает, извращения посетителей происходят не в приватных комнатах, а прямо в главном зале. Уверена, сегодня будет много людей, решивших, что нужды уединяться нет. Ведь присутствие масок на лицах гостей дарует возможность удовлетворить свои потребности у всех на виду без опасений быть узнанным.

– Ух, я уже забыла, какая горячая атмосфера здесь царит, – с усмешкой произношу я, осматривая просторный зал, пышущий роскошью и пороком.

Приглушенное освещение, дорогая эксклюзивная мебель, низкие овальные столы, за которыми сидят расслабленные гости. Чёрные потолки с дигитальной визуализацией звездного неба, золотые шесты и клетки с танцующими в них пластичными стриптизёршами, голые акробатки извиваются на подвесных лентах, и длиннющий бар во всю стену с обилием алкоголя на любой вкус и цвет.

А на главной сцене «Атриума» уже происходит выступление танцовщиц и танцоров, что больше похоже на эротическое произведение искусства. Засматриваюсь на то, как полуголая парочка то ли танцует, то ли трахается на сцене, и температура тела враз повышается, а низ живота напрягается. Даже не удивляюсь тому, что некоторые из посетителей не смогли дождаться завершения шоу и уже совокупляются со своими пассиями на вечер, сидя прямо за столом.

– Это получше романтического ужина при свечах, не так ли? – усмешка Даррена касается моей шеи, руки обвивают живот, а тело прижимается к спине.

– Ты ещё спрашиваешь? Да это место настоящая мечта такой неромантичной и испорченной девочки, как я, – откидываю голову на мужскую грудь и прогибаюсь в пояснице, сильнее прижимаясь задом к Даррену. Он хрипло выдыхает.

– Я тебе уже говорил, что твой сегодняшний наряд – полный отпад? – он проводит пальцами по цепочкам и моему оголенному животу.

– Говорил.

– Тогда я добавлю, что, если ты и дальше продолжишь так тереться об меня, то я пошлю к чёрту всё это шоу и прямо сейчас потащу тебя в нашу комнату.

– О, так у нас тут есть своя комната?

– Разумеется. Я забил её на тот случай, если для тебя покажется неприемлемым позволить себя трахать на глазах у всех.

Моё лицо обдаёт жаром при мысли о такой перспективе. Не стану скрывать, мы с Полом экспериментировали подобное, и мне даже понравилось заниматься с ним сексом, пока другие женщины глазели и завидовали мне. Смесь восторга с ревностью из-за того, что кто-то смотрел на член Пола, пока он проникал в меня, будоражили кровь, добавляя остроты к и без того приятным ощущениям. Но опять-таки… Всё это было давно. И с Полом. Сейчас я даже в мыслях представить не могу, как буду прилюдно заниматься сексом с Дарреном.

Наверное, мы ещё слишком мало встречаемся и уровень моего доверия к нему не настолько высок, чтобы проворачивать нечто подобное. Да и если начистоту: мне плевать, если другие женщины увидят его член. Я совершенно не ревную Даррена, поэтому и секс с ним на людях не принесёт мне каких-либо особенных эмоций. А раз их не будет, то я не вижу смысла трахаться с ним у всех на глазах.

Я намереваюсь ответить Даррену, что он правильно сделал, забронировав нам отдельную комнату, однако все слова застревают в горле стопкой иголок. И они нещадно впиваются в изнанку кожи, когда мой взгляд случайно цепляется за мужчину, вальяжно раскинувшемуся на диване в затемненном углу зала.

Отсутствие нормального освещения не позволяет мне чётко разглядеть его лицо, а черная маска прикрывает всю область глаз брюнета, но мне и не нужно видеть физиономию мужчины, чтобы идентифицировать его личность.

Серьёзно? Это нелепая случайность или издёвка судьбы, что в очередной раз решила проверить меня на прочность?

Не знаю, но чувствую, что я не пройду этот экзамен. Всё моё тело вмиг признаёт в мужчине своего хозяина и откликается на его присутствие мелкой дрожью, а сердце… Чёрт! Безумие, как эта мышца устроена. За все проведённые дни с Дарреном она ни разу не сбилась с нормального ритма, а сейчас, всего от одного взгляда на Пола, начинает сходить с ума в клетке рёбер, норовя пробить себе путь на волю.

И я, мать вашу, молю, чтобы сердце пробило мою плоть да покинуло меня бесследно. Чтобы мне больше не было так больно. Чтобы я превратилась в ничего не чувствующего робота. В безэмоциональную машину, в настройках которой не заведены такие эмоции, как тоска, гнев и всепоглощающая ревность.

Но увы. Я не машина. Я женщина, которая едва удерживает себя на месте, чтобы сию же секунду не убить Дэвенпорта и тех девок, что его ублажают.

И да… Именно девок. Одной этому скотине, как выяснилось, мало. Три – вот это другой разговор. Они со всех сторон его окружают.

Первая уместилась между его ног и активно полирует член ртом. Вторая – справа присосалась к его шее и водит своими паршивыми руками по его оголённой грудной клетке. А с третьей Пол… Боже! Лучше бы я ослепла и не видела этого, но я вижу. Буквально прирастаю взглядом к картине, как он целуется с сиськастой проституткой. Страстно, жадно, ненасытно. Так, как ни разу не поцеловал меня. Ни разу! За все наши двадцать восемь встреч (да, я считала). И потому сейчас, пока я неотрывно наблюдаю, как он сосётся со шлюхой, меня захлестывает такая волна ярости, что всё благоразумие летит к чертям.

Мне следовало бы потащить Даррена в другой конец зала, подальше от Пола, но… Я делаю в точности противоположное – беру его за руку и без слов веду к свободному столику, прямо напротив стола Пола.

Говорю же: разумная, хорошая Кортни исчезла с концами. Миг – и нет её. Пол, даже не стараясь, уничтожил её, словно по мановению волшебной палочки, призвав из недр души ту самую неадекватную суку, которая всегда любила его дразнить.

И сейчас я адски желаю его подразнить, взбесив до белого каления. Пусть отголосками разума и понимаю, что не имею на это никакого права.

Но мне плевать! Абсолютно!

Я многое стерпела, пока работала на него. Сейчас же я терпеть ничего не собираюсь. Да и зачем? Он больше мне не начальник.

Так что пусть устраивается поудобнее. Сейчас я покажу ему, что не он один прекрасно проводит время после окончания нашего договора. Не он один не грустит, не вспоминает и как ни в чём не бывало двигается дальше.